Бронтофобия

***

Внезапный ливень застал врасплох Феликса и Зонта, собирающихся в торговый центр. Дождь яростно барабанил по окнам уже 15 минут и нарастал каждую секунду. И если Феликс вполне мог надеть плащ да с криками "У погоды нет плохой погоды" побежать покорять улицу, то у Зонтика такая черта отсутствовала напрочь, в результате чего выход "в свет" было решено отложить. После размышлений что же делать теперь они сошлись на мнении попить какао и прошли за ним на кухню. На громкие уговоры Феликса о том, что ничего такого не случилось и друзья смогут сходить прогуляться в другой раз, к ним на кухню пришёл Куромаку, желающий напомнить о том, что он их предупреждал, бла-бла-бла и вообще, не шумите мне тут. Однако ни Феликс, ни Зонтик на него даже не взглянули, лишь кивнув и продолжив потягивать горячий напиток . Спустя некоторое количество времени Куро ушёл обратно в свой кабинет, так как "никто меня здесь не воспринимает", а следом за ним в свою комнату ушел и его валет, мысленно понимая, что там, скорее всего, сидит его пиковый сосед. Вообще, если уточнять, комната была не совсем Зонтика. Он ей владел лишь наполовину, а вторая принадлежала его сокамернику соседу по комнате и тому самому пиковому валету, имя которому Вару. Ещё при покупке квартиры было замечено, что комнат не достаёт на всех и клоны жили по двое, за исключением Фёдора, конечно. По рулетке и выборам, было принято решение поселить всех так, что по мастям были только черви и бубны. Первые в принципе хорошо ладили между собой, а отвечать на вопросы Габриеля имел терпение только Данте. Остальные жили в таком распорядке: Куромаку с Пиковым Королём, как два наиболее адекватных клона, следовательно их валетам пришлось жить вместе. Второй клон был против, так как его статистика и выводы были не очень утешительными для крестового валета, однако на его доводы всем было плевать. Мнение меньшинства, скажем так. Так вот, вернёмся к Зонтику. Как и ожидалось, по приходу в комнату был замечен Вару, который сидел за своей кроватью у стены. Вообще, треф его увидел не сразу и дико испугался, когда почувствовал на себе пристальный взгляд, а в резкой молнии блеснул зелёный цвет. Зонт последовал примеру своего соседа и тоже уселся за кровать, обняв подушку, так как очень боялся грома. Теперь, дабы отвлечься от своего очередного страха, он углубился в собственные мысли о самом разном. В какой-то момент думы начали крутиться вокруг его соседушки: "Рядом с кроватью Вару находится окно, ужас!" и пошло-поехало. В конце концов, это привело его к размышлениям не показалось ли ему, что пиковый дрогнул во время всполоха грома, а из вьюги несвязных мыслей валета вывел тихий шмыг с другого конца помещения. Он недоуменно выглянул из-за кровати в сторону пикового и опешил. Последний сидел в пледе, сжавшийся и закрывший голову руками, он больше не походил на того Вару, которого привык и впринципе видел Зонтик. Судя по всему, пиковый валет старался вести себя тихо и не привлекать внимания, чтобы крестовый не заметил изменений в его поведении. Внезапно за окном снова ярко блескнула молния, а затем гром полностью разрушил планы Вару и по комнате пронеслись синхронные вскрики, а после еле слышное «Чёрт..» разорвало тишину. Зонтик, едва отошедший от недавних потрясений, наблюдал за сменяющимися на лице соседа по комнате эмоциями, которые больше не были скрыты его руками. Пару минут они смотрели друг на друга молча, а потом пятый резко поднялся со своего места и прям вместе с пледом нас плечах направился к Зонту. Треф же лишь поджал ноги и со страхом зажмурился. Биение сердца в ушах от усилившегося испуга отдавалось сильнейшим набатом и заглушало все другие звуки, в голове пробегали мириады мыслей, холод и ужас дуэтом сковали тело, а неприятный ком рвоты подбирался всё ближе в ротовую полость. Зонтик боялся пикового валета, потому как тот вечно запугивал и насмехался над ним. Секунды тянулись часами, дезориентированный треф ожидал всего: удара, оскорбления, угрозы или ещё чего похуже, но не объятий. Плед мягко коснулся напряжённых плеч, снял путы страха и заставил в недоумении раскрыть глазки и направить взгляд на зелёную копну кудряшек, свисающих откуда-то повыше. Тепло разливалось по телу, свист в ушах исчез и дал различить тяжёлое дыхание Вару. Зонт чувствовал, как улыбка сама по себе расплывается на лице, заменяя недавний страх и резко чувствует нахлынувшее умиротворение. Его больше не заботит гроза или гром, сознание расплывается. Едва слышный шёпот разбавил тишину: «Чего лыбишься, нюня?», после чего крестовый провалился в сладкую негу сна.

***