Между сном и явью
27 февраля 2026 г., 16:37
***
Меня охватывал страх. Последнее время я просыпался с тяжестью в груди. Мне снились сны, они рассказывали одну и ту же историю, менялись лишь декорации и детали. Странность за странностью, но запоминал я всё. Помню больницу, где звук монитора разбавлял тишину, а я сидел возле кровати, в которой лежал какой-то неизвестный мне парень. Я ему что-то рассказывал, улыбался. Мои руки касались его очень нежно, как будто незнакомец — хрупкий лепесток. Внутри разгоралось непонятное мне чувство. Дальше картинки сменялись друг за другом: то это был парк, где мы с незнакомцем гуляли, кормили уток у пруда. Мы были такими искренними. То кафе, где мы сидели, пили принесённые нам напитки и говорили о чем-то своём. Я не мог разобрать речи, слышал только шепот и смех. То это был дом, и он заходил в дверь и всегда мне дарил цветы. Локации разные, но всегда были я и неизвестный мне парень. Он снился мне снова и снова. Темные глаза, мягкая улыбка, жесты, от которых внутри все сжималось. Я не знал его имени, не знал, существует ли он вообще. Но рядом с ним — даже во сне — я чувствовал то, чего не чувствовал никогда в реальности. Спокойствие. Он всегда меня целовал, обнимал, рядом с ним я расцветал и был счастлив — это то, что я видел и чувствовал. Но ничего не понимал, кто он, почему приходил во снах? Будущее или прошлое? Так много вопросов, но так мало ответов. Я наблюдал всё, что происходило, только со стороны. Я видел свои жесты, но не мог ими управлять. Но стоило мне захотеть вмешаться, как незнакомец вдруг отвлекался от «того» меня и поворачивал голову… и смотрел уже прямо на меня. На ту пустоту, где я стоял. Его взгляд был пронзительный, он словно знал, что я там, наблюдаю. И это меня пугало, и я просыпался. Просыпался в одно и тоже время — 4:55. Дышал часто, не сразу понимал, где я, страх не отпускал меня. Спать дальше, как правило, я уже не мог. Иногда мне хотелось забыть эти сны и не думать о них, но тогда они всё чаще меня пугали. Я проснулся с таким чувством, будто внутри что-то оборвалось. Руки дрожали, и я никак не мог отдышаться — словно и правда только что убегал от смерти. Я встал, умылся, немного пришёл в себя, достал из ящика блокнот, в котором записывал каждую новую деталь своего сна. Например, сегодня отличалась одежда на парне, когда мы гуляли по парку. Обычно одет он был в классический костюм чёрного цвета, но сегодня это были обычные джинсы и чёрная футболка, кажется, на два размера больше его. Вчера вот пили чай в кафе, хотя обычно заказывали кофе. Блокнот исписан разными деталями, их было так много, что он почти заканчивался, но они должны были мне подсказать. До этого я перерыл весь интернет. Вбивал «чëрные волосы, тëмные глаза, кроличья улыбка» — выдавал каких-то айдолов, блогеров, просто красивых парней. Но не его. Я даже рисовать пытался — криво, по-детски, но чтобы запомнить. Читал статьи о снах и не нашёл своего случая. Обращался к врачу, объяснил ему, что меня беспокоят сны. Он задавал мне вопросы: вы одиноки, хотели бы вы такие отношения? На эти вопросы я отвечал да. Я так задумался, что и не понял, что он мне сказал, а очнулся только, когда вышел из кабинета с рецептом на руках. Врач прописал мне лекарства, которые не помогали от слова совсем. Чтоб облегчить своё состояние, про свои сны я рассказал своему лучшему другу, так тот сразу посмеялся надо мной, но когда увидел моё серьёзное лицо, то понял, что я не шучу. Что самое интересное, на следующий день он ничего не вспомнил. Я подумал, что он шутит надо мной, как было уже и не раз, поэтому подыграл ему и рассказал всё снова, но на следующий день он всё так же не помнил ничего. Я пытался поговорить с ним снова, но он просто не помнил. Ни разговора, ни моих слов. Я смотрел на него и чувствовал пустоту внутри — будто рядом стоит кто-то чужой. Подсказки? Или я схожу с ума? Совсем запутался, где реальность, а где сон. Но я понял точно, что остался один на один со своими снами, мыслями и с таким красивым незнакомцем. Незнакомцем ли? Часы показывали семь. Я просидел за столом почти два часа, перечитывая свои записи. Пора было собираться. Работа. Я знал, что работаю в издательстве — документы в ящике это подтверждали. Но как я туда попал? Когда проходил собеседование? Словно не я это делаю, а кто-то другой во мне. Я брал интервью в основном у звёзд об их жизни, карьере и многом другом, о чём позволяли. Сегодня один из тех дней, когда мне надо было идти на встречу, она была запланирована на восемь утра. Кому вообще хотелось работать так рано? Точно не мне. Собрался быстро, надел брюки бежевого цвета, рубашку и кардиган, немного причесался и вышел. Доехал спокойно, без происшествий, не встретил на улице ни одной машины, хотя для рабочего утра это было пугающе пусто. Зашёл в здание, где меня уже встречал менеджер актрисы, меня провели в кабинет и попросили подождать. Ждал минут сорок, и на кой чëрт я тогда пришёл так рано? Дверь бесшумно открылась, и пришла та, кто сегодня должна была отвечать на мои стандартные вопросы и на вопросы, которые придумали сотрудники её компании. Мы обменялись приветствиями и приступили к интервью. Я задавал вопросы, механически кивал, но не слышал ответов — рядом лежал диктофон, который исправно записывал этот разговор за меня. Я, как обычно, витал в своих мыслях, думал о незнакомце. На мгновение мне показалось, что напротив сидит он. Тот самый, из снов. Те же глаза, та же улыбка. Я замер, перестал дышать. Моргнул — нет, снова женщина, снова стандартные вопросы, снова работа. Недосып. Точно недосып. Я продолжил интервью, как ни в чем не бывало. Мы закончили быстро, я попрощался и ушёл. На сегодня моя работа окончена, и я решил, что время нужно потратить с пользой. Порылся в своей памяти и вспомнил название кафе одного из сновидений, в котором мы часто сидели с тем незнакомцем. Почему-то до сегодняшнего дня не решался туда приходить. Но вдруг это очередная подсказка, тот самый кусочек подходящего мне пазла. Кафе встретило меня приятными запахами и музыкой. Людей было немного, и все они казались странно похожими друг на друга — одинаковые позы и лица. Единственный мужчина, который сидел один, выделялся среди всех, он был в чёрном костюме и напомнил мне незнакомца. Его профиль и линия плеч. Это пугало. Я решил занять столик в дальнем углу помещения, чтобы никто мне не мешал, но чтобы я мог видеть всех. Заказал чай, тот самый, который мы пили с тем парнем из сна, и их фирменный медовик. И стал наблюдать за мужчиной в костюме, он не шевелился, может, ждал, когда остынет кофе? Но вдруг он медленно, очень медленно повернул голову и посмотрел на меня. Не на мой столик, а именно в глаза. От этого взгляда мурашки пробежали по всему телу. Официантка принесла чай и отвлекла меня, а когда я снова поднял взгляд — его столик был пуст, а чашка кофе на нём всё ещё исходила паром. Решил больше не думать ни о чем, а просто наслаждаться едой. Я впервые пробовал облепиховый чай, и, на удивление, мне понравилось. Кафе опустело, я расплатился за всё, вышел и решил пойти в парк, а машину оставил у кафе, заберу потом. Парк — тот самый, который был в моих снах. Я узнал его по лавкам. Они были причудливые, в виде различных фигур. И его мне не составило труда найти, он находился почти рядом с моим домом, я бывал в нём часто. Здесь всегда было красиво, хотелось сидеть долго, смотреть на природу, на всё вокруг. Сколько просидел так здесь — неизвестно, но людей я так и не встретил, уже темнело, и, как обычно, голова начала болеть. Каждый день она болела и всегда ближе к вечеру, а ещё постоянно слышал монотонный звук — тот самый, с которым работают больничные мониторы. Но сегодня этот звук был сильнее. Намного сильнее. Не помню, как добрался до дома. Разделся, принял душ и выпил таблетку — только так боль хоть немного утихала. Решил приготовить себе ужин и немного отвлечься от рутины, включил свой любимый плейлист джазовой музыки. Музыка заиграла, но это не то, что я слушаю. Из колонок лилась мелодия, которую я слышал только во сне — она играла в том самом кафе, где мы с незнакомцем пили кофе. Я замер. Пальцы, лежавшие на столешнице, вдруг онемели. Я поднял взгляд на настенные часы: они показывали 4:55. Но это было невозможно, я только что вернулся, и на часах было около восьми. Мне стало страшно. Есть уже не хотелось, я выключил телефон. И просто лёг в кровать, немного успокоился и провалился в сон. Может, сегодня я наконец-то высплюсь? Открыл глаза и замер: я лежал голый, а надо мной нависает он, влажный от пота, с тяжелым дыханием. Он был внутри меня — я чувствовал каждое движение. Он входил медленно, до самого основания, давая привыкнуть, давая почувствовать всю глубину. Я выгнулся, запрокинув голову, ловя ртом воздух. Я сжимал простыни, сжимал его внутри. Когда он ускорился, когда толчки стали резче, глубже, я сдался. Я стонал в голос, не стесняясь. Впервые вижу,что я могу быть таким: нуждающимся. Его член скользил во мне, растягивал, заполнял до краев. Мы целовались — жадно, мокро, сбиваясь с ритма. Он вбивался, я подавался навстречу. В комнате было слышно только влажные шлепки и наше дыхание. Я кончил первым — с криком, с его именем на губах. Чонгук… Но я ещё чувствовал, как он двигался во мне даже в этот момент. А через несколько толчков он замер, прижался всем телом, и я почувствовал, как горячее наполняет меня. Мгновение — и я у себя в квартире, за окном светало. Посмотрел на часы и был удивлён, они показывали не привычное без пяти минут пять, а на четыре минуты больше. Это происходило впервые, и я подумал, что это знак, я приближался к разгадке. Прокручивал в голове свой сон и понимал, что начал возбуждаться. Имя эхом отдавалось в висках. Чонгук. Я шептал его снова и снова, позволяя руке скользнуть ниже, догоняя то забытое чувство его ладоней на своей коже. Ещё никогда не мастурбировал на незнакомца из снов, но теперь хоть имя его узнал — Чонгук. Такое красивое, ему подходило. Я позволил себе не думать, а просто чувствовать. Рука скользнула ниже, и я закрыл глаза, снова видя его перед собой: как он смотрел, как двигался во мне, как произносил моё имя. Дыхание сбилось, и когда волна накрыла, я прошептал в пустоту комнаты: Чонгук. Впервые — осознанно, по имени. Я лежал в темноте, глядя в потолок. Чонгук. Имя пульсировало в висках, не давая уснуть. Принял душ, позавтракал и принялся за работу, раз уснуть не мог. Сегодня я работал из дома. Включил диктофон, который тогда записал интервью. И из этого безобразия мне нужно было сделать идеальный текст. У меня на это всегда уходило много времени. Как только я закончил, отправил статью другу и заметил: сообщение не доставлено. Я зашел в чат — последнее сообщение, которое я писал ему неделю назад, всё ещё висело непрочитанным, но об этом я решил позаботиться позже, наверное ошибка со связью, что иногда происходила у меня. А сейчас позволил себе вернуться к главному — к расшифровке снов. Начал с того, что вбил его имя в поиск с надеждой найти. Мне попадались журналисты, музыканты, блогеры. Но ни одного с тем лицом. Как я уже говорил, я запоминал детали каждого своего сна. Хоть это был первый раз, когда я видел наш секс, тогда меня это возбудило, не спорю, но всё же кое-что разглядеть я успел. Фотографии. Они были в рамках и развешаны по стене. Там был я с Чонгуком, то один я, то один он, но зацепила меня одна деталь, на одной из фотографий была вывеска какого-то магазина. Именно сегодня я собрался с мыслями и стал вбивать в интернете название, кликнул по первой же ссылке. В статье писалось: Трагедия в центре города: владелец цветочного магазина пострадал при пожаре и находится в местной больнице. Были фотографии до пожара и после. И ещё одно фото было в самом низу страницы. Сердце пропустило удар. На меня смотрел я. Мои глаза, мой нос, мои губы. Но это был не я сегодняшний. Это был я с другой причëской, в другой одежде. Словно фотография из другой жизни. Я не понимал своих чувств в этот момент. Пальцы на руках начали неметь. Экран монитора поплыл, и я не сразу понял, что это не от слез. Комната начала терять четкость. Голова заболела, дыхание участилось, стук своего сердца я слышал в ушах, мне становилось плохо, последнее, что я запомнил, — это фраза моего друга: — Ты должен вернуться. Он тебя ждёт, — и откуда друг вообще здесь взялся.***
Сознание возвращалось медленно, голова сильно раскалывалась. Первым, что я услышал, был противный звук — тот самый, что преследовал меня во снах. Веки казались чугунными, но я заставил их открыться. Увидел белый потолок, а затем уловил чей-то силуэт сбоку, рядом с кроватью, на которой я лежал. Чонгук? Я опять сплю? — Тэхён, ты очнулся… Боже, я так рад, — говорил такой знакомый мне голос, что вызвал мурашки по всему телу. Он схватил мою руку, прижался к ней губами, и я почувствовал тепло. Настоящее тепло. Это был определëнно мой Чонгук. Закрыл глаза, пока врачи начали меня осматривать, что-то делать, а в голове, как слайд-шоу, приносились картинки одна за другой, родные голоса, ощущения — всё почти вставало на свои места. Я понимал, что наверняка вспомнил не всё, и это нормально, но точно знал, кто я. Я — Ким Тэхён, мне двадцать восемь лет. У меня был свой цветочный магазин, в котором начался пожар. Я попытался выбраться оттуда, но на меня упала полка, как будто специально не хотела, чтобы я вышел на воздух, и тогда я потерял сознание. У меня прекрасный парень — да-да, тот самый незнакомец, чье лицо я всегда видел во снах. Именно он и спас меня в тот день, решил приехать пораньше и устроить сюрприз, но сюрприз устроил ему я. Чонгук — он потрясающий, он был журналистом, вëл колонку о звёздах. Но не думаю, что вы сильно удивлены этим, как и я. Все знаки говорили о нём.***
Прошло несколько недель, и я наконец-то дома. За то время, что я был в больнице, Чонгук приходил ко мне, мы общались, целовались, пока никто не видел. Я был счастлив. И вы бы знали, какой он красивый вживую. Всё, что было со мной, моя память оставила при мне — вот и не верь потом в паранормальное. Я рассказал всё Чонгуку, просто не мог держать в себе. Рассказал о том, что происходило со мной, что жил один и мне снились сны, где мы были вместе. Особенно ему понравился сон, где мы занимались сексом. Ох, уж этот Чонгук. Свёл меня с ума, но я не против. Сам же Чонгук мне поведал один момент: когда он сидел у моей больничной кровати, разговаривал со мной, что-то почувствовал, объяснить, что именно, он не мог. Могла быть это моя душа? Возможно всё, теперь я это знаю. Единственное, от чего мне стало больно, — что друг из моего сна в реальности давно мёртв. Это немного выбило меня из колеи, ведь буквально недавно мы разговаривали. Это так странно, получается, моё подсознание спровоцировало его. И чтобы попрощаться, я попросил Чонгука отвести меня на могилу. Там я увидел улыбающегося парня на фото, попросил прощения и сказал, что он всегда в моём сердце. Я вспомнил, как мы красили друг другу волосы, и его лицо оказалось в краске, как он тогда смеялся. Я и сейчас будто слышу этот смех. А потом понял: не слышу. Никогда больше не услышу. Конечно, я заплакал, но почувствовал поддержку от Чонгука и его крепкие объятия. В первую же ночь дома я проснулся сам, без кошмаров. Было темно, Чонгук спал рядом, обняв меня со спины. Я осторожно посмотрел на электронные часы на тумбочке. 4:55. Сердце на секунду замерло по привычке. А потом я выдохнул, 4:56. Чонгук дышал мне в затылок, его рука лежала на моём животе. — Всё хорошо, — сказал я сам себе, закрыл глаза и спокойно уснул. Хоть я и почти всё вспомнил, бывало, что путал воспоминания и боялся: а вдруг я ещё сплю и мой мозг так издевался надо мной? Чонгук меня успокаивал, всегда говорил одну и ту же фразу, которая заставляла меня верить: — Если это сон, то почему мне так чертовски больно тебя терять? А я ему отвечал: если это сон, то я не хочу просыпаться.
