Может быть?

Шум волн. Сразу накатывают воспоминания. Тонкая полоса соленой воды пытается докоснутся до ноги, чтобы Джисон сразу же ее убрал. Но Джисон предусмотрительный, сел чуть дальше от берега, чтобы оставаться сухим, но наблюдать за солнечными бликами на водной глади. Жаль, телефон дома забыл. У него такая странная привычка была. Все воспоминания обязательно сохранять на памяти телефона, иначе не так ярко отпечатается в сознании яркость момента. Забудется быстро. Пальцы медленно зарывались в тёплый песок, это действовало на Хана как сильный антистресс. Прикрыв глаза, он все таки заставил себя прислушаться к шуму моря, пытаясь отпечатать этот момент у себя в памяти, чтобы потом, грустно сидя на паре по истории, вспомнинать, как вода все равно плавно касается его ног. Он просидел так минуты три. В его волосы резко вплелись чужие пальцы, легонько взъерошивая чуть мокрые пряди. Было нетрудно догадаться кто это. Только один человек в такую рань придет на пляж, чтобы в последний раз увидеться с ним. –Привет, – раздался негромкий голос над ухом, – скучаешь? Джисон усмехнулся. У Минхо в голосе всегда была слышна легкая насмешка или соблазн, Джисон так и не понял что подходит ему больше. Парень присел рядом, поджимая ноги к груди и, совсем не стесняясь, как всегда разглядывал карие глаза напротив. –Да нет, – ответил Джисон, – Наслаждаюсь морем, пока время есть. Улыбка Минхо сразу потускнела. Оно и понятно. Единственный друг опять уезжает учиться в Токио, оставляя его одного. Все эти три месяца как всегда были незабываемы. Но любое пиршество рано или поздно заканчивается. Минхо лишь вдохнул, грустно посмотрев на парусник, виднеющийся на горизонте, подсаживаясь ближе к Джисону, так, чтобы ногу закинуть на чужое бедро и распластаться на золотистом песке. –Ты рад, что уезжаешь? – разрезал тишину, прерываемую лишь водой, Минхо. А Джисон задумался как всегда. Безусловно не рад. Каждый год возвращаться в этот муравейник, чтобы словить еще несколько нервных срывов во время учебы и еле вытянуть на тройку, не сильно радовало Джисона. Минхо так и лежал на песке, даже не глядя на Джисона. Видно, что боялся услышать ответ. –Я бы хотел остаться здесь, – негромко проговорил он, – с тобой. Щеки Минхо вспыхнули как розовая дымка уходящего заката. Джисон улыбнулся. Их тихий разговор разрушил пронзительный возглас матери Джисона из окна их дома: –Джисон! Мы уезжаем через десять минут, собирайся! Джисон опустил глаза, боясь встретиться взглядом со старшим. У него есть ничтожные десять минут, чтобы вдоволь запомнить лицо напротив. Но он даже глаз поднять не может. А Минхо улыбнулся. Может, он не думал, что Джисон заметит его пустые глаза или подрагивающие руки. –Приедешь еще? – спросил он, заранее зная ответ. –Конечно, – прошептал Джисон, – как же я тебя оставлю. Напоследок проведя пальцами по чужой ладони, Джисон встал, отряхнулся и помахал на прощанье Минхо. А старший так и просидел, не смея сказать что-то в ответ. Лишь коснулся потрескавшимися губами до бледной щеки, отпуская Джисона. Возможно следующее лето станет еще более незабываемым.