Ты знай.

***

Их отношения не были похожи на нечто стабильное или романтичное. Честно говоря, это даже на отношения толком не походило. Это были всего лишь беспорядочные ночи, после которых они возвращались к привычным взаимоотношениям до тех пор, пока Итоши-младший вновь не придёт к Исаги с требованием помочь друг-другу «снять напряжение». И сколько бы Йоичи не пытался поднять тему того, кто они друг-другу, Рин всегда отвечал на это либо расплывчато, либо просто игнорировал. Поэтому синеволосый привык к вечным недоговоркам, страстным ночам и к безразличию со стороны Итоши после всего этого. Сперва это, конечно же, задевало Исаги. Разве можно было быть настолько чужими после тех нежностей и страсти, что происходили в постели? Ответ был очевиден. Конечно, можно! Они же всё-таки в Синей тюрьме и обязаны оставаться эгоистами, чтобы продвинуться вперёд. А привязываться к кому-то из возможных соперников уже говорило о том, что футболист лишился своего эго. И никто из них не хотел его лишаться, но также не хотелось лишаться и друг друга. Наверно, именно поэтому Рин всегда возвращался. Всё-таки чувства любви внутри грудной клетки заглушить было сложно. И единственным способом облегчить мучительно-сладостное ощущение, заставляющее страдать, было даль волю чувствам и эту роскошь они могли себе позволить, лишь когда занимались сексом. Оба парня не особо помнили, как решили прийти к такому «интересному времяпровождению». Но, по воспоминаниям Исаги, это было после очередной тренировки. Все были вымотаны, конечно, кроме Токимицу, который не устал благодаря своей неограниченной выносливости. Именно поэтому он первым удалился из раздевалки, вслед за ним её покинул Арью. И Исаги планировал последовать их примеру и уйти, но вот только он не мог найти свою футболку и всё из-за Бачиры, которые часто по ошибке надевает чужие вещи, а после бросает их не пойми где. Сам же Мегуру решил помочь другу и пока Йоичи искал в раздевалке, парень решил поискать в спальне. А Итоши-младший просто сидел, погруженный в свои мысли и видимо, ждал, пока уйдут все, чтобы побыть наедине с самим собой. И по этой причине единственным местом, где не смотрел футболист, это было место, где сидел Рин и беспокоить его не особо хотелось, но вариантов больше не оставалось. Исаги проверил всю раздевалку по несколько раз, а судя потому, что Бачира ещё не вернулся из спальни, там тоже не было его футболки. — Рин.. — начинает синеволосый, но не успевает закончить, как спотыкается о какую-то брошенную вещь и падает на только что поднявшего голову Итоши. А дальше по звукам, исходящим из раздевалки, можно было понять, что они там явно не футболом занимаются. Но, к счастью, этих звуков никто не слышал. После этого раза повторять эту близость как минимум раз в неделю, а после делать вид, что ничего не было - для них стало стабильностью.

***

Теперь, помимо их обычных тренировок, добавлялись уроки английского, в которых преуспевал только Рин, ведь свободно владел этим языком ещё очень давно. А хуже всех с этими занятиями справлялся Бачира, вечно доставая зелёноволосого глупыми вопросами. Впрочем, доставал не он один. Каждый из команды стремился спросить совета Итоши, и Исаги не был исключением. — Слушай, Рин, а какое время будет в этом слове? — задумчиво спросил синеволосый, показывая парню глагол, который поставил его в тупик. — Я тебе тут не личный репетитор, — ворчал Итоши, отворачиваясь от сокомандников. — И вообще, каждый сам за себя, вот и справляетесь сами. После своих слов зелёноволосый футболист встал с насиженного места и ушёл прочь. Послышались разочарованные вопли Бачиры и привычные причитания Токимицу, а Арью лишь фыркнул и вернулся к своей тетради. Один лишь Йоичи непонимающе глядел в сторону уходящего парня. В груди зародилось неприятно колющееся чувство, заставляя юношу громко выдохнуть. Неужели так сложно было подсказать или всего лишь ответить помягче? Значит, когда он приходит к Исаги с горящим внутри желанием, то Исаги без раздумий занимается с ним любовью, а тот даже ответную услугу оказать не может и к тому же ещё так груб. «Нет, так дело продолжаться не может,» — думал синеволосый, вместо того, чтобы размышлять над, тем в каком же времени всё-таки стоит глагол. Теперь до английского языка ему уже совершенно нет дела, ведь Йоичи чувствует себя использованным, не получая взамен ничего от Итоши-младшего. Не то, чтобы он просил чего-то, хотелось просто нормального отношения к себе. Ведь после проведённых вместе ночей Исаги как-никак, но смягчился по отношению к Рину, а тот, видимо, и не думал меняться. Но ничего, Исаги проучит своего недолюбовника. В голове эгоиста уже начал строится план маленькой мести. Раз уж зелёноволосый так к нему относиться, то в следующий раз, когда он решит заявиться к Йоичи, тот покажет ему, что он не просто игрушка или пешка на поле, а тоже человек со своими чувствами. И, возможно, это даже по итогу решит их взаимоотношения, хотя, зная Итоши - то навряд ли, но попытаться стоит. За размышлениями синеволосого прошло всё занятие английского, и пора было отправляться в спальню. Так он и сделал. Спустя время, а точнее, когда Мегуру закончил болтать обо всём подряд, все улеглись спать и почти все сразу же уснули. Тренировки, матчи и каждый день в Синей тюрьме выматывали всех игроков. Любая игра могла стать последней, ведь они ставили свою футбольную карьеру на кон. И теперь, задумавшись о Синей тюрьме, мысли Исаги невольно возвращались к команде «Z». Было безумно интересно, как там ребята, не вылетели ли они отсюда. И ещё интереснее становилось, когда он думал о том, с кем из них ему придётся сражаться бок о бок, а с кем соперничать и лишить мечты и карьеры. Ну вот, теперь сон окончательно ушёл, и оставалось ворочаться в надежде, что удастся провалиться в царство Морфея. А судя по тому, как через кровать от синеволосого вошкался Рин, он тоже не спал, видимо, тоже о чём-то думает. «Наверное, думает о брате..» — пронеслось в голове Йоичи, когда он взглянул на Рина, даже не представляя, что зелёноволосого мучают совершенно другие мысли. Мысли Рина как раз таки были о Исаги, ну, точнее о своих чувствах к нему, которые он сам не мог понять до конца. Вроде бы он его любил, но любовь бы разрушила будущее обоих парней. По крайней мере, так казалось младшему футболисту. Спустя ещё пять минут, не в силах больше утопать в своих мыслях, Исаги встал с кровати и направился в коридор. Может, вместо того, чтобы тратить время на думы, потратит его на тренировку, раз уж не спится. А поскольку зелёноволосый также всё ещё не спал, от него не укрылся уход Исаги, и поэтому, поддавшись некому импульсу, парень также встал с кровати и направился за вторым. Нагнав сокомандника, Итоши положил руки ему на плечи, от чего синеволосый вздрогнул, вопросительно поворачиваясь в сторону парня, задавая немой вопрос: «чего тебе надо?». Хотя и без этого вопроса Исаги было всё абсолютно понятно. — Я хочу тебя, — без намёка на смущение выдал зелёноволосый. Впрочем, как всегда, самоуверенно. Чего ещё ждать от самого Итоши Рина? Всегда серьёзен и уверен в себе. От этого бархатистого голоса и властного тона у Исаги всегда начинали дрожать коленки, но не сейчас. Сегодня он не сдастся так просто. — А я тебя нет, — отвечает синеволосый, сглатывая накопившуюся слюну. — Так что не сегодня, да и вообще, судя по твоему поведению, этого больше никогда не повторится. Говоря всё это, Исаги почему-то почувствовал себя какой-то жеманной девицей. Про себя хихикнув со своего сравнения, Йоичи уже собирался двигаться дальше, но крепкие руки Рина удержали его на месте. — А что не так с моим поведением? — с неким недовольством спросил зелёноволосый. Вот это да! Исаги ожидал, что Итоши-младший плюнет на него и уйдёт восвояси, но нет, он решил остаться, так ещё и попытаться обсудить их ситуацию. — Наши взаимоотношения, — это словосочетание уже много что говорило, но синеволосый решил продолжить. — В такие вечера мы с тобой придаёмся любви, а днём ты ведёшь себя так, будто я для тебя пустое место. Так что скажи, что между нами? Задав давно волнующий вопрос, синеволосый чувствовал, как сердце стучит в груди, будто бы вот-вот выпрыгнет. А молчание Рина лишь усугубляло ситуацию, вызывая большее волнение Йоичи. — Исаги, ты же сам прекрасно понимаешь, что мы не можем быть вместе.. — огорчённо произнёс Итоши, казалось, что он впервые разговаривает так искренне. — Встреться мы не в Синей тюрьме, я бы попытался делать всё как полагается. Пригласил бы тебя на свидание, потом бы долго ухаживал за тобой... — Но сейчас я не хочу, чтобы ты потерял свою футбольную карьеру из-за нашей любви, — продолжил зелёноволосый, замечая, что второй парень пока молчит. — Я хочу, чтобы ты стал сильнее. А любовь лишит нас силы. Слова юноши звучали слишком правдиво, больно скребя по душе. Но не хотелось так просто сдаваться, по крайней мере, Исаги не хотелось. — Я это понимаю... Но мне кажется, ещё тяжелее будет, если мы будем отвергать свои чувства... Поэтому давай попробуем побыть вместе и посмотрим, что из этого выйдет? — с улыбкой пролепетал Йоичи, а ответом от Рина послужил поцелуй. А за этим поцелуем последовали ещё парочка таких же и, запуская руки под пижаму синеволосого, Итоши опустился к шее второго, теперь уже оставляя поцелуи на шее парня. А Исаги оставалось спиной прижиматься к холодной стене, а грудью к тёплому телу возлюбленного. Спустя ещё пару поцелуев, оба парня в порыве страсти срывали с друг друга одежду, совершенно не беспокоясь, что делали это у спальни и любой из сокомандников мог выйти в коридор и лицезреть такую картину. Теперь шальные руки Рина спустились с торса на бёдра юноши. Коленки вновь подкосились, и Исаги томно выдохнул, чувствуя приходящее возбуждение. — Я тебя люблю.. — только и смог выдохнуть Йоичи, но дальше слова и не были нужны. Рин снял с синеволосого и с себя последний предмет гардероба. Этот раз был отличен от остальных, что были ранее. Сегодня Итоши был гораздо нежнее и осторожнее, видимо, потому, что его сердце наконец-то не сдерживало любовь и могло показывать её в любых жестах. Вот теперь их отношения полностью походили на романтические. А выйдет ли из этого что-то путёвое, нам с вами остаётся лишь гадать.