Враг

      — И какого рода помощь вам необходима?       Тисс не успела обернуться, но уже знала, кого увидит. Лорда Ша’арнеза со Генэша.       Когда она уведомила принца, что нуждается в возобновлении магических тренировок и услышала от него заверения во всяческой поддержке, то наивно вообразила, будто ей предоставят учителя. Или снабдят фолиантами с описанием ритуалов и заклинаний. Выделят место, где она сможет практиковаться без вреда для окружающих, в конце концов. Вместо этого за её спиной стоял и ждал ответа Ша’арнез.       Она повернулась, выше задрала подбородок, холодно процедила:       — От вас — никакая. — Вспомнила о вежливости и предприняла попытку хотя бы внешне соблюсти этикет: — Лорд.       — Ни от кого другого вы её не получите, — пожал плечами Ша’арнез. Пауза. — Леди.       Что ж, вот и пообщались. Самое время поблагодарить за уделённое ей время и распрощаться до следующего такого же непродолжительного разговора. Который, как Тисс надеялась, случится ещё очень нескоро.       Но почему-то она продолжала смотреть на Ша’арнеза, и он тоже не спешил уходить. Прислонился к колонне, всем своим видом выражая безразличие к пожеланиям несостоявшейся фрейлины и лёгкую надменность по отношению к эсшайке.       Враг. Имперец. И принц сам его сюда прислал, разве не так?       — В таком случае сгодитесь и вы. На родине я тренировалась на статуях… Думаю, вы сможете удачно изобразить одну из них. Пусть вам и не достаёт их изящества.       Последнее — ложь. Как бы ни были искусны скульпторы, с передачей тонкой горной красоты со Генэша они не справились бы. Ша’арнез будто прочитал её мысли, усмехнулся, приподняв бровь. Оттолкнулся от колонны, шагнул вперёд — Тисс с трудом удержалась от того, чтобы не отступить.       — Уверен, что смогу. А что насчёт вас, леди Тисс? Заколдовывать безоружного эльфа… Живого, не статую. Не в пылу схватки, не ради спасения своей жизни… Вы сможете? Некоторые способы применения магии могут быть весьма болезненны, ведь вы специализируетесь на боевой, если я правильно помню.       Тисс нервно скомкала подол платья, облизнула губы. Зерно правды в словах Ша’арнеза было. Отрабатывать заклинания на существах, способных испытывать боль, ей ещё не приходилось — тот скрай не в счёт.       Нет. Он враг, имперец. Она не станет его жалеть. Он сам самонадеянно вызвался, стоит так расслабленно. Решил, что Тисс не осмелится продемонстрировать ему свои умения? Сомневается в её умениях и магическом потенциале? Очень, очень зря. Тисс обворожительно улыбнулась и без предупреждения сложила пальцы в первый знак. В воздух поднялись частички пыли, сгустились, столкнулись друг с другом…       Ша’арнез не вздрогнул, не попытался увернуться, а теперь уже и не смог бы — заключённый в каменные объятия созданного Тисс кольца он был лишён возможности двигаться. Она надеялась, что на лице лорда отобразится хотя бы тень страха, проблеск беспокойства… Напрасно. Взгляд васильковых глаз ничего не выражал, тонкие губы изогнулись в подобии улыбки.       Расслабив руку, Тисс развеяла кольцо и изобразила новый знак. Точнее, намеревалась изобразить. Не успела — освобождённый Ша’арнез оказался рядом, стоило ей моргнуть. Застигнутая врасплох, она попятилась. Воображение рисовало ей картины нападения: острие меча, протыкающее грудь, тёмные пальцы, сдавливающие шею, короткий замах и удар…       Вечная неуклюжесть в очередной раз сыграла с ней злую шутку. Она оступилась, пошатнулась — Ша’арнез подхватил её, предотвратил падение. Выдержкой со Генэша Тисс похвастаться не могла — вздрогнула, ощутив ладонь на талии. Прикосновение обожгло, несмотря на слои ткани. Жар растёкся по венам, охватил всё тело… Кончик меча уткнулся в живот, не раня, только обозначая такую возможность.       — Плохо, леди Тисс. В реальном бою вы уже были бы мертвы. К вашему счастью, с эльфийками я не сражаюсь.       — Что же вы с ними делаете? — вопрос сорвался прежде, чем она успела его обдумать.       Ша’арнез убрал руку, спрятал клинок в ножны, увеличил расстояние до приемлемого в обществе.       — То, что они пожелают, разумеется.       Ах да, матриархат… И пусть Тисс потешалась над заинтересованностью Тенерли, ей и самой было чуточку любопытно. Насколько широко простирается готовность Ша’арнеза следовать чужим желаниям? Как далеко он позволит зайти?       Отогнав неуместные сейчас — и в любой другой момент — мысли, Тисс сосредоточилась на призыве. Бесплотная змея, сквозь которую просвечивала выложенная плиткой дорожка, скользнула к Ша’арнезу, обвила ногу, распахнула пасть, являя острые клыки. Яда в них не было, жизни со Генэша ничего не угрожало, но ощущаться укус будет как настоящий. Тисс сглотнула, гадюка, подчиняясь воле призывательницы, вонзила клыки в плоть.       Концентрация дала сбой, образ некогда существовавшего животного развеялся бирюзовой дымкой. Задержав дыхание, Тисс пристально всматривалась в лицо Ша’арнеза. Дрогнули светлые ресницы, опустились веки, уголки губ дёрнулись то ли в насмешке, то ли в гримасе боли. Однако голос остался по-прежнему твёрд:       — Уже неплохо. Для ученицы. Но скверно для магички, что мечтала отправиться на войну.       Он подобрался к ней медленнее, не перенося вес на укушенную ногу в полной мере. У неё было время уклониться, сложить очередной знак, оттолкнуть рукой… Ничего из этого она не сделала. Может, Тисс хотела снова почувствовать ладонь Ша’арнеза. Может, просто замешкалась. Лучше бы это был второй вариант.       Она ощутила щекой тёплое дыхание. Разглядела каждый волос в сложном плетении кос. Вдохнула запах — чужой, непривычный. Ша’арнез снова оказался непозволительно близко. Но не притронулся.       — Вы подозрительно много знаете о моих мечтах, лорд со Генэш.       — Как мне и положено.       — Тогда скажите, чего я хочу сейчас, — попросила Тисс.       Сама разобраться в своих желаниях она уже не могла. Враг — безусловно. Имперец — бесспорно. Но от частого повторения эти слова, кажется, потеряли для неё смысл. Врагов нельзя подпускать на расстояние поцелуя. Имперцев следует ненавидеть всем сердцем, а не замирать при их приближении.              — Нет, это так не работает, леди Тисс. — Ша’арнез усмехнулся. — Вы говорите мне о своих желаниях, я их исполняю.       — Все?       — Воспитание не позволяет мне отказать эльфийке, должность вынуждает служить принцу. Если то, что вы от меня потребуете, не будет противоречить другим моим обязательствам… — Он сделал шаг назад, не договорив. Потемневшие глаза сверкнули красным. — Вы владеете и школой изменений. Что это будет? Сталь?       Тисс сомневалась, что справится с последним знаком. Сердце билось чаще положенного, кончики пальцев дрожали.       Тисс сомневалась, что действительно хочет навредить Ша’арнезу.       — Стрелы, — призналась она после недолгого молчания.       Иллюзорные, но оставляющие настоящие раны. Пока ещё плохо ею управляемые и способные угодить в горло вместо намеченной в качестве мишени руки. Тисс скосила глаза на лодыжку Ша’арнеза — он по-прежнему старался на неё не опираться.       — Стрелы… — задумчиво повторил Ша’арнез. — Боюсь, что вынужден отказаться. Трудно выполнять распоряжения его высочества, будучи утыканным как ёж.       Тисс согласно кивнула. Случайное убийство верного императорскому Дому наездника в сложившихся обстоятельствах точно было бы лишним. Обездвиживание противника представлялось более безопасным и также нуждалось в повторении. Собравшись, она расправила плечи.       — «Каменное кольцо».       — Статуи вы тоже предупреждаете?       Усмешка Ша’арнеза померкла. Он сдавленно выдохнул, и Тисс поняла, что перестаралась — закружившийся вокруг него вихрь сдавил тело с такой силой, что почти послышался треск костей. Будь на месте Ша’арнеза изваяние, Тисс бы обрадовалась успеху. Вместо этого она быстро тряхнула рукой, обрывая действие заклинания.       Неприятное чувство заворошилось в груди, вынудило учтиво поинтересоваться:       — Вы в порядке, лорд?       — В полном.       Он лгал. Испытываемая Ша’арнезом боль, как бы тщательно он её ни скрывал, была почти осязаема, передалась и ей.       Враг, имперец… Враг ли?       Тисс прикусила губу, изобразила новую комбинацию знаков, которую использовала очень редко. Боевая магия предполагает грубую силу, обвившие руки Ша’арнеза тонкие лианы действовали более деликатно.       Побеги устремились вниз, оплетая ноги… Теперь уже Тисс обняла покачнувшегося Ша’арнеза. Продолжать колдовать, ощущая отзвуки биения сердца под плотной курткой, оказалось невероятно тяжело. Снова потемневший взгляд Ша’арнеза, собственное сбившееся дыхание…       Тисс резко отшатнулась, широко распахнув глаза — то, что упиралось ей в бедро, никак не могло быть ножнами.       — Вы… вы… — От возмущения она поперхнулась воздухом и залилась румянцем. — Немыслимо!       — Простите, леди Тисс, — Ша’арнез опустил голову в покаянии, но промелькнувшая улыбка показала неискренность извинений. — С ролью статуи я не справился.       О, ну в этом она убедилась. Всё же первая мысль была верной — идея тренироваться на живых эльфах неудачная. Особенно если эльф обладает внешностью и характером лорда со Генэша. Не утруждая себя прощанием, Тисс поспешно покинула сад. Запнулась в самом конце дорожки о мелкий камушек…       — Осторожнее. Несчастных случаев нам хватит.       Значит, он смотрел ей вслед. Следовало бы вспыхнуть от негодования, но почему-то Тисс было приятно. Она хотела, чтобы Ша’арнез не отводил от неё взгляда.       К вечеру истощение магического запаса чувствовалось всё сильнее. Бегающий по стенам свет от свечей, начерченный на полу круг, затянувшийся ритуал… Поднялась с колен Тисс уже обновлённой. Практически всемогущей. Наполненной силой и одновременно болезненно пустой. Привычное состояние, которое нужно перетерпеть, стряхнуть с себя наваждение. Так она поступала в Эсшае. Этой ночью Тисс направилась к комнате Ша’арнеза.       Остановилась у дверей, усилием воли остужая разгорячённую ритуалом кровь. Вновь и вновь твердя про себя: он враг, он имперец, он… тот, кто и сам желает этого не меньше. Она постучалась и, не дожидаясь ответа, вошла.       Капли стекали с мокрых волос на обнажённую грудь, скатывались по подтянутому животу. Тисс опустила глаза, чтобы увидеть, где заканчиваются влажные дорожки. Приказ раздеться, готовый сорваться с её губ, не прозвучал — в нём не было смысла. Ша’арнез тоже молчал, не спрашивал, для чего он ей понадобился — это было очевидно.       С глухим стуком захлопнулась за спиной дверь. Когда она успела войти в комнату? Ладонь легла на тёплую, блестящую от воды кожу, очертила мышцы. Как она так быстро преодолела разделяющее их пространство? Постоянно преследующие её мысли смолкли, затаились в уголке сознания, чтобы чувством вины вернуться на рассвете. Тисс подняла затуманенный взгляд, безмолвно прося об ответном прикосновении, столкнулась с ясным, пронзительным, понимающим.       — Вы говорите мне о своих желаниях, я их исполняю, — напомнил Ша’арнез. Перешёл на шёпот, который затерялся в её волосах. — Чего вы хотите, леди Тисс?       Сказать она не могла. Казалось, стоит только произнести вслух, что она хочет врага, и что-то безвозвратно в ней изменится.       Ша’арнез с тихим смешком отступил. Намокшие подушечки пальцев обдало прохладой, рука замерла в воздухе, ухватив лишь пустоту. Ослабленный контроль позволил проявиться второй стороне её натуры — той, что соблазнительно улыбалась. Той, что изобразила другой, спрятанной за спиной рукой, знак. Такой её не знал никто. Только магия, пентакли, теперь и Ша’арнез. Когда магия бурлит в венах, не остаётся места для скромности. Она не обязана просить. Она может просто взять.       Лианы соткались из пылинок, обвили запястья Ша’арнеза — вспыхнувшее на секунду удивление позабавило Тисс. Разрослись, переплелись, стянули руки за спиной — как днём, только надёжней. Она уже не тренировалась, она вступала в бой. И намеревалась в нём победить. А как поступают с поверженными врагами?       Их ставят на колени.       Тисс пропустила сквозь пальцы белые пряди, схватила, потянула вниз, вынуждая Ша’арнеза сначала запрокинуть голову, а потом опуститься на пол. Нетерпеливо дёрнула завязки платья, стремясь поскорей раздеться. Досадливо поморщилась из-за необходимости удерживать концентрацию. Распущенные волосы заструились по обнажённой спине, заныло в паху от предвкушения.       Ша’арнез шевельнулся, Тисс махнула рукой… На этот раз изумление было обоюдным. Прежде у неё не получалось совмещать разные заклинания, сейчас лианы без усилий обернулись змеями. Ша’арнез застыл.       — Я и слова неплохо понимаю…       Может быть. Но демонстрация силы убедительнее фраз, а связанные способными укусить магическими путами лорды куда сговорчивее. Пропала надменность, исчезла насмешка во взгляде… Тисс всегда мечтала превратить врагов в трупы, но она просто не понимала, что в качестве рабов они полезнее.       Избавленная от одежды, не скованная более правилами, Тисс притянула Ша’арнеза к низу живота. От горячего дыхания и мимолётного прикосновения губ по телу разлилась тяжесть. Пожар желания разгорелся сильнее, охватил её всю, собрался в одной пульсирующей точке.       Она уже не управляла откликнувшимся на её призыв тварями — бледным сиянием лент они перетекали в стебли и снова покрывались призрачной чешуёй отдельно от её воли. Зато в её полной власти оставался Ша’арнез. И язык, что скользнул между ног, сменив поцелуи. Тисс застонала — несдержанно, громко. Вцепилась в волосы, удерживая голову, чтобы он не посмел отстраниться даже на миг.       И вовсе не ритуал был причиной происходящего. Он стал лишь финальным камушком, подтолкнувшим её навстречу Ша’арнезу и его выписывающему круги вокруг самого чувствительного места языку. Тисс бы не удержалась в любом случае, рано или поздно пришла бы, чтобы получить желаемое. Желаемого.              Наверняка в спальне имелась постель, но Тисс о ней не вспомнила. Должно быть, каменные плиты были холодными, но об этом она не подумала. Возможно, лежать на полу со связанными руками неудобно, но её это не волновало. Подтолкнув Ша’арнеза в плечо, она заставила его лечь. Села сверху, обхватывая коленями бёдра. Два голоса — низкий и высокий, два стона — протяжный и короткий, слились в один звук. Тисс опустилась ниже, приняла глубже, на мгновение закрыла глаза, чтобы полностью раствориться в ощущениях. Положила руку на грудь Ша’арнеза в поисках опоры, второй потянулась к себе, чтобы усилить наслаждение… И только через несколько минут осознала, что заклинание утратило свою силу.       Не скованный больше Ша’арнез давно мог бы её скинуть, перекатиться, перехватить контроль. Однако он продолжал лежать неподвижно, и только грудная клетка часто вздымалась от хриплого дыхания да прикрывались веки, когда Тисс замирала в нижней точке амплитуды движений.       Она чуть не пропустила момент напрягшихся под нею мышц. Недовольно сузив глаза, вновь призвала змей — позволять Ша’арнезу раньше неё прийти к финалу она не собиралась.       — Наглядно и убедительно, леди Тисс. — У него хватило дерзости, чтобы рассмеяться. — Я сдержусь.       Она снова приподнялась, опустилась… Капля пота скатилась по позвоночнику, ноги задрожали. Полному расслаблению мешало колдовство, оргазм ускользал.       — Вы позволите?       О чём он просил? Тисс бездумно кивнула, расфокусированным взглядом скользя по рассыпавшимся на полу волосам. Дождавшись разрешения, Ша’арнез высвободил руки, осторожно дотронулся до её бёдер, словно всё ещё не до конца уверенный, что в наказание не получит укус. Осмелев, обхватил сильнее и толкнулся навстречу. Ей хватило. Затухли искры магии, растворилась в тенях бирюзовая дымка, Тисс с отчаянно колотящимся сердцем упала на Ша’арнеза. Следующая минута или две выпали из памяти, но вслед за долгожданной разрядкой пришло и осознание всего ужаса своего положения.       Что она сделала? С кем она это сделала? Боги…       Тисс вскочила, подняла с пола платье, закусила губу и бросила быстрый взгляд на Ша’арнеза. Всё ещё возбуждён. Она отвернулась.       — Если ты… — Горло пересохло, ей пришлось откашляться и начать сначала: — Если вы хотите...       — Хочу. — Но он сказал не то, что она ожидала. — Чтобы в следующий раз вы использовали слова, а не змей. Я умею подчиняться приказам без дополнительной мотивации.       Унявшееся было сердце вновь забилось быстрее. Следующий раз? Да она и на расстояние полёта стрелы к нему не приблизится! Или… Тисс обернулась снова — вставать и одеваться Ша’арнез не спешил, лёгкая улыбка играла на его губах, за опущенными ресницами прятались всё понимающие глаза.       Сладость победы обернулась неожиданным поражением, пленительница сама попала в плен. Она к нему вернётся. Не сможет не вернуться. И может быть, даже скажет вслух то, что уже произнесла в мыслях — лорд Ша'арнез со Генэш больше не был для неё врагом.