Единственный выход - замужество

Дорога была изматывающей — сплошные скалы и выступы. Промозглая зима подкрадывалась незаметно, но осень пока не отдавала свои полномочия. Ледяная речка шумела на все лады, казалось будто бы жаловалась на что-то, кричала в чувствительные барабанные перепонки. Местность была гористой, посреди этих скал гулял промозглый ветер, он беспардонно забирался за воротники, остро щипал за щеки. Лица краснели, а губы обветривались. Пальто Эрики развевалось на ветру, нижние пуговицы еще несколько дней назад сорвали ветки деревьев, когда они с отцом бежали от войны через лес. Отец, пускай и был тираном, но все же не давал ей умереть все это время. Сам хромал, еле шел, а в середине пути и вовсе передал солдатам слабую тушку дочки. Но все эти старания не пахли приступами благородства. Лишь холодным рассчетом. Целью похода было замужество — в соседней деревне ее ждал знакомый банкир. Высокий, но толстенький мужчина, богатый, но пьющий. По россказням односельчан он выглядел как смерть — алкоголизм никого не щадит. Ходили слухи, что прошлую свою жену банкир забил насмерть. И Эрика с каждый шагом к деревне ощущала смерть за своими плечами. Отец засватал свою единственную дочь за возможность жить в богатом доме банкира, ни на минуту не задумываясь о работе. Война не щадила никого… Дом сожгли враги, а мать страшно растерзали и повесили на заднем дворике когда-то родного дома. Эрика была похожа на мать, и это мозолило глаза Стефану. Она взяла от отца лишь упрямство, а от матери — всю ее внешность. Шоколадного цвета вьющиеся волосы, ярко-зеленые, как молодая трава, глаза, тонкий стан и небольшой рост, пышную грудь и вздернутый нос с веснушками. При родах мать осталась инвалидом и не могла работать из-за больной спины, в то время как Эрика росла и цвела с каждым днем. Стефан терпеть не мог этой несправедливости, ведь когда он женился, жена была такой же цветущей… До некоторого времени. В ее дальнейшей судьбе виновата проклятая дочь. И вот карма застала мужчину в полной силе — почти в конце их пути капкан расставил точки над «i». Ему ничего не оставалось, кроме как передать задание солдатам, идущим в сторону деревни с целью освободить ее от фашистов. И ведь денег поскупил — сказал обратиться за наградой к жениху в деревне. Сам обещал дойти позже. Дойдёт — не дойдет… Его не было жалко. Дорога была неподъёмно тяжелой для неподготовленного тела девушки. Ноги еле передвигались и подламывались после тяжелых уступов. Солдаты тоже были измотаны, и лишь на волевых шли через этот скалистый лесной склон. Военный с суровым лицом неподалеку коротко объяснял, подбадривая, что враг в такой местности не пройдет, боится наших берегов. Солдаты были уставшими и серьезными, но в то же время с мерзкими похабными улыбочками переговаривались между собой. Кивали в сторону девушку и смеялись. Все. Почти все вели себя так. И Эрике не нужно было складывать два и два, чтобы понять — они ее просто так не оставят. Обещания больших денег в деревне не гарантия спокойствия и безопасности. Нужно было найти покровителя, и исправить свое положение… Хоть и было так страшно… Один из мужчин не переговаривался ни с кем, лишь равнодушным взглядом иногда скользил по ее лицу. Он шел почти последним, все время держась неподалеку. Мужчина был достаточно высоким и широкоплечим, не пухлым. Атлетичное тело было видно даже за шерстяной шинелью. Темные вьющиеся вихры были скрыты за военной козыркой, лишь выглядывали на затылке. А глаза цвета болота и серого грозового неба смотрели недобро, зыркали на всех с осторожностью. Без похоти. Это не могло не радовать. В очередной раз, когда Эрика почти соскользнула с очередного выступа в овраг, этот мужчина по фамилии Стронг подхватил ее и поставил на землю. После достал веревку в толщину в несколько пальцев и обвязал девушку за талию, концами связав их тела между собой. Он оставил лишь пару метров между ними, но Эрика и не пискнула. Лишь с благодарностью кивнула и потупила взгляд. Так было безопаснее, пускай и не отпускали мысли о привязанной собаке… Остальные солдаты не стесняясь отпускали шутки, но мистер Стронг одним лишь взглядом присекал их грязные мысли. Солдат можно было понять, думала девушка, но бабушка говорила, что своих нужно бояться даже больше, чем врагов. Потому что голодный мужчина, он везде и во всем голоден. А осознавание солдатами своей важности и роли в этой войне срывало им крышу. Но, если жить по принципу — не доверяй никому, даже иногда себе, можно далеко зайти. Маленькое исхудавшее из-за голода тело было слабым. И при таком виде Эрика не понимала, как можно было кидать в ее сторону похабные взгляды. Волосы шоколадного цвета, доходящие до пояса, были скрыты за косынкой и шапкой, чтобы никто не ухватился за них. Они не привлекали внимание, как и круглое лицо, когда-то красивое и аккуратное личико. Оно было покрыто грязью из-за стольких дней отсутствия купания, и так же благодаря последнему обстрелу, который заставил землю пылью оседать на всем подряд. Вода в реке была промозглой и мерзкой, от неё веяло льдами. Купаться в такой воде не потянуло бы никого. Особенно под взглядами мужчин. Девушка обещала себе, что попробует умыться завтра. Скоро будут заморозки, так вода совсем замерзнет и будет не до этого… День проходил неспешно, а путь легче не становился. Завтра их ждала та самая деревня с вонючим банкиром и Эрика перебирала все возможные варианты событий. Вплоть до побега. Но что она сделает против нескольких дюжин солдафонов? В один момент, когда все переходили через реку, нога девушки соскочила с камня, покрытого мхом, и угодила в ледяную воду. Эрика, пытаясь выбраться, тут же плюхнулась в воду по самое не хочу. Ошпарило ее знатно, аж зубы заходили ходуном. Мужчина, тот самый с холодным взглядом, достал ее почти за шкирку и вытащил на берег, опустившись в воду за ней из-за натянутой веревки. Он же и оказался командиром, судя по фразам про храброго командующего от солдат. Темнело, нужно было искать привал, и командир выбрал место у хижины лесника. Всякий вхожий сюда был бы рад удобствам, но внутрь прошли лишь командир с девушкой. Внутри никого не оказалось, лишь несколько кроватей да печь, чугунная ванная в углу с тонким краником набора холодной воды. Колодец был снаружи у заросшей тропинки у дома. — Значит так, девушка остается внутри, чтобы никто не заходил. Мы же разбиваем лагерь вокруг дома. Немедленно приступать, — обозначил границы мужчина. — Так точно, командир Стронг, — послышалось отовсюду. Довольства в голосах было мало. Эрика прошла внутрь дома вместе с командиром и села на лавку у двери, наблюдая, что будет делать командир. Он нагревал четыре чугунных ведра в разгоревшейся печи. Сам снял свою шинель и набросил на плечи тихо сидящей девушки. Молчал. Темноволосая в это время развесила содержимое сумки у печи, чтобы вещи высохли до утра, и села дрожать у двери. Хотелось поскорее избавиться от одежды, да не во что было переодеться. Когда вода была готова, Стронг тихо сказал: — Иди купайся, пока не согреешься — не вылезай. Эрика молча стала за ширму перед ванной, дрожащими пальцами стягивая с себя одежду, думала о странном плане. Когда она залезла в воду, показалось что тело уже успело окачанеть. Пальцы слепо касались промерзшего тела. Все ее клеточки на горячую мыльную воду реагировали с недоверием. Все покалывало, не отпускало ощущение, что как будто бы её поместили в жидкий огонь. Мужчина в то время забрал вещи с пола и тоже развесил у печи. На ширму положил небольшое полотенце, что имелось у него в сумке в количестве двух штук. Оно скорее для умывания, чем для вытирания. Но это лучше, чем ничего. Девушка покупалась и встала у ширмы, уже обтертая полотенцем. Она чувствовала всем телом, что на лавке неподалеку сидит этот мужчина. От его влажных вещей тянуло порохом, землей и хвоей. И что оставалось, кроме как пройтись голой к кровати? Ничего. Эрика в очередной раз промокнула влажные волосы полотенцем и, гордо расправив плечи, вышла из-за ширмы. Взгляд серо-зеленых глаз сначала загорелся, а после был потуплен в пол. Чести и выдержки у этого мужчины хватило бы на всю роту. Мистер Стронг прошел к ширме и стал раздеваться, судя по возне. Погрузился в остывшую ванну, заставив воду частично вылиться наружу. — Я пойду на улицу, буду охранять у двери, — произнес мужчина, вытираясь за ширмой. — Не уходи, прошу, — тихо взмолила девушка. — Я ужасно боюсь спать одна… Поспи на соседней кровати… Не доверяю я твоим подчиненным. Пожалуйста, побудь со мной. Голос звучал как мелодичная флейта, просьба была заманчивой, и командир лишь на мгновение задумался. Он молча оделся и подошел к двери, кинув последний взгляд на укутанную в одеяло девушку. Эрика решилась на крайние меры и заплакала, пытаясь его остановить. Пришлось остаться спать на соседней кровати. Ночь только начиналась, луна пробивалась сквозь слабо задернутые шторы и отблескивала на светлых стенах. Оба не могли уснуть. Кровати находились прям напротив друг друга, и зеленые глаза девушки всматривались в спокойное, будто бы спящее, лицо мужчины. Он лежал на боку, повернутый к ней. Темные кудрявые волосы лежали на подушке, светлая шея и оголенная рука выглядели достаточно крепко, словно ствол древнего дуба. Телесная подготовка мужчины заставляла в благоговении и ужасе трепетать. Лицо было расслаблено, можно было впервые за день рассмотреть его лицо в спокойном выражении. Он был красив, пускай и грубо красив. Прямой гордый нос, узкие губы, слегка вытянутое лицо с острыми скулами и мощная челюсть. Все это хотелось ощупать пальцами, чтобы проверить, на самом ли деле он умеет сохранять безмятежность на лице. Казалось, он даже спал, но Эрика слышала его тихое дыхание, не похожее на дыхание спящего. Скорее на бдящего человека. Он прислушивался к остальным, не открывая глаза. И сама девушка тоже не могла уснуть из-за мыслей, что таились в голове. Страшные, заманчиво прекрасные и пугающие мысли. — Как твое имя? — тихо спросила Эрика, не выдержав тишины. Мужчины за дверью уже давно затихли, а в доме звучало лишь тиканье одиноких часов на стене. Казалось, командир не ответит, еще долго тишина звучала в ушах у девушки. Казалось, целую вечность. — Нейт. Нейт Стронг, — все же тихо ответил темноволосый. Его взгляд серо-болотных глаз отошел к двери. Выражение его лица было таким, словно кто-то должен был ворваться сюда прямо сейчас. Девушка встала с кровати и аккуратно нырнула под одеяло командира, на самый край. — Что ты делаешь? — спросил мужчина, отодвинувшись к стене. В нос ударил запах командира — мыла, хвойных веточек и чего-то притягательного. Сердце пропустило удар, когда взгляды столкнулись. — Я почти не чувствую ног, холодно, — тихо и виновато прошептала она и прислонила ступни к горячим обнаженным ногам мужчины. Он спал в одних лишь боксерах, ноги были голыми. Он вздрогнул от внезапного холода. — Так и до ампутации недалеко, я же говорил сидеть в ванне пока не согреешься, — тихо сказал мужчина и сел в ногах у Эрики. Он спокойно вытащил ее небольшую ступню из-под одеяла и стал растирать ладонями, согревая. Ноги были и вправду ледяные. Девушка невольно, с румянцем на щеках, засмотрелась на открытую мускулатуру командира. Одеяло осталось при ней. Нейт Стронг был крепко сложен, с явными четкими мышцами на груди, прессе и руках. Его лицо выглядело отстраненным, как будто бы не он сейчас был здесь, в кровати с ней. Как будто бы не он растирал ноги полностью обнаженной девушки. Она не выдержала этой несправедливости и привстала на кровати. Одеяло упало на ноги, обнажив полную грудь с небольшими розовыми сосками, вставшими от холода и волнения. Тонкие ключицы и шея, тонкая талия манили своей простой чистой красотой. — У тебя совсем ничего не осталось надеть? — спросил мужчина, поднимая взгляд. Зеленые глаза девушки столкнулись с его потемневшим взглядом. Она пожала плечами, заставив грудь колыхнуться, и за этим движением проследил взгляд командира. — Все намокло, у меня больше ничего нет, — выдохнула она и поправила волосы за ухо. Мужчина громко вздохнул и прошептал: «Проклятье». Ноги оказались растерты и мужчина вернулся в кровать, потеснившись к стене. Кровать была слишком узкой, чтобы не встретиться с соблазнительницей. Для девушки этого расстояния казалось недостаточно мало. Эрика легла на его грудь и прижалась всем телом, впитывая его тепло. Он был горячим и полностью напряжённым. Хотелось заставить его расслабиться. — Завтра мы прибудем в деревню и там меня ждет жених, — тихо прошептала девушка. За окном завывал ветер, и этот звук почти заглушал слова Эрики. — Поздравляю, — равнодушно ответил командир. — Он банкир, папа продал меня ему, продал мою невинность в обмен за комфортную жизнь на пенсии. Мужчина ничего не ответил, лишь тихий вздох сорвался с его губ. Эрика продолжила: — Он пьяница, и к тому же страшный как смерть, прошлую жену забил до смерти… — девушка на грани истерики судорожно вздохнула, и когда успокоилась тихо добавила: — Я не хочу такой жизни, Нейт. — Всем приходится делать то, что им не нравится, такова жизнь, — выдохнул он в ответ. Эрика подняла взгляд влажных глаз и прошептала: — Если товар испортить, то его никто не купит. Словно молнией прошибло голову Нейта. Темноволосый мужчина привстал на локтях и покачал головой. — Ты себе представить не можешь, что ты говоришь. Ты потом замуж никогда и ни за кого не выйдешь. В военное время тем более… — Пожалуйста, командир Стронг. Сделайте это и я буду спокойна. Я останусь с вами в отряде, я медсестра. Вам же нужен полевой врач? — Эрика… — выдохнул мужчина и ничего не успел сказать, как мягкие горячие губы девушки накрыли его собственные. Она поцеловала робко, но это стерло все границы дозволенности. Стронг ответил на поцелуй и в мыслях пульсировали плохие мысли, которые перебивала лишь одна: «Ты полное животное. С женщинами так нельзя». А член пульсировал с явным желанием. Бороться не было сил. — Прости что использую тебя, — прошептала девушка в самое ухо, а после взяла его ладонь в свою и положила на свою грудь, подталкивая к действиям. Разрешая все. Грубая мужская ладонь сжала мягкую плоть, пальцы пропустили вставший сосочек через себя, вновь сжали. — У меня будет одно условие для выполнения твоей просьбы, — прошептал в губы девушки Нейт. Его глаза были совершенно серьёзны, или он пытался стать серьёзнее, отнестись к этому, как к очередному заданию. Хотел бы так отнестись, но... Но он пропадал в этих зелёных глазах, наивных до основания, не знающих чего требуют. Его пальцы сколькнули по плоскому животу Эрики и опустились до клитора. Нужно сделать ей приятно. Пускай запомнит свой первый раз. — Какое… Условие? — с паузой на стон, сбивающий все мысли в кучу, произнесла Эрика. — Потом скажу… Ты же на все согласна? — спросил мужчина чувствуя себя преступником. Тело Эрики извивалось под умелыми ласками мужчины. Он схватил губами покрасневший сосок девушки и прошёлся по нему языком. Еще один стон он сорвал с ее губ, словно лепесток с открытой розы. — Да, — прошептала она и ее пальцы вцепились в короткие тёмные волосы мужчины. Он прикусил сосок и вновь зализал это маленькое преступление. Тело горело адским огнём, а мысли путались, как моток ниток, упавший со стола. Эрика и представить себе не могла, что такие простые ласки заставят сходить ее сума. — Ты раньше ласкала себя? — выдохнул солдат прямо в губы девушки. Она словила его вздох и впилась поцелуем. Лишь после некоторой паузы прошептала: «Никогда. Я никогда не думала об этом». — Значит я буду первым во всем, — томно бархатным голосом произнес мужчина и провёл ладонью по ее телу. Мягкое, гладкое, идеальное для него. Девушка села на мужчину, скидывая одеяло с них, и покраснела с головы до ног, мгновенно почувствовав что села поперек на его лежащего в боевой готовности члена. Он казался достаточно большим и было страшно, что он войдет в нее. Поместится ли? Стронг улыбнулся, увидев испуганный и стеснительный взгляд девушки, потянулся ближе к ней и поцеловал. Сам же отодвинул ее вперед, на торс, чтобы стянуть с себя трусы. И лишь после посадил к себе на колени, позволив лишь украдкой проскользнуть по горячей коже члена. — Я могу его коснуться? — спросила девушка своими великолепными, опухшими от поцелуев губами. Чертова соблазнительница. Может дьявол послал ее как испытание? — Боже… — выдохнул Стронг и закусил губу, когда девушка без заминки коснулась его горящей плоти. Она робко обхватила его пальчиками, изучая смущенным взглядом. Нейт перехватил ее пальцы и плавным движением вниз оголил от кожи налитую кровью головку. — Он точно вместится? — смущенно прошептала девушка в грудь мужчины. Она прислонилась лбом к его ключице и тяжело дышала. Но пунктом невозврата стало ее слабое сжимание члена. Он выгнулся в ответ, долго не знавший ласок. Мужчина думал, как бы не кончить от такого невинного движения. — Давай проверим, — судорожно выдохнул он и резкими движениями поменялся местами с девушкой. Она была подмята под него, лежала на кровати с испуганными зелеными глазами. — Или передумала? Эрика тяжело дышала, ее грудь яростно вздымалась вверх-вниз. От этого зрелища пересыхало в горле. Нейт думал, не спит ли он, и в тяжелой битве в отключке, ему снится эта прекрасная богиня? Только для него? — Не томи, — прошептала девушка. Не было сил терпеть, Нейт обильно смочил свои пальцы слюной и провел круговыми движениями вокруг дырочки, то же проделал с членом. Он устроился между ног девушки, но медлил, думал, как же сделать это более аккуратно. Его первая невинная девушка. Единственная. Наклонился, с поцелуем сказал: — Сначала пальцы, будет больно. Но я постараюсь аккуратнее. — Хорошо, — выдохнула она, на грани истерики. Ее тело сотрясалось мелкой дрожью. Такой большой, такой сильный солдат, надвисающий над ней, все это заставляло сходить сума. Сердце стучало яростно и без передышек, громко. Казалось, даже Нейт слышал ее сердцебиение. Сначала в бой пошел один палец, стал понемногу входить в тугую дырочку девушки. Было горячо, а Эрика толком не почувствовала боли. Просто неприятное ощущение дискомфорта. Нейт протолкнулся вглубь и почти зарычал от того, как там узко. Голова кружилась от мысли, что он будет полностью внутри. Дыхание было спертым, казалось что если она испугается и скажет перестать, он не сможет остановиться. Не хотелось узнавать. Второй палец пошел следом, и тут уже Эрика судорожно выдохнула, вцепившись пальцами в плечо командира. Короткие ногти впились в кожу, оставляя лунки на предплечье. — Тише, тише, скоро станет легче, — с открытым ртом выдохнул Стронг. Пальцы протолкнулись глубже и поддались назад. Эрика прикусила губу, чтобы не выкрикнуть. После нескольких минут таких действий, стало чуть-чуть легче. Промежность горела огнем, но эти ощущения стоило перетерпеть. Нейт вытащил пальцы, измазанные кровью и смазкой, и вытер их об простынь. Вновь смочил член слюной и прислонил к стенкам влажной дырочки девушки. Она встрепенулась и открыла глаза, встретилась испуганным взглядом с потемневшими глазами солдата. — Хочешь остановиться? — спросил он, тяжело дыша. Он знал, что он не хочет останавливаться, не сможет, если она попросит. Никто бы не смог. Его член пульсировал до боли. Хотелось войти в эту узенькую богиню. — Нет, — выдохнула она и притянула его для поцелуя. Она постепенно брала контроль над своим разумом и телом. — Сделай это… Мужчину долго упрашивать не пришлось. Он стал понемногу входить в нее. Было очень горячо. Погрузившись по головку полностью, он остановился, взглянул в глаза девушки. Она паниковала, это было заметно. Нейт стал покрывать ее лицо поцелуями: губы, нос щеки, лоб. Все было поцелованно. А сам в это время погружался внутрь. Плавно, не торопился. Он успеет еще получить удовольствие. Пускай перестанет бояться она. Стоит войти до конца, Эрика почувствовала напряжённое чувство наполненности. Член внутри нее выгнулся, и она почувствовала это каждой клеткой. — Почему он так делает? — спросила она смущенно. — Потому что я хочу тебя сильнее жизни… — выдохнул командир и стал плавно выходить. Следующий заход сопровождался стоном девушки. Чувствительным, таким, что хотелось взорваться прямо сейчас, но нельзя было. — Тише, моя родная, — прошептал он ей в ухо. — Нас услышат. Она прижала свою ладонь к губам и взглянула в затуманенные глаза солдата. Он стал двигаться уже активнее, чаще, и тело понемногу привыкало к новым ощущениям, пускай и жжение не проходило. Заживет со временем. Чтобы приятнее девушке, он положил ее на бок и устроился сзади. Стал понемногу двигаться в ней, в то время как крепкие пальцы стали чувствительно и нежно обводить клитор девушки. Еще один громкий стон сорвался с губ темноволосой: — Да, Нейт. Самолюбие это потешило, но привлечь внимание солдат не хотелось, и он прислонил руку к ее ротику. Стал двигаться активнее внутри нее, а пальцы на клиторе стали набирать оборот. Через руку стоны пускай и были приглушенными, но давали в голову сильнее молота. И вот наконец-то награда — мышцы внутри Эрики стали судорожно сжиматься, обхватывая и отпуская член мужчины. — Моя девочка, — прохрипел Нейт в самое ухо девушки и поцеловал в висок. Останавливаться не было смысла, пускай он и знал, что после оргазма стоило бы подождать. Но еще чуть-чуть и точка невозврата ждет мужчину. Нужно было и ему насладиться этой прекрасной горячей ночью. Последние толчки сопровождались прерывистым мужским вздохом и Эрика прочувствовала, как мужчина излился в нее. Это ощущение не сравнивалось ни с чем на свете. Было очень приятно. А ещё утомительно. Мужчина подхватил девушку на руки и понес в остывшую ванну. Прохладная вода успокоила разгорячённое тело, нега расползалась по груди. Сам Нейт что-то взял в своем рюкзаке и присоединился к ней, сев позади и обхватив девушку руками. Абсолютное расслабление и блаженство гуляло под ребрами у обоих. Ощущение будто бы ты дома витало в мыслях. Девушка расслабленно откинула голову на грудь солдата и с улыбкой спросила: — Что за условие, Нейт? Мужчина взял ее правую ладонь в свою и надел на безымянный палец скромное золотое колечко с камнем. — Ты выйдешь за меня замуж, — с улыбкой выдохнул он. — Я честный мужчина, Эрика. Ты не пожалеешь о своем согласии. — Когда я успела согласиться? — смущённо спросила девушка, улыбаясь во весь рот. — Когда кричала: «Да, Нейт». И это не обсуждается. Легкий поцелуй в висок и спокойствие…