Кошки-мышки

Демиан за свои семнадцать лет жизни убедился в трёх вещах: только утренний кофе способен поднять его с кровати после ночей зубрёжки, введение старого языка в учебную программу было худшей идеей руководства Эдема, а Аня Форджер — его персональный ад в стенах школы. Каждый раз, когда он видел её или разговаривал с ней, весь мир словно сужался до одной точки — её глаз. В эти моменты всё — цели, ради которых он учился, амбиции, к которым стремился, и требования отца, звучащие как приказ в редких звонках и встречах, — всё это отступало на задний план, растворялось в её присутствии. А позволить он этого себе не мог.

«Ты должен не опозорить имя Десмондов, Демиан».

Парень уже не помнил, когда отец в последний раз обращался к нему иначе. Ни теплых прозвищ, ни ласкового «сынок», даже мимолётного проявления нежности. Все это было недоступно ему ни 10 лет назад, ни сейчас. Донован Десмонд отрезал любую попытку сблизиться, разрушая все мосты, которые Демиан пытался построить между ними. Словно его существование сводилось лишь к фамилии, как будто его личные чувства, мечты и страхи были неважны. …впрочем все так и было. — Второй сын! Только она — его личный ад — обращалась к нему так — Да, Форджер? Он все еще не мог называть ее по имени. Если свое имя ему казалось бременем, то ее имя казалось запретным сокровищем. Словно обратившись к ней «Аня» что-то изменится. Непременно что-то изменится, а перемены и хаос Демиан не выносил сильнее даже староостанийского. Аня сделала шаг вперёд и нежно взяла его за руку. Сердце парня на мгновение застыло. Она взглянула на него снизу вверх: в ее глазах снова были смешинки и безграничное тепло. — Сходим на свидание? Демиан не успел пережить первый инфаркт, когда она взяла его за руку, как тут же случился второй. — Ч-что ты несешь? — голос, обычно уверенный и спокойный, предательски задрожал. «Я же не ослышался? Что она сказала?» — Ну я поспорила с Бэкки на три пачки импортного арахиса, что я смогу пойти с кем-то на свидание до конца школы, а она не верит! Ты первый мне попался на глаза, вот я и решила…может сходим? Ну понарошку, а арахисом я поделюсь! Теперь сердце Демиана остановилось окончательно. «Свидание? С кем-то, и я попался случайно?» Эта мысль ударила его сильнее, чем он ожидал. Он снова ощутил ту же боль, что испытывал в детстве, когда мальчик ждал отца, который обещал прийти и посмотреть его рисунки, провести с ним время, просто помочь с уроками. И в итоге их встречи скорее тоже были случайностью. Каждый раз отец обманывал, оставляя Демиана наедине с пустыми обещаниями и невысказанной горечью. Донован Десмонд был превосходным лгуном, и мальчик верил ему каждый раз, когда тот не приходил и обещал новую встречу. Быть политиком — быть лжецом, и лучших лжецов он не видел более, но как же он ошибался. — Почему я, Форджер? — его тон снова стал холодным, но эмоции было скрыть сложно. Как и обычно с этой девчонкой, — Думаешь, это хорошая идея — идти с кем попало на свидание? Ты в курсе, что может сделать «не очень хороший» парень? — Что? — невинно хлопала ресницами Аня Демиан был готов прошибить себе лоб. Она просто невыносима! — Ты что совсем взрослых книжек не читаешь, новости не смотришь? Аня улыбнулась, словно не понимая его тревог. — А…Ты про то что меня могут изнаси... Она не успела договорить, Демиан молниеносно закрыл ей рот рукой, покраснев от возмущения. — Ты что совсем дура?! Как ты так легко можешь о таком говорить? Ты же понимаешь, как это…ужасно, — он на секунду замешкался, увидев в глазах Ани внезапно понимание всей серьезности этой темы. Она аккуратно убрала его руку. — Я все понимаю, Второй Сын, и поэтому подошла к тебе. Ведь ты не «не очень хороший» парень? Хотя они были знакомы уже больше десяти лет, Демиан каждый раз удивлялся, как одно её предложение заставляло его влюбляться в неё ещё сильнее. — Но… — он отвернулся, делая вид, что смотрит на первоклашек, толпящихся у крыльца. — Ты же сказала «случайно». — Ну да, случайно попался среди двадцати парней, которых я видела. И совершенно случайно ты оказался лучше всех них. Что такого? — она нервно теребила край своей мантии. «Волнуется? Форджер? Не верится» — Ну…это так сильно тебе важно? — Да! Да! — стипендиатка снова стала к нему слишком близко. — Хорошо, хорошо, — Десмонд взял ее за плечо, стараясь сохранить хоть какую-то дистанцию, — сходим для Блэкбелл для вида. Будет тебе арахис. Глаза ее засияли, и девушка его крепко обняла. «Как тепло» — рука Демиана непроизвольно обняла ее в ответ. Он слышал, как быстро стучит его сердце. Как от нее приятно пахнет, очевидно, духами, подаренными ее подругой. Парень знал этот аромат — невероятно дорогой, но идеально подходящий ей. Запах весны, персиков, солёного морского ветра и свободы… Да, Аня Форджер всегда у него ассоциировалась со свободой. От кандалов учебы, строгих правил и масок, которые он носил бессчетное количество штук каждый божий день. — Договоримся о времени позже? — её голос прозвучал откуда-то издалека, пока Демиан ещё был в тумане ее аромата. — Да, конечно. Давай после уроков решим. Девушка убежала. Толпа первоклашек, будто ждала этого момента, тоже побежала, кто куда, когда учитель скрылся за дверьми. «Прошло так много лет, скоро выпускной, а это значит, что у Ани правда может появиться парень, а потом и…муж» Эта мысль резанула по его мыслям так остро, что отдала в виски. «Я же давно принял для себя решение, что нам не по пути, что мы слишком разные. Так почему я сейчас как тот 6-ти летний сопляк, каким был очень давно, злюсь, и уже готов убить ее будущего…мужа», — он с трудом даже в мыслях произносил это слово, — «Ты просто сходишь с ней на это пвседвосвидание, Десмонд, и ничего более, ты просто поможешь ей получить арахис, ты просто…» Поток самообмана остановил звонок на урок. «Подумаю об этом позже». Хотя он точно знал, что не будет этого делать.