Жёлтая пресса

— Знаешь, Аоминеччи… — взволнованно начал Кисе, прерывая непродолжительное молчание. — Чё, — Аомине оторвался от своего бургера и поднял взгляд на своего собеседника. Тот нервно теребил край скатерти и отводил взгляд. Дайки напрягся. — Ну чё. — Ходят слухи, что у Май-чан есть девушка! — выпалил Кисе. Аомине выдохнул — то ли разочарованно, то ли облегчённо. Видимо, он правда сегодня устал. С Кисе всегда было жарко играть… — Ну… Чё-то слышал… — протянул Аомине, вспоминая имя. — О Такаде-чан… Кисе тоже выдохнул и активно закивал. А Дайки продолжил жевать, внимательно слушая слухи из модельного закулисься. После этого случая Аомине можно было называть ценителем не только модельных журналов, но и жёлтой прессы. Каждый раз, когда между Дайки и Рётой повисало молчание, Кисе, словно фокусник, доставал из памяти какой-нибудь слушок. Они были разной степени правдивости, странности и пикантности. Некоторые долетали до него и от других, в особенности от такой же щебетушки Момои, а некоторые, ощущение, были стропроцентной фантазией болтливого блондина. Фраза же «Знаешь, Аоминеччи» стала джинглом, оповещающим о начале жёлтых новостей. — Знаешь, Аоминеччи, — это опять звучало в стенах «Маджи Бургер». — Хозяева «Онигири Мия», кажется, встречаются! — Они ж братья, не? — Аомине отложил половину бургера, который укусил только раз, и уставился на собеседника. — Ага, близнецы, — хихикая, прошептал Кисе. — И это не знак зодиака! «От Такао нахватался», — нахмурился Аомине, вспоминая, что Рёта и Казунари в последнее время часто видятся. После этих мыслей Дайки решил принять как можно более незаинтересованный вид и вернуться к еде. Правда… В следующий раз Дайки и Рёта перекусывали уже в другом месте, и Аомине своими глазами видел, что между хозяевами и правда ощущалось какое-то необычное напряжение. Хотя, не только между ними. — Знаешь, Аомине-чии, — студия поменялась, но джингл остался. — Ходят слухи, что Ниджимура-сан украл мотоцикл! Как с этим Хайзаки стал мутить, так!.. — «Мутить»? — вскинул брови Аомине. — Бля, ну и словечки… Сразу ясно, что ты говоришь про Хайзаки. — «Бля, ну и словечки», — Кисе передразнил Аомине и надул губки. Дайки невольно остановил на них взгляд. У Кисе, кажется, был новый блеск… «Каким-то ты слишком внимательным стал!», — подумал Дайки, опять решая принять незаинтересованный вид. Первое время все эти слушки были чем-то забавным, но потом этот заискивающий щёпот из этого надоедливого рта… Прежде чем начать раздражать Аомине, стал его возбуждать. — Знаешь, Аомине-ччи… — произнеся обыкновенную фразу, Кисе обыкновенно наклонился к уху Аомине, чтобы озвучить очередную сплетню. — Знаешь, Кисе! — Аомине развернулся к Рёте и схватил его за ворот. В глазах был испуг, на щеках — румянец, на губах — розоватый блеск… Ты мне нравишься. Я тебя хочу. Твои сплетни уже заебали. Через секунду Аомине нашёл прекрасный способ выразить всё это сразу. И без слов.