Зверушка

Розоватые стены, большая кровать, что всегда расправлена, закрытая дверь – всё это стало для Юнги до ужаса привычным. Быть запертым в этой клетке было странно тепло и приятно. Намджун стал чаще приходить, мог чуть ли не часами сидеть рядом с Юнги, что давало видимость нормальной жизни, насколько она была возможна в этих условиях. Юнги много читал, много говорил с Намджуном о книгах, ел вместе с Кимом. Нежился в объятиях. Намджун стал чаще прикасаться и больше себе позволять. Когда он приходил, то садился на кровать вместе с Юнги, обнимая мальчика со спины. Юнги ему читал лёжа в сильных руках и укрытый одеялом. Хоть мальчик всё ещё боялся, но уже охотно хотел довериться и узнать какого это – быть с ним. Быть не пленником сидящим в подвале его дома, а любимым там, наверху. — У моего щеночка такой красивый голосок, — улыбался Ким поглаживая мягкий животик под большой футболкой. Он видел как ушки Юнги краснели, а сам он запинался на полуслове. — Джун-а, т-там странно..мх... — к маленьким соскам прикасались теплые пальцы, оттягивали вставшие бусинки, вызывая мурашки. — Сегодня я продолжу нашу дрессировку. Будь хорошим мальчиком и выполняй мои приказы, — Юнги ничего не оставалось кроме как кивнуть, краснея и кусая губы до крови. Он отложил книгу на тумбу, в ожидании указаний. — Ляг на спинку, Юнни, — в звенящей тишине можно было услышать тяжелое дыхания загнанного зверька. Мальчик беспрекословно выполнял требование: он аккуратно лег на спину, от чего его отросшие волосы раскинулись по постели. На мальчике была лишь футболка, которую Намджун успешно задрал, открывая вид на маленькие сиськи и гладкую киску, — подержи свои ноги раздвинутыми. Смущающая поза. Юнни держал свои ноги под коленями раздвинутыми, из-за чего пизда громко хлюпала смазкой, сжимаясь. Эти звуки были усладой для ушей Кима. Его маленький зверёк был полностью в его распоряжении, готовый на всё лишь бы получить одобрение хозяина. Всё, чтобы выжить. — Хочу сегодня попробовать тебя, милый, — мужчина раздвигает половые губки двумя пальцами на манер ножниц, полностью показывая спрятанный под толстыми губками клитор. Он утыкается лицом в пизду, словно голодный зверь. Язык ласкает красный клитор, а из дырочки течет сок прямо к задней дырочке. Намджун вставляет палец в попку, чтобы подготовить Юнни к проникновению. Сегодня он впервые это сделает, хоть и не будет трахать киску. — С-стой! Ах! Н-нет! Не хочу, не надо! — Юнги пытается отодвинуться, пинаться, но по его пизде звонко шлёпает хозяин. Его глаза мокрые от слёз. Доля разума и достоинства до сих пор есть в этой маленькой головушке, которую Намджун может легко раздавить, если посчитает нужным. Шлепки ещё несколько раз попадают по пизде, которая краснеет на глазах. — Юнги. Не разочаровывай хозяина. Юнги трясётся но возвращается на место. "Его место здесь. В этом нет ничего такого. Он там где должен быть, именно так. Он ведь маленький щеночек. Как щеночек может кусать хозяина," — успокаивает себя Юнни. Намджун спускается к аналу, всасывая его и проникая языком. Юнги знает как Намджун любит его сиси, начиная трогать себя и щипать сосочки. Ему нужно снова быть услужливым, иначе его бросит хозяин. Намджун ласкает мальчика, вставляя три пальца в попку. Его мальчик такой вместительный, будет прекрасно смотреться с его членом внутри. — Х-хозяин, — скулит Юнни, — странно, т-так странно. В-всё зудит. — Твоя киска только и ждёт чтобы её трахнули. Но я не буду этого делать, хочу чтобы ты сам отдал мне её тогда, когда будешь полностью моим. — Мхуу Юнги боится...Юнни страшно, что хозяин бросит. Мальчик захлёбывается слезами. Он совсем себя не понимал, его разум и тело жаждали Намджуна, но сердце сжималось от ужаса при нём. Он просыпался среди ночи от кошмаров, которые не покидали его. В них Хозяин выкидывает Юнни. Холод окутывает его тело, что проваливается в пропасть. Но сейчас он здесь – он чувствует тепло их тел. — Хозяин не бросит своего малыша. Юнги ведь жить не сможет без хозяина, — Намджун говорил это пока проезжался членом между мягких половых губ, смазывая себя, — Сейчас хозяин сделает приятно своему щеночку. Крупная головка плавно погружается в анал Юнги, тут же выскальзывая, чтобы подразнить чувствительного малыша. Намджун резко вставляет член до упора, попадая по простате, из-за чего Юнги протяжно стонет, закатывая глаза. — Вот так. Хорошая дырочка. Видишь как приятно, милый. Иди ко мне. Мужчина использует согнутые ноги мальчика как опору, чтобы глубже и быстрее вбиваться в задницу малыша. — Х-хозяин! Х-хорошо! Юнни слишком много! Намджун наслаждается стонами. Его Юнни сам подмахивает попкой лишь бы насадиться на твердый хуй, как самая настоящая сучка. — Ч-что-то выходит! Юнни больше не может! — юнги писает фонтаном на себя, пока Намджун сгибает его, так что моча оказывается даже на милом личике. Жёлтые капли попадают на светлую ткань постельного белья, по заднице Юнги проходится ладонь. — Маленькая собачонка не может сдержать себя перед хозяином, — ещё один шлепок, — будем теперь учить команду 'ждать'. Намджун вбивается так глубоко как может, чтобы оставить сперму в самом нутре мальчика, который до сих пор брызгает маленькими струйками мочи. Намджун выходит из попки, он ищет в закрытой полке тумбы пробку, которой заткнет эту дырку.

***

После того дня Намджун ввёл новые правила для Юнги. Во-первых, писать мальчик имел право только с разрешения хозяина, по команде 'можно'. Во-вторых, трогать себя было запрещено. Только хозяин может ласкать Юнги. В-третьих, в случае невыполнения Юнги получает наказание. Юнги стоит на четвереньках на полу. Его попка красная от шлепков розовым стеком, на котором были вырезаны сердечки. Юнги ночью трогал свою киску, за что сейчас будет расплачиваться. В его писе сейчас дилдо, а в попке милый хвостик, на голове ободок с собачьими ушками. — Юнни. Подойди сюда, — Намджун сидит на кровати, его вставший член видно через брюки, — сегодня ты будешь учиться работать ротиком. Если сделаешь мне неприятно, будешь получать пощёчину. — Д-да, хозяин. — Будь хорошим пёсиком и не используй руки. Юнги тянет зубами молнию брюк, так же тянет ткань трусов вниз, освобождая член. Он впервые видит его так близко. Пахнет он приятно, такой горячий и толстый, кажется, что он не поместится во рту Юнни. Мальчик облизывает головку, уделяя особое внимание уретре. Он сплевывает много слюны, и проходится языком по длине. Он пытается насладится, но не получается, поэтому берет член за щёчку, ласково смотря в глаза сверху. — Ты молодец, но я хочу твоё горло, поэтому давай глубже, малыш, — Намджун берёт Юнни за затылок, чтобы резко насадить его до упора на хуй. Из-за этого мальчик давится, его глаза слезятся, а зубы задевают член. Первая звонкая пощёчина отпечатывается на лице Юнги. Его пизда течёт, хотя глаза плачут. Он выпускает член, тяжело дыша. — Юнни, мой хороший. У тебя получится, — неожиданно нежно говорит Намджун, лаская пальцами красную щёку. Юнги снова берёт в рот, втягивает щёчки. Его лицо выглядит так, как будто вылезло из хентая. Член глубоко в его горле, а его голова постепенно начинает двигаться. — Вот видишь. Твой рот скоро станет умелой писей. Юнги так стыдно от этой пошлости. Он выпускает член изо рта, его лицо в слюне, красная щека и испарина на лбу. — Можно щеночку пописать, хозяин... — Ждать. — Н-но мне очень надо... — Ждать. Продолжай сосать, Юнги. Мальчик лижет член, снова насаживается, но снова задевает клычком чувствительную кожу. Вторая пощёчина по другой щеке. Юнги на пределе. Он хочет кончить, он хочет описаться прямо здесь стоя перед хозяином. — Аккуратнее, Юнни. Давай возьми в рот, чтобы я кончил. Будь готов глотать молочко. Юнги широко открывает рот, давая члену проникнуть в глотку. Он чувствует как член увеличивается, а из него льется сперма, которую он глотает. В какой то момент что-то такое же горячее, но жидкое течёт в него. Намджун писает в его горло. — Можно. Юнни мочится сразу же как слышит это заветное слово. Под ним, на ковре, образуется жёлтое пятно, в которое он садится после того как выпивает весь сок хозяина, но он продолжает мочится сидя на коленках и сложив на них ладошки, затуманено смотря на Намджуна.