Парень окутанный тайной

Надо его переодедь. Не капли не колебаясь, я начал расстёгивать ему ширинку. Но все же, на секунду я отошёл. А вдруг я наврежу ему? Не сдержусь, и... Даже страшно об этом думать. Но опять же, руки не слушались. Они сами стянули штаны, и положили их в шкаф. Я старался на него не смотреть. Получалось слабо, но! Я надел на него пижамные шорты, и даже не сорвался. С тем же успехом снял чёрную футболку, и вместо неё нацепил светло зеленую пижаму. Я представил, как он проснётся утром и удивится: заснул на скамейке в уличной, а проснулся дома в пижамной одежде. Хотя, вряд ли он вообще что то вспомнит. Илья переодет. Но что делать теперь? Пожалуй полежу с ним пять минут. Я пододвинул его к стенке кровати, а рядом лёг сам. Он становится ещё милее когда пьяный. Я дышал в его ритме, и уже начал засыпать. Смотреть как человек мило спит, оказалось не так скучно. Но от этого можно заснуть самому. Но хорошо что я опомнился. Встал. Мельком кинул взгляд на Илью, и убедился, что он все так же мирно спит. Пришло время уходить. Подумалось мне, и я сразу загрустил. Хочется побыть с этим парнем ещё ненадолго. Почувствовать его тепло, может, коснуться. Пока что, это только мечты и фантазии. Но, это пока что... Я вылез через окно и поспешил с своему дому. На следующее утро в школе Это было даже лучше, чем я себе предстовлял. Илья сидел на парте, и крутил ручку в пальцах. Он явно не слушал того, что говорит учитель. -Илья! Ты вообще меня слушаешь? О чем я только что рассказывала? - Ручка выпала из его рук, и покатилась по полу. Даня встал и открыл рот. Но не одного слова из него не вылетело. За этим было наблюдать и забавно, и жалко. Поэтому я решился ему подсказать: -Строение тела человека. Мы печень обсуждаем. - Илья повторил тоже самое. Училка ничего не заподозрила. Поэтому два не поставила. Он сказал мне тихое спасибо, и продолжил заниматься тем, чем занимался до этого случая. До четвертого урока ничего интересного не было. Все так же. И дабы развеять эту скучную атмосферу, я решил прогуляться. И было же моё удивление, когда на заднем дворе я встретил плачущего Илью!