II HANDS II HEAVEN

Песня этой части: Jessie Reid — «Give Me Love»

      — Ну что, pequeños demonios*, уже разнесли кузов машины старика, чтоб ему жизнь малиной не казалась? – с плохо скрываемым злорадством поинтересовалась Алисия, после того как залезла на крышу и захлопнула за собой крышку.       — Ты же понимаешь, что за такие советы детям я без зазрений совести напишу посвящённую тебе поэму и отправлю в «Службу гражданства и иммиграции США» на оценку? – спросил Стэнли. Он к старости стал настолько хорош в сарказме, что даже по выражению лица было не совсем понятно, шутит ли он вообще.       У Алисии на языке вертелась минимум одна сотня ответок: начиная от «Ну и чьим именем ты подписываться собрался? Одним из тысячи своих поддельных паспортов?» и заканчивая «Как думаешь, жюри оценят письмецо от писателя, кто мёртв по документам? Крутой плот твист, ничего не скажешь!» Однако рядом стояли Диппер и Мейбл, нужно было более аккуратно подбирать выражения, так что женщина остановилась на более простом варианте:       — Круто, хоть какую-то литературу наконец почитаешь, пускай даже собственного сочинения.       Диппер захихикал, а Мейбл прослушала окончание этого конкурса острот, пока запускала очередную петарду. Из-за отдачи девочка не смогла удержать её в нужном положении — ракета полетела слишком низко и врезалась в ближайшее дерево. То накренилось и теперь выглядело так, будто было готово упасть от малейшего дуновения ветерка. Непоседу, кажется, этот результат запуска более чем устроил —  она радостно вскинула кулаки вверх с победным “Юу-ху” и улыбкой во все тридцать два зуба.       — На, на, на! – подскочив поближе к Родригес, Мейбл всучила ей в руки фейерверк ярко-красного цвета размером с предплечье. — Теперь твоя очередь!       Засучив рукав (невредимой) руки, Алисия встала в стойку, чтобы не повторить ошибки девочки. Не было секретом, что из Стэнли — джентльмен, как из ежа — работник на автомобильном заводе. Но тут он любезно помог даме поджечь фитиль за неё.       Три… Два… Один… Петарда взлетела в небо и взорвалась на сотни маленьких искорок.       Пока дети одобрительно хлопали в ладоши и уже искали новую мишень, учёную вдруг посетила мысль: А когда она вообще в последний раз видела фейерверк вживую? Тем более так близко? На ум приходил лишь день вручения дипломов из университета, в котором она и Форд получали свои докторские степени…

Более 35 лет назад

      Это был конец Мая восьмидесятых годов. Орегон никогда не был известен как один из самых жарких штатов США, но конкретно в тот день температура воздуха доходила до +25 градусов. Бедные (теперь уже) доктора наук были вынуждены стоять несколько часов в душном зале, чтобы до них наконец дошла очередь, можно было подняться на сцену, забрать диплом и пожать всему преподавательскому и руководящему составу руку на камеру.       Ничего удивительного, что ночью на вечеринке все ушли в разнос — после такого долгого, монотонного мероприятия развеяться хотелось как никогда.       Сколько бокалов вина было выпито Алисией в тот вечер: три, пять, шесть?... Достаточно, в общем, чтобы она «поплыла» и влилась в общую массу людей.       Форд никогда не любил алкоголь и всё, что с ним связано. Да и близких друзей, кроме Фиддлфорда, который тоже никогда не испытывал особой страсти к выпивке, в университете у него не было. Поэтому девушка не сильно уговаривала своего бойфренда пойти вместе с ней — он бы всё равно на протяжении всего празднования сидел где-нибудь в углу, лишь периодически неловко спрашивая «Может, уже пойдём?»       Попрощавшись со Стэнфордом после церемонии вручения, Алисия вернулась в общежитие, чтобы переодеться в свой самый модный (по меркам ранних восьмидесятых в Америке) костюм, а затем с подругами побежала в спортивный зал, который на вечер любезно переоборудовали под танцпол.       И вот теперь она, пьяная, в своих ярко-бирюзовых брюках и в не менее вырвиглазного розового цвета рубашке танцевала от всей души. Тёмное каре растрепалось и теперь выглядело как птичье гнездо, но Алисии было всё равно. Эта ночь обещала быть просто незабываемой!       Диджей объявил, что скоро будут запущены фейерверки, поэтому много парочек и компаний вышло на улицу, чтобы полюбоваться ими. Родригес тоже себе мысленно пообещала, что «ну ещё одну песню!» и вот тогда-то она точно выйдет вместе со всеми.       И вдруг из толпы высунулась мужская рука, которая крепко схватила Алисию за запястье. При других обстоятельствах, девушка начала бы извиваться, кричать и звать на помощь… Если бы только она не увидела, что держат её шесть пальцев вместо пяти.       — Mi sol?* А ты–... А ты что тут делаешь? – шокированно спросила брюнетка. Уж кого-кого, а своего парня увидеть здесь она точно сегодня не ожидала.       — Нам нужно поговорить. – на выдохе произнёс Форд, но таким тоном, будто дело не терпит отлагательств.       — Ой, а это точно никак подождать не может? Я не сказать чтобы была… Скажем так, «в кондиции» для серьёзных разговоров. – попыталась разрядить атмосферу шуткой Алисия. Однако Стэнфорд и не думал отпускать её обратно на танцпол. Он неподвижно стоял, держал её за запястье и смотрел в её карие глаза таким взглядом, который пожирал всю душу изнутри, предварительно вывернув наизнанку.       Девушка обречённо вздохнула и убрала волосы с глаз. Это точно не вело ни к чему хорошему.       — Ладно, как скажешь, солнце. Давай только выйдем в коридор? Тут слишком шумно.       Без лишних слов Форд кивнул и потащил Алисию за собой в сторону выхода в коридор, соединяющий спортзал и основной учебный корпус.       — Ой, ой, не сжимай руку так сильно пожалуйста, мне больно! – взмолилась Родригес. Она едва на своих шпильках поспевала за широким шагом мужчины. Стэнфорд, будто вернувшись из своих мыслей обратно в реальный мир, одёрнул руку, как ошпаренный.       — Да-да, конечно, извини, я не специально… – смущённо проговорил он.       Его явно что-то гложило, терзало изнутри. Что конкретно — видимо, именно это Алисии и предстояло узнать. Снова в попытке хоть как-то его успокоить, она сама протянула свою руку и взяла ладонь Форда, сжимая в подбадривающей манере. Девушка всегда так делала, когда на людях возможности на словах поддержать своего парня не было, но видела, как сильно ему это было нужно.       Это был первый раз, когда он не сжал её руку в ответ. Нет, что-то точно случилось, что-то серьёзное, что-то плохое… Сердце невольно забилось быстрее.       Наконец парочка оказалась в коридоре. В нём всё ещё была слышна музыка, доносящаяся с танцпола, но куда тише из-за закрытой двери.       — Давай присядем, хорошо? Этот разговор будет долгим. – предложил Форд и устроился на ближайшей скамейке. Алисия сделала то же самое, попутно снимая туфли – после танцев в них ноги болели просто невыносимо. Стэнфорд заметил гигантские мозоли девушки, удивлённо вскинул брови, достал два пластыря из кармана рубашки и протянул их: — Всегда на всякий случай ношу с собой. Особо не спасёт, но хоть как-то поможет?       — Спасибо! Что бы я без тебя делала! – пропела Алисия и принялась наклеивать пластыри. Форд тяжело вздохнул.       — Я… я начну свой рассказ издалека, ладно? Ты сначала наверное вообще не будешь понимать что к чему. Но я надеюсь, что хотя бы под конец ситуация станет яснее.       Родригес лишь смущённо кивнула головой, пытаясь заставить свой опьянённый мозг хоть сколько-нибудь напрячь извилины, чтобы воспринять информацию.       Сначала Пайнс начал рассказывать что-то про сверхъестественное, что-то необъяснимое ни одной существующей наукой на планете. Затем он упомянул, что новый проект, исследование, над которым он сейчас работает, должен радикально изменить представление человечества об этом «нереальном».       Ну окей, допустим.       Затем был упомянут какой-то богом забытый городок, в который по чистой случайности, ведь его даже на картах нет, как-то раз занесло Форда… Как там он его назвал? Эх, нетрезвое сознание успешно вычеркнуло этот момент из памяти, сочтя за ненужную информацию.       — Это невероятное место, ты даже представить себе не можешь насколько! – восторженно рассказывал Стэнфорд. — Оно является буквально магнитом для всего паранормального! Я должен туда вернуться, понимаешь? Мне необходимо знать, что является причиной появления этих существ. И как человечество сможет использовать это знание во благо.       Алисия удивлённо хлопала глазами, искренне не понимая в чём же, чёрт возьми, заключается дилемма.       — Я ни капли не сомневаюсь в том, что ты говоришь правду. Твоя диссертация была признана работой национального уровня, Стэнфорд! Её признало всё научное сообщество. Каким образом после такого не могу признать тебя я? – девушка улыбнулась и ласково провела рукой по щеке своего парня, — Я буду только рада поехать с тобой в такой… удивительный город! Может, и я смогу тебе как-то помочь? Ты сможешь сделать свою работу полезной ещё и для биологического сообщества! Кто знает, как эти существа влияют на местную фауну. Мы можем приезжать туда каждые выходные и--       Форд накрыл её ладонь своею, прерывая её поток размышлений. Он смотрел на Алисию с нескрываемым сочувствием и болью. Как на человека, который пока ничего не понял.        — Эта работа не на день. И даже не на месяц. Её слишком много, список дел просто неиссякаем. Я переезжаю туда, скорее всего, на несколько лет.       Родригес в ужасе отдёрнула свою руку от лица Форда, как от горячей конфорки. Нет. Нет-нет-нет…       Кажется, шестерёнки в голове наконец начинали крутиться. Её парень собирался уехать из города на гранты, выигранные в исследовательском фонде, в захолустье. Оставить вообще всё и посвятить себя делу всей жизни.       Алисия незадолго для этого получила приглашение на работу в престижный исследовательский центр. Она была на седьмом небе от счастья! Держите в голове, что на дворе были суровые восьмидесятые. Всего лишь шестнадцать лет назад законы Джима Кроу* были отменены – то есть, людей с тёмной кожей совсем недавно и за полноценных людей-то не считали вовсе! Расизм, сексизм и прочие предрассудки ещё не были искоренены из менталитета, этот процесс едва ли успел начаться. И тут, чтобы выдать оффер на работу в не последний в стране биологический исследовательский центр, да ещё и мексиканке? Надо было обладать недюжинным упорством и талантом, чтобы добиться такой возможности.       И теперь этой самой исследовательнице нужно было выбирать между бойфрендом и карьерой. На её глаза навернулись слёзы.       — Я не–...       — Ты не можешь отказаться от своего оффера. – отчеканил Форд, как будто это было что-то очевидное. Неоспоримое, как «дважды два — четыре» и другие подобные банальности. — Только не ради меня, умоляю. Ты будешь несчастна в этих бескрайних лесах, без возможности применить свои… Воистину выдающиеся способности. Ты не сможешь так жить. Мы оба это знаем.       Макияж был безнадежно испорчен. Теперь уже слезинки одна за другой стекали по щекам.       — И что… Это… Всё? Вот так всё закончится? – прошептала убитым голосом Алисия.       — Боюсь, что так и есть. – Форд сгорбился, стыдливо потупив взгляд в пол. — Из этой ситуации нет выхода. Я правда пытался его найти.       Он снова поднял голову, сел поближе к Родригес и аккуратно, будто боясь окончательно её сломать, обнял и прижал к себе. Раньше Алисия просто обожала объятия Стэнфорда. Он был на голову выше, а потому, когда обнимал, она любила представлять, будто таким образом он заслонял её от всех проблем и невзгод на свете. Его руки нежно поглаживали по спине, будто уверяя: «Не расстраивайся, через всё прорвёмся».       Теперь же эти объятия будто удушали, окончательно выбивали все остатки кислорода из лёгких. Они будто были вместо неозвученного «Не плачь. Прощай».       Алисии стало плохо. Перед глазами двоилось, голова кружилась, а к горлу подступала тошнота. Хотелось оказаться где угодно, но не здесь, не сейчас. Оттолкнув от себя теперь уже бывшего парня, она сломя голову помчалась на улицу.       — Я тоже тебя люблю. – донеслось девушке вслед. Но она этого уже не услышала. И то, что мужчина сам едва сдерживал свои слёзы, она тоже не увидела.       Как только Родригес оказалась на заднем дворе кампуса, в небе раздался взрыв и посыпалось бесчисленное множество розовых искорок. А затем голубых, синих, жёлтых…       Наконец-то запустили салют.

Настоящее время

      — Хей, а у вас есть разрешение на запуск фейерверка? – вырвал из мыслей Алисию голос сотрудника полиции, который стоял на земле, скептически скрестив руки на груди, рядом со своим напарником. Она поморщилась в предвкушении новых проблем с законом у Стэна.       — А у вас есть разрешение, чтобы занудствовать? – и-и-и да, чуйка ни капли не подвела. Стэнли не был бы Стэнли, если бы он не нахамил сотруднику органов, совершая очередное правонарушение. Дети в голос засмеялись, а вот Родригес было не до шуток — она была готова спихнуть Пайнса прям с этой крыши в руки к копам со словами «это его идея была, если что, я дам показания!», лишь бы двойняшек не приписали в новое дело.       На удивление, полицейские просто посмеялись и оставили семью в покое. Ха, похоже удача действительно была на их стороне в последние дни.       — А если серьёзно, то надо бы всё это убрать… – задумчиво проворчал хозяин Хижины, осматривая в какой кавардак от взрывов превратился двор.       — Шариками с водой? – с надеждой в голосе поинтересовалась Мейбл.       — А почему бы и нет! – поддержал её дядя.       Видимо, сегодняшний день будет прожит по принципу “гулять так гулять”.