Иногда Амур — это Пирожок с когтями вместо стрел

      Минхо задел его плечом специально. Слишком уж бесил надменный взгляд. Только Джисон не растерялся. Развернулся и, сделав рывок вперёд, толкнул его в грудь с такой силой, что Минхо упал бы, если бы не схватился за его же руку.       Все, кто не успел уйти с линейки, обернулись. Только это не смутило ни одного, ни другого.       Джисон вырвал своё запястье из чужого захвата и замахнулся, но Минхо занимался боксом, и это было далеко не на руку Хану. Минхо ударил его раньше. Подошвой ботинка прямо в живот. Он ожидал, что Джисон, как минимум, отступит назад, но Джисон всё-таки ударил в ответ. Костяшкой проехался прямо по губе.       Минхо собирался посмеяться над ним и уйти, но... Он провёл тыльной стороной ладони по лицу, задевая рассеченную кожу, и поднял устрашающий взгляд.       — Вот сука.       Джисона не напугало. Он готов был лезть в полноценную драку. Даже снова ринулся вперёд. Первым. Минхо сделал то же самое.       И одному Богу известно, чем бы всё кончилось, если бы несколько взрослых мужчин не схватили их и не разняли.       — В ректорат. Оба. Живо. — Раздался звонкий голос разгневанной женщины.       Минхо усмехнулся.       — С днём знаний, — прохрипел Джисон и тоже растянул уголки губ.

💔💔💔

      Выслушав час возмущений от ректора о том, как можно было устроить драку на ровном месте в первый учебный день, оба получили первое и последнее предупреждение. Только вот дружеского рукопожатия не последовало, хотя седовласый мужчина очень настаивал.       — В следующий раз я не промахнусь, — первое, что сказал Минхо, выйдя из кабинета, — и сломаю тебе пару рёбер. — Он мило улыбнулся, остановившись и посмотрев в лицо Джисону.       Джисон ему тоже улыбнулся.       — Ты, — сказал он и сделал паузу, — тупое быдло, которое вылетит отсюда раньше, чем начнётся первая сессия.       Хан закатил глаза и пошёл на выход.       — Чё сказал? — скривился Минхо, на секунду впав в ступор, и пошёл за ним.       — Вот об этом и сказал. Не чё, а что. Это во-первых. А во-вторых...       Минхо догнал его и прижал к стене, схватив за грудки, раньше, чем язвительный рот вымолвил ещё хотя бы слово.       — Если я вылечу отсюда до первой сессии, то только потому что отправлю тебя в реанимацию, — прошипел он.       Джисон скинул с себя его руки и в этот раз слабее толкнул в плечи, просто чтобы найти немного расстояния. Минхо к нему чуть ли не носом прижимался.       — Отвали от меня, — рявкнул Хан.       — Кто к тебе вообще лезет?!       — Ты! Тупица.       — Что сказал? — снова агрессировал Минхо, набрасываясь, но Джисон только вытянул руки, чтобы он слишком не приближался.       — Я не знаю, чем я тебя зацепил. Но позволь напомнить, ты полез на меня. Возможно, это флирт, но, знаешь, я больше люблю, когда нежно, с цветами и кафе.       — Кому ты сдался вообще, чтобы к тебе с цветами и в кафе? — рассмеялся Минхо и сам отошёл.       Джисон только мягко улыбнулся, прежде чем совсем уйти, махнув рукой, даже не оборачиваясь.

💔💔💔

      Казалось, ад закончился тогда, когда из поля зрения пропал Минхо. Джисон даже не понял, что сделал этому придурку, если он решил доебаться. Но отец учил бить первым, так что выяснять в моменте было некогда, а вот после уже не было желания.       Джисон, если честно, не любитель разбирательств. Драки не его хобби, но и на разговор он не согласен. С такими придурками разговаривать себе дороже. Они опускают на свой уровень развития, а там уже затаптывают ногами.       В любом случае, у Джисона не было желания даже об этом думать. Минхо отступил. Ему явно неинтересно тягаться с теми, кто может ответить. Так что пускай ищет другую жертву, Джисон не собирался ему мешать. Он собирался наконец заселиться в кампус, поэтому шёл забирать вещи из камеры хранения.

💔💔💔

      Комната оказалась небольшой. А для двух человек и вовсе маленькой. Но выбора не было. Джисон кинул сумку на кровать и, осмотревшись, решил начать с мини уборки.       — Учитывая уровень пыли, убирались здесь в последний раз в прошлом веке, — ругался под нос Хан. — Причём какие-то дилетанты.       Джисон злился, но приводил в порядок свою половину комнаты. По крайней мере, так определил сам он, прочертив глазами невидимую полосу посередине помещения.       Когда и с пылью, и с вещам было покончено, Джисон застелил кровать и улёгся на неё, но не успели его плечи коснуться подушки, как открылась дверь. Хан поднял взгляд, и его зрачки расширились.       — А ты всё-таки решил позвать меня на свидание? — усмехнулся он, но внутренне ужаснулся.       — Ты меня преследуешь? — фыркнул Минхо и ещё раз посмотрел на дверь, проверяя номер комнаты.       — Господи, пожалуйста, пусть он слепошарый и просто перепутал комнату, — простонал Джисон, сложив руки в мольбе.       Минхо медленно вздохнул и прошёл внутрь, сбрасывая сумку с плеча.       — Может, пойдёшь и попросишь о переселении? — спросил с надеждой Джисон. Он бы и сам мог, но было жаль тех сил, что он уже потратил на обживание.       — А может, ты просто в окно выйдешь? И не придётся ни о чём просить, — закатил глаза Минхо и присел на корточки, чтобы покопаться в сумке.       — А я тебе всё же приглянулся, да? — ухмыльнулся Джисон, привстав на локтях.       Минхо медленно обернулся, злобно зыркнув на него.       — Я тебе язык вырву сейчас.       — И вот как после этого оставаться с тобой в одной комнате? Ты же меня, если не убьёшь днём, то задушишь подушкой ночью.       Джисон выбесился. Подскочил с кровати и пошёл к двери.       — Ты куда? — спросил Минхо, продолжая вынимать вещи из сумки.       — К коменданту. Скажу, что не буду с тобой жить. Это банально опасно.       — Можешь не утруждаться.       Джисон схватился за ручку двери, приоткрыв её, но всё-таки остановился, чтобы зачем-то задать вопрос.       — И почему?       — Потому что мест нет. Я был последний на заселение.       — И с чего ты взял?       — Наверное, предчувствие было, что тут ты, но попросил о комнате на первом этаже, а мне ответили, что это последнее незанятое место.       Минхо выглядел на удивление спокойным. Как будто его совсем не смущала ситуация. А вот Джисон был зол. Он хмыкнул и вышел.       Злобно топая ногами, он спустился на первый этаж, но услышал там всё то же самое, что сказал Минхо.       — И что? Вообще никак нельзя ничего сделать? — умолял он.       — Можно. Есть ещё одно общежитие, в котором остались свободные места, — уверила женщина.       Джисон подумал секунду. Подумал, что лучше действительно в другое общежитие, чем с этим придурком в одной комнате. Но сказать не успел.       — Оно находится в трёх станциях метро от университета, — добавила комендант.       Джисон беззвучно сматерился.       — Спасибо, — выдохнул он. — Я тогда останусь.       — Хорошее решение.       Джисон так не считал.

💔💔💔

      Джисон вернулся в комнату и улёгся на кровать, обиженно сложив руки на груди. Он почти спокойно выслушал все колкости, что срывались с языка Минхо, а после даже посмеялся над ним, когда Ли запутался в пододеяльнике.       Мгновенная карма — подумал Джисон. И полчаса смотрел на то, как Минхо пыхтел, пытаясь облачить одеяло в пододеяльник. Причём именно так, а не засунуть его внутрь.       Минхо вдоволь позабавил Джисона, когда рухнул на задницу и болезненно потёр поясницу. Он поднялся на ноги и, скомкав бедный пододеяльник, кинул его в угол. Пару минут побесившись, взял обратно и расправил.       Джисон покачал головой и встал с кровати, чтобы подойти и помочь, но Минхо пихнул его локтем.       — Отвали, окей?! — зло рыкнул он.       — Я помочь хотел. Ты же сам никогда не попросишь.       — Мне не нужна твоя помощь! У меня всё нормально.       — Ну, видно, да, — усмехнулся Джисон и сделал шаг назад.       Минхо медленно выдохнул, оглянувшись, и, кажется, победив в войне с собой, протянул руку, в которой держал пододеяльник.       — А, что, можно, да, помочь всё-таки? — фыркнул Джисон, вырвав ткань из чужих рук.       Минхо промолчал.       Джисон справился за две минуты с тем, с чем Минхо боролся добрые минут сорок. Он накрыл кровать одеялом, красиво заправленным в мятый пододеяльник, и вернулся на свою.       Минхо облизнул ранку на губе и негромко сказал:       — Спасибо.       Джисон не ответил, уткнувшись в телефон.

💔💔💔

      Молчание воцарилось в их комнате. Как-то без договорённости решили просто не разговаривать друг с другом и не мешать. Ни подколок, ни банального доброго утра не слышалось. Всё само собой стало просто нейтрально.       И Джисона это напрягало сначала. Не привык он в тишине находиться, когда с кем-то, но привыкать пришлось. Спустя неделю он перестал замечать Минхо в комнате, хотя помнил о его существовании, потому что у Минхо постоянный срач, который раздражал. Джисон не то чтобы педант, но засунуть вещи в шкаф — это ведь нетрудно, верно? И протереть за собой стол — тоже.       Джисон злился, но идти на конфликт не спешил. Старался не обращать внимания, старался закрыть куполом непробиваемым и всё. Но время шло и капли терпения стирало.       — Слушай, ты можешь за собой хотя бы чашки мыть?! — ругал Джисон.       — Могу, но не хочу, — отвечал Минхо. — Какое твоё дело? Моя же чашка.       — Из-за твоей чашки у нас тараканы заведутся. Она липкая. И ты сахар рассыпал.       — Ну вытри.       — Как ты раздражаешь!       Минхо был непоколебим. Его наплевательское отношение выводило из себя, но сделать Джисон ничего не мог. Минхо сильнее. И вера в то, что он правда может сломать Хану рёбра, гасила рвение решать вопрос кулаками.

💔💔💔

      Ненависть к соседу росла не по дням, а по часам. Джисон не оставался собой, постоянно находясь в дискомфортной обстановке. Он вроде подружился с ребятами со своего потока и хорошо проводил время с ними вне стен общежития, но каждый раз возвращаясь в него, даже стены с ободранными обоями выводили.       В один из вечеров напившись с однокурсником, Джисон вернулся избитым. Он еле дополз до общаги. И хорошо, что коменданта не оказалось на месте. Вопросы ему не были нужны, учитывая, сколько в его крови алкоголя.       На самом деле, Джисон сам виноват. Нарвался на потасовку. В пьяном угаре ему показалось одно из лиц шпаны таким знакомым, что язык развязался сам собой. Кажется, лезть на рожон его конёк.       Конечно, придурку в спортивном костюме не понравилось, что ему мало того, что нахамили, так ещё и в челюсть двинули. Удар был слабым, но этого хватило, чтобы Джисону прилетело в ответ в три раза больше.       — Нихуя себе, — прокомментировал Минхо, как только Джисон зашёл внутрь. Хотя скорее было сказать заполз.       Он выглядел очень плохо. Держался одной рукой за живот, а вторую держал у носа, который кровоточил.       — А я смотрю, ты вообще никому не нравишься, да? — Минхо убрал телефон и встал со стула. Он медленно подошёл к Хану, но тот в упор не смотрел на него, шаг за шагом идя к своей кровати. — Да стой ты.       — Отвали, — прохрипел Джисон, когда Минхо попытался коснуться его лица.       — Не выёбывайся, я помочь хочу. Не вертись, дай посмотрю.       — Убери руки, блять, — Джисон отмахнулся, ударив его по плечу. Несильно. Сил в принципе не было.       — Ты хоть иногда можешь не быть козлом?       — Да что тебе надо?!       — Мне ничего не надо. А вот тебе нужна помощь.       — От тебя, — Джисон поднял на него взгляд, сверкнув глазами, — мне ничего не нужно.       — Перестань упрямиться, — настаивал Минхо. — Нужно обработать раны, чтобы не получить заражение, — сказал он серьёзнее.       — А типа тебе есть чем или что? Оближешь меня? — старался быть дерзким Джисон. Возможно, трезвым он так не сказал бы. Не в такой ситуации, когда всё тело как одна сплошная рана. Но он был пьян, и это притупляло сознание. И боль.       — А тебе бы этого хотелось? — легко бросил Минхо и отошёл.       Джисон подумал, что его оставят в покое, но Ли только метнулся к своему шкафчику, чтобы достать коробку с красным крестом на крышке.       Джисон с трудом уместился на краю кровати, но лечь не успел. Минхо сел на корточки перед ним, достал вату, бинт и какую-то белую бутылочку. Плывущим взглядом Хан не рассмотрел надпись.       — У тебя только синяки или тебе пару костей всё же сломали? — спросил Минхо и поднял футболку на Джисоне, в которую он тут же вцепился. — Успокойся. Я только посмотрю.       — Хочешь полюбоваться на меня голенького? — не переставал подстёгивать он.       — Было бы чем любоваться.       Джисон фыркнул, но руки убрал. Минхо осторожно коснулся его живота с уже виднеющимися гематомами и слабо сжал ладони чуть выше талии.       — Сядь ровно и сделай глубокий вдох.       Джисон попытался, но тут же согнулся. Минхо рук не убрал. Зато надавил пальцами на выступающие рёбра.       — Блять, больно!       — Или сделай, или я вызову скорую.       Джисон покосился на него, но через боль сел ровно и медленно глубоко вдохнул.       — Тебя били только в живот или в грудь тоже?       — Нет, — шипя, выдохнул Хан. — Почему ты делаешь вид, что что-то в этом понимаешь? Пытаешься быть крутым?       Минхо посмотрел на него с укоризной, но Джисон закашлялся, и он снова опустил глаза, продолжая ощупывать рёбра.       — Моя мама врач. А я ломал себе много всего.       — Ну и что, недодоктор, я жить буду? — усмехнулся Хан.       — Будешь, если рот захлопнешь, — цокнул Минхо и вылил антисептик на вату. Он провёл ею по ссадинам на тазовых косточках, взял Джисона за руку, обработал ему костяшки и, используя новый кусок ваты, потянулся к лицу.       Синяк на скуле, рассечённый нос и, главное, даже не сломан. Минхо усмехнулся.       — Везучий ты, пиздец.       У Джисона уже не хватало сил ни думать, ни поворачивать язык. Он чувствовал себя слабым и сонным. Хотелось лечь и уснуть с надеждой, что завтра будет лучше. Но Хан не смыкал век. Смотрел в глаза Минхо, который с осторожностью обрабатывал ему раны, и даже не шипел, хотя больно было.       Глаза Минхо такими красивыми ему казались, а щёки мягкими. Их хотелось сжать в ладонях так, чтобы выпятились губы уточкой. Но Джисон не тянул к нему руки. Он просто смотрел. Смотрел, как мелко подрагивают ресницы, а зрачки бегают туда-сюда. А потом он опустил взгляд ниже. Губы Минхо выглядели блестящими. Как будто он использовал тинт. С вишней. Или с клубникой. Джисону нестерпимо хотелось это проверить.       Он, как в замедленной съёмке, потянулся вперёд и приблизился настолько, что между носами оставалось расстояние с миллиметр. Хан прикрыл глаза и коснулся чужих приоткрытых губ своими. Он не пытался поцеловать по-настоящему. Он высунул кончик языка и провел им между губами Минхо. Но вкуса не было. Не было ощущения помады на языке.       Губы Минхо были на вкус как просто губы. Мягкие такие. И приятные. Джисону понравилось это чувство, но не напугало. Возможно, он был слишком пьян.       Минхо сам отстранился. Не оттолкнул, не разозлился. Он просто отвёл плечи и голову назад.       У Джисона в момент рассеялся туман в голове. Он вдруг понял, что сделал. Резко открыл глаза и посмотрел с мелькнувшим ужасом в них.       «Пиздец, он меня сейчас тоже изобьёт», — подумал Джисон, почувствовав, как сжалось сердце в страхе.       — Я... задумался, — попытался объяснить он.       — Интересные у тебя мысли, — хмыкнул Минхо.       — Ударишь?       — С тебя на сегодня хватит. Отдыхай. Я выключу свет, чтобы не резало глаза.       Минхо поднялся и пошёл к выключателю. Джисон не стал смотреть ему в спину. Лёг на подушку и отвернулся к стене. Он даже не успел о чём-то подумать. Закрыл глаза и уснул.

💔💔💔

      Наутро Джисон подумал, что Минхо выскажет ему всё. Возможно, он благородный и не стал только потому, что Хан был пьян. Но Ли ничего не сказал и к вечеру, когда похмелье прошло, а голова начала работать как надо.       У Джисона горели губы каждый раз, когда он смотрел на Минхо, и предательски потели ладошки. Зачем он вообще поцеловал его? Это так глупо. У Джисона ведь не было чувств к Минхо, кроме негативных, конечно.       Джисон боялся, что Минхо понял его неправильно, но Минхо, казалось, вообще никак не понял. Он не придал значения или решил не акцентировать, но Хану не давало покоя.       Джисон оставался растерянным, даже когда Минхо уходил на пары, которые сам он прогуливал из-за невыходного лица. И когда Ли вернулся вечером, Хан помялся немного, но всё-таки поднял тему.       — Слушай, — начал он и запнулся.       — М? — Минхо оторвался от телефона.       — По поводу вчера...       — Хочешь сказать мне спасибо?       — За что? — не сразу догнал Джисон, но Минхо изогнул бровь, вернув память. — А, да, спасибо. Но я не об этом.       — А о чём?       — Короче, насчёт... — вдох поглубже, — поцелуя.       Минхо вмиг стал серьёзным.       — Забей.       — Нет, серьёзно, ты мог расценить это как... подкат или что-то такое, но это не было. Я просто...       — Задумался, — повторил его же слова Минхо.       — Ну типа.       — Слушай, я знаю, что такое алкоголь и как он работает. Ты не должен оправдываться за это. И я расценил это как пьяную выходку. Тебе легче?       — Если честно, да.       — Ну вот.       И поговорили.       Джисон поджал губы и посмотрел в стену. Всё равно было неловко.       — Но ничего же не меняется? Мы продолжаем ненавидеть друг друга. Да?       — Ага. Поэтому отъебись, — фыркнул Минхо.       И Джисон улыбнулся. В эту секунду правда стало легче.

💔💔💔

      Джисон читал учебник, валяясь на кровати, когда Минхо появился в дверях. И обратить на него внимание было бы странно, но негромкое «мяу» привлекло. Хан обернулся.       Минхо держал в руках котёнка, укутанного в ветровку. Он зыркнул на Джисона, а тот изогнул брови.       — Переезжаешь? — хмыкнул Хан.       — В смысле?       — Ну, ты же знаешь, что тебя выпрут на улицу за это?       — Если ты рот свой открывать не будешь, никто не узнает.       — Слишком громкое мяу спалит тебя, а не я, — закатил глаза Джисон.       — Я понимаю, — вздохнул Минхо. — Но это всего лишь до выходных. Я поеду домой и заберу его.       Джисон поднялся с кровати и подошёл к Ли, чтобы рассмотреть котёнка поближе.       — Не думал, что ты можешь быть милосердным.       — Я люблю животных. Зато людей не переношу.       Джисон потянул руки к котёнку, и Минхо прижал его к себе, словно защищая. Хан всё равно провёл пальчиками по маленькой голове рыжего чуда.       — Тебя реально выселят. Ещё до выходных.       — Я не мог его не забрать, — грустно произнёс Ли. — Он маленький. Он сдох бы там. Смотри, как дрожит. Замёрз совсем.       Джисон впервые слышал голос Минхо настолько нежным. Расчувствовался тоже.       — Как назовём? — сдавшись, решил спросить Хан и продолжил чесать кота за ушком.       — Назовём? — хмыкнул Минхо.       — Назовёшь, — поправил себя Джисон и закатил глаза.       — Я имею в виду, ты не против, если он неделю тут поживёт? — смягчился Ли.       — Нет, но ответственность на тебе.       — Ну, конечно.       — Так как назовёшь?       — Не знаю. На кого он похож вообще?       — А это он или она?       Минхо развернул кота к себе мордашкой, чтобы определить.       — Он.       — Он похож на пирожок. Подгорелый пирожок, — поспешил предложить Джисон.       — Ну что? — спросил Минхо у кота и так тепло улыбнулся, как не улыбался никогда при Хане. — Пирожком будешь?       — Давай его покормим? У меня в холодильнике на кухне молоко есть.       — Слушай, ты можешь сам? Я отойду ненадолго?       — И куда же.       — Ну хотя бы лоток купить. А то будет метить нам углы.       — О, хорошо.       Минхо бережно передал кота в руки Джисона и скрылся за дверью, а Джисон приблизил его к лицу, чмокнув между ушей.       — Посидишь тихонько, хорошо? — попросил он, посмотрев в испуганные глазюки котёнка.

💔💔💔

      Прошла неделя, вторая, третья. Минхо всё не увозил кота, и Джисон понемногу привязывался.       Привык, заходя в магазин, покупать корм. Привык, готовя ужин, оставлять пару сырых кусочков мяса для Пирожка. Привык засыпать под жужжащий мурмоторчик и просыпаться от того, что он лежит на лице или топчется когтистыми лапами по щекам.       Крепко спать под ночной тыгыдык и играть с Пирожком, читая книгу, Джисон тоже научился. И лишаться этого — уже как от сердца отрывать.       — Ну что, Пирожок, — улыбнулся Минхо, положив кота на ладошку. Он, конечно, подрос за месяц, но был всё ещё крошечным. — Собирай вещи. Завтра едем домой, — вздохнул он и чмокнул кота прямо в мокрый нос.       — Как домой? — оторвался от телефона Джисон.       — Ну, — помялся Минхо. — Мы же договаривались, что я увезу его, когда поеду домой.       — Нет, погоди, это уже нечестно, — погрустнел Джисон. — Ты должен был это сделать две недели назад. Уже поздно.       — В смысле поздно? — не понял Ли.       — А вот так!       Джисон подошёл к нему и забрал Пирожка с руки, тепло прижав к себе.       — Я понимаю, это ты его принёс, но я ведь тоже за ним ухаживаю. Значит, это уже не твой, а наш кот.       — Что ты хочешь этим сказать? — Минхо ухмыльнулся и облокотился на ладони за спиной.       — Хочу сказать, что я против, чтобы ты его увозил.       — То есть теперь ты в доле?       — В смысле?       — В смысле Пирожок теперь и твоя ответственность? Если из-за него выселят, то обоих?       Джисон вздохнул. Такой расклад был самым реальным. Но отказаться от Пирожка было теперь так тяжело.       — Да, — кивнул Хан и сел на кровать, тоскливо посмотрев на кота. — Если нас выгонят, то мы к тебе переедем, Пирожок, на мусорку. Понятно?       Минхо посмеялся.       — Любовь стоит риска, — сказал он негромко и встал со своей кровати, чтобы сесть на Джисонову. — Я тоже не хочу увозить его. Так я буду видеть его редко, — и почесал Пирожка за ушком, а тот прильнул к руке и замурлыкал.       — Он почти не мяукает, — произнёс Джисон, — всегда тихий. Только топает ночами шумно и когтями по доскам так неприятно скребёт. Можно купить ковёр, чтобы приглушить звуки.       Минхо посмотрел на него, закусив губу, а после встал и потянулся за рюкзаком. Достал кошелёк.       — У меня совсем немного есть, а стипендия через две недели, — поджал он губы. — Как думаешь, протянем ещё немного без ковра?       — У меня есть деньги, забей, я сам куплю. Но не уверен, что допру.       — Ты щедрый, — усмехнулся Минхо.       — Это же не ради тебя, а ради него, — Джисон погладил Пирожка.       — Не сомневаюсь, что ради меня бы ты и мелочи бы не выложил.       Джисон скривился на это, а Минхо сел к нему поближе, чтобы потискать кота.       — Ладно, Пирожок, смирись, твой дом — это небольшая комната в общаге и никаких друзей.       — Друзей?       — У меня дома есть три кота.       — Ого, серьёзно?       — Ага. Мама бы с ума сошла от четвёртого, но как быть, если я их люблю, — нежно улыбнулся Минхо.       Джисон тоже улыбнулся. Нежно. Ему.       — Как их зовут?       — Суни, Дуни и Дори.       — Здорово. А они у тебя тоже с улицы? Или ты покупал породистых?       — Я не отношусь хорошо к продаже животных. Неважно, породистых или нет. Это живые существа. И они заслуживают любви красивыми и некрасивыми. В мире очень много бездомных домашних животных, чтобы ещё и платить за это. Мне бы хотелось, чтобы каждая кошечка имела свой дом вне зависимости от того, согнутые у неё уши или прямые.       — Это мило, — Джисон повернул голову вбок, но Минхо был слишком близко. Он вздрогнул. — Ты бьёшься током.       — А, извини, это свитер, — неловко улыбнулся Минхо и отсел.       Джисон закусил губу.

💔💔💔

      Чем дольше Пирожок жил с ними, тем меньше Минхо бесил Джисона. Самый большой негатив вызывал вечный срач, но Пирожок тоже творил хаос. Злиться на кота за разбросанные вещи и перевёрнутые кружки странно. Хан и не злился. Молча складывал всё на места, а вместе с тем порой и за Минхо тоже прибирал. Не всегда даже было понятно, кто разводил бардак, поскольку что Минхо, что Пирожок ну очень любили превратить жизнь Джисона в ужас.       Джисон только приложил ладонь ко рту, увидев порванные наушники. Он сел на кровать и погладил кота по шёрстке.       — Вот и что мне с тобой делать? — вздохнул он. — За что же ты со мной так поступаешь, м? Я тебя люблю, кормлю, а ты...       Пирожок замурлыкал ещё громче, а Джисон грустно улыбнулся. Чмокнул кота между ушей, а после пошёл и купил новые наушники. А какие вообще были варианты? Пирожок точно не возместил бы ущерб.       Джисон учился контролировать гнев, благодаря коту. Вместе с тем не злился и на Минхо. Относился ли он к нему как к коту? И да, и нет. Минхо всё-таки не животное, он разумная особь. Только вот иногда заставлял в этом сомневаться.       Тем не менее, Минхо точно в разы меньше стал бесить, а если и бесил, то Пирожок всегда вовремя запрыгивал на колени, чтобы помурчать и потоптать лапками бёдра.

💔💔💔

      Время шло, близилась сессия, но Джисон, вместо того, чтобы учить, смотрел на Минхо. А если его не было рядом, то думал о нём. Так много думал. Это пугало. Пугало сильнее, чем то, что Минхо мог бы задушить его подушкой ночью.       Нельзя было отрицать, что они сблизились за последние несколько месяцев. Смотрят вместе фильмы, обедают за одним столом приготовленной Минхо едой, иногда разговаривают. Джисон внезапно знает, что Минхо любит аниме, но смотрят они вдвоём ужастики, потому что это общий интерес. А Минхо кулинарит на троих, потому что всё равно кормить Пирожка надо, так почему не приготовить сразу и на Джисона?       Джисон вообще очень удивился, когда Минхо позвал есть. А потом и сам позвал его, когда что-то приготовил. И стало это чем-то обычным.       Обычным стало и то, что, заваривая себе чай, Джисон заваривал его и для Минхо. Они оба пьют зелёный с мелиссой. И чего бы не вдвоём пить?       Джисон ещё точно знает, что Минхо пьёт чай с тремя ложками сахара. Кладёт всегда. Знает, что Минхо ненавидит белый шоколад, зато чёрный уплетает за обе щеки. Покупает зачем-то. Сам ведь молочный любит.       Джисона ужасает в моменте, что Минхо вызывает у него не только негативные эмоции. Минхо вдруг мило с ним разговаривает. Спрашивает, что он хочет на ужин и советуется насчёт фильма на вечер.       Джисон зависает на добрые полчаса над сообщением: «Кура или говядина? Я вообще говядину хочу, но Пирожок больше любит куру. Что выберешь ты? Я приготовлю ужин».       Джисон весь остаток пары сидит с перекошенным лицом. С каких пор они с Минхо подружки? С каких пор Минхо советуется с ним? И самое главное, почему Джисона это торкает настолько, что заставляет расплыться в нежной улыбке? Они ведь с самого первого дня не приняли друг друга без причины. Так с чего вдруг спустя пару месяцев ведут себя как женатики?       Джисон пишет Минхо, что хочет говядину. Спрашивает, нужно ли что-то взять в магазине. А Минхо пишет, что ничего не надо, но, если зайдёт, то пусть возьмёт апельсинов. Уж очень хочется.       И Джисон не планировал заходить, но заходит за апельсинами. Только за ними. А после очень много думает по дороге.       Что-то не так.       Что-то очень сильно не так.       Но Джисон боится признаться себе.

💔💔💔

      Всё решается с отъездом по домам.       После сессии на мини каникулах все покидают пределы общежития на две недели. И Минхо забирает Пирожка с собой. Они проводят много таинственных операций, чтобы не спалить кота в переноске на выходе, а когда всё получается, прощаются, пожимая друг другу руки.       — Ты присылай мне хотя бы фоточки Пирожка, — просит Джисон.       — Обязательно, — обещает Минхо и уходит.       Джисон ещё долго стоит и смотрит вслед. И не потому что Пирожок.

💔💔💔

      Дома Джисон много времени проводит с семьёй, веселится с друзьями, но предательски ждёт сообщений от Минхо. Проверяет телефон постоянно и сам тоже пишет. У него есть повод. Пирожок. Только вот спрашивает он не только про кота.       А Минхо делится. Делится тем, чем занимается. Показывает Хану своих других котов и даже рассказывает, что ел на обед. Это почему-то интересно.       Как-то Минхо делится личной подробностью. Пишет, что снова подрался с отцом. Только удаляет это сообщение раньше, чем Джисон заходит в чат. И Джисон хочет задать вопрос, но не решается.       За две недели дома Джисон понимает, что скучает. И не только по Пирожку, который так вкусно мурлыкает на ушко, но и по Минхо. Без него скучно смотреть фильмы и неинтересно готовить на одного.       Джисону стыдно признавать, но он действительно скучает по тому, кого, казалось, ненавидит. Он проводит вечера за переписками с Минхо и чувствует себя счастливым.       Джисон признаётся себе, что глупо влюбился.       Джисон лежит в кровати, пожелав Минхо сладких снов, и думает. Он внезапно вспоминает, что, когда он поцеловал Минхо, Минхо ему не врезал. Даже не был рассержен. Но... почему? Разве такие, как он, не должны быть лютыми гомофобами, которые разбивают лица просто за то, что кто-то любит кого-то своего пола?       Джисон долго облизывает эту мысль, но к рациональному чему-то не приходит. Это просто странно.       Может, Минхо было просто жаль его? Лицо Джисона тогда выглядело страдальческим, а состояние оставляло желать лучшего.       А может...       Джисон боится думать дальше того, что может. Но проблема остаётся: если в себе он разобрался, то в Минхо нет.       Джисон давно понял и принял свою ориентацию. Возможно, именно поэтому умеет драться и давать сдачи. У него жуткий райончик. А таких, как он, там не жалуют.       Но что насчёт Минхо? Если он не отмахнулся, то, может, тоже что-то понял и принял? Но что?       Джисон мучается в догадках, но понимает, что, кроме прямого вопроса, его ничто не спасёт.       Спасло бы лишь что-то только после этого вопроса. Остаться со сломанным носом всё ещё вполне реально.

💔💔💔

      Джисон скромно и коротко обнимает Минхо за плечи в знак приветствия, но его глупое сердце заходится в бешеном темпе. Он обращает внимание на подросшего Пирожка, тискает его, соскучившись так сильно. Минхо не разговаривает с ним почти. Как будто и нечего сказать. Всё обсудили по смс.       Джисон соглашается посмотреть фильм вместе и зачем-то обращает внимание на детали. Их бёдра тесно соприкасаются, и Минхо иногда сжимает его колено на страшных моментах. Не потому что правда страшно, а потому что смеётся. И это рефлекторно, но Хан всё равно завороженно смотрит, как чужие пальцы стискивают его бедро.       Насколько они близки в итоге?       Фильм заканчивается, и пока Минхо ищет другой, Джисон решает спросить, чтобы хотя бы себя отвлечь от мыслей.       — Ты писал, что... снова подрался с отцом, — негромко произносит он, а у Минхо шея вытягивается. Он закусывает губу.       — Я думал, ты не успел прочитать, — усмехается болезненно.       Джисон ждёт, что Минхо ответит, но Минхо молчит слишком долго, щёлкая мышкой.       — Почему ты с ним дрался?       — Потому что он конченый. Обижает маму.       Джисон молчаливо опускает взгляд, а Минхо свой на него бросает. Хан чувствует, насколько он тяжёлый, даже не видя.       — М.       — А ты мне душу решил бередить? — улыбается Минхо. Неискренне. Защищается так.       — Просто... хотел узнать причину, — робко отвечает Джисон.       — Понятно.       — Ты поэтому такой?       — Какой?       — Агрессивный.       — Ага. Типа, — нехотя чеканит Минхо.       — Если я лезу не в своё дело...       — Да, ты лезешь.       — Извини.       На кровать запрыгивает Пирожок, и Джисон тянет к нему руки, но он ластится к Минхо. Минхо смягчается, берёт его к себе на коленки. Он молчит немного.       — Тогда, когда я задел тебя на линейке, ты... Ты напомнил мне его. Сильно. Твой взгляд. Он был таким надменным. Отец всегда так смотрел... на маму. Как будто ему очень неприятно на неё смотреть, — Минхо запинается, прожигает глазами стену. — Это был рефлекс. Я... — он поворачивает голову, и Джисон видит его стеклянные глаза. — Мне жаль.       Джисон мгновенно просовывает руку между стеной и спиной Минхо, приобнимая. Минхо укладывает голову на его плечо.       — Отец не любит её. Никогда не любил, — шепчет Минхо. — Нельзя так любить. А мама... она да. Всегда прощает его. Защищает. Даже если он сам на неё бросается. Она... Она защищает его от меня, — с болезненным смешком произносит Минхо и наклоняется, чтобы спрятать лицо в клубочке, в который свернулся Пирожок на его коленях.       Джисон неосознанно прикладывается губами к его плечу, оставляя невесомый поцелуй.       — Я не горжусь этим, — вдруг продолжает Минхо. — Ты так думаешь, да?       — Что?       — Ну, — Минхо поднимает голову, — я удалил то сообщение, потому что... ты мог бы подумать, что мне это нравится. Как соревнование. Как желание с кем-то подраться.       — Я так не подумал, — обещает Джисон и смотрит в мокрые глаза Минхо.       — А почему ты?       — Что я?       — Ну, — Ли закусил губу, — решаешь всё кулаками?       Джисон опустил глаза.       — Это тоже рефлекс. В семье у меня всё в порядке, а вот с соседями не очень. В школе тоже тяжело было. Там или бей, или беги и получай.       — Ты был типа лошарой в школе? — начинает смеяться Минхо. А Джисону даже не обидно. Он тоже улыбается.       — Типа да.              — Серьёзно, что ли?       — Да. Всю среднюю школу. А потом пошёл в тренажёрку. Надоело быть битым.       — Я тоже, — вздыхает Минхо и тянет руки к лицу, чтобы вытереть те несколько влажных дорожек.       — М? — Джисон изгибает брови и, кажется, забывает о том, что до сих пор обнимает Минхо за плечи.       — Меня тоже дразнили до конца средней школы. А потом я пошёл на бокс. В старшей меня не трогали уже. Ну почти.       Джисон улыбается. И Минхо тоже тянет губы в улыбке. Так вдруг одолевает желание их коснуться снова. Прямо как в тот раз.       Джисон залипает. Решает спросить то, что интересует уже какое-то время. Он убирает руки от Минхо, опустившего голову вниз. Он снова гладит Пирожка, чешет его за ушками. А Хан не может оторвать взгляд от лица.       — А почему ты... Почему ты...       — Рожай быстрее. Что почему? — мягко подгоняет Минхо, не отрывая ни взгляда, ни рук от кота.       — Почему ты так легко отреагировал на тот поцелуй? — собравшись с духом, произносит Джисон.       Минхо замирает.       — Почему ты спрашиваешь?       — Интересно. — У Джисона глаза бегают, не находя точки опоры, и хорошо, что Минхо не смотрит.       — Я отреагировал так, потому что ты был пьян. Пьяные люди творят глупости.       — А если бы я был трезв?       Минхо резко поднимает на него взгляд, и Джисон пугается, даже слегка отодвигается назад. Как будто сейчас что-то случится. И лучше быть подальше от очага возгорания.       — Я не очень понял, — негромко объясняет Минхо и сводит брови. Он не звучит и не выглядит так, словно собирается что-то сделать плохое, но Джисон всё равно побаивается.       — Если бы я поцеловал тебя трезвым, — объясняет он, выгибая свою линию на сто восемьдесят.       — А ты хочешь меня поцеловать? — напрямую спрашивает Минхо.       Джисон почти задыхается от такого вопроса, но невольно кивает. Кивает раньше, чем успевает подумать.       — Да, — очень скованно и неуверенно.       — Хорошо. Поцелуй.       — И ты меня ударишь? — боязливо уточняет Джисон.       — Нет. Поцелую в ответ.       — Серьёзно? — тяжело сглатывая, уточняет Джисон, но ответа не ждёт. Ладонь ложится на шею Минхо, и Хан подаётся вперёд, впечатываясь в губы Минхо своими.       Джисон с трудом верит в то, что Минхо правда отвечает на поцелуй, но его нежные губы скользят по губам Джисона, а веки мягко сомкнуты. У него сердце заходится в сумасшедшем ритме.       Это безумно и невозможно, когда падкая мысль так легко осуществляется. Но Минхо целует по-настоящему. И Джисон щипает себя, чтобы быть уверенным, что это не сон.       Не сон.       Джисон обнимает его за талию, вовлекая во всё более глубокий поцелуй, и Минхо отвечает, но сам нежит пальчиками холку Пирожка. Он вообще выглядит очень спокойным. Даже умиротворённым. Словно всё как надо, как должно быть. А у Джисона бушуют волны на душе и мурашки кусают за поясницу.       Джисон прижимается к носу Минхо своим, отлипая от покрасневших губ.       — Скажешь что-нибудь? — спрашивает Минхо, но продолжает тереться щёчками с ним.       — Погоди, дай пережить, — усмехается Джисон, но в кои-то веки по-доброму.       — Давно хотел?       — Может, пару недель как. Но это было сильное чувство.       — Я тоже подумал об этом на каникулах, — вздыхает Минхо и жмётся к плечу Джисона лицом.       — О чём ты?       — О том, что скучал.       — Ты скучал? — с недоверием переспрашивает Джисон.       — Представляешь?       — С трудом.       Минхо улыбается ему в шею.       — Я тоже. Я просто подумал в один момент, что как бы было круто, окажись ты рядом. И потом оно само скучать по тебе начало.       Джисон судорожно выдыхает и обнимает Минхо покрепче, а тот и рад прижаться потеснее. Пирожок, мяукнув, убегает с колен.       — Так странно, — шепчет Джисон.       — Что странно?       — Кажется, ещё недавно я тебя ненавидел.       — А теперь?       — А теперь ты мне нравишься. Очень.       — Ты тоже мне нравишься. Очень.       Джисон целует его в висок, пребывая под впечатлением, а Минхо хихикает ему в шею.

💔💔💔

      Минхо совсем не такой, каким казался ещё недавно. Он милый и улыбается широко так, искренне, что десны видно. Он вдруг открывается.       А ещё доверяет.       Минхо не говорит напрямую, но Джисон это чувствует. Чувствует, насколько Минхо с ним честный. Джисон не всё о нём знает, но понимает, что Минхо никогда ни с кем таким не был. И теперь доверяет всё в надёжные руки Хана.       Джисон боится подвести.       Если Джисон раньше сомневался, что Минхо кот, то теперь уверен, что он правда кот. И ластится, как кот, и смеётся, почти мурлыкая.       Минхо нежный пиздец. Как он тает от тёплых слов и невесомых касаний.       Кто бы мог подумать вообще? Джисон не мог. Даже не представлял.       Минхо совершенно не такой, каким кажется. Он ласковее, чем можно представить, а ещё совсем не глупый, каким посчитал его Джисон при первой встрече. Он много знает, хотя и не всегда понимает, как применять знания на практике. Ему как будто легче принять в штыки, чем разобраться. Но Хан и сам такой. Они похожи.       Только вот Минхо и успокоить проще, чем кажется. Джисон просто обнимает со спины, шепчет на ушко, что всё хорошо, и Минхо верит.       Джисон его растворить в нежности хочет. Минхо этого не хватает, как и Джисону. Они два потерянных котёнка, которые находят дом друг в друге.       И это пиздец. Ощущается им и является им. Как самое приятное и неосознанное чувство. Люди это любовью называют, а Джисон уверен, что это пиздец, и Минхо тоже. Даже не отрицает. Кивает согласно.       Джисон улыбается ему. И хочет залюбить.

💔💔💔

      А ещё Джисон его просто хочет.       Они вроде как встречаются. С января где-то. И уже близится весна. А Джисон с ним только в сладких снах голеньким под одеялом лежит.       И вина в этом только его.       Минхо не против, когда Джисон жмётся со спины и сопит ему в загривок. Не против, когда обнимает под футболкой, намеренно её задирая. Только сам Хан не спешит её снять, а Минхо не проявляет инициативу. Он податливый, но точно не готовый на первый шаг.       У Джисона уже шестерёнки со скрипом в голове работают. Пора смазать маслом и... И Джисон трусит. Он, конечно, давно в ладах со своей ориентацией, но вот у него никого не было. Он не понимает, как подступиться. Не понимает даже, чего в итоге хочет.       Джисон стонал бы, даже если Минхо ему бы просто подрочил, но на это тоже нужна смелость. У него же ни уверенности, ни решительности.       Джисон гуглит гей-порно, гуглит статьи про первый раз, вычитывает вообще не то чего ожидал. Там чуть ли не до рака доходят угрозы. И запал тоже гаснет с видением ужасающего. Только вот желание касаться Минхо без одежды не исчезает.       Минхо лежит на его груди, устремив взгляд в экран ноутбука, и Джисон ему волосы пальцами на макушке чешет. Он не думает о фильме. Он думает о Минхо, который такой нежный на нём развалился.       Минхо лежит одетый, с гнездом на голове, а Джисон всё равно его хочет. Сильно.       — Минхо?       — М? — откликается, даже не поднимая головы.       А Джисон ещё не сформулировал, чтобы сказать.       — Я хочу тебя, — произносит очень резко и сумбурно.       Минхо поднимает взгляд и улыбается кокетливо.       — Прямо сейчас?       — Всё время, — со стоном отвечает Джисон и прячет нос в локте.       — О, ну, — Минхо запинается, — хорошо. Давай.       — М? — Джисон смотрит удивлённо.       — Что? — Минхо тоже изгибает брови.       — Что имеешь в виду под «давай»?       — А ты?       — А ты?       Джисон истерично смеётся, и Минхо нежно чмокает его в уголок губ.       — Что ты себе представлял? Чего хочешь? Расскажи мне, — шепчет Ли.       — Если честно... ничего...       — Как так?       — Ну, я просто хочу тебя голым рядом. Пока на этом ограничивается моя фантазия.       — А, ну... мне раздеться?       — Ты не против?       Минхо снова улыбается. Видно, что ему неловко, но он приподнимается, чтобы стянуть с себя футболку. Джисон помогает и, прежде чем штаны тоже полетят в сторону,  привстаёт, чтобы поцеловать в губы.       Минхо обвивает его шею руками и покорно ложится на подушки, когда Джисон нависает сверху. Ладони скользят по талии вниз, и Минхо разводит колени в стороны.       Джисон трётся о его бедро своим возбуждением и чувствует ответную реакцию. Он вылизывает губы Минхо, кусает их, тянется к шее. Минхо голову назад запрокидывает, подставляется под поцелуи.       — Ты не против быть... снизу? — робко уточняет Джисон, шепча на ушко.       — А? — со стоном вопрошает Минхо, чувствуя укус в плечо.       Джисон отрывается. Упирается ладонями в кровать по краям от головы Минхо и смотрит ему в глаза. Минхо растерян. Кажется, впервые.       — Мы оба парни. И кому-то придётся быть снизу. Ты... не против? — Джисон закусывает губу, старается быть понятным. — Не против, если я возьму тебя?       Он хочет добавить, что не против, если после это сделает Минхо. Но медлит. Волнуется.       — Я... если честно... — судорожно выдыхает Ли. Его плечи подрагивают. — Это больно, да?       Джисона безумно умиляет, что он может быть первым у Минхо. Это ведь абсолютное доверие. Но он снова боится подвести. Боится сделать что-то не так. Даже быть уверенным не может.       — Я... — он скатывается на свободную сторону кровати, ложась на подушку. — Я не знаю. У меня никогда не было... Ну... С парнем.       — У меня вообще никак не было, — шёпотом признаётся Минхо. — Я волнуюсь.       — Я тоже волнуюсь.       — Тоже девственник? — вдруг смеётся Ли.       — Ага. Самый настоящий. И я хочу тебя пиздец, но боюсь сделать что-то не так.       — М, — понимающе кивает Минхо. — Тогда давай экспериментировать?       — Давай. Как? — Джисон смотрит на него с искрами из глаз, а Минхо улыбается. Так красиво улыбается...       — Ну... сначала изучим друг дружку руками? Я тоже хочу тебя всего потрогать.       — А можно я буду трогать губами? Так хочется тебя всего исцеловать, — вздыхает Джисон.       Минхо активно кивает.       — Давай. А потом я тебя. Тоже.       У Джисона мурашки бегут по спине. Он целует Минхо в губы. Долго, тягуче, влажно. Пока губы не начинают саднить. Он тянется к шее, кусает в ключицы, оставляет засосы на плечах.       Джисон хочет утонуть в своих ощущениях, но внимательно следит за реакциями Минхо, потому что, когда хорошо ему, Джисону автоматически тоже отдаётся. И это странно, но приятно невозможно.       Джисон вылизывает твёрдые горошины сосков, смотрит на лицо. Он спускается мокрой дорожкой поцелуев ниже. У Минхо мило поджимается живот. Он отрывает поясницу от кровати, когда Хан стягивает с него штаны с бельём.       Джисон проводит ладонью по гладкому лобку, по истекающему члену, по поджатым яичкам. У Минхо красиво изгибается спина. Хан засматривается, но опускается, чтобы чмокнуть в тазовую косточку и коснуться губами головки члена, вслушиваясь в нежное мычание.       Губы Джисона влажно скользят по всей длине и с пошлым хлюпом отстраняются. Он тянется ниже, касается языком мошонки и припадает к бёдрам страстными поцелуями. Кончики зубов проходятся по коленным чашечкам, и один громкий стон заставляет Хана к ним вернуться после поцелуев в щиколотки.       Джисон не больно, но ощутимо вгрызается в колени Минхо, и гладит ладонью его член. Он целует их почти взасос, оставляя колени вылизанными, с красными отметками, и тянется снова выше.       Кожа сладко пахнет гелем для душа. Джисон усмехается про себя, думая о том, как тщательно орудовал Минхо мочалкой. Может, он тоже так же сильно хотел всего этого? Волновался, готовился? У Джисона не остаётся сомнений, когда он тычется носом в мошонку, чтобы лизнуть нежное колечко мышц.       Минхо выгибается, машинально стараясь отстраниться, но Джисон настойчиво тянется губами к уже влажной от слюны дырочке. Он вылизывает Минхо как в первый и последний раз. Так отчаянно, вкусно, причмокивая.       Минхо хнычет, водит ногтями по бёдрам и сладко скулит. Джисон бы всё отдал, чтобы понять, что у него в голове, но, судя по тому, как покачивается член от ласки, ему нравится. Хан накрывает головку губами снова, влажно обсасывает, толкает её в щёки и пытается взять в горло. Не получается, но он упорный. Доводит Минхо полизываниями до сладких судорог.       Джисон не против, чтобы Минхо кончил ему на язык, но Минхо отталкивает его, накрывая член рукой. Пара капель попадает Хану на щёки, но это заставляет растянуть губы и закусить нижнюю.       Минхо глупо улыбается, рефлекторно продолжая водить ладонью по органу, и Джисон ловит момент, чтобы коснуться губами головки. Он слизывает сперму с самого кончика, буквально вычищая член. У Минхо поджимаются пальчики на ногах, а Джисон позорно кончает без единого прикосновения к себе, пачкая джинсы.       Джисон вздрагивает, когда Пирожок нагло запрыгивает ему на поясницу и деловито шагает по спине, голове и спрыгивает на живот Минхо, чтобы уместиться там, свернувшись калачиком.       — Пирожок, ну ты чё, у нас тут интим, имей совесть, — шипит Минхо, пытаясь согнать наглую рыжую морду, а Джисон смеётся, когда Пирожок невозмутимо продолжает на нём лежать.       Джисон снова ложится рядом. Целует Минхо в голое плечо, а Пирожка — в нос, наклоняясь.       — Пирожок считает, что на сегодня хватит, — посмеивается Джисон, касаясь губами линии челюсти Минхо.       — Это нечестно, — вздыхает он, поглаживая кота по голове, прижимая ухи.       — Почему?       — Потому что я тоже хочу зацеловать тебя до остатка. Чтобы тебе было приятно.       — Мне было. Очень, — улыбается Джисон и целует в кончик носа.       — Прямо очень? — скептически уточняет Ли.       — Я кончил только потому, что целовал тебя, — шепчет Джисон и тычется носом в шею Минхо.       — Ты слишком чувствительный.       — Это плохо?       — Не знаю, но мне нравится.       Джисон касается его губ и утягивает в сладкий поцелуй, а рукой накрывает макушку Пирожка, почёсывая между ушками.