Монологи "неполноценного человека".

Иногда, мне казалось, что я больше никогда не буду смеяться. Я ехал в автобусе, и наблюдал за происходящим за окном, но в моей голове циклично возникала ситуация, где мои знакомые смеялись над шуткой, которая показалась мне совершенно не смешной. Это даже была не шутка, а просто жизненная ситуация. Они звонко смеялись, а я лишь вежливо улыбался, чтобы не портить атмосферу своей кислой физиономией. Хотя, эта натянутая улыбка, от непонимания происходящего была настолько кривой, что никто вероятно и не понял, что я улыбался. Почему люди смеются? Вероятно, за недостатком медицинских знаний в данной области, для меня это оставалось загадкой. Почему я должен хотеть улыбаться? Почему нельзя просто перестать это делать? Смех является ответной реакцией организма на раздражение, но что, если я не хочу раздражаться? Вот так из простого осознания, что я не посмеялся вместе со всеми, вопросы один за другим возникали в моей голове. Но вероятно, я слишком глуп и не эрудирован, чтобы найти на них ответы. Я помню себя довольно с малого возраста. Я всегда был странным ребёнком. То молчал слишком много, то излишне сильно смеялся и бесился, то плакал (за редким случаем). Вероятно, вы решите что это не странно, особенно для ребёнка, но я был именно "слегка странным", в плане реакций на внешние воздействия. Детский психолог, к которому меня отвели перед дошкольной группой, сказал, что мне нельзя развивать фантазию, потому что я и так всё время нахожусь в ней. Психолог тогда действительно не ошиблась. Как и полагается ребенку, у меня был свой вымышленный мир, но жил я в нём, вероятно излишне погрузившись. В прочем, фантазии были спасением от ужасных взрослых, понимать которых мне легко удавалось, но совершенно не хотелось. Взрослые всегда считали меня замечательным ребенком, и среди ряда знакомых повелось называть меня "ангелочек", в связи с моим замечательным поведением. Я не был плохим ребенком, разве что ленивым. Но дело ещё вот в чём: с самого детства, к каждому человеку я находил свой подход. Играл разные роли, только бы быть идеальным для всех. Вот так и получился ангел, который для каждого был своим, но замечательным. Свою роль, в таковом поведении человека, прожившего на земле от силы шесть лет, сыграло так же воспитание. Каждый раз, когда я начинал плакать, мама орала на меня, с просьбами замолчать. Я конечно, старался по возможности, как можно быстрее успокоиться, но лишь потому, что если я этого не делал, по моей голове прилетало кулаком, после чего, мои рыдания уже точно было не остановить, а задыхаться от отчаяния, астматического кашля и соплей потом — не очень хотелось. В связи с влиянием различных подобных обстоятельств, вышло так, что из своего мира иллюзий и фантазий, в мир реальный, я так и не вышел. Зато, я научился находить подход к каждому человеку, интеллект которого был выше табуретки (с вышеупомянутыми было тяжеловато). И так, научившись искусству смены масок, я всегда находил для себя наиболее комфортное место в обществе, и обычно зависал в одной нейтральной позиции в нём. Казалось бы, удобно ведь, да и в жизни закрепиться поможет, но у всего есть свои минусы. В данном случае: я не терплю, когда всё идёт не так, как я задумал. Когда вся твоя жизнь похожа на театральную постановку, импровизация в ней — совершенно не желанный гость. Следом за сменой масок, с самого детства мной было выявлено искусство манипуляции, для достижения любого желаемого результата. Мне никогда не составляло труда получить желаемое, просто сказав пару верных фраз, и изобразив правильную эмоцию на лице. Хотя, помимо правильной эмоции, нужно ещё и давать правильный посыл. Если ты искусственно включишь у себя на пару минут нужную эмоцию, это очень поможет процессу. Есть люди как я, которые тоже хорошо ощущают других насквозь, бросая лишь взгляд. Таких людей можно обвести вокруг пальца, как раз если включить искусственную эмоцию, и прожить её. Это даёт такую своеобразную "ауру", которая мешает разпознавать твою ложь. Очень удобно, если научиться делать правильно. В общем, искусство манипуляции и подобных вещей, неотъемлемо шагало со мной нога в ногу, сколько я могу себя помнить. С самых детских лет, я прекрасно понимал, и одновременно не понимал взрослых. Часто, я слушал их, и думал: "как глупо, когда она замолчит?". Предполагаю, что с малых лет у меня была, скажем так: "энергетика подушки для плача". Люди гораздо старше меня, не имея никакого стеснения излагали мне свои проблемы, будто я их личный психолог. Меня довольно часто интересовало, зачем они этим занимаются, но видимо, всем бедным взрослым было совершенно не с кем больше поговорить. И так, ребенок от силы уже восьми лет, приспособился к работе психологом. Уже тогда, сидя в общей столовой среди старших, я не понимал, почему они смеются? Они говорили обычные вещи, которые совсем не были смешными, но почему-то все смеялись. Уже тогда, это оставалось для меня загадкой, тревожило голову, и не давало спокойно писать прописи дома. Вот так, мы и вернулись к тому, как я еду в автобусе, ощущая всю свою безысходность в данной ситуации. Прошли годы, но ничего не изменилось. Я как и прежде совершенно не понимаю, зачем люди смеются. Отнюдь, это не значит, что я не смеюсь. Однажды, я смеялся около тридцати минут. Но даже так, во время смеха, я не ощутил никакого веселья. Теперь, я полагаю, это был нервный срыв из-за учебы. Меня смешило всё, я смеялся без перерыва, но и без эмоций. Часто бывает последнее время, что если я посмеюсь с какой-то шутки, меня или сразу одолевает тоска и вопрос: "Для чего я смеялся сейчас?", или же позже, я плачу без явной на то причины. Если я смеюсь — значит позже точно буду плакать. По сему, я так и не понял, для чего же люди смеются. Вот так, раз за разом, я еду домой в автобусе, наблюдая в запотевшем стекле домушки в низине, слегка окутанные туманом. Но не в меньшем тумане и моя голова, ведь я снова думаю: "Почему же я не смеялся сегодня вместе с ними?" Я человек, который понимает людей лучше всех, но при этом, совершенно их не понимает. Вот так закончу я свой "Первый монолог неполноценного человека."