But I don't wanna dance If I'm not dancing with you (Но я не хочу танцевать, если не буду танцевать с тобой)

      Когда в возрасте десяти лет в их дом входит Ния, совершенно молчаливая, Кай подозревает, что у неё был плохой день в школе. Она не снимает обувь у двери, не бросает рюкзак на стул рядом с собой за обеденным столом, не поднимается вслед за ним, разевая рот о том, какой замечательный день у неё был.       Нет, вместо этого она ловко проходит мимо брата, который, поскольку сегодня пятница, а по пятницам он не работает, готовит у плиты. Он смотрит ей вслед, приоткрыв рот в намерении что-то сказать. Дверь не хлопает, потому что она знает, что Кай не любит, когда хлопают, но он слышит, как она бросается на кровать.       Затем, поскольку Ния не умеет скрывать, он слышит слабое приглушённое всхлипывание. Он выключает плиту и кладёт лопатку, которой пользовался, на полотенце.       — Ния? — спрашивает он через дверь, слегка постукивая кулаками по дереву. — Можно войти? — фырканье, но ответа нет. — Ния, пожалуйста? — Ничего. — Ну… Я буду готовить, если ты хочешь поговорить. — Он выходит за дверь, хотя от звука её плача сердце разрывается в груди.       Она приходит к ужину почти через час, на её щеках блестят высохшие слёзы. Она молча садится за стол и ждёт, пока Кай поставит перед ней тарелку. Он не спрашивает, что случилось, и садится есть сам.       — Это танец отцов и дочерей, — наконец фыркает она, вытирая нос тыльной стороной ладони. — В школе. — Кай замирает. — Всех девочек в школе есть кому привести, кроме меня.       — Я отведу тебя, — рефлекторно говорит Кай. Она качает головой.       — Ты работаешь в этот вечер.       — О, — она возвращается к своей тарелке, но он виновато смотрит на стол, аппетит пропал. — Ну… там есть флаер или что-то в этом роде? — Она кивает и выходит из-за стола. Она возвращается со скомканным листком бумаги. Она протягивает его Каю. Конечно, танцы будут через восемнадцать дней, в четверг вечером, как раз в то время, когда он работает. Он удручённо смотрит на бумажку, а Ния неловко продолжает ужинать. — Я буду там, — говорит он. — Я приду, обещаю. — Она смотрит на него с улыбкой, но она не выглядит настоящей.

***

      — Нет, — босс Кая — злой человек. Он не похож на злодея из «Бэтмена», не пытается уничтожить мир, но Кай раз за разом убеждается, что он злой человек. То, что он нанимает Кая, само по себе незаконно, ведь Кай несовершеннолетний.       — Пожалуйста, — умоляет Кай, вытянув руки перед собой, словно молится. — Только один день, я потом всё наверстаю.       — Нет, — жёстко повторяет мужчина. Он возвышается над Каем, маленьким худеньким ребёнком, каким он и является. — Ты нужен нам в этот день, он занят.       — Сэр, я отработаю два дополнительных дня, — он покачал головой. — Три. Сколько угодно. Это очень важно для моей младшей сестры. — На этот раз босс не качает головой, а скептически смотрит на ребёнка у своих ног.       — Целую дополнительную неделю? — спрашивает он. Кай судорожно кивает. — Хорошо. Ты можешь взять выходной в четверг. Я сообщу тебе, какие дни мне понадобятся для подработки. — Мысль о дополнительной работе заставляет Кая содрогнуться. Эта работа требует невероятных физических усилий и всегда оставляет его измотанным и болезненным. Однако его сестра хочет этого, а он любит её и хочет, чтобы она была счастлива, поэтому он всё равно соглашается на более длинные часы.       Он рассказывает ей об этом на следующий вечер за ужином, добавив лишь, что ей придется присматривать за собой несколько дополнительных ночей. Она даже не замечает этого, слишком воодушевленная идеей пойти на танцы. Кай улыбается и с радостью принимает её объятия.       Следующим вопросом становится наряд. Кай может надеть один из старых костюмов своего отца. Они ему велики, и ему приходится подворачивать рукава и штанины, но они достаточно хорошо сидят. А вот у Нии почти нет одежды, которая бы ей подошла, и уж тем более нет платьев.       И что же он делает? Он откладывает столько денег, сколько может, и разрешает ей пойти с подругами в один из официальных магазинов города. Ния не хочет, чтобы он видел, какое платье она выберет, потому что это «плохая примета». Она настаивает, чтобы он не видел, даже когда он напоминает ей, что она думает о свадьбе.       Затем он работает всю ночь. Когда он возвращается, она уже спит, на её лице довольная улыбка, которая говорит о том, что даже когда она спит, она довольна и не беспокоится. Кай хотел бы сказать то же самое о себе.       Его мышцы болят, а конечности похожи на желе. Он со вздохом проводит рукой по волосам и лицу. Его желудок горит от голода, но он не может ничего съесть, потому что лишней еды нет. Платье Нии выбило все деньги из их бюджета, но она никогда не узнает об этом. Она никогда не узнает.       Он падает на кровать, кровать родителей, и тут же засыпает. Он проснется через шесть часов и начнет весь день сначала.       Ния — не самый наблюдательный человек. Она невероятно умна, пропускает зачёты по некоторым предметам, заканчивает работу раньше всех, но она не видит вещей, даже когда они находятся прямо перед ней.       Но даже Ния, ненаблюдательная Ния, видит, что её брат слишком напряжён. Он работает подолгу, гораздо больше, чем обычно. Две недели подряд он пропадает на целый день, пропуская каждый прием пищи и даже вечера кино.       Ния вынуждена сидеть на диване и надеяться, что брат скоро вернётся домой и посмотрит их шоу. Но он не приходит. Целых две недели.       Под глазами у него такие мешки, каких ещё никогда не было. Он спотыкается на ногах, бледен, готовит ей завтрак, отправляет в школу, а потом возвращается поздно вечером. Она наблюдает за ним издалека, не зная, что стало причиной этого и что она может сделать, чтобы исправить ситуацию.       От платья, висящего в шкафу, у неё болит сердце. Она была потрясена тем, сколько денег дал ей Кай. Это было больше денег, чем она видела за всю свою жизнь. Она знала, что они должны были откуда-то взяться, но ей так хотелось купить что-то красивое, не из рук вон плохое или дешёвое. Теперь она чувствует себя виноватой и глупой.       Поэтому однажды ночью, за пару дней до танцев, она не ложится спать и ждёт, когда Кай вернётся домой. Её глаза тяжелеют, голова начинает клониться набок, а потом снова выпрямляется.       Часы показывают далеко за полночь, когда входная дверь наконец открывается, пробуждая Нию от лёгкой дремоты. Кай не сразу замечает её на диване, устало снимая ботинки и пальто. На мгновение он прислоняется к двери и делает глубокий вдох через нос, после чего тянется назад, чтобы запереть дверь.       Ния молода, поэтому смотрит на всех, кто старше её, как на огромных. Она смотрит на Кая, как на любого другого взрослого, но здесь, сейчас, он выглядит как ребёнок. Маленький, худой, уставший. В конце концов, ему всего четырнадцать.       — Кай, — говорит она. Он вздрагивает и поворачивается к ней лицом с широко раскрытыми глазами.       — Ния, — шипит он, внезапно рассердившись. Но она видит, что он обеспокоен. — Что ты встала, уже полночь.       — Я знаю, — отвечает она, прячась за спинку дивана. На самом деле она его не боится, но не хочет, чтобы он злился. — Мне нужно было поговорить с тобой, а… ну, ты же знаешь, ты всегда на работе.       — О чём ты хочешь поговорить, Ния? — спрашивает он, слегка раздражаясь.       — О моём платье, — отвечает она. Его лицо искажается.       — Может, с ним что-то не так, потому что я ничего не могу сделать, чтобы его починить, и мы не можем сейчас его никому отнести…       — Я хочу вернуть его, — прерывает она его. Он смотрит на неё, прищурившись. Она знает, что в лунном свете в её глазах блестят слёзы. Это его расстроит, поэтому она старается смахнуть их. — Это было очень дорого, и я знаю, что нам нужны деньги. — Она невольно фыркнула. — Поэтому я думаю, что мы должны вернуть деньги. — В доме воцаряется тишина, а Кай смотрит на неё. Она не успевает опомниться, как он уже плачет, всхлипывает, опускается на пол, положив голову на руки. Она замирает, испуганная и растерянная, когда Кай сворачивается вокруг себя на полу.       — Прости меня, — вздыхает он, тяжело дыша. — Я не… Ния, тебе не нужно об этом беспокоиться. — Он поднимает на неё глаза, по его лицу катятся слёзы. — У нас всё хорошо, я обещаю, всё хорошо.       — … Тогда почему ты плачешь? — голос у неё тоненький, и это заставляет его снова всхлипнуть. — Ты работаешь каждый день, всю ночь, хотя обычно ты работаешь только ночью в некоторые дни. Ты не завтракаешь со мной, и не ужинаешь со мной, потому что работаешь…       — Нет, нет, Ния, это не… — он закрывает лицо руками. — Ты не должна думать о деньгах. — Она не понимает, что это значит. Конечно, она беспокоится о деньгах, она выросла без них. Он изо всех сил старается это скрыть, но она видит это в половине вещей, которые они делают.       В ванной комнате никогда не бывает тумана, когда Кай выходит из неё, потому что он принимает душ холодной водой. Они никогда не включают отопление, а летом — кондиционер. Они едят ровно столько, сколько хотят. Вся её одежда — секонд-хенд.       — Это было дорогое платье, — бормочет она, настаивая на том, чтобы расстаться с ним, даже если оно ей нравится. — Так что мы его вернём, и всё станет на свои места.       — Нет, Ния, я же говорил, что буду немного подрабатывать, — говорит Кай, взяв себя в руки. — Мне не платят за дополнительные часы. Это плата, чтобы я мог сводить тебя на танцы. — Он делает паузу. Это не менее ужасающая мысль, хотя Кай явно думает иначе. — Тебе не нужно беспокоиться о деньгах, Ния, и платье останется у тебя. Если оно тебе нравится. — Он вытирает глаза. — Я не… я не расстроен. Я просто устал, и это делает меня чувствительным. — Он добавляет, хотя непонятно, в чью пользу.       — Ты не помогаешь, — прошипела Ния. — Ты не можешь говорить мне, чтобы я не волновалась.       Он встаёт, перетаскивает её на диван и заключает в объятия.       — Тебе не нужно волноваться, — поправляет он. — Потому что у нас всё в порядке. Мы не богаты, но и дом терять не собираемся. — Он говорит искренне, и она позволяет себе растаять в его объятиях. Он несёт её в постель и засыпает рядом с ней.       В день танцев Ния просыпается взволнованная. Она не стала будить Кая, поставив его будильник на более позднее время, чтобы он мог поспать подольше. Она готовит себе завтрак, отложив немного для Кая.       Затем она идёт в школу. Она помогает организовать танцы, развешивает шарики, серпантин и мишуру.       После школы она заходит к себе домой, здоровается с братом и напоминает ему, когда встречать её в школе, хватает платье и бежит к подруге. Там они делают друг другу прически и макияж, застёгивают платья и хихикают по пустякам.       Платье Нии из светло-голубого тюля доходит ей до колен. Лиф усыпан блестящими драгоценными камнями, а на плечи накинуты две тонкие бретельки. В нём она чувствует себя принцессой, кружась и хихикая, когда свет, поймав маленькие драгоценные камни, переливается на стенах.       Когда приходит время идти, отец её подруги ведёт их в школу, так как солнце уже садится и идти одной небезопасно. Кай стоит прямо перед дверями, беспокойно теребя манжеты рукавов.       — Кай! — взволнованно кричит она. Он поднимает глаза и быстро замечает её. Его лицо разглаживается, а одна рука прикрывает рот. Она покидает подругу, обещая встретиться через несколько минут.       — Ния, — говорит он. — Ты такая красивая! — Она улыбается и обнимает его. Он обнимает её в ответ.       — Спасибо, что пришёл, — вздыхает она. На нём самый маленький костюм их отца, и он выглядит на нём немного неуклюже, но ей он нравится. — Большое спасибо.       — Конечно, — отвечает он, утыкаясь лицом в её волосы, стараясь не запутать их. — Пойдем внутрь, хорошо? — Она берёт его за руку и ведёт в школу. Он учился в этой школе всего один год, до того как их родители исчезли. Ния всегда чувствует себя виноватой, что у неё есть привилегия получить образование, а у него её никогда не будет.       Здесь есть закуски, в основном сладкие, и Ния наблюдает, как брат копается в них, как ему кажется, украдкой. Но она ничего не говорит. Он голоден, и уже много лет он не получал такого угощения.       Она отходит от него, чтобы встретиться со своими друзьями на площадке, используемой в качестве танцпола. Он улыбается ей вслед, глядя на неё влюбленными глазами, но все равно выглядит невероятно нервным. В его глазах есть что-то ещё, чего Ния никогда раньше не видела.       Зазвучала медленная песня, и Ния поспешила к брату, схватила его за руку и потащила на танцпол. Их окружают другие маленькие девочки со своими папами. Только Ния со своим старшим братом.       — Я научился танцевать, — признаётся Кай, его щёки заливает румянец. — Вот, встань на мои ноги. — Это нелегко, поскольку его ноги не намного больше её, но она справляется. Одна рука у неё на талии, другая в руке, а вторая обхватывает его за плечи.       — Ну… я вроде как научилась танцевать. — Она хихикает. Он улыбается.       Они кружатся по танцполу, движения небрежные и нескоординированные. Кай не умеет танцевать, несмотря на свои заявления, и они несколько раз чуть не оказываются в куче на полу. Их энергия кажется бесконечной, и они смеются и кувыркаются друг в друга на протяжении двух часов.       — Тебе весело? — спрашивает Кай, задыхаясь. Его лицо красное, как помидор, он потеет, задыхается, но, тем не менее, улыбается. Ния, наверное, выглядит так же, как и он, и тоже борется за дыхание.       — Да, — смеётся она, и улыбка расплывается по её лицу. — Так весело. — Он крепко обнимает её и поднимает с пола, вращая по кругу. Искренне смеясь, она не может остановиться, когда он опускает её на пол, и они оба покачиваются от головокружения. Часы на стене показывают, что уже скоро восемь тридцать вечера, а значит, им пора выходить. — Нам пора идти. — С сожалением говорит она. Сейчас она веселится больше, чем за последние недели, даже месяцы.       — Почему бы нам не захватить немного лакомств перед этим, — предлагает Кай, видя её разочарование. Она с готовностью кивает, и они вдвоем запихивают печенье и пирожные в карманы Кая. Некоторые взрослые, конечно, видят, но все они знают о ситуации Кая и Нии, как бы ни скрывал это Кай, поэтому не делают ничего, чтобы остановить пару.       Затем, рука об руку, танцуя и кружась, Кай и Ния покидают школу. Они даже не заметили, как стало жарко внутри здания, пока не вышли на прохладный ночной воздух. Ния дрожит, проводя руками по рукам. Кай снимает пиджак и перекидывает ей через плечо, а затем обхватывает её за плечи.       Подкрепившись сахаром, они начинают путь домой, смеясь и спотыкаясь, как пьяные. В конце концов, когда Ния уже слишком устала, чтобы идти, брат поднимает её с земли и прижимает к своему бедру, хотя она в три четверти его роста. Он крепко сжимает её.       Может, у них больше и нет отца, но Ния всегда предпочтёт Кая своим родителям.