Выкурить Уиллера.

      Уилл стоял, нервно дергая ногой, втягивая дым у школьного, богом забытого, черного выхода, который для него любезно открыла Максин, и оно стало, так сказать их особым местом ежедневных встреч.       Руки слегка подрагивали из-за резких звуков, доносящихся из темного коридора, парень же смотрел то себе под ноги, то на заросшую высокой травой, лужайку, то бороздил, почти безоблачное, небо, своим полным печали, взглядом.       Казалось, что в нем никогда не играли тот задор и веселье, как в детстве, при выигрыше партии в любимой настольной игре, или в каком-нибудь игровом автомате. Или же при традиционном просмотре фильма на Хеллоуин, с любимой компанией друзей и поеданием собранных в тот же вечер сладостей, от переедания которых, начинали болеть зубы.       Казалось, что от пролитых, за все эти дни, месяцы, годы, слез, его радужка поблекла и даже немного выцвела, от чего посмотрев на него, можно было и не заметить той преждней детской радости, хотя глубоко в душе, она все еще теплилась и грела его замерзшее побитое сердце.       Листья на деревьях уже успели пожелтеть и засохнуть, и некогда пышный древний зеленый клен, стал коричнево-оранжевым. Неспокойный ветер качал его верхушку из стороны в сторону, выбивая листья и унося их далеко за пределы видимости задумчивого Уилла.       Октябрь, как никак.       На удивление, на улице не было мерзкого осеннего дождичка, который обычно льет всю осень без остановок, на него даже намека не было.       Наоборот, была солнечная, но прохладная погода. Для осени она была идеальной, но никак не для Уилла.       Сейчас ему было все равно на погоду, будь там мерзкий дождь или слепящее солнце, после просмотра на которого в глазах долго играют зеленые огни, да даже если бы был ураган, он все равно бы вышел покурить, после очередного душного и напряженного урока.       Нужно было расслабиться, забыться, выкинуть наконец все мысли о нем, заглушить ноющую открытую нарывающую рану новой порцией дрянного никотина.       Потому, что он больше не мог нервно передергивать в школьном туалете, отпрашиваясь с очередного урока, всхлипывая в такт каждому движению собственной холодной руки, шепча под нос имя возлюбленного и после возвращаться на урок, как ни в чем не бывало, натянув глупую полуулыбку, продолжать записывать конспект.       Не мог не покрываться мурашками от каждого легкого, пусть и случайного прикосновения, разносящегося по телу током, закусывая губу и подавляя тихий стон, который все равно бы смешался со школьным гулом, так и не долетев до его ушей.       Не мог не покрываться потом и не напрягаться каждой клеточкой тела, когда в поле видимости мужской раздевалки виднелся оголенный торс лучшего друга, не мог не зажмуривать глаза и со стыдом скрываться в тот же самый туалет, пытаясь выдолбить Майка вместе с семенем и смыть все проклятые мысли о нем, далеко-далеко, что бы больше не думать, не умирать только от одного его присутствия, будь то столовая или соседние парты в классе.       Он устал. Устал от этого.       Устал по вечерам или поздей ночью, заперевшись в комнате, скулить, надрачивая на новый откровенный портрет Майка, красующийся на альбомном листе, среди бессчетного количества похожих рисунков, закусывая краяшек одеяла и шумно выдыхая, бурно кончая себе в кулак, со стыдом потом прятаться от него и собственных грязных мыслей, весь следующий школьный день.       Устал смотреть на то, как тот дарит теплую улыбку своей девушке, даже не глядя на него, целуя нежно и трепетно, обращаясь с ней как с хрустальной вазой, будто она одна такая, и никто и ничто не смогло бы ее никогда ему заметить. Да, так и есть, она особенная.       И эта мысль глохочет у него в груди каждый раз, когда снова задумывается... А смог бы Майк его так полюбить?       Смог бы так же целовать при всех, не боясь осуждения, обнимать, шептать нежности, гулять целыми днями, любить до потери сознания, по настоящему, и целовать, целовать, целовать...       Уилл мысленно, жаль, что физически, дает себе пощёчину, за то, что снова позволил мыслям о безответной любви пробраться в его сознание и полностью затмить его...       Все звуки вдруг резко стихли, и было слышно лишь собственное тяжелое дыхание и тихий треск закончившейся очередной сигареты. Он достает новую, уже сбиваясь со счета.       Какая эта? Третья, пятая, может он вообще не курил?       Горько вздыхая, он облокачивается спиной о железную дверь, служащую выходом на лужайку и медленно скатывается на пол, прикрывая свободной рукой, отекшие от вечных истерик, глаза.       Мысли постепенно путаются и голова спустя мгновение начинает казаться удивительно легкой. Мокрый от пота весок, прислоняется к хололной кирпичной стене.       Тихий, но слишком острый женский голос, для такой вязкой тишины, раздаётся сначала позади, из темноты коридора, а потом отдается эхом и в сознании Уилла, который заставляет полностью обкуренного парня, немного, но придти в себя.       –Уже третья, Уилл, неужели все на столько плохо? –Девушка тихо проходит и садится рядом, чуть приобнимая его одной рукой.       –Наверное, мне просто нужно забыться, ничего такого...–нехотя отвечает тот.       Говорить о его чувствах сейчас не очень хочется, особенно, когда следующий, после прогуленного урока математики,–физра, и снова придётся видеть вспотевшего Майка, с красиво спавшими мокрыми кудряшками на лицо, снова придётся невзначай пробежаться по нему взглядом, снова...       –Мне так не кажется, выкладывай, что у вас творится.       Неужели он на столько очевиден..?       Хотя не сложно было догадаться по вечно кислой мине Уилла, по его странному поведению рядом с Майком, по тому, как он смотрит на него... Блять! Опять Майк!       Да когда это все прекратится?!       –Ничего у нас не творится.–огрызнулся он в ответ, на что получил непонимающий взгляд Мейфилд.       –Ну, полегче, я же не заставляю рассказывать, просто беспокоюсь за тебя, ты слишком много куришь! Почти пачка в день! Ты совсем не следишь за собой и своим здоровьем! –продолжала возмущаться Макс, попутно вытаскивая с зажатых пальцев Байерса новую скрутку.       Тот и не успел глазом моргнуть, как рыжая девушка уже ее подпалила и зажала между своих губ, втягивая гадкий для окружающих, но приятно-пьянящий и такой не обходимый для них, дым.       Выпуская большое облако дыма и прикрывая от кайфа глаза, она позволила себе немного откинутся на пыльные бетонные ступени, слегка поросшие мхом и прикрыть в блаженстве глаза.       –Мои любимые, где ты постоянно их берешь? –разорвала тишину между ними девушка.       –Урок уже начался, тебе не пора? –попытался избавиться от девушки Байерс, но как видимо у него это не получится сделать.       –А тебе, умник? –предсказуемо. А чего еще ожидать?       На ее ответ он лишь тяжело вздохнул и также позволил откинуться себе назад, на пыльные ступени, известные только старому охраннику и этой парочке друзей.       Дым манил и окутывал сознание парня, и только что куривший Уилл, хотел еще, хотя бы одну затяжку.       Быстро выхватив у расслабившейся девушки сигарету, он жадно обхватил ее губами, втягивая дым настолько глубоко, насколько только могла его дыхалка.       Тишина и спокойствие, вот для чего он выходит сюда почти каждую большую перемену, – уединиться с самим собой, оставить все мысли в школе, а за пределами наконец расслабиться.       –Как у вас с Лукасом? –чисто для приличия интересуется он, на самом деле-то ему все равно на чужие проблемы в отношениях, но винить его за это не нужно, он сам сейчас в полной заднице.       –Да никак.–односложно отвечает девушка.       –Что, конфетно-букетный период закончился?–язвительно продолжает Байерс, за что получает острым локтем в бок. –Хау, я же пошутить пытался.–шипит он и выкручивается, обхватывая бок рукой.       –Мне не до шуток, у нас вроде как серьезно все.. –задумчиво тянет девушка.–Он помогает справляться с кошмарами..       –Рад за вас.–выдыхая очередное облако дыма, говорит тот и снова тянется к сигарете.       –Хватит, как ты еще не отключился от такого количества выкуренного? –на этот раз девушка забрав сигарету не тянет ее ко рту, а сразу тушит о ступени и выкидывает в высокую траву, к еще десяткам таких же окурков.       Если бы дворник удосужился скосить здесь траву, то он бы вероятно потерял дар речи, когда увидел все эти травяные окурки и белые бычки.       Опять наступила блаженная тишина, прохладный ветер гулял по телу, облизывал лицо и холодные щеки, путался в волосах, заставляя отросшую лохматую челку, которую он не удосужился расчесать с утра, рассыпаться по лицу.       Тихие завывания ветра в стенах школы умиротворяли, как бы странно это не звучало, но сейчас ему было действительно спокойнее в школе, прямо здесь, на грязных ступеньках черного выхода, лежа на них рядом с подругой, чем дома в собственной комнате.       Напряжение спало от никотина, наконец в полной силе ударившего в голову.       Не хотелось сейчас о чем-либо думать, у Макс все хорошо, ну и славно.       Урок давно начался, а они до сих пор лежат, обкуренные, слушающие чужое равномерное дыхание и точно не собираются уходить отсюда до его конца.       Еще немного и Уилл бы точно отключился, погружаясь в мир сновидений, хоть и не на долго, но все же и как раз, когда он уже проваливается, Макс снова шепчет севшим от сигарет голосом.       –Все действительно на столько плохо? –никак не унималась девушка.       –Не представляешь. –отвечает Байерс, перебарывая свое желание послать ее на три буквы. Ответ выходит более грубым, чем он ожидал, голос полностью охрип от сигаретного дыма и подступающей к горлу горечи.       –Просвятишь, или самой гадать придётся?       –Я просто устал, Макс, устал прятаться от него, постоянно избегать,–голос слишком быстро начинал предательски дрожать,–Устал плакать по ночам, не спать из-за своих ебаных мыслей. Я просто хочу как раньше, без всех этих недоговорок, хочу без стыда смотреть ему в глаза, не прятаться в школьной толпе, –послышался тихий всхлип, –...понимаешь?       –Но ты ведь прекрасно понимаешь, что как раньше уже никогда не будет и..       –И поверь, мне от этого легче не становится!–голос сорвался и было слышно, как он уже без стеснения, рыдал и никакой никотин не помогал перебить эту душевную ноющую рану.–Осознавать, что наша связь исчезает..       –Ну же.. Уилл..       –Чего "ну же"?! Ты не поймешь, я знаю, тебе никогда не понять меня! У тебя же все заебись вечно, не жизнь, а мед..       –Тише, иди ко мне..–быстро сократив расстояние, Макс поспешно обхватывает Уилла в крепкие объятия, в которых он, кажется, нуждался за последние пару недель больше всего. Даже больше вонючих сигарет. Просто пообниматься с близким человеком, высказаться ему, в надежде, что тот поддержит, не оставит одного, не оставит на едине с собственными убийственными мыслями. Он трясётся всхлипывая в её нежных руках, как осиновый лист, сорванный ветром и несущийся в даль, только Уилл трясётся вовсе не от ветра. Уткнувшись подбородком в плечо девушки, он громко плачет и крепко обнимает ее в ответ.       Грудная клетка быстро вздымается, а слезы новой волной накатывают к уголкам глаз, скатываясь дальше по шее. Макс немного отстраняется и поспешно размазывает их большими пальцами и снова обнимает, еще крепче, мягко оглаживая спину юноши руками.       –Все будет хорошо, я рядом, Уилл и никогда тебя не оставлю..       –Да уже никогда не будет так хорошо, как было,–чуть отдышавшись, но так же со всхлипами, ответил парень,–У меня даже шанса нету...       –Шанс всегда есть, просто в нашем случае он очень мал, почти нету, но все же имеется!       –Это не звучит обнадеживающе.       –Ну, я старалась.       Оба замолчали так же резко, как и начали говорить, Макс до сих пор блуждала теплыми руками по спине, вырисовывая отросшими ногтями незамысловатые узоры на светло-серой кофте парня.       –Спасибо...       –За что?       –За то, что ты рядом...– ответив, парень не много повел плечами.       –Дурень. –тихий смешок послышался у себя в затылке, и после девушка полностью отстранилась от него.       Ветер сквозит между ними, быстро охлаждая нагревшееся пространство.       –Я никогда тебя не брошу, ни я, ни Дастин ни Лукас. Никто из нас тебя не бросит, и если ты расскажешь им, то они только поддержат, правда.– ее небесно-голубые глаза сверкали от влаги, накопившейся в них, и успокаивали просто, смотря в эту лазурную гладь. Как же Лукасу повезло с девушкой.       Кудрявые рыжие волосы развивались на ветру и приятно щекотали лицо парня. Руки девушки, со спины переместились на плечи, и уже покоились там.       Уилл прервал зрительный контакт первым, немного отстраняясь и уводя взгляд в траву, колышущуюся под гулянием в ней ветра.       –Нет, нет, посмотри на меня, посмотри на меня, Уилл. –девушка обхватила его лицо двумя руками и развернула прямо к себе.– Я рядом. И всегда буду.–после она поддалась вперед и примкнула лбом ко лбу. Приятное теплое дыхание плыло по лицу от такой близости с рыжей.       Так бы они и могли сидеть до конца уроков, прислонившись лбами друг с дружкой и смотря в чужие, наполненные слезами, глаза.       –Ему тоже не легче, –прервала тишину Максин.       –Что?       –Ты думаешь он не замечает твоего поведения? Он видит, что ты его всячески избегаешь, и ему тоже больно, он замечает каждую мелочь в твоем поведении.. Во взгляде, в движениях. Он всегда был самым внимательным к тебе из всех нас. Даже Джейн не сравнится с ним. Естественно он видит все изменения...       –И к чему ты клонишь?–будто опасаясь собственных мыслей спрашивает Уилл.       –Тебе стоит поговорить с ним.       О нет. Нет, нет, нет, нет, нет!       –Обсудить это все и придти к общему решению, ты же не можешь вечность избегать его.       –Ты шутишь или на серьезе?–не веря спрашивает парень.       –Я серьезно, Уилл, поговори с ним. Тебе нужно высказать ему все, не мучать ни его, ни себя, иначе это никогда не прекратится! Ты ведь сам понимаешь это, и сам же оттягиваешь этот разговор.       Повисла тишина, душащая, уже не приятная ни для кого.       –Либо ты идешь и говоришь с ним сам, либо я делаю это за тебя.       –Макс!       –Что?! Я тебе помочь вообще то пытаюсь.       –Не ори, нас могут заметить, и тогда нам точно влетит, за то, что мы прогуливаем.       –Значит ты перестань спорить со мной, и делай, как я говорю!       –Я так не могу... Макс, ты сама понимаешь, что говоришь?       Тяжело вздохнув, девушка продолжила диалог.       –Я не заставляю, Уилл, я говорю факты, тебе нужно с ним поговорить, только не затягивай с этим слишком долго, время все таки не резиновое..       Внезапно, идея явиться на скучный урок математики, кажется не такой и отстойной, дабы избежать глупого разговора об их недо отношениях.       Хоть она права, добавить нечего.       Ничего не ответив девушке, Уилл, подхватив полупустой рюкзак, молча, даже не попрощавшись на последок, направился в темный коридор.       Крепко сжатая на плече женская рука, остановила его уже в проходе в школу.       –Не затягивай с этим, Уилл, ты делаешь хуже вам обоим.       На это парень лишь неопределённо кивнул, и скрылся в темноте коридора.       Физкультуру он и в туалете пересидит, скажет, что поплохело и отпросился с нее у медсестры.       Будь ты проклята, Максин, со своими сраными советами...

***

      Так шли дни за днем, на улице уже стояла холодная ноябрьская погода, ветер завывал где то за спиной, мимо, изредка проезжали машины, а в окнах уже во всю горел тусклый свет.       Лишь 7 утра, а Уилл уже не дома, одевшись потеплее, он специально игнорирует жужжание телефона, тот начинает конкретно подбешивать, от количества поступающих на него сообщений, но он и не собирается их просматривать.       Меньше, чем за 4 недели, их отношения, если можно было таковыми назвать их недоговорки с Майком, ухудшились еще сильнее.       Теперь Уилл не только не мог находиться с ним рядом дольше сраного урока, но и думать теперь о нем не мог вовсе.       По телу словно ток проходил, лишь об одном смутном представлении образа друга, а внизу живота начинало больно скручивать.       Заходя в маленький круглосуточный магазинчик, он сразу направляется к отделу с энергетиками, где скупает две последние баночки, некой вкусной дряни.       Направляясь к кассе, он чуть не сшибает какую-то девушку с ног, за что едва ли не получает по роже.       –Наверное, было бы лучше, если получил, не пришлось бы деньги тратить, которых и так нету.–думал про себя Уилл, уже покидая магазин.       Путь до самой школы не слишком большой, но и не такой маленький, что бы не ускорить шаг, когда взгляд падает на часы экрана блокировки.       7.30, а значит через 15 минут ему нужно будет уже стоять у черного выхода, где они обычно встречались с Макс, ведь начало нудных занятий ровно в 8, а покурить все же хочется успеть. Значит попить ободряющей газировоной жидкости он успеет также до уроков, на площадке черного выхода. 7.52       Заходя как ни в чем ни бывало в школу, тот не идет на положенный этаж, а поспешно сворачивает за лестницу и плетётся по заковыристому пыльному коридору, ведущему к заветной лужайке.       С Макс они больше не затрагивали той темы с Майком, хотя та не однократно пыталась вывести тему на этот злосчастный разговор. Наконец успокоилась.       Но странности продолжались, как с собственной стороны, так и со стороны Уиллера.       Эти странные взгляды, особенно в последнюю неделю, постоянные предлоги задержаться у него с ночевкой, по причине не доделанного проекта по истории. Предлоги сходить куда-нибудь вместе. Вдвоем.       Это не могло не насторожить Уилла.       Ну да ладно, сейчас у него есть вещи поинтереснее. К примеру: выкурить 2 скрутки и выпить баночку энергетика, а после зажевать всю эту малину ядерно-ментоловой жвачкой. Да, не жизнь, а просто сказка.       В уже приподнятом настроении, Уилл направился к заветной черной железной двери, попутно открывая баночку и жадно делая большой глоток горьковатой жидкости.       Максин же не будет против того, что он начал "трапезу" без нее, так еще и опоздал на добрых 7 минут. И не такое с ними случалось, переживет.       Из-за поворота к выходу сочился мягкий дневной свет, освещающий стену на против Уилла.       Макс еще не ушла и до сих пор ждет его, как мило.       Делая очередной глоток жидкости, Уилл заворачивает и взору предстает не рыжая кудрявая макушка девушки, обычно сидящей на бетонных ступенях здания, а до боли знакомые короткие кудри, черные, как смола, едва колышущиеся от гулявшего по стенам школы, ветра.       Энергетик наровился сейчас же вырваться наружу, через все возможные выходы, но Уилл не мог позволить тому заметить себя. Какого черта?!       Парень стоял спиной к подошедшему только что Уиллу, облокотившись на дверь, ведущую к выходу, скрестив руки на груди, что то бурно рассказывая и качая головой.       Он был одет легко, не по погоде, как Байерс, лишь легкая сине-белая ветровка болталась на его худощавом теле, как пакет на палке.       Темные брюки, и чёрно-белые конверсы, ничего нового. В ногах лежал полупустой коричневый рюкзак.       Со стороны улицы доносились голоса, но это говорил не один человек, их было несколько. Двое. Точно. Максин!       Чертова Мейфилд рассказала засранцу-Майку про их тайное место, и легко заменила его, а стоило-то опоздать на 7 минут!       С ней он поговорит об этом позже, а сейчас ему надо срочно сматываться, пока его не заметили и у него не возникло еще больше проблем...

***

      Все уроки, как и впринципе весь день, тянулись слишком медленно, а в особенности первые два урока совмещенные с Уиллером.       Тот словно пилил его, все эти два злосчастных урока, своими темно-карими глазами, возможно пытаясь что-то сказать ему, но Уилл боялся даже повернуть голову в его сторону, вместо этого упорно делая вид, что он вовсе не замечает его странного поведения.       Все будто кричало, что ему нужно бежать, скрыться от его глаз куда подальше и больше не видеть его сегодня. Так он в принципе и поступил.       Как только звенел звонок, он уже выходил из класса, когда все остальные лишь складывали учебники в рюкзаки. Перемену же он отсиживался в туалете, очищая телефон от сообщений и пропущенных звонков Майка.       И опять же, со звонком, последний, заползал в класс, что бы у того не было времени хоть как-то поговорить с шатеном, докоснуться до плеча, развернуть и посмотреть в стыдливо прячущиеся зеленые глаза.       Тактика по избеганию Майка работала на ура. Тот даже моргнуть не успевал, как терял не большую фигурку Уилла из поля зрения, среди десятка таких же русых и каштановых голов и лишь раздосадованно вздыхал, плетясь в своих мыслях к следующему кабинету.       Время тянулось уж слишком медленно, хоть обед уже и прошел и оставался всего один урок– физкультура, которую он собирался как обычно, благополучно прогулять, на заднем дворе школы, в компании рыжей девушки. Туда то он и направлялся.       Идя мимо шкафчиков, проходя мужские туалеты, он нервно озирался. Нет ли назойливого Уиллера, который в принципе мог бы стоять за этим углом и караулить его... Нет, вроде чисто.       Последний поворот, мимо спортивной раздевалки и он на месте.       Но его отвлек подозрительный шум в маленькой подсобке, принадлежавшей уборщице, находящейся в паре шагов от самой раздевалки, заставивший обратить все свое внимание на слегка приоткрытую дверь в темную комнатку.       Сделав несколько неуверенных шагов в сторону каморки, тот сначала позвал кого-то, в надежде, что это все же старая техничка, шуршит пакетами для мусора, как это обычно было.       –Хей, есть тут кто? – но на его зов, не последовало ответа.       Насторожившись, он начал подходить все ближе и ближе и уже лицом к лицу стоял перед щелочкой, вглядываясь в темноту помещения. Секунда. Две. Три.       Он уже тянулся рукой к ручке двери, что бы открыть ее и посмотреть, на того, кто так нагло шумит и хозяйничает. Вдруг, дверь резко открывается и мужская рука в синей ветровке хватается за рукав синей кофты парня, утаскивая его за собой в душную темноту.       Не успев и пискнуть, Уилл оказывается грубо откинутым к противоположной стене, не хило ударившись о стоящий у нее железный шкафчик с различными баночками на нем.       От удара тела о шкаф, некоторые коробки с него повалились вниз, вызвав еще больше шума, который мог бы привлечь внимание проходящих мимо учеников, но как на зло прозвенел предательский звонок, и гул старшеклассников с другой стороны двери утих.       Послышался щелчок замка на двери, ключ провернулся в скважине два раза и после был спрятан в карман ветровки неизвестного.       Уилл даже не знал что и думать, наверное, сейчас его изобьют, или еще того хуже, изнасилуют прямо в школьной подсобке... Хуже и быть не может.       Начав перебирать у себя в голове все самые ужасные исходы этой ситуации Уилл и не заметил, как мужские руки ослабили свою хватку.       Впереди себя послышалось какое-то шуршание, затем щелчок выключателя и через секунду тусклая маленькая лампочка озарила каморку, представляя взору парня, своего "похитителя".       Майк Уиллер собственной персоной. Хуже быть все-таки может. Теперь он в полной пизде.       –Кхм, привет...–полу-шепотом сказал кудрявый, отступая от него и складывая руки на груди.       Опешеший Уилл начал:– Ты больной что-ли? Зачем ты меня запер здесь, выпусти меня сейчас же или я начну кричать и если нас заметят тут вместе, то к нам возникнет множество вопросов!–сразу принимая оборонительную позицию, без лишних "привет" ругался он.       –Можешь орать сколько влезет, тут шумоизоляция, я проверял.       –Идиот..–закатывая глаза и чуть отстраняясь от шкафа через зубы прошипел шатен.       –Я не просто так запер нас тут,– парень обвел взглядом захламленную комнатку.–Нам нужно поговорить.       –Агрх, да вы все, блять, просто издеваетесь надо мной!–провыл Уилл. Как же его все достали.       –Послушай, нам правда стоит поговорить...       –О чем?–не успел договорить кудрявый, как его перебил младший.       –Не строй из себя придурка, Байерс, ты сам прекрасно понимаешь, к чему я веду. Ты думаешь я не вижу, как ты изменился в этом учебном году? Что с тобой стало, ты сам на себя не похож! Постоянно избегаешь меня, прячешься, отмазываешься от провождения времени вместе, на обедах не появляешься... тебя даже не подловить нигде, со звонком ты сразу вылетаешь из класса, и отсиживаешься всю перемену черт знает где! –кричал на него Майк, –Даже на сообщения не отвечаешь! Уж если б удосужился ответить... ты даже не просматриваешь их! –лицо парня уже начало приобретать красный оттенок от постоянно повышенного голоса и нехватки воздуха, такого Майка он еще никогда не видел, это настараживало, а если он сейчас с ним что то сделает? Этого ведь даже никто не узнает, шумоизоляция и...       –Но к остальным ты относишься как обычно... Кто бы не спросил, ты ничего никому не говоришь и ведешь себя максимально замкнуто... Я переживаю, Уилл и хочу с этим разобраться, только ты и я, никаких посторонних ушей...       Придурок, чертов красивый придурок..почему же ты все вечно так любишь усложнять...       Неужели это конец, он ведь не отстанет, это же Майк, Майк, черт побери Уиллер, который видит его насквозь, который спал с ним в больничной палате, когда тот лежал под капельницей, был первым, кому Уилл рассказал про изнанку из их друзей, был рядом при видениях, до сих пор хранит его детские рисунки. Майк, который знает про него практически все, кроме его чертовой влюблённости, не дающей ему нормально жить, Майк, который когда то пообещал быть сумасшедшими вместе...       –Это снова изнанка? Истязатель...он снова вернулся?–неожиданно выдает Майк, что заставляет сердце Уилла от ее упоминания, забиться быстрее.       –Что?–явно не ожидая такого ответа, парень выпучил глаза.       –У тебя опять появились видения с изнанкой? Уилл, почему ты раньше мне не сказал...       –Что?! Погоди, никаких видений из изнанки не было и нету! Оди уничтожила ее и векну, если ты не забыл!       –Тогда в чем проблема твоего избегания!? Ты сам напросился.       –Да в тебе вся проблема, Майк, ты всегда был ее источником и продолжаешь ею быть, даже не замечая этого! –выплюнул Уилл, что заставило опешевшего парня напротив, отшатнуться.       –Да?! И в чем же она заключается? Я пытался поговорить, пытался встретиться, но черт возьми, ты постоянно отмазываешься! Что я сделал не так?!       –Ты не поймешь!       –Я попытаюсь понять, только скажи мне! –парень в ветровке напористо прижимал младшего к железному шкафчику, не давая тому оттолкнуть себя. Он крепко сжал его предплечья, вдавливая их в холодный шкаф, чем не мог не вызвать болезненного возгласа у Уилла.       –Ау, мне же больно, что ты делаешь!?       –Мне вообще то тоже больно, –голос Майка дрожал и слезы казалось вот вот вырвутся наружу, но он их умело сдерживал, –Ты не думал, что своими выходками ты лишь углублял рану?! Ты хоть понимаешь, как это со стороны выглядело? Два парня, дружащие с детства резко отдаляются друг от друга, один убегает, а второй пытается починить их дружбу, склеить все обратно... Но все его попытки тщетны! А когда он наконец подловил его и заставил поговорить с ним, то тот выдает, что во всем виноват именно он!? –глаза покраснели от слез, уже льющихся рекой, а голос сорвался на психованный крик.       И при всей этой картине, Уилл еще был грубо прижатым к сенке шкафчика.       –Ты самый последний идиот, раз еще не понял...       –Да мать твою, говори уже!       –Да не могу я сказать! Не могу!–казалось, Уилл сейчас тоже заплачет, от такого давления и уже спертого воздуха в комнатке. Но он пока тоже держался, до определенного момента...       –Уилл... –не успел начать Майк, как его уже заткнули.       –Прошу, отойди. –с усилиями оттолкнув от себя парня тот попытался быстро открыть дверь и убежать, но она не поддалась ни на первое опускание ручки, ни на второе и ни на третье.       –Ты сейчас ручку выломаешь...–опустошенно сказал Уиллер.       –Выпусти меня сейчас же!–так же требовал Уилл.       –Пока ты мне все не объяснишь, ты будешь сидеть здесь со мной до конца уроков и если понадобится, то до следующего учебного дня.       –А что ты хочешь от меня услышать? Я избегаю тебя потому что, что? Как ты думаешь?       –Я без понятия, поэтому сейчас и пытаюсь выяснить причину, что бы ты открылся мне и перестал делать больно нам обоим.–схватив младшего за руку, тот снова попытался прижать его к шкафу, но на половине оборота его грубо оттолкнули. Не удержав равновесия, явно не ожидая ответного толчка, кудрявый пошатнулся и с громким вздохом навалился спиной на стенку с выключателем.       Каморка окунулась во мрак, и было слышно лишь едва слышное всхлипывание шатена, стоявшего где-то у железного шкафа.       Не успев сообразить, что они вдруг оказались в полной темноте, и без того быстро бьющееся сердце Майка, заколотилось еще быстрее и грозилось вот-вот выпрыгнуть из груди. Уилл срывает пластырь с давно ноющей раны.       Его губы в неряшливо-быстром поцелуе накрыли чужие, искусанные до крови губы шатена, соленые, от потока льющихся слез и шершавые от маленьких корочек засохших ранок. Прильнув к ним и слегка обхватив его лицо руками, младший облизнул нижнюю губу парня, пытаясь пробраться глубже, вовлекая его на ответные действия. Майк же стоял, не понимая, что ему сейчас делать, ликовать или оттолкнуть от себя... Он просто стоял с широко открытыми от удивления глазами и лишь грудная клетка быстро вздымалась и опускалась.       Так и не дождавшись ответа, младший поспешно отстраняется, разрывая "поцелуй" с тихим чмоком. Пару мгновений он смотрел в едва различимые в темноте, такие же мокрые от слез, ошеломленные его действиями, карие глаза, руки все еще покоились на его впалых скулах, но через секунду были неуверенно отдернуты, оставляя после себя "ожоги" в местах соприкосновения с кожей.       В ушах Майка шумело, гудело и кричало что то, чему он не может дать точного названия. Он даже не заметил в густой темноте комнаты, как тот уже вытащив ключ из кармана, начал трясущимися руками отпирать замок на двери.       Щелчек. Еще один.       Тело словно прошибло током. Он все это время пялился в противоположный угол, где стоял Уилл, до того, как поцеловал его...       Еще мгновение и дверь рывком открывается, выпуская Байерса наружу. Ну вот и все...       С силой толкая дверь ногой, он вылетел из комнаты, поднимая после себя ветер в коридоре. Дверь, не слабо стукнувшись о стену здания, кажется на месте удара ручки о стену будет вмятина, служащая вечным напоминанием, о том, что произошло в служебной каморке.       Он все еще стоял с чуть приоткрытыми губами, накрытыми рукой, из-за недавнего соленого поцелуя с Байерсом.       –Так вот в чем дело..–шепнул он себе под нос, –Дело во мне...–закончил он, повторяя недавние слова младшего, продолжая стоять как вкопанный, и продолжать смотреть в даль коридора, куда пару секунд, в может уже и минут назад умчался Байерс.       Мысли, мысли, мысли, они летели в его голову и вылетали от туда с такой же скоростью, как и во время прибытия. На языке крутился лишь один вопрос, на который у него уже был ответ. Вопрос, ответ на который он знал уже давно. Слишком долго он оттягивал с принятием его таким: не разогретым, пресным и без весомых доказательств на действительность.       И вот, этот поцелуй–маленькое действие, несущее за собой разрушительные для них обоих последствия, действие, которое уже нельзя будет оправдать, попросить прощения за необдуманные действия, попросить забыть, выкинуть, вычеркнуть черной пастой, сжечь до сизого пепла и остаться друзьями, как это раньше и было.       Но уже нельзя, ничего не изменить, он все разрушил, Уилл мог бы соврать, что это действительно векна и у него снова появились видения, мог бы просто умолчать, стыдливо закусив губу и потупив глаза в пол, так и не сказать ему правду. Сторчиться от горя неразделенной любви в конце концов, когда поставщик наркоты у него буквально под боком! Но неумолимое желание было сильнее и вот что из этого вышло..        Вот он снова один... Облокотившись об обложенную гладкой плиткой стену, он громко всхлипывает, не боясь быть кем-то замеченным, горькие горячие слезы льются, стекая вниз, по щекам, впитываясь в рукава кофты и в темные спортивные штаны, а рюкзак, от злости, откинут в противоположный угол туалета. Он снова все испортил.

***

      Облокотившись на бортик, покрышейся жёлтым налетом, раковины, он вяло переваливался с ноги на ногу, попутно умываясь ледяной водой с мерзким привкусом железа.       Рядом, на полу сидела шокированная рассказом парня, Макс, переваривая все раннее сказанное и готовя свою не утешительную для него речь.       –Кхм, ну тут даже я бессильна...–спустя долгие минуты молчания, хриплым голосом ответила девушка.       –Макс, хоть что-нибудь...–взмолил Уилл, поворачивая голову в ее сторону.       –Подожди, я еще думаю.–сухо ответила та, приставляя кулак к подбородку, принимая позу раздумий.       Развернувшись обратно, Уилл выключил воду, проворачивая старую скрипучую ручку краника и прислонившись к стене, медленно сполз на пол, обмякая, как огурец в микроволновке.       В голове крутился целый рой беспорядочных мыслей, которые не давали покоя.       А что будет дальше?       Зачем он вообще это сделал?       О чем сейчас думает Майк?       Почему он не остался и не попытался все объяснить...       Зарывшись лицом в ладони, он громко обреченно простонал,–Агрх, что мне делать, Макс, как я теперь буду ему в глаза смотреть?!       –А ты как будто раньше особо ему в лицо заглядывал, ты даже на обеды ходить перестал, что бы его лишний раз не видеть.–процитировала девушка, его недавние действия.       –Макс!       –Ладно, молчу.–ехидная улыбка выросла на ее веснушчатом лице, улыбка которая не вписывалась в их напряженную атмосферу.       Действительно, что ему делать теперь, после их разговора в подсобке. Как вообще теперь вести себя рядом с ним... Дальше продолжать прятаться, или попытаться поговорить?       Исключено. Никаких разговоров.       Его от одной мысли об их поцелуе в дрожь кидает, не то что бы вести диалог о нем...       –Теперь вы обязаны поговорить.–с ноткой задора в голосе сказала Максин.       –Макс, ты с ума сошла!?       –А что ты мне еще предлагаешь сделать, поговорить мне с ним за тебя? Не я же поуши влюблена в кудрявого придурка, у которого есть девушка, которая по совместительству твоя сестра!–продолжала девушка.       –Ты жестока, Мейфилд, это еще хуже...       –Я не жестока, всего лишь констатирую факты. –улыбка расползлась по ее лицу ещё шире, а непонимание всего происходящего Уиллом, стало только больше.       Она ведет себя слишком странно.. даже по ее меркам.       Эти постоянные неоднозначные короткие взгляды, при упоминании их поцелуя, глупая улыбка, легкий разговорный тон и в принципе манера ее поведения загоняли его в тупик, и только к одной догадке.       Она что-то знала. И возможно напрямую была с этим связана, даже не пытаясь никак это скрыть или хотя бы попытаться сделать это!       Перед глазами всплывают те самые утренние разговоры Макс с Майком, и при мысли о них ему становится только хуже.       Но зачем? Какая ей выгода подговаривать Уиллера на "похищение" младшего, а в дальнейшем сеанс странных расспросов?       Нет, здесь точно что-то не так, и ему срочно нужно во всем разобраться.       –У тебя улыбка с лица не слезает, чему так радуешься? Тому, что я снова оказался по уши в дерме?       –Не совсем, и вообще, тебя это точно никак не касается. –надевая маску безразличности произносит рыжая, чем потихоньку выдает себя.       Ладно, это не сработало, хотя на что он надеялся. Как говорится не тяни кота за хвост, лучше сразу за яйца. Сделав глубокий вдох, Уилл все же решается.       –Скажи честно, ты как то причастна к тому, что сегодня произошло?–украткой посматривая на искажающееся в ужасе лицо девушки выдает он.       –Что? –девушка дрогнула от резкого вопроса и встала в небольшой ступор, переваривая слова и подбирая нужные в ответ. –С чего вдруг такие догадки?–некогда ехидная улыбка потихоньку сползала с ее лица.       –Ключи от комнаты.–односложно ответил он, на что последовал встречный вопрос и наигранное непонимание на лице Мейфилд. Наверное, посмотри на него со стороны, можно было бы увидеть, как у него в голове крутятся шестеренки, двигающие механизм. Ему нужно было как можно скорее вывести Мейфилд на чистую воду. Какая же актриса...       –И что прикажешь делать с этой информацией?–поджимая ноги под себя ответила девушка.       –Его ненавидит наш охранник, и он бы ни за что не дал их ему.–кажется он попал в самую точку, так как полностью поменявшееся лицо рыжей, все давало хорошо понять и без всяких слов.       –Ну, может он их выкрал. –водя руками в воздухе тараторила та.       –Будка всегда закрыта, даже когда он отходит в туалет, я думал, что все это знают.–чуть приподнявшись продолжал шатен.       –Откуда такие мысли, Шерлок, не знаю я, как он их взял, ясно? Чего ты ещё хочешь?–лицо рыжей начало приобретать розоватый оттенок.       И это не могло, не подтвердить догадки парня.       –Да? Может тогда ему кое-кто помог... Ты например?–приподняв одну бровь вскрикнул он, вставая на колени, потихоньку принимая стоячее положение.       –Да что тебе нужно?       –Мне просто не понятно зачем все это делать, у него есть девушка, а моя больная влюбленность когда-нибудь пропадет, и не надо впутывать в это пубертатное дерьмо кого-то, и тем более рушить чужие отношения из-за меня!       –Я вообще-то хотела помочь тебе, а ты..!–в ужасе, от только что вырвавшихся слов, девушка немедленно закрыла свой рот обеими руками, громко пискнув, и выпучив глаза, смотрела на парня. Ну вот ты и сдала себя с потрохами, Мейфилд.       –Ты хотела как лучше?! Правда? И что теперь?! Майк хер пойми где, и не понятно, что будет с нашими отношениями дальше, и еще мне не понятно, как на все это дерьмо отреагирует Оди, если узнает! И поверь мне, она точно об этом узнает! Как мне с ней жить после этого, что мне ей говорить?!– негодовал шатен, –Мол: –"Оди, прости, я целовался с твоим парнем во время физры в какой то каморке, а потом я сбежал.."–Ты мне это предлагаешь сделать?!– звон в ушах от собственного режущего слух крика, отскакивающего от стенок туалета, обложенного плиткой, раздался моментально, как только его рот закрылся с характерным щелчком.       Грудь быстро вздымалась, и первые бусинки слез появлялись в краешках зеленых глаз.       Все тело в один миг неприятно вспотело, и кофта уже начала прилипать к худощавому телу.       Но Максин не оставалась в стороне, так же принимая оборонительную позицию.       –То есть, ты хочешь сказать, что в том, что ты поцеловал его, виновата я?! Ничего умнее придумать не мог? Ты сам во всем виноват придурок, и пытаешься сделать виноватой в этом меня! Я всего лишь подтолкнула Уиллера на разговор, а ты из этого раздул слюнявую драму, где в конце умирают оба!–вмиг вскочив с пола, затараторила девушка, с каждым словом подходя все ближе и ближе к нему, пока не оказалась с ним нос к носу. Закончив выплескивать яд, она больно пихнула его в грудь, что заставило того пошатнуться, но устоять на месте.–Ты, придурок, Байерс, и только ты виноват в этом, и никто другой! Ни Майк, ни Оди, ни тем более я. Ты все испортил, и теперь разбирайся в этом сам, не вмешивая меня в свои проблемы, с меня хватит.       Простояв так несколько секунд, оперевшись руками на край борта раковины, ему удалось выдавить из себя жалкое:–Что..?–после чего, его колени начало мелко трясти, и с каждой секундой дрожь во всем теле становилась все сильнее и сильнее.       Видя состояние друга, девушку словно ледяной водой окатило, вернуло былой здравый рассудок и она немедленно принялась извиняться за сказанное.       –а...Господи, Уилл, прости меня, дуру, я наговорила лишнего, послушай, я правда...       –Нет, ты сказала все верно, не вини себя.–перебил ее разбитый словами, парень, поспешно отгораживая одной рукой девушку.–Я сам во всем виноват...       Опешевшая девушка пыталась было что то сказать, но он ее уже не слушал. Просто не мог.       В ушах до сих пор стоял не приятный звон, после своих возгласов, вызванных банальной яростью, которую он больше был не в силах держать в себе.       Подхватив рюкзак за лямку он двинулся прочь из школы, ни с кем по пути не пересекаясь. Это и к лучшему. Сейчас ему вообще не хотелось никого видеть, будь то мама или Джонатан, ему просто нужно побыть одному. И срочно закурить свежий косяк.

***

      Дни один за другим летели неумолимо быстро, и вот уже прошла неделя с момента их поцелуя...       Что касаемо Максин. Пару часов спустя, после их ссоры, она сама явилась на порог, требуя впустить в дом и как следует все обговорить, что бы между ними не оставалось никаких недоговорок и обид. Они говорили долго, и проронили несколько горьких слез, но все же возобновили тот огонек их крепкой дружбы, и казалось стали еще ближе, когда обсудили все свои мысли и переживания. Каждодневные сеансы курения на заднем дворе, в компании девушки, тоже возобновились.       Все оставалось как прежде. Почти.       За исключением постоянно прикованного к нему, грустного блуждающего по стенам и одногруппникам взгляда Уиллера.       Нет, он не стал прятаться, в отличии от Байерса, но он все так же пилил его грустным взглядом на уроках, и казалось, просверлил бы в нем дыру, если бы только мог. Но этого, к счастью младшего, не могло произойти. Каждый урок проходил практически одинаково, не считая меняющихся классов и предметов изучения. Но одно оставалось неизменно.       Где бы он ни был–всегда встречал глазами такого же неспокойного, мечущегося из стороны в сторону, Уиллера. Будь то туалет, раздевалка или та же самая столовая, в которой он по прежнему не появлялся–боялся встретиться с ним. Но подойти и поговорить на едине так никто и не решался. И как бы тупо это сейчас не прозвучало, но он был рад излишней молчаливости брюнета, хоть сейчас в их ситуации она казалась неуместной.       Время постепенно приближалось к обеду, а это значит, что самое время выйти хорошенько проветриться самому и своей тяжелой, от вечно жужжащих мыслей голове.       Идя по темному коридору, попутно доставая из коробка толстую самокрутку, он напевает себе под нос что то новенькое, громко играющее в потрепанных проводных наушниках, из нового альбома Джонатана, который ему опять таки любезно дал послушать парочку песен его излюбленной группы.       Пританцовывая в такт играющей музыке, он наваливается на тяжелую железную дверь плечем, и та с тяжелым протяжнвм скрипом отворяется, выпуская того на свежий воздух.       Конец ноября и уже достаточно холодно, как раз для того, что бы надевать вязанные мамой или бабушкой свитера в школу.       Приятный морозный ветерок скользнул по лицу, оглаживая горячие щеки парня. Листьев на деревьях почти не осталось и сейчас они выглядели достаточно комично, из-за сильного ветра, качающего верхушки лысых стволов из стороны в сторону. Птиц тоже не было слышно, да и как он услышит их, если песня в наушниках выкручена на самую высокую громкость.       Проходя чуть правее, от открытой настежь двери, прислонившись к холодной стене, Уилл достает из другого кармана зеленую зажигалку, купленную все в том же круглосуточном магазинчике пару месяцев назад, щелкает ею в тщетной попытке добиться пламени и спустя еще несколько таких же безуспешных попыток, все же добивается желанного результата.       Маленькое пламя играет от сильного ветра и едва ли не затухает, когда тот дует слишком сильно, но Уилл успевает укрыть его ладонью, сохраняя ему жизнь.       Поднеся к пламени краяшек самокрутки и дождавшись пока она затлеет, он жадно втягивает воздух вместе с поступающим в них дымом.       Что может быть лучше?       Он не знает. И если честно не хочет знать. Все, что ему сейчас нужно–находится буквально у него в руках.       Морозный ветерок ласкает его щеки, которые постепенно обретают слегка розоватый оттенок.       Скоро Рождество.       И эта мысль его ничуть не радует, ведь ему банально не с кем проводить все зимние каникулы.       Дастин на все каникулы уезжает к своей тёте. Макс будет тусоваться с Лукасом, а Лукас с Макс. Робин будет занята на подработке со Стивом, Эдди будет играть в подземелья.. А Майк...       Уилл поспешно встряхивает головой, дабы выгнать все мысли о нем. На их место заползают новые, но уже о сводной сестре.       Джейн за все это время, ни слова про Майка не проронила, хотя раньше каждый вечер, хоть и немного, но рассказывала брату про их отношения, сейчас же при малейшем упоминании о ее парне, ее лицо мгновенно мрачнеет, но она быстро незаметно меняет тему и продолжает, как ни в чем не бывало, улыбаться и рассказывать про то, как погуляла с подругами или приготовила с Джойс печенье.       От этой мысли тоже не становилось лучше.       На сердце будто кошки скреблись, при мысли о Майке. Он словно чувствовал вину за свою любовь. Сразу то в жар, то в холод бросало, одним словом, он потихоньку сходил с ума, и если это все продолжится, то это будет просто не избежно.       Перед глазами всплыло то мутное, из за его слез, очертание до боли родных черт лица брюнета, в момент их поцелуя.       Грубоватые кудри спадали ему на лицо, чуть щекотя нос, бархатные губы соприкасались со своими, и он чувствовал через губы его участившийся в три раза пульс. Уилл рвано выдохнул густой дым.       Затягиваясь еще сильнее, он сначала зашелся в кашле, при котором искры из глаз летели, но чуть отдышавшись и приведя сбившееся дыхание в норму, он снова устремил взгляд в серое осеннее небо.       Маленькая слезинка выкатилась наружу и сорвалась вниз, разбиваясь о холодные бетонные плиты. Ему они не казались уж такими холодными, возможно даже теплыми, но сейчас они прожигали до костей, холод доходил до самых нервных окончаний и от сильного дискомфорта, парень был вынужден подняться с пола.       Упираяь уже спиной о кирпичную стену, не заботясь о том, что он может запачкать недавно купленную куртку, он сделал еще одну затяжку, выдыхая дым через несколько секунд.       Звонок прозвенел сейчас слишком быстро для парня. Но он пока не собирался заходить.       Музыка до сих пор играла в наушниках, что создавало эффект чьего-то присутствия, окутывая своими резким, то увеличением, то спадом звука, высокими голосами и местами низким басом.       Боковым зрением он замечает слева от себя какое-то движение, но не оборачивается к пришедшему.       Снова Максин пришла пожаловаться на их проблемы с Лукасом, и за одно выпросить сигаретку.       Гитарные струны, играющей в наушниках песне, отчаянно рвутся, видимо для более зрелищного эффекта в записанном выступлении, и этот звук не хило раздражает Уилла, после чего он тянется в карман и нажимая кнопку на плеере, выключает ее.       Еще добрых пару секунд он смотрит на медленно плывущие облака, после чего охрипшим голосом начинает диалог, все так же глазами бороздя серое небо.       –Не думал, что так рано вернешься, Максин, двух уроков не прошло,–легкая насмешливая улыбка полу ухмылка, появляется на его лице, но он все так же не поворачивается к ней, представляя ее недовольное лицо.       –Да я и сам не думал, что приду.. –тихо произнес мужской голос, пронзивший сознание Уилла насквозь. Так, стоп. Это не Мейфилд.       Сильно поперхнувшись сигаретным дымом, выкашливая вязкое облако наружу, он медленно разворачивает голову, чуть двигая торсом и ужасается представшей перед ним картиной.       Майк стоит напротив него, облокотившись спиной к щели между дверью и стеной дверного прохода, внимательно наблюдая за реакцией шатена.       –Ты.. какого хера ты вообще тут делаешь?–понимая с какой целью он сюда пришел, Уилл насторожился.       –И тебе привет.. встречный вопрос.–немного сбитый с толку, от резкого выпада Уилла в свою сторону, произнёс веснушчатый.       –Это наше с Макс место, я здесь каждый день сижу, а вот что ты здесь забыл, не понятно.–Уилл пытался отгородить себя от Майка, показывая, что он сейчас не настроен говорить с кем-либо.       –Мне нужно поговорить..       –Ну и с кем? –быть умным–вовремя прикинуться дурачком. Но в его случае это не сработало. Майк одаривает его удивительным взглядом, и после отвечает, будто это самая очевиднейшая вещь, которая только могла быть, хотя так оно и есть.       –С тобой.       –Не понимаю о чем ты.. мне кажется все давно понятно..       –Серьезно, Уилл, ты сейчас серьезно? Хватит оттягивать неизбежное! Или ты всю жизнь будешь бегать от проблем?       –Ты о чем..?–Уилл все прекрасно понимал, но старался как можно дольше оттягивать этот момент. Он не хотел терять его. Он просто не переживет разрыва с ним. Он не сможет...       Глубоко вдохнув, Майк начал,–Тот поцелуй... зачем... зачем ты поцеловал меня тогда..?–тихо взглотнув, он смотрел ему в глаза, в ожидании ответа.       Его поймали, черт.       Его снова поймали, и на этот раз без шансов скрыться. Словно лесной зверек, попаший лапой в стальной капкан, впивающийся зубьями и дробящий кости в порошок, доставляющий неимоверные боли. Только у него болело не тело, а душа. Он не переживет этот разрыв. Только не сейчас. Он сломается окончательно.       Опустошенным взглядом он уставился на него, и только и смог прошептать, чуть пошатываясь на месте, –Нет..       –Что?–явно не ожидая такого ответа, Майк вздрогнул.       –Нет...нет..нет, нет, нет, нет!–шатен начал пятиться назад, едва не спотыкаясь о высокую мокрую траву.       –Уилл..       –Э-это было ошибкой, я-я не думал, что я делал, это было порывистым желанием, и я... в общем, просто забей, давай просто сделаем вид, что ничего...–слова давались с неимоверным трудом, так как ком, мешающий говорить, подступал все ближе и ближе к горлу.       Что-то защемило в его сердце, когда чужие теплые руки накрыли и крепко сжали его плечи, от чего его глаза за секунду намокли.       –Уилл, подожди! Не говори так! Это не было ошибкой, и ты знал на что идешь! Ты понимал, на что соглашаешься! –протестовал Майк.       –Нет! Замолчи! –Уилл выворачивается из его хватки, отступая еще дальше, обхватывая самого себя руками, сердце бешено колотится, и его удары отдаются у него в висках.       –Просто.. просто заткнись, Майк! Я больше не хочу ничего слышать, это была ошибка, слышишь? Это была очень большая ошибка.. Я не думал, что делаю и как обычно все испортил... Теперь, ты вероятно, пришел, что бы высказать мне все это в лицо, так как на твои СМС я не отвечаю... –тихо всхлипнув, Уилл накрыл одной рукой переносицу, в попытке как можно скорее перестать пускать слезы, но это ему мало помогло.–Пришел, посмотреть на меня, труса, и сказать, что все конечо, и что ты больше.. ты больше не хочешь меня видеть.. нашей дружбе придет конец... Стоя чуть поотдаль, Майк, сжав руки в кулаки, боролся с желанием преждевременно крепко обнять друга, попытаться утешить..       –Но и ты пойми,–продолжал кричать Уилл, – Я не могу так просто отпустить тебя... Я знаю! Я совершил непоправимую ошибку и мне нет смысла продолжать объясняться... Но прошу, дай мне... нам время. Все это уляжется и мы снова сможем общаться.. как раньше..       Закончив, Уилл не осмеливался поднять на него свои красные от слез глаза.       И про себя он молился всем, ему известным, богам, что бы не услышать роковые для него слова.       –...Снова будут ДНД посиделки по субботам, будем собираться всей компанией и играть до ночи, будут совместные ночевки, будем гулять, будут вечера-кино, правда! Мы снова сможем говорить друг с другом на едине, не стесняясь, и никому это не будет причинять боли..–На мгновение он замолчал.–Только дай нам время, прошу.. – обратился он к Майку, смотря в его темные, такие же блестящие от слез глаза, которые находились так близко, но так недосягаемо для него, спустя еще одно мгновение он стыдливо потупил взгляд, не желая больше смотреть в эти разочарованные глаза.       –Но я не хочу.. –тихо сказал Уиллер.       По спине парня пробежал холодок, и сердце пропустило удар.. Ноющая рана в сердце начала снова болезненно открываться...       –Что..? –От такого ответа, он был вынужден снова поднять на него свои наполненные слезами глаза, в ушах шумела кровь, и голова резко оказалась неимоверно тяжелой...       Шумно выдохнув, старший двинулся вперед, на встречу к лицу шатена...       Как в замедленной съёмке, он словно плывет по мокрой земле и через мгновение, беря его лицо в свои шершавые и холодные руки, разворачивает на себя и еще пару секунд, мучително-долго смотрит в его зеленые глаза, наполненные слезами, перед тем, как чуть прикрывая свои, наклоняется и нежно-нежно касается его губ, своими искусанными губами, в неряшливом поцелуе, чуть сталкиваясь с ним лбами.       Уилл же боялся дышать. Что он черт возьми делает, не сон ли это?       Слишком много эмоций сейчас бурлило в юном подростковом котелке шатена: печаль, смятение, счастье, возможно капелька злости на Майкла..       Он же, поняв, что ответа не следует, настойчиво старается приоткрыть его рот, сильнее надавливая языком на губы, жмуря глаза, углубляя поцелуй, что бы протиснуться в горячую полость...       ...И он отвечает, наконец так же прикрывая глаза, впуская его, нежно обхватывает его шею руками и рывком притягивает его еще ближе.       Он тянется к нему и расслабляется в объятиях парня, одновременно страстно и безжалостно впиваясь губами в чужие губы. Слезы текут по щекам обоих парней, а языки кружатся в причудливом танце, сплетаясь и оглаживая чужую горячую полость. Мыча в рты, и беспомощно хватаясь за куртки друг дружки, в попытке взять как можно больше с этого поцелуя, они все таки отстраняются, когда один из них стонет лишком громко, давая понять, что они немного увлеклись, жадно вдыхая холодный воздух, выпуская клубы горячего пара.       Разорвав поцелуй, они не отстраняются друг от друга, а все так же стоят, рвано дыша, вцепившись в чужие куртки, болезненно-сладко смотрят в чужие глаза, ожидая какого-нибудь комментария на их действия.       Уилл смотрит на него, так, словно это последний его день, и больше он его никогда не увидит, если сейчас же что-нибудь не ответит. Но никто так ничего и не говорит, и когда Майк открывает рот, он его поспешно закрывает.       Нос Уилла жжет и болит, новые слезы выступают к уголкам глаз, и он больше не собирается их сдерживать. Быстро потянувшись к брюнету, он утыкается лицом в его темный свитер, торчащий из-за не до конца застегнутой куртки и сильно дрожит, громко втягивая воздух.       Он снова плачет, ещё сильнее, чем пару минут назад, вжимаясь в грудь парня на против.       Майк не заставляет себя долго ждать. Он притягивает его хрупкое тельце ближе, заключая того в крепкие объятия, устраивает свой подбородок у него на затылке. Руки не спеша перемещаются по чужой спине вверх-вниз, поглаживая его в знаке утешения и немой поддержки, показывая, что он рядом.       Тихо проскулив в мокрый, от его слез, свитер, он отрывает голову от его груди, когда брюнет, немного отстраняется, побуждая Уилла также оторваться на мгновение и посмотреть на него.       Оторвав голову, он поднимает на него свои заплаканные глаза, и встречается с ним взглядом, таким понимающим и таким грустным, что снова хочется уткнуться носом уже в его плечо и разрыдаться ещё сильнее.       Побаривая свое желание, он послушно смотрит на него, не отрываясь, выжидая его следующие действия.       Майк склоняется и прислонившись с ним лбами, все так же смотрит ему в глаза, нежно улыбаясь, заправляет выбившуюся прядку Уилла за ухо, оставляя руку покоиться на его щеке, и тянется за еще одним поцелуем, который он оставляет на переносице.       –Уилл, все хорошо.–чуть улыбаясь ,шепнул старший, не отводя от него взгляда.       –Нет, я так не думаю...–обреченно выдохнул он в ответ.       –В смысле?       –Это на прощание?–с грустью ответил шатен, отводя взгляд в сторону.       –Что?–замешательство читалось на его лице.       –Если ты сейчас целуешь меня на прощание, то это не значит, что..       –Уилл! Уилл, подожди! Какое прощание?!–Уиллер был вынужден прервать его, слегка отодвигая его от себя, что четко посмотреть в его глаза.       –Ты серьёзно сейчас?–удивлялся Байерс.       –Я не собирался прощаться с тобой, я думаю.. я думаю, я все понял...–взволнованно говорит брюнет, –Еще тогда, когда шел в ту каморку, для разговора с тобой..–он тоже отвел взгляд, блуждая им по верхушкам деревьев, подбирая нужные слова.       –Погоди.. что?–Уилл пытался найти себе место, что бы не сойти с ума от происходящего.       –Я наверное понял это еще раньше, тогда – на Хеллоуин, помнишь? Когда ты рассказал мне, про.. про изнанку и истязателя, что мучал тебя..       –Подожди, я совсем запутался.. то есть ты..–с волнение в голосе спросил шатен.       –Да, Уилл, ты не ошибаешься..–подтвердил брюнет, чуть улыбаясь.       –Значит..–широко раскрыв глаза, он смотрел в его крие, с замиранием сердца, ожидая ответа.       –Я люблю т...       –Но как же Оди? Это же не правильно..– прервает его Уилл задавая логичный вопрос на всю эту ситуацию.       –...с Оди нас ничего не связывало, я тоже давно это понял, но продолжал строить из себя идеального парня, что бы не расстраивать ее.. хотя ей и было тяжело при нашем расставании, но так нужно было сделать, что бы не мучить нас обоих.       –То есть ты уже расстался с ней? Но когда ты успел?       –В тот день, говорю же, именно тогда я все понял.. понял, что люблю только тебя.. и любил все это время, но продолжал отгонять эти мысли, потому что считал это все не правильным.. Но теперь, я все точно решил, и я готов сказать это ещё раз... Я люблю тебя, Уилл..       –Господи..–он снова не выдерживает и утыкается, плача, в грудь Майка.–Я такой жалкий..       –Не говори так, ты просто измотан, но теперь я рядом и всегда буду, все будет хорошо, обещаю. Теперь все точно будет хорошо...–обнимая парня в ответ, он просто наслаждался моментом их близости, и только началом их совместной истории.

***

      В комнате со спертым, от суматохи носившегося по ней парня, воздухом, стояла женщина, повернувшись спиной к юноше и наклонясь, попутно что-то напевая себе под нос, копошилась в его одежде, сваленной в большую кучу на не аккуратно застеленную кровать, поисках чистой рубашки. Сам же парень даже не отходил от зеркала, лишь изредка поворачивался и при необходимости обменивался короткими фразами с мамой. Маленькая расческа прошлась по его влажным, от недавнего душа, волосам наверное в двадцатый раз и это не могла не заметить так же волнующаяся Джойс, пустив короткий смешок в его сторону.       –Милый, ты выглядишь чудесно. –шепнула она ему на ухо передавая в руки белоснежную рубашку с нежно-желтой, даже больше бежевой желеткой.–Если ты так волнуешься на счет его мнения, то..       –Мама! –шутливо шикнул парень, голос звучал выше обычного и это придавало общей картине еще большей комичности.       –Молчу-молчу, одевайся и спускайся вниз, Джонатан уже ждет вас в машине.       Так ничего и не ответив, парень начал собираться дальше, ведь его ждёт самый прекрасный вечер в истории.       Вечер проведенный с Майком.       Пусть пока и не наедине, но все же.       Казалось, улыбка не слезала с его лица со вчерашнего вечера, когда они договорились о встрече, назначенной ровно в 6 в спортивном зале, вместе с партией.       Это прозвучит банально, но именно такая атмосфера передавала подростковую любовь. Душные и порой скучные тусовки, которые скрашивало присутствие твоего партнёра. Про надоедливую музыку и пьяных подростков забываешь, когда он касается твоей руки, вызывая тем самым бурю эмоций и колкие мурашки, засеивающие всю спину, заходя на шею и предплечья, выбивая на гладкую кожу яркий пунцовый румянец. Такой нежный и ещё более прекрасный в пришлушенном свете помещения.       Брызнув пару раз кожу за ушами и растерев остаток духов на запястьях, он уже спускался по лестнице вниз, к что-то энергично делающей на кухне женщине,– чмокнуть ту в щеку на прощание, а затем уже выйти во двор, как мама сказала к ждущему их Джонатану.       –Ты выглядишь просто чудесно, милый. –улыбнувшись, тихо сказала женщина, разворачиваясь лицом к сыну, прикрывая дверь, за только что вышедшей из дома сестрой.       –Мам, ты смущаешь меня. –застенчиво произнес парень, расставляя руки в сторону, для прощальных объятий. Джойс, не заставила себя долго ждать, сразу же притягивая сына ближе. Прикрыв глаза, Уилл растаял в ее родном запахе мыла и домашнего печенья.       Первое что произнесла женщина отстранившись было:–Ты так напряжен, неужели так сильно волнуешься?       –Еще бы не волноваться...       –Все будет хорошо, я обещаю, повеселитесь с ним на славу.–снова слегка приобняв сына за плечи сказала Джойс, одаривая сына мягким поцелуем в щеку.       Наконец, выйдя из дома и захлопнув за собой дверь, уставшему взору старшего брата предстал образ младшего: Мило растрепанная пушистая челка слегка спадала в глаза, из-за чего он был вынужден неловко поправить ее, когда заметил взгляд брата на себе, попутно направляясь к заднему пассажирскому сидению. Светлая жилетка и такие же светлые брюки идеально сочитаются с его не самыми новыми, но по прежнему чистыми кедами. Лишь одна деталь сразу бросалась в глаза, выделяющаяся из всей этой гармоничной однотонной картины.       Синий галстук.       Он контрастировал на фоне жёлтого и особо выделялся на светлой рубашке парня, зацыкливая на себе все внимание, вызывая множество вопросов.       Смотрелось бы смешно, если бы старший не знал, что это специально сделано и давно было задумано этими двумя. Парни договорились еще за долго до выпускного, что придут именно в таком образе и ни что им не помешает.       Если на счет Байерса младшего Джонатан был уверен, что тот не забудет ни в коем случае о такой особенной детали его образа, то на счет надёжности памяти Уиллера младшего он бы усомнился. Это же Майк.       Но девушка, сидящая на переднем сидении убедила его в обратном, заверив, что он собирался под ее чутким присмотром и точно ничего не забыл. По крайней мере он будет надеяться на это.       Быстро преодолев расстояние между дверью и машиной, Уилл ловким движением руки открыл дверь и приземлился на заднее сиденье, позади Ненси, устраиваясь не далеко от уже ждавшей его внутри счастливой Оди, уже уткнувшейся в жкран телефона, предвкушающей сегодняшний яркий вечер. Ее волосы были красиво уложены на бок, а сама девушка была одета в темное платье в разноцветный горошек.       Повисла не долгая тишина, машина тронулась с места и уже ехала по направлению к школе, после чего девушка, сидящая спереди, взяла диалог в свои руки.       –Привет, как настроение?–приподнятый голос звучал очень дружелюбно.       –Нормально.–хриплым голосом ответил парень.       –Волнуешься?       –Ага.              Снова тишина окутала салон, казалось разговор ни к чему не ведет, просто вопросы, задаваемые из-за вежливости.       –Не бойся, он тоже весь на иголках.       –Правда?       –Конечно, это же Майк.       –Хм.. да, Майк..       Непроизвольная улыбка растянулась по лицу парня, девушка, заметив его реакцию через боковое зеркало, тоже не смогла сдержать маленькой улыбки. Такие милые и такие глупые...       Десятиминутная поездка пролетела незаметно и вот уже виднелись другие припаркованные машины на школьном дворе и бесчисленное множество нарядных подростков. Все, как на отбор, были выряжены в самое красивое, что только было в шкафу, ведь это выпускной и нужно показать себя в лучшем виде, что бы запомниться всем на долго. Глядя на изящные фигуры девушек в облегающих вечерних платьях, плечистых высоких парней в чёрных брутальных классических костюмах, Уиллу сделалось не по себе.. Что если он не достаточно хорошо выглядит? Что если Майку не понравится, как он одет? Что если он все-таки забыл про изюминку их парных костюмов? А что если...       –Уилл, ну ты идешь или уже передумал? –спасительный голос Уиллер старшей выдергивает его из ужасных нагнетающих мыслей.–Оди уже убежала, а ты сидишь словно обкуренный. А ведь действительно, он даже не заметил, как сестра выскользнула из машины, чмокнув старшего брата на последок и попрощалась с ним самим.       –Ненс! –шикнул Джонатан, чем вызвал короткий смешок девушки.       –Да-да, уже выхожу.. –это прозвучало совсем подавленно и теперь она точно узнает, что он все еще волнуется и...       –Хей, Уилл, все нормально, правда, все хорошо, не стоит так сильно беспокоиться, его чувства к тебе не зависят от твоей прически или чего-нибудь еще, просто знай, что он безгранично любит тебя каким бы ты ни был. –закончила девушка, подбирая слова для нового утверждения,–И это не значит, что ты сейчас выглядишь странно, просто... Забудь, не волнуйся, все будет хорошо, более чем. –закончив, она мягко улыбнулась ему.       –Правда?       –Конечно, это же Майк.       –Ладно.. тогда до встречи, спасибо Джонатан.–ему действительно стало легче после ее слов, хоть липкий страх сошел не до конца и продолжал покалывать в области затылка.       Когда он отошел на приличное расстояние от машины, сзади послышался голос Ненси.       –Повеселитесь там!–девушка высунулась в окно, на половину и махала тому рукой, чем не могла не вызвать своим забавным, в таком положении, видом, краткой улыбки на лице шатена. Махнув ей рукой в ответ и дождавшись пока машина полностью скроется из вида, он двинулся ко входу в школу.       Везде были веселящиеся подростки с красными стаканчиками в руках и это не особо было похоже на обычно организованный школьный выпускной.. Громкая музыка и давка из уже выпускников заставила Уилла снова почувствовать себя очень не уверенным и снова погрузиться в собственные мысли, пока он двигался вперед, к трибунам, где, как он думал, должна была ждать его партия вместе. Еще Оди убежала слишком быстро и теперь он остался совсем без какого-либо ориентира.       Кто то свистел, кто то подпевал в унисон играющей из калонок громкой музыке, а кто-то просто сидел на трибунах, общаясь между собой или уткнувшись в телефон.       Кудрявой черной макушки в синей жилетке как на зло нигде не было видно, как и рыжей кудрявой головы Максин.       Наконец преодолев коридор, и продолжая двигаться уже в спортивном зале, по направлению трибун, он и не заметил, как закружившийся в сумасшедшем танце парень, с огромной скоростью, летел прямо на него, запнувшись о собственные неповоротливые ноги, попутно роняя сраный стаканчик на пол, который расплёскиваться в паре метрах он парня, едва ли не задевая каплями приторной смеси коллы с ликёром, новые брюки шатена.       Удар телом подростка приходится тому в правое плечо и не устояв на ногах, юноша начинает осознавать, что стремительно летит вниз. Руки в жалкой попытке зацепиться за чью-то рубашку, выставленны в разные стороны, и не найдя опоры, он смирившись со своей участю, закрыв глаза, приготовился к худшему выпускному в его жизни: Парень в желтом костюме с синим галстуком, испачканный сладкой смесью из общей чаши, лежит на полу, пытаясь встать, к глазам накатывают жгучие слёзы, а все вокруг лишь смеются и фотографируют беднягу. Парень навалившийся сверху обидно обзывает того и даже не извинившись за собственную нерасторопность, удаляется из вида, с шокированной девушкой под руку. Следом подоспевает Майк и говорит, что он все испортил, а после и сам уходит прочь...       Резкое теплое прикосновение в области левых ребер и бока, вырывает его из представления отвратительного исхода ситуации и распахнув глаза, его охватывает огромная волна эмоций.       Словно принц на белом коне, Майк, выбираясь из толпы подростков, подхватывает того в последний момент, почти на руки, и аккуратно придерживая растерянного юношу за талию, отодвигает того чуть в сторону, а затем помогает подняться виновнику. Пока младший стоял и не понимал, что сейчас, черт возьми, произошло, к нему уже успела подбежать вся их перепуганная партия.       –Боже, Уилл, ты в порядке? –первая затараторила Оди, чувствуя вину, за то, что оставила брата одного, ничего ему не сказав.       –Как так вышло, чувак? –открыл рот Лукас и через секунду был заткнут нравоучениями, летящими на испуганного Баерса, своей подоспевшей девушки.       –Уилл, мать твою, ты пьяный или уже успел обкуриться? Почему тогда на ногах устоять не можешь?–распущенные кудрявые волосы и темно-синее вечернее платье, на ней смотрелись идеально. Золотые серьги, которые ей подарил Синклер, блестели от разноцветного играющего в помещении света прожектора и отливали то голубым, то ярко зеленым, иногда розовым.       –Я тоже рад вас всех видеть..–глупая улыбка расползлась по его лицу, после чего, через мгновение, он утонул в крепких объятиях взволнованных друзей.       –Ты долго сегодня.–бархатный голос раздался над самым ухом, из-за чего, по спине пробежали тысячи мурашек.       Теплое дыхание растворялось в шее, зажатого в объятьях, парня.       –Майк..–шепнул Уилл в ответ, так, что-бы только он мог услышать его, среди всех, кто тут стоял.       –Не нуди, у него есть уважительная причина. –начал защищать Байерса Хендерсон, за что был одарен легкой улыбкой.       –Ладно-ладно.–поднял руки вверх кудрявый, в знак поражения,–1:0, Байерс.       –Иди ты.–смущаясь, отводя взгляд, добавил Уилл.       –Ну, голубки, может тогда по стаканчику, раз уж все наконец в сборе?–предложила уже полностью расслабившаяся Оди.       –Спрашивает она еще, конечно будем.–ответа Мейфилд было достаточно, что бы все залились звонким смехом и полным составом направились к столу с напитками.

***

      Сколько времени прошло с момента прибытия Байерсов на выпускной, Уилл без понятия. Громкая музыка начала конкретно надоедать, а орущие подростки и вовсе выводили из себя. Изначально организованная вечеринка, превратилась в непонятно что, с пьяненькими подростками. Еще немного и школа точно превратится в клуб..       Народу поубавилось не сильно, но это было заметно, по крайней мере со временем стихшими криками.       Партия же передвинулась от столов с напитками на полу пустые трибуны, где сейчас половина подростков в основном мирно посапывала, дожидаясь отрывающихся в громкой толпе своих друзей.       Майк пару минут назад тоже отошел куда-то, под предлогом подышать свежим воздухом и так до сих пор не вернулся.       Эдди со Стивом, которые обещали придти через 5 минут, уехали "за выпивкой" ещё час назад, так и не ответив на главный вопрос, вернутся ли они вообще. Наверное нет, ведь не только Уиллу было известно что между ними крутится, как и между Робин с Вики. Кстати о новоиспеченных голубках.       Робин так была счастлива признанию мальчиков своим друзьям, о скрываемых несколько месяцев отношениях, что публично, на эмоциях, поцеловала Вики, тогда еще свою подругу, и уже понеслась.. Девушки еще несколько недель прятали от друзей смущенные взгляды, когда видели, что на них смотрят. Что касаемо Эдди со Стивом, то у них все ещё проще.       Стив, смирившись со своей участью волка-одиночки, из за постоянно игнорируемых подкатов к девушкам, сдружился с Эдди и стал с ним часто зависать не только в игровое и школьное время. И как то раз остался у него под предлогом попробовать что то новое, закурить косяк или занюхнуть дорожку. Но видимо в ту ночь что-то пошло не по плану, так как на следующий день эти двое друг от друга не отлипали. Им сразу все стало понятно, что в ту ночь наркотиками дело не ограничилось, но никто их на прямую об этом расспрашивать не стал. Им было достаточно их довольных лыб, которые они давили из себя при виде друг дружки...       Полу трезвая голова Баерса покоилась на холодном плече Максин, которая тихо пераговаривалась со своим парнем. От ее разговоров, плече немного подрагивало, из-за чего Уилл не мог полноценно расслабиться, то и дело ерзая на месте.       Дастин же, выпив, наверное литра два, той приторной алкогольной жидкости, давно посапывал, не далеко развалившись на ступеньках деревянных трибун, а Оди сидела чуть по отдаль от него, уткнувшись в телефон, клюя носом в экран.       А глаза шатена сами искали Майка, им даже особого повода не нужно было, что бы ненароком пробежаться по красивому лицу, особенно зацепляя острые выделяющиеся скулы и милые веснушки, покоящиеся на бледных щеках и переносице парня, сравнимые со звёздами на завораживающем, как его темно-карие глаза, небе.       Проходя по плакатам, висящих на стенах, с поздравлениями об окончании школы, его расфокусированный взгляд остановился на парне в темно-синем костюме, имеющем тёмную кудрявую шевелюру и выделяющийся ярко-желтый, словно факел в темноте–галстук. Замерев на пару секунд и обведя парня взглядом ещё раз, Уилл преободрился, начиная подниматься с места, как был отдёрнут назад недовольной резкой прохладой на плече, девушкой.       –Хей, ты чего вскочил? Все хорошо?–поинтересовалась рыжая.       –Да-а, я воздухом подышать, душно как-то.       –Окей, тогда если увидишь Майка, его обратно заводи, мы скоро уходим.–ответив, девушка слегка подмигнула ему, и снова продолжила свои переговорки с Лукасом.       Хмыкнув себе под нос, шатен уже направился к выходу из спортивного зала, попутно сталкиваясь с кем то в толпе, прямиком на лужайку во внутреннем дворе школы.       Наконец, выбираясь из духоты, закрвая за собой ранее открытую дверь, приятный теплый ветерок дунул в лицо, и парень, прикрыв глаза, вдохнул свежий воздух полной грудью.       В нескольких метрах от него стоял и сам Уиллер. Он словно светился.       Не в плане, что от него исходило свечение, а в плане, что он сам словно светится, настолько он сейчас был счастлив, что даже Уилл почувствовал тепло исходившее от своего парня.       Быстро сократив расстояние, брюнет нежно перплел их пальцы и ожидая согласия на продолжение тактильности, начал зрительный контакт.       Его глаза блестели, то ли сами по себе, то ли из-за света, исходящего из окон шумного спортзала. И в них было столько тепла и любви, что просто нельзя было передать словами все, что почувствовал Уилл в тот момент, когда Майк примкнул лбом к его лбу, жадно втягивая его запах.       Чужой пряный, дурманящий аромат нового одеколона, врезался в нос, когда он склонился слишком близко, для нежного поцелуя. Краткого, без всякой пошлости и извращенности, типа приветствия.       Теплые мягкие губы быстро коснулись уголка чужих губ, не задерживаясь на них больше секунды, а после вновь, через мгновение, но уже в косточку под глазом.       –Привет. –наконец шепнул он тому, почти в губы.       –Привет. –теплая улыбка расплылась по лицу младшего. Она выросла ещё больше, когда брюнет поцеловал его ещё раз, но уже в другой уголок мягких губ.       –Как тебе вечер?–все так же шёпотом спрашивал веснушчатый, словно боясь разрушить эту умиротворяющую атмосферу.       –Замечательно, а тебе?       –Когда ты рядом, у меня все прекрасно.       –Глупый. –выдохнул шатен, чуть качая головой, прерывая зрительный контакт.       –Почему? Ведь это действительно так.–доказывал кудрявый, не переставая поглаживать его ладонь большим пальцем. – Когда ты рядом, мне всегда становится хорошо.       –Ты не забыл.. –завороженно шептал Байерс, приковывая взгляд к ярко-желтому галстуку своего парня.       –Как я мог забыть?       –Не знаю, ты ведь такая растяпа, заставил меня поволноваться. –с ноткой искусственной обиды сказал Байерс.       –Прости. –хихикнув, шептал он в губы на против.– Эдди со Стивом так и не вернулись?       –Я не думаю, что они в ближайшие пару дней вообще выйдут на связь. – парни тихо рассмеялись.       Сильным сквозняком дверь в помещение, которое недавно покинул Уилл, резко открывается, что вызывает не поддельный испуг у младшего, а у старшего лишь еще один смешок и лишний повод для глупой шутки.       –Боишься, что нас спалят в таком положении, малыш?–шепчет он так сладко, что хочется завыть в полный голос, но он не хочет разрушать эту атмосферу.       –Что? Вовсе нет.. и не называй меня так.–смущённый то ли ситуацией, то ли просто смущён, но он продолжает смотреть на него, чуть улыбаясь ему в ответ.       Со стороны двери слышится приглушённая музыка, которая наконец доходит и до них с Майком, стоящих почти в обнимку, совсем одних на школьном дворе.

I'm sorry, but I'm just thinking of the right words to say.

Мне жаль, но я просто подбираю правильные слова, чтобы сказать.

I know they don't sound the way I planned them to be.

Я знаю, что они звучат не так, как я планировал.

But if you wait around a while, I'll make you fall for me.

Но если ты подождешь немного, я заставлю тебя влюбиться в меня.

I promise, I promise you.

Я обещаю, я обещаю тебе.

      Секундой позже, все, что могло хоть как то стоять, грозилось сейчас же повалиться на пол, включая Уилла. Майк пел.       –I'm sorry, but I'm just thinking of the right words to say –в пол голоса начал кудрявый, придвигаясь ещё ближе, разрывая руки, держащиеся все это время вместе и перемещая их на талию шатена, заключая их там в замок.       –Майк, что ты делаешь?–посметваясь и смущаясь, умилялся Уилл.       –I know they don't sound the way I planned them to be –продолжал он в пол голоса. Руки шатена сами взобрались тому на плечи и обвив шею, так же скрепив их в замок, покоились уже там.       –And if I had to walk the world, I'd make you fall for me –подхватил Уилл, чем вызвал еще более счастливую рассеянную улыбку расплыться по лицу старшего.       –I promise you, I promise you I will –подхватывая, завершал Уиллер, слегка покачивая их тела из стороны в сторону, под такт играющей песни.       –I will, I will –в унисон закончили парни, склонившись друг к дружке, прислоняясь холодными лбами.       –Я люблю тебя.–все так же в унисон шепнули парни, сталкиваясь смущенными взглядами, выпуская тихие смешки.       Первым не выдержал Майк и в момент сократив то расстояние, которое оставалось между ними, прильнул к теплым губам парня, нежно целуя его и слегка улыбаясь тому в рот.       На его действия незамедлительно последовал ответ на долгожданный с обеих сторон поцелуй. Все посторонние звуки отступили на задний план.       Обвив руками уже макушку, он притянул его еще ближе, так близко, что его нос впечатался в горящую щеку напротив, углубляя невинный ранее поцелуй, плавно переводя его на страстный и липкий.       Мыча друг другу в рот, никто не хотел выпускать из горячих объятий, руки парней блуждали по телам парня на против, сжимая гладкую ткань блузки или сильнее зарываясь в черные кудри. Губы уже не покоились на чужих губах, а оставляли мокрые следы после себя на лице, шее и макушках разгорячённых парней.       Внутри них взрывались тысячи фейерверков, искры которых разлетались в стороны и ударялись о стенки живота, чем вызывали еще большую волну удовольствия от происходящего.       Громкий раскат, а затем еще один, и еще и еще, раздались где-то сверху, над макушками парней. Разноцветные искры сыпались на них дождем, не долетая до земли и растворяясь в воздухе бесследно, словно тысячи маленьких комет.       Залп салютов не заканчивался еще долго, хлопая каждый на разный лад и рассыпаясь мелкими искрами в хаотичном порядке, а парни так и продолжали обнимаясь, наслаждаться друг дружкой и этим как раз в тему световым шоу..       И это не начало и не конец их собственной истории, а лишь очередная новая глава в ней..