Я не причиню тебе вред

Официант принёс банку холодного чая. На жести собирались капельки воды. Рядом с банкой официант поставил стакан из чуть голубоватого толстого стекла. Быстро, будто нужно было куда-то спешить, официант открыл банку и перелил содержимое в стакан. Миша не успел сказать, что в этом нет необходимости. И смог возмутиться лишь, когда стакан пододвинули вплотную к нему. - Зачем? – кажется, вопрос поставил официанта в тупик. - Это моя работа, - Миша задумался, как выглядит со стороны. Назвать поведение парня недружелюбным было бы сильным преуменьшением. И если Артур подобного отношения заслуживал, то вот официант был ни в чём не виноват. Синеглазый следил за руками юноши и был уверен, что ничего странного после открывания банки не произошло. Так на кой устраивать тут концерт и требовать, чтобы официант не выполнил свою работу, нарушив инструкцию? Заметив подобные настроения на остром лице Артур чуть обиженно заметил. - Ты настолько плохого обо мне мнения? Да, я же этот стакан и пальцем не тронул. Синие глаза, осматривающие помещение случайно наткнулись на камеру, повёрнутую прямо к их столику. Это успокоило. Миша вздохнул, сдержанно поблагодарил официанта. Ещё чуть помедлив, отпил из стакана. Напиток был приторно сладкий с каким-то неприятным кислым послевкусием, но иного от бутылочного чая ожидать было бы странно. Артур продолжил что-то объяснять. Но чем больше парень слушал медленный баритон, тем сильнее у него болела голова. Накатывала слабость и странный озноб. Миша давно допил чай и ждал возможности уйти, но брюнет говорил и говорил. Когда усталость дошла до грани, когда не получается ровно сидеть и светловолосый оперся предплечьем правой руки о стол, мужчина резко и как-то нелогично завершил. - У меня в машине стоит горшок с орхидеей. Я понял, что ты не любишь срезанные цветы и решил, что такое придётся тебе по душе куда больше. Может всё-таки дашь мне шанс? Миша почувствовал ужасный приступ злости. - Я не собираюсь больше с тобой разговаривать. Я пришёл сюда, чтобы покончить со всем этим и больше никогда тебя не видеть, - зло, но тихо от всепоглощающей слабости сказал парень и попытался встать, но не смог. Зрачки в синих глазах сузились до точек от понимания. Артур снова заворковал что-то похожее на извинение, но Миша почти не слышал. Он видел лишь смотрящие на него в ожидание серо-голубые глаза. Теперь ясно, что значил такой ранний приход бывшего босса в чайную. Парень тут же потянулся к телефону, чтобы позвонить Русу. Можно даже ничего не говорить. Просто набрать номер и сбросить. Чтобы шатен перезвонил и когда ему не ответит, понял, что случилась беда. Но стоило Мише убрать одну из рук со стола и залезть в карман, как не сводящий с него глаз Артур встал, перегнулся через стол и вырвал из узловатых пальцев телефон. Убрал к себе в карман. - Тебе это не нужно, - мягко заметил брюнет. Миша уже ненавидел эту мягкость. Только что с этой же мягкостью в движениях мужчина у него отобрал телефон. Наверное, так же мягко хозяин вынимает из пасти любимого питомца лезвие, с которым животное додумалось играть. Но Миша был человеком. Больше того, предпочитал сам быть хозяином, в том смысле, что принимать решение прерогатива именно синеглазого.