Август и Март

Смуглая рука быстро заползает под Мартову одежду. Гохан сидит и нервно грызет ногти. Он только отошел от небольшого потрясения и опять выпрыгивает с места, как лягушка. - погоди, погоди, это реальн...а что подарим?! Милл, еще более нервный кусает свои губы, круясь около стола как муха. Юнхо чешет пальцами с зажатой между ними сигаретой висок, и вдумчиво подносит сигу ко рту, неторопя вдыхая и выдыхая никотиновый дым. - стоит постараться и придумать для мелкого что нибудь. Винс положительно кивает, аппетитно откусывая уголок пиццы, растягивая с нее плавленый сыр. - Марту скоро восемнадцать, вы только представьте. Утро. Солнце мягко светит оранжево-апельсиновым светом, легонько щекоча юношеское лицо. Март проснулся в отличном настроении. Глаза разлепляются, сонный мальчуган зевает, растягивается как звезда и разворачивается на кровати. Пусто. Глаза открываются полностью, иследуя пустующую часть матраса. На падушке осталось лишь углубление, свидетельствуя, что тут лежала голова. Младший вздыхает и трогает пальцами мятую подушку. Она уже холодная, значит прошло больше часа, как Августа рядом нет. В квартире ни звука. Март сразу понял, что его дома нет. Стало немного тоскливо. Не то что бы Март какой то пай мальчик, но Август стал часто пропадать. Смотрит на экран мобильника. Замер. Через секунду взорвался. - мне восемнадцать?! Упал с кровати. - блять. - и тебе доброго. Младший замер. На пороге стоит Август. Волосы его и сегодня по особенному кудрявые, на шее ярко-красная бабочка, на теле белая рубажка, растегнутая на три пуговицы сверху. На ней темный не застегнутый пиджак, а на ногах кроссы. В ушах аккуратные сережки-точечки, на руках огромный букет из красных роз, а на лице улыбка-сердечко. - с днем рожденья, мелкий. Март медленно раскрывает рот, как то умудряясь вставать, хотя удивлен до судорог. Вивьен проходит за порог двери и прямо в обуви заходит в спальню. С ходу же сует огромный букет в руки младшему, толкая того на пару шагов назад своим напором, присасываясь к мартовым губам. Младший сразу отвечает, хватает тяжелые цветы руками, пытаясь от неожиданности не уронить, и дает волю тигру, позволяя Вивьену вторгнуться языком сквозь свои губы. Еще около минуты длится страстный поцелуй, с сжатым между двумя телами букетом. - кстати, Август нехотя отрывается, но продолжает улыбаться. Август сейчас так красив. Март почти не слышит слов, потонув в фантазиях. Взгляд приковывается к говорящим припухлым губам. К выраженным красивым клыкам, что делает его еще более тигроподобным. Это заставляет припечататься взглядом в это до мельчайших деталей изученое лицо. Его волосы по природе вьются, глаза блестят, а сам он так счастлив. Прекрасен. Любим. Нужен. - тут еще кое кто хочет тебя поздравить. Август поворачивает голову к дверному проему. - киса, фас. У двери появляется Моцарт в таком же красном бантике, как у хозяина. В пасти тигр держит розу с крупным бутонок, на ней даже бантик висит. Животоное сначала неуверенно ставит лапы, а потом быстро подбегает. Март сразу принимает розочку, взвесив тяжелый букет но вторую руку. Младший сжимает животное в обьятьях, многократно целуя счастливого тигра в мягкую макушку. У младшего от радости начали мокнуть глаза, а ведь это только начало. Через минут десять Август, Март и Моцарт доездают до родного бара. Младший выпрыгивает, быстро хлопая дверь за собой: Август решил устпить. Промолчал. Ладно, день рождения, но завтра то нет. Вот завтра он его и отдерет. Все трое добрались до больших, стекляных дверей бара, они же входные. Темно, за прозрачным стеклом можно было рассмотреть помощение, но сейчас там все черное. Младший хватается за ручку и открывает тяжелую дверь. Младший проскользнув темное помещение, переступил порог, за ним же тигр с хозяином. Прошел еще пару шагов и снова замер. Вопросительно смотрит на Августа, а он никаких спойлеров на лице не оттобрает. Стоит и стоит. Понятно, помощи от него как для фена в холодильнеке. - с днем, блять, рождения! Толпа голосов громко выкрикивает и в помещение становится до бликов к глазах светло. Вылетает огромное количество разноцветных шариков и космическое количество неоновой мешуры. Разом взрываются хлопушки, разноцветные огни заполнили помещение до краев. Хоровое " с днем рождения" не прекращется, на фоне играет энергичная и воодушевлеющая песня "Dimple-Bangtan boys". Вся компания друзей стоит в центре комнаты, продолжая орать один громче другого. Моцарт и Август оставляют Марта стоять и пробегают мимо него и вставая в общий круг семьи. Август быстро натягивает праздничные колпак на Моцарта и сам одевает ободок с кошачьими ушками и розовым бантиком Хеллоу Китти. Губы расплываются в улыбке, передние зубы выставляются на показ. Глаза полу зажмурены, они блесият, светятся. Младший смеется, смеется из глубины сердца. Никогда он не чувствовал себя настолько ценным и любимым. Сердце застучало в чистом ритме. Счастливая улыбка вся тянулась, а от счастья и не знания, как себя вести и куда девать огромный прилив эмоций, Март хватается руками за лицо, не закрывая смеющиеся в любви глаза. Он смутился, щеки его порозовели. Он счастлив. Он знает, что счастлив. Любовь до боли сжала его сердце. Так обильно он не чувствовал это никогда. Все эти глаза на против - они любимы, они ценны, они его жизнь. - ну чего ты застеснялся, давай вперед! Гохан улыбается до ушей. На голове у него праздничный колпак, а на шее новогодняя мишура, и похуй, что этот праздник прошел, что теперь, выкидывать такие красивые украшения? Парень прибежал к младшему, толкая его в спину. Март оказался в самом центе, внутри обьятий толпы. Каждый из друзей крепко прижался к нему, кто как мог, младший почти задохнулся в жмущих, но любимых обьятиях. - я значит желаю тебе денег! Арми улыбнулся пухлыми губами, широко разведя руки. На его голове были и оленьи рога, и праздничный колпак, и мишура на шее, а еще весь стоял в блестках, как и все ребята. - да куда ты попер! Дайон засмеялась и ударила того кулаком в плечо. - супруга тебе достойного желаю! Март так и покраснел, прикрывая смеющееся лицо рукой, но улыбка то выглядывает. Арми схватился за живот, начиная громко хохотать. Гохан рядом, кстати говоря, уже умирал, держась за плечо Лиллиана. - желая терпенья, будь сильным. Лиллиан взял младшего за плечи. Младший почти прослезился. Он хлопком пожал руку лидеру, вжавшись в его обьятья. Следом послышался целый шквал пожеланий. Каждый искренне желал Марту только лучшего. - желаю хорошей ночи. Август улыбнулся, а Март кажется задумся, а потом почти провалился сквозь землю. - а тепе-е-ерь! Ребята засуетились. - на самом деле, было бы самым подлым поступком, разбудь тебя "красиво" на ночь глядя и поздравить. Гохан искривил лицо. Явно не любил всякую "красивую" хуйню. - согласен! Ло с розовым колпаком на голове поднял руки, сжав кулаки. - ну, а теперь самое главное. Вскоре Марта посадили за стол. Свет выключили и стало так же крамешно темно. Вдруг послышались тихие шептания. Вдруг резко загорелся огонек. Март распахнул глаза. Пеед ним стоял огромный, не то слово, просто огромный трехэтажный торт с дизайном супергероев. Вокер захлопал ресницами, снова улыбнувшись во все зубы, и сжав кулачки на груди. Восемнадцать свечь одна за другой начали заживать. - загадывай желание. Присвете огоньков загорелось лицо брата. Милл с любовью старшего брата смотрел на младшего. Март посмотрел на лица, которые были так счастливы, счастливы за него. Младший сложил руки как при мольбе, заерыл глаза и при тишине еле зашевелил губами. Через минуту Март открыл прослезивщиеся глаза и задул свечи за раз. Хочу, что бы вы всегда были счастливы, оставались здоровы, что бы всегда были мне семьей. - так звучало его желание. Вскоре друзья разрезали торт. За куски, правда, разразилась война. - я хочу с Человеком-пауком! - Не трожь моего паучка! А потом: - не-е-т, мой железный человек! А еще: - я хочу и с Тором и с Бэтменом! Короче еле разрешили. Марту блогополучно дали кусочек с Веномом. С именинником споров не было. Все захлопали в ладоши. Торт только начали есть, только испробовали, алкашку конечно занесли, никакого чая. - в общем, Мартик, мы тут подумали. Гохан хитро улыбнулся, наливая в бокал для младшего красное вино. - теперь ты у нас взрослый, но знай, Все приподняли бокалы. - ты для нас всегда останешься младшим. Чокнулись. Март с уоыбкой отпил нкбольшой глоток. Сладко, вкусно. Хорошо. - теперь. Ребята построились возле Милла, несущего в руках коробку с красной лентой, завязаной в бант. Рядом шли Дайон и Арми, которые несли еще две коробки. Они были довольные крупные. - открывай. Под приливом любоаытся, который младший не скрывает, он открывает первую коробку. Глаза Марта стали очень быстро моргать, а потом застылм, широки распахнув ресницы. Март вскрикнул и несдержано вытащил из коробки красно-черный блестящий шлем. Все слова от удивления и радости застыли в горле. Март все вертел шикарный шлем как у настрящих гонщиков формулы-1 в руках. Никак не мог насмотреться, но друзья быстро протянуои вперед второй подарок. Март открывает. Внутри лежит аккуратно сложеный комбинезон, такой же расцветки, как и шлем. Март хватается рукой за рои, быстро даставая костюм. Он не менее шикарен. Март до боли сжал губы. Теперь нетерпиливо открывает третий подарок. Март почти прыгает на месте. Это специальные обуви и перчатки под комбез и шлем. - я даже не знаю...что сказать... Март проснезился от радости. Слеза наконец вытекла. - ну, ты чего! До заботливо обняла его, а семья счастливо окутала любовью взглядом. - а так тут есть еще кое что. Го чешет затылок, ставя на стол еще одну коробку поменьше и компактней. - у гонщиков даже нижнее белье должно быть соответствующим. Вдруг, не дай Бог конечно, пожар. Весь костюм специального покрытия, огонь выдерживает. Все оставшееся время был настоящий праздник. Пили, пели, танцевали, сто раз сделали пожелания. Никто целый день не выходил из бара. Вот это была настоящая жара. Настоящее день рождение. Март немного устал от танцев. Присел на диван, запихивая в рот кусочек от торта, который даже на четверть еще меньше не стал. Все таки торт был огромный. - мелкий. Август, на удивление не такой пьяный, встал рядом с младшим. Тот поднимает голову, прожевывая кусок. - пойдем со мной. Март сразу встает, следуя за Вивьеном. Пьяные ребята уже на половину обмякли, веь день тусили, как никак. Хотя Август уже и не мог ждать. Март молча следовал за Вивьеном, даже шаг в шаг за ним ставил. Пришли в темный гараж. Младший приглядывается и разглядывает силуэт чего то большого. Август поворачивается к нему спиной. - в общем... Август отходит, одновременно включая не яркую лампочку, светящую белым светом, и отдергивает черную оболочку, которая прикрывала сам подарок. Черная ткань слетает и перед взглядом Марта отрывается она. Перед ним стоит красная, блестящая Кенигсегг Агера. Взгляд этого зверского спорткара впивается в черные глаза. Она идеальна. Новая, кроваво-красная, чистая, детали отточены до идеала, она прекрасна. Дикая, зверская, такая неуловимая, чемпионка. Ужасно дорогая, но такая уникальная, а главное, нереально быстрая. - она твоя. Август упирается в зверюгу, сложив руки на груди. Он расслабленно улыбается, а в словах нет ни единой шутки. Март потерял все слова. Он все забыл. Костюм для него уже был чем то высшим, это был нереальный подарок, но эта машина... - это.. шутка? Март еле выговаривает слова. Сам даже не понял, что сказал, смотря на красного монстра перед собой. - нет. Август дастает из кармана ключи - пульт управления от зверя. Они весят на его указательном пальце. - она твоя. Она пренадлежит тебе. Это твоя зверюга. Вивьен плавно подходит к стоящему в ступоре парню. Кладер ключи в ладонь Вокера, сжимая его руку своими пальцами и впиваясь губами в губы напротив. Вгрызается, любимо выцыловывает, а второй рукой хватается за талию, прижимая к себе. - садись за руль. - не бойся, жми педаль в пол. Август на этот раз сел на переднее, пассажирское сиденье, предоставив управление зверюги Марту. Младший дрожащими пальцами держит дерзкий руль, сжимает красно-черную кожу, которой покрыт весь салон. Вокер увеличивает скорость, напряженно ерзая на сиденье. Агера и Мерс самые сложноуправляемые машины в которые он садился. Мерс очень большой, а Агера слишком резвая и дикая. Не каждый управится с ней, ее надо приручить, как дикого зверя. - эта крошка была... Август проводит рукой по панели Агеры, мягко поглаживая машину, как ребенка. - моей мечтой. Март все же немного сбросил скорость, Агера показывает свое недовольство рыком, словно живая. Она любит скорость. Была создана для скорости. Младший кидает быстрый взгляд на смуглое лицо, не смея надолго отрываться от дороги. - я так часто исчезал именно из за нее, из за тебя. Август вешает локоть на открытое окно, быстро открывая пачку сигарет. Так же резко, с каким то профессианализмом черкает пальцем по зажигалке, и поджигает сигарету. Делает затяжку, на пару секунд задерживая кислород в легких, а потом выпускает клубок полу прозрачного дымка из носа и рта одновременно, заполняя летящий по салону воздух некотином. - я днями торчал над этой крошкой, знал бы ты, чего она стоит. Август поворачивает голову к младшему, поднося руку к его ляжке и поглаживая. - я перебрал каждую детальку. Снова выпускает густой дым, резко выдувая его на Марта. Март и привык уже к вечному сигаретному запаху. Может кому то и не понравилось бы, что в его новой машине курят, но не Марту. Не посмеет и слова пикнуть. К тому же он сразу почувствовал в салоне тонкий, легкий сигаретный запах в перемешку с бризом. Запах Августа. Март все еще в каком то шоке. Не может отойти. Теперь его крови кипит: он срочно долден одется в новую форму и погонять на этой зверюге. Спорткар еще немного замедляется, плавно мчась по пустому, ровному асфальту, на котором ребята обычно и гоняют. Младший немного успокаивается; смуглая рука на берде отвлекает его. Март смотрит черными глазами на курящего Августа. Разговаривает с ним взглядом. Столько чувств, слов, столько эмоций в глазах. Слова не нужны. Порой они только мешают. Взглд сказала то, что не сказали бы не одни слова. Еще ннсколько кругов. Март не может насытиться Агерой. Она прекрасна. Вокруг размазаные темные пейзажи и луна, полная и неповторимая, одна светит им, одна смотрит на них. Гул мотора равномерный, машина едет плавно, иногда издавая громкий рев при повышении скорости. У нее бешеный голос. Это было невероятно. Атмосферу, которая тогда врцарилась нельзя было описать. Не царапающий, мягкий ветер проникал в салон, нежно обволакивая лица, заставляя волосы взлетать. Вся эта красивая панель управления, шикарная, а еще двуместная, как и почти все гоночные машины. Сигаретный дым, многозначительные взгляды, тишина, сбавляемая только равномерным рыком дикой Агеры. - поехали домой. Март немного расстроился, но Августа ослушаться, это, конечно, себе дороже. - давай еще круг, а? Август отворачивается к окну, выдыхая сигаретный дым. Не может смотреть на него. Теперь особенно. Теперь его ничего не держит. Только он сам себя. Так гораздо тяжелее, лучше бы были другие причины и преграды, ведь доверится и сдерживать себя же невыносимо. Сверлит глазами ночь, немного опускает голову, и тушит окурок пальцем. - ладно, только помоги. Март надеется на Вивьена, потому что сейчас он едет по безлюдной дороге без каких либо проблем, а как он заедет в город, так там ему подстраховка нужна. Он давно водить умеет, но все же, Агеру он побаивается, но ему безумно нравится этот страх. - рули направо, по главной ехать не смей, эту крошку любой зрячий заметит. Хотя Август и может быстро порешать эти дела, но внимания он не хочет, прямо сейчас особенно. Марта прижимают к двери у порога, как только он оказывается в квартире. Август безцеремонно вторгся в его границы, заползая руками под одежду. Губы сладко примкнулись друг к другу, языки сплелись, жадно посасывая друг друга, издавая грокие и пошлые почмокивания, вместе с быстрым и тяжелым дыханием. Ресницы Марта по детски подрагивают, тело плавиться от прикосновений. При малейшем движении что то переполняет его, девственное тело очень резко реагирует обсолютно на все. Вивьен так нетерпимо выцыловывает губы, сжимая в руках Мартовы ребра до самого хруста, терзает, искусывает, а младший тихонько скулит, сладко постанывая в самые губы. Август собственнически жадно ловит губами каждый стон, каждый вдох, этот скулеж, который нравится ему до смерти. Он буквально напал на Марта, не выпускает из рук, держит в плену, не дает и шевельнутся. Кусает, оттягивает нижнюю Мартовскую губу, а потом с ухмылкой слизывает с истерзаной плоти выделяющуюся красную капельку. Переключается на шею, начиная искусывать и эту мягкую, светлую кожу, изображая на ней слепок своих зубов, до самых клыков, заставляя расцветать ее красновато-сиреневыми пятнами. Март моляще сжимает кулачками пиджак на Августовой груди, глаза зажимает, как и истерзаные губы, громко выдыхает, хнычет, стоная и от боли и от приятных ощущений, заставляющих тело дрожать по особенному. Август исцеловал и искусал ему шею, плавно переходя на ключицы, заставляя младшего судорожно прижиматься к двери от нового букета эмоций. Вивьену так сложно терпеть, так сложно сдерживать свои же оковы, свои же правила, сам себя судит, сам поставил себе уговор, а смириться не может. Вокер рушит все одним взглядом, одним присутствием, и только потому уговор становится пыткой, мучительной пыткой, заставляющей задохнуться. Август хрипит, мычит в изгиб мягкой шеи, водя по ней носом и целуя ее по невидимой дорожке. Целует за ухом несколько раз, заставляя Марта почти вскрикнуть стоном, окончательно выбив из младшего заглушенный стон, трогая влажным языком теплую мочку уха. Март раскраснелся, уши у него горят, горячая как кипяток кровь липко прилила к голове, зажатые зубы трутся друг об друга, пальцы до анемения и покалываний сжимают ткань на смуглом теле. Август прижимает к себе сильнее и сам становится все ближе. Прижался к телу младшего, начиная тереться об него. Для него это мучительно. Почти задыхается, без слов просит о чем то. Брови надломаны, припухлые влажные губы раскрыты, дышит тяжело, не может держать контроль не над своим дыханием, не над собой, а над телом и подавно. Трется об Марта сильнее, глухо постанывая, вжимая его к себе. Младший сжимает одно колено, подпиревшись им об дверь. Вивьен расставляет ноги, трогаясь нижней частью тела о Мартово бедро. По Марту проходится табун мурашек. Теперь и тело все горит, он во второй раз чувствует Августа так. Так ужасно близко. Колено не спускает, чувствует им затвердевшего Августа, не может опустить взгляд ниже, сжимая губы, тихо стоная. Смотрит на это разгореченное лицо напротив, которое почти молит его, и не без удовольствия вслушивается в глухие постанывания, чувствуя движения Вивьена, и сгорает от смущения. Специально не спускает колено, сам того не понимая мучая Вивьена. Но он не маленький, прекрасно понимает, что сейчас твориться с Августом. Март не может смотреть на эти страдания, на это желание, горящее в растиланом пеленой взгляде. Август будто заглядывает в него, глаза будто в тумане, его взгляд дикий. - я не смог. Август уже минуту сверлит взглядом черные, широкие глаза напротив. Пытается отдышаться, раставив руки по бокам, оперевшись на дверь за спиной Марта. - блять, я не могу. Вокер вспоминает, что именно такое желание было тогда в споре у Вивьена, думал даже, что тот даже как всегда сарказничает, играется с ним, хоть и понимал, что тот не мальчишка, что это вполне было реальным. Смотрит, еле как смотрит, стараясь не отводить смущенный взгляд, потому что Август не любит, когда Март не смотрит на него, когда избеают его взгляда. Август сжимает зубы по животному, опускает на пару секунд голову, и снова несколько раз двигает нижней частью тела, продолжая тереться об Мартово бедро. - блять, можно я трахну тебя? Взгляд резко остановился на черных глазах. Мартовы губы лишь с чмоком распахнулись, издав тихий стон. Перед глазами у Вивьена мутно, все медленно чернеет, кроме покрасневшего лица младшего. Бешеное, животное желание заполнило изнутри, протекая по всему телу. Вены на шее, руках и висках набухли и посинели, даже как то страшно очерчиваясь. По телу Марта проходит то самое чувство. Чувствует покалывание внизу животу, чувствует остановившееся дыхание. В горле какой то горячий комок, слюны во рту набирается вдвое больше, а ладони вспотели. Руки Марта медленно отпускают ткань, потягиваясь к воротнику рубажки с красной бабочкой, но разко спускаются, дотрагиваясь до холодной бляжки черного, кожаного ремня. Больше и слова не нужно; младшего хватают и он быстро оказывается на постели. Август толкает младшего на кровать, а сам залезает и нависает над ним. Все показывает он свою доминантность, свою животную власть, свою зверскую натуру, дикие инстинкты. Темные тигриные глаза, теперь полные вожделения, уставились в черные напротив. Март не отступает. Он уже решил, он уже доверился. Доверился хищнику, сам прыгнул в лапы. Руки медленно, под пристальным взглядом, добрались до ширинки. Пальцы схватились за нее, но никак не отстегивают. Март именно сейчас решил поиграться, замучить. Чувствует это давление, потому и осмелел, хотя и ведет себя так почти не сознательно. Прикасается кончиками пальцев, медленно ведет, слегка надавливая, а ширинку все не трогает, следит за реакцией, за тяжелыми вздохами над ним, как зубы до хруста сжимаются, как вспотели смуглые виски и шея, как открылись губы, издавая подавленный хриплый стон. Такой Август невероятный. Кажется таким беспомощным, будто его связали и приковали куда то, заставляя смотеть на желанное и мучаться, но одновременно и такой властный, заставляющий стонать от одного только дикого взгляда. До ужаса манящий. Пиджак давно слетел с него, а светлая рубажка слегка просвечивает, подчеркивает натренированые мышцы, а еще эта чертовая красная бабока, висящая на приоткрытом воротнике. В голове представилось, как могут увидеть его таким, таким пылающим, молящим, как может увидеть Августа таким кто то другой. Раздражает. Не увидят. Им нельзя его видеть таким. Потому что... потому что ревнует. Ширинка резко растегивается, и Март сам припадает к губам, потянув Августа за затылок второй рукой, впечатывая свои губы в его. Но целует только раз, отстраняется, оставив Вивьена смотреть на свои влажные губы. Руки быстро добрались до Августовой рубажки, пуговицы с которой чуть не слетели от резких растегиваний. Ткань, как самая раздражающая сейчас вещь, оказывается вышвырнутой куда то на пол нетерпеливым жестом рукой Вивьена. Перед Мартом открывается матовое, но блестящее от тонкого слоя пота загорелое тело. Блеск идеально подчеркивает округлые, тугие мышцы, ключицы, широкую, жилистую шею с выступающим кадыком. Смуглое тело такое идеальное, крепкое. Плечи широкие, рельеф мышщ проходит по покрытым сплетением набухших вен рукам, вздымающаяся грудь и очерченая талия с напряженным прессом. Еще этот чертов тигриный взгляд, и проворливый язык, грязно толкающийся за щеку и облизывающий губы в клыкастой ухмылке. Даже чертовы капельки пота на лбу и висках, стикающие до самой шеи ахуенны. Светлые волосы редкими прядками приклеелись на лоб и затылок. Август усмехается, трогая большим пальцем Мартовы губы, спускаясь к впалому животу, поглаживая его рукой. - испугался? Март застыл. Смуглая рука спускается ниже, надавливая между ног двумя пальцами. Темные брови младшего надламываются, а рот раскрывается в немом стоне. Глаза невольно опустились вниз, разглядывая бугорок в растегнутых штанах, но пока еще прикрытый тканью нижнего белья. Март и не представлял раньше, что он окажется под парнем. - нет. Одежда младшего приподнимается, а Августовы губы припадают к телу, исцыловывая и искусывая его всего целиком. Младший дрожит, сжватил руками светлую макушку, выгибается в спине, скулит, хнычет, а Август только больнее кусает и нежнее целует, провоцируя девственника сильнее. Бродит руками по светлой выгнутой спине и лопаткам, изучая чувствительные места на теле младшего, а сам прижался снова. Март почти плавится, ноги согнул, обхватив ими трущегося об него Августа, а сам давно сгорает от возбуждения, нахлынувшего волной. Вивьен это знает, он тоже чувствует давление, чувствует потвердевшего там выпускника. Искусал все тело, даже слегка выпирающие ребра и расцеловал довольно подкаченые мышцы младшего, добрался до груди, раздразнил, сначала облизнув, а потом больно укусив, заставив младшего выгнуться сильнее и откинуть голову назад. Заставил протяжно и сладко стонать, стонать сильнее, кусая больнее. Август раздряженно отпрянул, быстрыми движениями освобождаясь от давящей ткани. Там давит, давит очень сильно. Перед глазами Марта затвердевший и влажный орган старшего. Младший ужасно краснеет, понимая, что сейчас будет и как далеко они зашли. Стесьняется, смотря на вставший орган и на синие, широкие венки внизу живота. Смотрит на эти жилистые руки, которые так быстро распаковали мешающую одежду. Терпение иссякает. Август уже готов кончить, смотря на это лицо напротив. Он уже стал влажным лишь от поцелуев. Март тяжело выдыхвет горячий воздух. В комнате явно стало теплее на несколько градусов. Приподнимается на локтях и подползает к Вивьену на коленях. Светлая рука медленно трогает вставший, теплый орган. Большой палец медленно прислоняется к влажной головке, надавливая по середине и пару раз массируя, выдавливая липкую жидкость и смазывая ее по горячей плоти и собственным пальцам. Август мычит, ноги расставил широко, пропуская Марта между своих ног и совсем не стесняясь. Руки подперел на матрас, а сам кусает губы, плотно прижав их. Не может терпеть, выпускает хриплые стоны, сжимает кулаками постель, почти дрожами руками. Размыкает губы, протяжно растягивая возбужденные звуки из горячих стенок глотки. Готов, готов прямо сейчас сойти с ума от стимуляций младшего, от его игр с собственным органом, лишь от простых поглаживаний готов свихнуться. Ловит себя на мысли, что на девственника сейчас похож именно он, смотря на свой стояк, поглаживаемый еще только с головки. Мартова рука елозит по всей длине, спустившись ниже, продолжая обхватывать влажными от выделения пальцами орган. Он сам сходит с ума, сжимая теплой рукой теплый, слегка мокрый орган. Но не спешит, потому что все еще суховато; замечает легкий скулеж, опускает свою фиолетовую голову и прикасается языком к скользкой головке. Как бы он не смущался, но хриплые стоны и немая мольба в них Марту нравится до мозга костей, к тому же он сам горит возбуждением и желанием, сделать приятно Вивьену, сам рвется дотронуться ртом до органа, обхватить его губами, что он и делает. Август слегка выгибается навстречу губам , страдальчески сложив брови и откинув голову, тяжело выдыхая. Как же хочется толкнуться в этот теплый ротик бедрами, но Август лишь сжимает рукой сиреневый клок волос. Март опускает голову ниже, глубже захватив орган, который упирается ему в глотку, трогая неб и полностью заполнив рот. Активнее двигает языком, сжимая рукой у основания, заставляя в ответ издать стон. Августовы пальцы прошли сковозь окрашенные волосы, снова сжимая их у корня. - блять...хватит... Августу до мурашек под кожей хорошой. Хриплый голос и еле мыслящее подсознание утонули. Веки прикрыты, голова все еще откинута, а губы распахнуты. - хватит...хватит... Повторяет как в бреду и резко тянет Марта за волосы, встречаясь с ним взглядом. - я сейчас прямо так кончу. Март покрывается краской, а об горящих ушах и говорить не стоит. Марта прижимают на постели. Штаны вместе с нижним бельем с него быстро снимают, осталась только раздражающая футболка, все еще скрывающая возбуждение младшего под своей тканью. Младший ужасно медлит с этим, а Август снова сходит с ума. Он давно попращался с адекватностью, а после прикосновения к желанным губам и подавно. Сверлит тигриными глазами, молча навис над смущеным мальчишкой, без слов выпрашивая, вымаливая одним затуманеным взглядом. Рука Марта сжимает края футболки, неуверенно стягивая ее на живот, оголяя бедра и свой вставший орган, который давно очерчивался на ткани. Карие глаза молниеностно прерывают контакт, спускаясь ниже, зацыкливаются на аккуратном, гладком органе младшего. Светлая голова почти опускается, а во рту слюны накопилось вдвое больше, но останавливается, коснувшись только пальцами. Но и этого было достаточно, что бы вызвать яркую реакцию Марта. - такой мокрый. Март готов с окна спрыгнуть от неотрывающегося взгляда и ухмылке, зацыкленых между его ног. Дотронься Август до этого стояка ртум, начиная его обсасывать, Март сдался бы сразу. Август опускает голову, придерживая орган рукой, и проводит по нему языком, немного слизывая выделение, заставляя кровь в сердце Марта свернуться. Август опять дразнится. Теперь руки схватили его за бедра, вцепившись в них с мягкой, внутренной стороны зубами. Кусает больно, ужасно больно до посинений, от чего Март вскрикивает, хнычет, хватает светлые волосы по корень и тянет. До бликов в глазах больно. Ресницы слегка намокли, а с губ слетают болезненные стоны, в перемешку с наслаждением. - мне больно, больно! Обрывается новым стоном. Мягкая кожа до головокружения приятная. Вивьен облизывает свои укусы, с выражеными отпучатками своих зубов и поднимает голову к шее, целуя младшего за ухом. - прости...я схожу с ума... Низкий голос заставляет забыть боль на пару секунд, а окончательно отвлечься заставляют пальцы, которые снова ухватиоись за его орган. Следом еще несколько поцелуев по шее. Рука опускается ниже. Март вздрагивает. Пальцы медленно надавливают внизу, проникая в него. Ощущения стали острее, чувства ярче, два пальцы глубже. Март шумно дышет, сжав нижнюю губу зубами. Пальцы теплом нутре двигаются активнее, потихоньку растягивая его. При движениях Март начинает постанывать, скулить и быстро моргать, невольно поднеся руку к лицу. - убери нахрен. Март резко опускает руку под пристальным взглядом, больше не смея прикрывать лицо. Вивьен добавляет третий палец, заставляя выгнуться младшего, и проходится падушечками по мягким внутренним стенкам, надавливая и снова толкаясь глубже. Младший скулит жалобнее, окончательно ломая выдержку Августа. Младшего шлепают по бедрам, оставляя красный, опаленый, горящий след на бледной коже. Март вскрикивает, а Август дико смотрит на след на молочного цвета коже, облизывая кончиком языка ухмыляющиеся губы. - ну же, малыш, стони еще, проси больше, заставь меня кончить от одного вида на тебя. Младший точно сейчас выпрыгнет в окно. Влажные пальцы вытаскивают наружу. Вивьен самостоятельно водит рукой по своему органу, который уже давно мокрый, размазывая выделение по всей длинне. Влажная головка медленно проникает в младшего, заставляя болезненно поморщиться, потому что ласки пальцами и этот орган, вогнутый в него, это совсем разные вещи. Хочется толкнуться бедрами, протолкнуться в Марта полностью,заполнить его всего, но Вивьена сжимают, делая больно и ему. - мелкий, Август нагибается к нему, проводя свободной рукой по лбу, приподнимая вспотевшую челку. - расслабься. Черные глазки уставились в тигриные, но такие полные любви. -не хочу делать тебе больно. Младший отвечает взглядом. Вивьен двигается медленно, давая привыкнуть к себе, не спеша проезжаясь по стенкам, не входя в младшего полностью. Младший прерывисто выдыхает, будто долго плакал, и немного расслабляется, давая протолкнуться в себя глубже. Август тяжело вздыхает и томно мычит, начиная толкаться бедрами. Младший шумит громче, выстанывая любимое имя, хнычет, обвивает руками смуглую шею, сладко дразня старшего своим голосом у его уха. Март переполняет миллион эмоций; бабочки в животе не дают покоя, внизу все такое горячее, мокрое, все пульсирует и покалывает, голова не соображает, пьян без алкоголя, а губы немо выстанывают лишь одно имя. - Август...Август... Крепко сжимает смуглую шею, пока в него под такт собственного имени начинают толкаться быстрее. Утопая в наслаждении, когда твое имя так желанно выставяют, Вивьеновы бедра толкаются все быстре, насаживая младшего на орган полностью. Смуглая рука скользит по впалому Мартовому животу, спускаясь к стояку, сжимая его в руке, надавливая сверху по тому самому месту, заставляя стонять протяжнее и громче, выгнуть поясницу сильнее, заставляя младшего расстаять в накатывающемся в возбуждении оргазме, заставляя его толкаться навстречу бедрами. Темп становится все быстрее, в Марта толкаются грубее, задевают то самое место, возбуждая сплетения нервных окончаний. Младший все громче, давится воздухом, судорожно пытаясь удержаться на смуглой шее, хватаясь за вспотевший затылок. - Август...я..! Снова обрывается стоном. Август и сам давно. Март открывает черные глаза, встречаясь с тигриным над ним. Темп слегка замедляются. Орган на половину вытаскивают и замирают. Март согласен, согласен был изначально. Резким шлепком орган снова вгоняют в младшего, снова толкаются, заставляя влажную плоть грязно соприкасаться, издавая пошлые звуки шлепков. Младший вскрикивает, теперь еще громче стонет, так умояюще скулит, сжав шею сильнее. Немного больно, но ужасно хорошо, ужасно приятно. Он заполнен полностью, а на его животе виднеется бугорок. Рука Августа давно стало влажной, скользя по органу Марта вверх и вниз. Сейчас все доходит до самого пика, поэтому оба тяжело дышат, выгибаются и скулят, жадно прижимаясь друг к другу. Март вжимает ногти в смуглую кожу, выгибает брови, срывающимся и дрожащим голосом выстанывает. - я...правда...уже... - я и сам уже хочу кончить в тебя. Марта резко заполняет изнутри, в животе появилось новое чувство. Рука Августа тоже вся мокрая, в липком семени, но продолжает надрачивать, а бедра продолжают толкается еще минуту, вынуждая обоих скулить от удовольствия и наступившего оргазма. Они оба еще несколько минут продолжают лежать в той же позе, пытаясь отдышаться, но Август нарушает спокойствие, цеплясь за губы, проталкивая мужду ними язык. И еще несколько минут они только целуются, обнимая друг друга, пытаясь восстановить восспаленное сбившееся дыхание. - теперь надо постель менять... Наконец выпалил после довольно долгого молчания Март. - и как то в глаза Миллу смотреть... Март не скрывает от Августа мыслей. Если он если и может что то от брата скрыть, то тому причиной и будет сам Август. Вивьен отслегка приподнимается, вытаскивая все еще находящийся в Марте орган, наблюдая за тем, как между ног младшего стекая липкая, прозрачная жидкость. - но ведь он трахается с Юнхо и тоже как то смотрит. Март снова покраснел. Его целуют в висок, придерживая за талию, притягивая к себе. -но знай, Младший приподнимает глаза, встречаясь с тигриными. - дальше жеще. И снова эта ухмылка, заставляющая Марта провалиться сквозь землю. 🚬 - я...блять, я не могу! Март смущенно жмется в сиденье сто сорокового Мерса, обнимая себя руками. По обоюдному согласию парни приехали к бару на Мерсе, потому что Август не может пока рисковать миллионами, отдаными за Агеру. - блять, маги! Август уже пятнадцатый раз говорит эту фразу, выкуривая вторую сигарету, пока они уже полчаса сидят и не выходят из машины. - да сто процентов твой братишка и вчера под Юном кувыркался, чего раззвизделся? Март в конвульсиях почти бьет Мерс по панели, за что получает по шее. - приве-е-ет! Гохан запрыгивает на Мартову шею, расплываясь в улыбке. Марту немного неловку, ну, как, он покрасневший, а еще неловко улыбается. А потом на него начел коситься брат. Вот тогда то Март точно еле сдерживал панику, усевшуюся у него в глодке. А Август главное сидит себе курит, пиво потягивает, смеется, все у него хорошо, невьебенно - ахуенно. А Милл все косо взглядом мерит. Этот вечер стал еще одним хорошим днем, проведенным с семьей. К вечеру Март с Августом и Агеру пригнали, а потом гоняли вместе с братвой всю ночь. Напряжение спало, все преобрело привычный, родной оттенок. Да, хуевый район, но именно там встретилась семья. Хуевый район, но крепкая любовь. Конец 1 сезона.