Аберрация (отклонение от нормы)

Новый день наступил довольно быстро. На сей раз шатен пришёл немного раньше обычного времени, в хорошем настроении, предвкушая события нового дня с новым... другом? Вчера они хоть и провели весь день вместе, но совсем забыли обменяться контактами, чтобы, если вдруг что, списаться. Проходя сиротные тихие коридоры школы, Максим шёл до нужного ему класса, останавливаясь в дверном проходе. Внутри никого, конечно же, в такую рань не оказалось. Класс пустовал. Единственное, что заполняло пустоту, – это запах чисто вымытого пола ещё со вчерашнего вечера. Досадно вздохнув, разворачиваясь на пятках, Макс уже было поплёлся обратно к выходу, дабы дождаться рыжего там. – Тарасенко, не желаешь извиниться за вчерашнее на уроке? – Максим замер на месте, не решаясь повернуться на голос позади себя. Было слышно, как шаркает по паркету классическая кожаная обувь, приближаясь с каждым шагом. Появилось паническое чувство тревоги, которое было трудно усмирить. Вспыхнуло огромное желание сорваться с места и бежать как можно дальше, но непреодолимый страх блокировал эту возможность. Оставалось лишь стоять в оцепенении, как во сне, когда хочешь бежать со всех ног, но не можешь. – Разве я не достаточно ясно задал вопрос? – Голос раздался совсем близко, по затылку парня пробежались мурашки, а в животе всё скрутило от чувства безысходности и непонимания. Что ему в такой ситуации делать? Он продолжал просто стоять, крепко сжимая лямку сумки. – Ты что, язык проглотил, малыш? – Макс слегка дёрнул плечом, почувствовав горячее дыхание прямо возле уха, собираясь сделать шаг в сторону, дабы отступить. Но руки, что резко опустились на плечи, не позволили этого сделать. – Избегать меня вздумал? – прошипел мужчина, бесцеремонно разворачивая перепуганного ученика к себе лицом От такого у Макса чуть очки не слетели, только лишь слегка покосились. Учитель не расслабляя хватку на плечах, начинал на них буквально давить. Возвышаясь за счёт этого над парнем. – Пожалуйста, м-можно я просто пой...– Начал было шатен, ощущая накатившийся ком в горле, производя попытку избавиться от неприятностей, но договорить Максим не успел, так как был теперь прижат к школьной стене. Дыхание сбилось от не слабого удара об холодный бетон, а уровень страха подскочил в несколько раз. – Дмитрий Анд..! – Широкая, шершавая рука перекрыла рот. Не позволяя тому издавать даже малейшего звука. – Послушай меня теперь внимательно Тарасенко. – Приблизившись впритык к ученику, Дмитрий Андреевич начал диктовать свои условия, окидывая взглядом перепуганного перед собой парня. – Если ты будешь вырываться, для тебя же это закончится не самым лучшим образом. Ты понимаешь меня? – Убрав руку со рта, проводя теперь ладонью по щеке, Дмитрий Андреевич без всякого стеснения, начал лезть руками туда, куда здравый учитель никогда в жизни бы не полез. Макс уже с неким шумом в ушах, и мутью перед глазами, почувствовал под своей кофтой чужие руки, что начали сминать талию и бедро. От такого парень слегка затрясся. – Хватит! – Не выдерживая, Макс оттолкнул от себя преподавателя. Адреналин начал в эту же секунду просто зашкаливать, не теряя времени, парень рванул в сторону выхода, где и планировал ждать Даню. Но теперь он стремился туда, дабы скрыться, почувствовать себя в безопасности, не замечать пристального взгляда, который он обычно ощущает на себе. Перестать тонуть в этой липкой, неприятной грязи. Забыть то, что только что произошло. Погрузиться в обычную школьную рутину. Лишь бы забыть и какое-то время не помнить. «Всё как всегда, ты ведь справишься. Не так ли, Максим?» Дмитрий Андреевич лишь самодовольно тянул губы в улыбке, смотря вслед ученику. Проведя большим пальцем возле уголка губ, мужчина направился, как ни в чём не бывало, в свой кабинет. Время хоть и было очень ранним, он не желал и дальше разгуливать по пустому корпусу. Макс бежал, почти не разглядывая дороги и учеников, что уже начинали скапливаться в коридорах и классах. Не слышал возмущённые возгласы тех, на кого он чуть не налетел и не сбил с ног. Спускаясь по лестнице, пару раз чуть самому не навернувшись. Чудом удерживаясь на трясущихся ногах, он всё ещё не мог успокоить тело. В голове было месиво из различных мыслей, которые всё никак не могли прекратить мигать красной лампочкой. Было ощущение, что мир вокруг — просто какое-то неисправное искажённое пространство, что мешает парню спокойно жить. Но увы и ах. Максим всё же умудрился врезаться на самом выходе из школы, стукнувшись прямо лбом об что-то, или кого-то, как оказалось. — Блять, чел, осторож... Макс! — раздался знакомый голос, парень вздрогнул. Поднимая голову, Максим будто резко вынырнул из толстого слоя своих же мыслей. Всё встало по полочкам, и чувство страха на порядок уменьшилось. Как будто бы стало легче дышать, а ощущение, что за тобой кто-то гонится, пропало. Вот только тряска тела до сих пор давала о себе знать, но она была уже не так заметна. — Две балды мы с тобой! Надо было хотя бы контактами обменяться вчера, а то я тебя уже обыскался у школы. Думал просто, что ты не заходил. А ты, оказывается, был внут...ри... — взгляд Дани остановился на слегка трясущихся руках Максима. Это сбило рыжего с толку, и тот совсем забыл, про что говорил, переводя взгляд с рук на лицо шатена. Только сейчас замечая, какие были перепуганные у парня глаза. — Максим, с тобой всё в порядке? — А Макс будто в воду канул. Ему сложно было выдавить что-то из себя на данный момент, хотя очень хотелось. Его выворачивало желание закричать прямо здесь на всю школу. Но, понятное дело, он этого делать не будет. Кому какое дело вообще, в конце концов? Опустив голову перервав зрительный контакт, парень начал поворачиваться в сторону толпы, кратко отвечая лишь. – Пойдём на урок. – Даню естественно, такой ответ совсем не устраивал. Он же прекрасно видел, что что-то явно случилось. – А ну стой! Я же вижу что ты мне пиздишь. – Положив руку на плечо, Даня просто хотел приостановить парня. Но тот быстро и импульсивно сбросил с себя чужую руку, чуть отступая назад, окидывая рыжего не доверительным взглядом. Узревая столь бурную реакцию на свои действия, Кашин просто ахуел, пряча руки в карманы худи. – Извини, херню сделал. Я не хотел на тебя давить. – Отводя взгляд в сторону, виновато молвит рыжий. Между двумя повисла неловкая пауза. Только лишь школьный шум на фоне ещё как-то заполнял обстановку. – Всё в порядке... – Макс, понимая, что он сам ведёт себя сейчас как придурок, набрал в лёгкие воздуха, подходя к Дане и хватая того за рукав. После чего, утаскивая за собой, извлекая руку из кармана. – Просто верь мне. Опять это выглядело как просьба слепо верить, не разбираясь в ситуации. Но раз Макс так хотел, Кашин на это лишь снова спокойно поддался вперёд, ступая следом за младшим. Но внутри него царил ураган вопросов и непонимания того, что же всё-таки происходит с его новым знакомым. Ему просто хотелось ясности. Слившись с толпой и дойдя до нужного класса, все расселись по местам, начиная урок. На данный момент у ребят была литература. Оба парня молчали, не решаясь начинать какой-либо диалог. Даня сидел как на иголках, желая как-то разрядить обстановку, подмечая некую задумчивость Макса. Как вдруг над головой рыжего загорелась лампочка. Вытянув из кармана рюкзака небольшой блокнотик, Даня начал активно что-то писать в нём. После чего вырвал лист, пододвигая его к Максу. «Так как насчёт обменяться контактами?» Макс, выйдя из своих мыслей, немного усмехнулся, что не могло не радовать Даню. Ответ не заставил себя долго ждать. «Я только за.» Так и обменялись, параллельно записывая тему урока и слушая унылый бубнёж преподавателя. Уроки пролетали незаметно, как и само время. Парни особо не выходили даже из класса, только пару раз для того, чтобы Даня мог покурить. Макс шёл всегда с ним, проводя по пути целую лекцию о том, как это вредно и что ему стоило бы бросить это дело. Старший, в свою очередь, в отместку за нотации отжал у младшего баночку швепса, что он взял из дома, гордо получив, конечно, потом по бошке. Макс же чувствовал на себе периодически издалека чей-то взгляд. Липкий такой, неприятный, заставляющий задерживать на пару секунд дыхание, оглядываясь по сторонам. От такого шатену было жутко не по себе. Поэтому он старался как можно скорее возвращаться в класс, пытаясь не подавать виду, что его что-то беспокоит. – Макс, тебя что-то беспокоит? – находясь так в очередной раз на улице, упираясь об железные перила ступеней у входа школы, выдал свою догадку рыжий, смотря куда-то в сторону многоэтажных зданий напротив учебного заведения. Делая затяжку, после чего выдыхая едкий запах дыма, стараясь направлять его куда угодно, лишь бы не на Макса, слегка постукивая по сигарете, скидывая лишний пепел, окидывая после этого взглядом самого шатена. Тот стоял рядом упираясь локтями об прутья, смотря куда-то вниз. Разглядывая мелкую тропинку, что вела к воротам из территории школы. – Дань, не хочешь пойти после уроков сегодня в парк? – В тишине можно было расслышать лёгкий и нервный стук пальцев по перилам. – Не уходи от темы. – Отчеканил старший, пытаясь всё-таки добиться внятного ответа и разъяснений. – Я и не ухожу. Я буквально прямо тебе показываю своим ответом, что не хочу об этом говорить. – Поднимая голову заглядывая в бушующий шторм любопытства смешеного с волнением и требованием рассказать правду, Макс просто был не в состоянии играть в такие вот своего рода, гляделки. Поэтому предпочёл просто отвернуться. Собираясь заходить обратно внутрь. – Не заставляй меня думать про какие-то ужасные вещи. Потому что я уже начинаю предполагать всякое. – Пробубнил рыжий по большей части самому себе, не поворачиваясь к Максиму позади. Кидая остатки сигареты на пол, наступая после этого носком кроссовка, дабы её затушить. Направляясь вслед за Максом. Время подходило к концу учебного дня, а в школьных коридорах становилось тише, так как у младших классов уроки были уже завершены, и в помещении находились только старшие классы. В случае Макса и Дани оставался только последний урок, а именно физика. Макс сидел как на иголках, постоянно крутя в руках ручку, периодически роняя её и поднимая обратно. На раздражающий шум к нему повернулся сидящий спереди одноклассник, намереваясь уже кинуть в Максима пенал, дабы тот прекратил шуметь. Но, словив на себе внимание рыжего, что балансировал на задних ножках стула, слушая в наушнике музыку и всем своим видом показывая, что в любой момент он готов будет дать любому пизды, парень поменял своё решение, просто возмущённо сказав: – Перестань шуметь! – отворачиваясь обратно. Максим на это абсолютно никак не отреагировал, он снова будто бы гулял где-то в себе. Ему сложно было сконцентрироваться на предстоящей работе на уроке, да и всецело ему было как-то плевать на сам урок. Раздался шаркающий скрежет за дверью, ручка двери предательски опустилась вниз, и в класс вошёл Дмитрий Андреевич. – Мы с вами не виделись всего день, а я уже соскучился по вам. Надеюсь вы так же соскучились по физике. – с явным сарказмом говорит физик, проходя к столу, раскладывая на нём тетради учеников. – Так как на прошлом уроке у нас была самостоятельная работа и двое учащихся решили покинуть кабинет, не возвращаясь после этого, я вынужден буду задержать обоих после урока, – окидывая взглядом последнюю парту, сверля кратким взглядом Кашина. После чего переводя внимание на Макса. – На сей раз без капюшонов? В классе раздалось тихое хихиканье. Данилу было по большей части глубоко похуй на слова препода, но руки от его физиономии начинали чесаться. Краем глаза рыжий следил за реакциями Макса, но тот просто молча сидел, ничего не отвечая, держа руки по бокам стула. Он только сейчас заметил, что его ладони снова дрожат, но тот старательно пытался скрыть это, всячески сжимая сам стул либо скатывая ткань штанов на ногах. Тут-то у рыжего уже совсем не было сомнений насчёт того, что Макс был запуган именно физиком. Но оставался самый главный вопрос: чего именно он так боялся? Ему не хотелось делать поспешных выводов и надумывать себе всякого. Протянув слегка свою руку под низом, Даня с осторожностью коснулся мизинцем руки Макса, а после и полностью накрыл её своей ладонью, смотря теперь на растерявшийся, бурлящий эмоциями кофейный взгляд. Тряску как рукой сняло в прямом смысле, и вместо страха к младшему пришёл ступор с новым ощущением. Он не один. Даня, естественно, сам сидел как ошпаренный от своих же действий. Но ему казалось, что так будет правильно. Урок тянулся долго. Максу вообще казалось, что проходит целая вечность. Он то и дело постоянно поглядывал на время в телефоне, параллельно прочитывая сообщения от Кашина. Даня 14:36 После школы сгоняем за шаурмой, я жрать хочу пиздец.

Макс 14:37

Я вообще такой, что готов целую пиццу съесть.

Даня 14:37 Тогда шавуха отменяется. Будем как солидные дяди, сходим в ресторан и закажем себе огроменную пиццу)

Макс 14:38

Я за, разве что только если ты платить будешь. 👀 Я всё ещё помню про баночку

швепса.

Даня 14:38 Э, слыыыш, знаешь чё?.. Куплю я тебе потом твой швепс, забудь ты уже про него.

Макс 14:39

🙃

Отвлекаясь от внешнего мира, Макс моментами забывал вообще о своей причине кома в горле, благодаря рядом сидящему. И вот наконец этот момент настал. Пронзающий звонок с урока, все стали вылетать из кабинета, как толпа припадочных кузнечиков, и только двое стояли возле учительского стола. Даня находился спереди, а Макс был как бы за ним, не решаясь подходить ближе. – Итак, поскольку у меня сегодня неотложенные дела, ваша самостоятельная переносится на завтра. После уроков я буду вас обоих ждать в этом же кабинете. И если удумаете не прийти, то тогда я точно доложу директору о ваших выходках. Вы меня услышали? Даня уже шел в сторону выхода, абсолютно ничего не отвечая, будто бы слова преподавателя для него были пустым пролетающим мимо мусором, что не скажешь про Макса. Тот лишь просто кивнул за двоих, показывая этим, что они поняли, поспевая за Даней, желая тоже скорее уйти. – Тарасенко, а ты задержись. Оба парня стопорнулись, Макс так вообще хотел испариться. Вот почему именно сейчас? Что ему нужно? – А нам тоже нужно срочно идти, у нас дела. К стоматологу надо сходить, у нас запись. У обоих в одно время. Прервав это угнетающее напряжение, Кашин схватил Макса за капюшон, не сильно утаскивая его за собой, захлопывая двери, оставляя Дмитрия Андреевича с перекошенным от недовольства лицом. Мужчина собирался уже что-то сказать, но попросту не успел. Выйдя на улицу, покидая территорию школы, оба парня зашли в довольно узкий и тихий проём многоэтажек. Только после этого Даня соизволил отпустить капюшон Максима, поворачиваясь к нему лицом к лицу, преграждая путь дальше. – Давай по чесноку, Макс, – на серьёзных щщах начал рыжий. Он понимал, что давить опять идея не самая лучшая, но это было необходимо во благо. Поэтому он терпеливо ждал ответ. Младший, потупив глаза, помолчал пару секунд, после чего выдал с лёгкой ноткой позитива: – Мы вампиры-суицидники? Даня абсолютно никак не поменялся в лице, продолжая пилить парня взглядом. Поняв, что шутка была не совсем уместной сейчас, да и попытка разрядить обстановку провалилась, Макс вздохнул, опуская голову вниз. Сняв с себя очки, после чего, начиная потирать глаза, облокотился об холодную стену. – Слушай, Дань, тебе не к чему в это лезть. Всё не настолько ужасно, как ты ду... Возле лица внезапно что-то быстро пронеслось, после чего последовал не слабый удар по кирпичной стене рядом с собой. Макс от такого неожиданного действия выронил очки, впечатываясь теснее в стену, смотря теперь с испугом на Даню. – Не заставляй меня злиться, Макс. Я прекрасно понимаю, что ты не хочешь втягивать других людей в своё дерьмо, потому что думаешь, что всем на это будет похуй. Но я – не все. Ты слышишь? Включи мозги, если тебе нужна помощь, об этом не нужно молчать, – не прерывая зрительного контакта, Кашин говорил об этом Максу напрямую, стараясь хоть как-то повлиять на его сознание. Потому что это было важно, это могло помочь ему. Так думал Даня, убирая руку от стены после завершения воспитательной работы. На костяшках парня можно было увидеть нормальные такие слегка кровоточащие раны, но ему сейчас было не до них. – Дань, мы знакомы всего два дня. Ты не находишь своё беспокойство... смешным? – держа теперь голову опущенной, не решаясь взглянуть в глаза напротив, задаёт довольно колкий вопрос, надеясь, что собеседнику это просто наскучит и он плюнет на это дело. Позиция Макса правда ужасная, но как долго он ещё будет придерживаться её? У Кашина возмущение поднялось, наверное, до самих небес. «Да что с этим парнем не так!?» — единственное, что крутилось сейчас на языке для ответа, но... Вместо этого Кашин просто вытянул из кармана пачку сигарет, отворачиваясь к Максиму спиной, начав курить. — Я не знаю, что мне нужно ещё сделать, чтобы вытянуть из тебя правду. Но имей в виду, какая бы она ни была, я тебя, блять, всё равно поддержу. Хоть ты меня сейчас и бесишь. Тупо проигнорировав вопрос, что ему задал младший, рыжий повернулся обратно к Максиму, выдыхая дым прямо тому в лицо. Шатен, прикрыв глаза и нахмурив брови, начал махать рукой, откашливаясь от этой гадости, не ожидая такой внезапной атаки со стороны Дани. Видимо, правда заставила его позлиться. — Раз ты так паришься из-за того, что мы мало знакомы, то я готов подождать. Возможно, это как-то повлияет на тебя. — Ты задолбал курить. Игнорируя теперь слова Дани, Максим отошёл от стены, подбирая с земли чудом уцелевшие очки, переключаясь снова на собеседника и выхватывая у него сигарету. Смотря на злую рожу, Макс потушил окурок об стену, выкидывая его куда-то за спину. — Пошли в кафе за пиццей, — недолго думая, предложил младший. Всё же как-никак они сегодня толком ничего не ели. — Чур я выбираю пиццу. — сложив руки в карманы, заявил рыжий. — Идея моя, значит, выбирать тоже буду я, — гордо подняв голову и проходя мимо Кашина, заявил теперь Максим. — Упёртый ты баран. — А ты козёл! Даня прищурился не по-доброму натянув ухмылку. — А? Что-что? Извини, мой слух не приспособлен слышать таких коротышек как ты. — сложив руки в карманы и легонько начав пружинить на ногах во время походки, Даня драконит Максима окончательно. — Чё ты там сказал? Дальше они уже не шли, а бежали. Даня даже увлёкся, будто бы правда боясь получить от бегущего позади ураганчика смачных опелюх. Очутившись спустя некоторое время у кафешки, Даня резко затормозил, заходя внутрь с таким спокойствием, будто он и не бежал вовсе. Макс поступил точно так же, поправляя слегка очки и подходя к Дане. — Как только мы отсюда выйдем, тебе пиздец, мальчик, — выискивая параллельно взглядом место, где они могли бы сесть, не перестаёт угрожать младший. — Окей, девочка. Давай сядем во-о-он туда, — указав куда-то в самую даль помещения, Даня быстро побрёл к указанному месту, специально не поворачиваясь к Максиму, представляя, какое у него сейчас от злости надутое лицо. Это только лишь заставило бы Кашина расхохотаться на всё кафе, а он пока что не хотел показаться каким-то изгоем общества. — Ну что за гад, — пробормотал младший, поспевая за Даней. Усевшись за свободный столик рядом друг с другом, подтягивая поближе меню, парни начали выбирать. — Мм, ну слушай, пицца с сыром и пепперони как-то слишком банально, — почесав лоб и поправляя незаметно чёлку, проговаривает рыжий. — Может, гавайскую? — отнимая из рук Дани меню, предлагает свой вариант Макс. — Не-е, сам жри свои ананасы. В ней ведь даже мяса толком нету, — сморщив недовольно морду, противится рыжий. — Я не особо сильно люблю, когда в пицце куча мяса. Может, тогда цезарь? Там всего в меру. Помолчав пару секунд, пребывая в раздумьях, старший всё же решил согласиться. — Почему бы и нет. Отложив меню, Даня подозвал официанта, чтобы сделать заказ. Максим же расслабленно облокотился об спинку мягкого дивана, начав только сейчас разглядывать само кафе и присутствующих в нём. Где-то в центре помещения сидела целая компания молодых ребят, что смеялись из-за любой шутки главного заводилы. Где-то можно было расслышать деловой разговор одиноко сидящего у окна мужчины, наверняка это какой-то предприниматель или айтишник, говорящий по телефону с коллегой, то и дело постоянно поглядывая на наручные часы. Где-то сбоку явно сидела обычная парочка влюблённых. Не зря ведь только что пронёсся очередной официант, держа в руках вино и небольшую вазочку с розой. И о да, как же без капризных детей, которым постоянно пытались угодить их родители, предлагая раз за разом различные блюда. Но многое всё равно шло на перебор. Даже ценник для них не играл никакой роли, это ведь дети. Смотря на бурлящую суету кафе, глаза сами по себе начинали слипаться. В самом заведении было довольно темновато. Свет больше походил на освещение от свечей, что создавало как раз этот приятный уют. От нахлынувшего умиротворения Максим и сам не заметил, как постепенно провалился в лапы сна. Кашин всё это время, наблюдая всю картину, смирно сидел, не позволяя себе даже хотя бы немного пошевелиться, боясь разбудить Макса своим шуршанием. Всё внимание так и застыло на спящем шатене. Сейчас Макс выглядел максимально безобидным. Хотелось просто сидеть вот так вот рядом и оберегать его сон. Даня то и дело постоянно бросал недовольные взгляды на мимо проходящих людей, так и говоря всем своим видом, чтобы те ходили потише. Спустя пару секунд он заметил, что башка младшего начала потихоньку съезжать в бок. И дабы предотвратить внезапное пробуждение от падения лицом вниз, Даня сам облокотился об спинку дивана, подставляя своё плечо для дальнейшего сна приятеля. Но внезапно раздался мобильный звонок из кармана штанов Максима. Тот резко вскочил, не сразу понимая изначально, где он и что вообще происходит. — С пробуждением, — как ни в чём не бывало, говорит Данька. Макс, вытащив телефон из кармана штанов, не посмотрев даже, кто ему именно звонит, поднял трубку. — Алло? — Максим? Максим, Это мама. Как ты, сынок? — раздался приятный убаюкивающий женский голос. Сон как рукой сняло. — О, привет, мам. Да я тут сейчас в кафе, — Макс посмотрел на Даню. Тот, в свою очередь, облокотился лицом об руку, смотря на Макса. — Ой, ты там на свидании с девочкой, что ли? Извиняюсь, если помешала. Поперхнувшись воздухом, Макс нервно отвернулся от рыжего. — Да нет, ты не так поняла, я с другом. Мы пиццу заказали, чтобы перекусить после школы. Лучше расскажи, как твои дела? Разглядывая с наигранным интересом люстру, Макс старательно старался не замечать прикованное к нему внимание сбоку от себя. — Ааа, извиняюсь тогда, ха-ха. Всё как обычно, сынок, с тобой вот пообщалась — настроение ещё лучше стало. Главное, чтобы у тебя всё было хорошо. Ты там нормально питаешься хоть? Как дела в школе? Сильно устаёшь? — из трубки так и посыпалась куча различных вопросов. База для каждого, кто живёт вдалеке от родителей. — Ну конечно, у меня всё хорошо, не беспокойся за меня. Даня слышал каждое слово до единого, и его даже слегка сковывала тоска. Он никогда особо не знал, что такое материнская любовь. Как ушёл из дома, так и не звонил никто. Но унывать или терзать себя как-то от такой, как он считал, мелочи не собирался. Вся жизнь ведь впереди. Успеет он ещё найти родного для себя человека. Из мыслей рыжего выдернул лёгкий тычок в плечо и телефон перед носом. — Передай привет, — усмехаясь, говорит Макс, немного подовинувшись поближе. Даня, повтыкав немного, всё-таки решил ответить: — Здравствуйте, у вас очень хороший сын. Не беспокойтесь за него. Макс, не ожидая таких слов от Дани, чуть не выронил телефон подхватив его второй рукой прижав обратно к своему уху. — Ладно, мам, нам тут скоро пиццу принесут, я тебе завтра утром позвоню, не скучай! — быстро сбросив трубку, Макс с неким смущением посмотрел на старшего. — А что? Не строй такую морду, я просто правду сказал. Собираясь уже ответить что-то колкое в ответ, Макс прервался, заметив, что подошёл официант с их пиццей.

***

Спустя несколько часов посиделок в кафе, дело подходило к позднему вечеру, и на улице уже становилось довольно темно. — Вот если придёшь ко мне как-нибудь в гости, я тебя не только кузнечика играть научу, но ещё и баре у меня научишься брать за один день. Ступая по тёмной улице, проходя мимо фонарных столбов, оба друга направлялись к знакомой уже для них развилке. — А ты, я вижу, уверенный в своих возможностях. Я тебе верю, но всё-таки не думаю, что у меня это так легко получится. Я же ведь не настолько шарю в музыке, как ты, ха-ха, — смотря куда-то в даль тёмного ночного парка, Макс балансировал на бордюре, ловко поспевая за другом, что шёл чуть впереди, неся пакет с недоеденной пиццей. — Ну так я и не профессиональный музыкант. Я просто так, любитель. Чисто для себя на балконе побрынчать и всё. — А ты бы не хотел стать реальным музыкантом? Писать песни там, не знаю, — спрыгивая с бордюра, равняясь со старшим, спрашивает Макс, не скрывая своего любопытства увидеть реакцию на предложенную деятельность. Кашин на это лишь усмехнулся. — Ха-ха, не, не, не. Я в жизни не стану музыкантом. Это слишком сложно. Замечая краем глаза любопытный взгляд на себе, Даня вдруг резко остановился. — Мы пришли, — смотря на фонтан, что освещался за счёт подводных ламп, по телу пробежали мурашки от наступившего холода. А из-за хаотичного ветра можно было ощутить приятное облако капель, обволакивающее обоих в нахлынувшей тишине. — Спасибо, что провёл со мной ещё один день, — прервав тишину, Макс снял с себя очки, начав протирать стекло краем кофты. Даня слегка покосился на друга. Внутри, не пойми от чего, внезапно всё как-то сжалось. — Тю ты, блять, ты говоришь это так, будто мы видимся в последний раз. Как будто ты сейчас пойдёшь на крышу и сиганёшь оттуда. Ещё с таким загадочным видом. Не пугай меня, балда, — подойдя ближе к фонтану, рыжий ударил по струе воды, брызнув тем самым водой на не понимающего Макса. — Да ты сказочник просто. Всё-всё!прекрати-и-и! Я уже ухожу! — разворачиваясь спиной к Дане, накидывая капюшон, чтобы вода не попадала, младший собирался было уже уходить. Но хватка за капюшон не позволила этого так быстро сделать. — Пиццу забери, дома поешь, — буквально впихнув пакет шатену, после чего отпуская капюшон, Кашин чуть отошёл, сложив руки в карманы. — Напишешь, как домой придёшь. Макс с новым удивлением, смотря на друга, послушно кивнул. — Как скажешь, мам, — начиная хихикать, отходя от рыжего. — Шуруй давай! Направившись в противоположные стороны, оба наконец-таки разошлись. По пути к дому Макс прокручивал все сегодняшние события. На душе было как-то подозрительно спокойно, под ногами хрустели тонкие ветки деревьев с сухими листьями, за шиворот пробирался прохладный ночной ветерок, а позади послышались чьи-то быстро приближающиеся шаги. Максим не успел даже повернуться, как его тут же схватили за шиворот, закрывая рот рукой, уволакивая в сторону кустов и деревьев, скрываясь от чужих глаз.