Глава 21
1 сентября 2024 г., 00:05
Дата: 19.01.0008
Планета: Ферос
Система: Тезей
Сектор: Бета Аттики
Размер не имеет значения. Посмотри на меня. По размеру меня судишь, так? Гмм? Гмм... А не должен ты. Ибо мой союзник – Сила, и могущественный союзник она.
Магистр Йода
– Приветствую тебя, мой юный падаван, – добродушно басит Старый корень, явно находясь в хорошем расположении духа, – Раз ты здесь, значит – смог. Показывай. – И тебе не хворать, наставник, – в тон ему отвечаю я, – Как ты, старый? Плесенью ещё не зарос, на одном месте сидючи? – Ты мне корни не заговаривай, – притворно «хмурится» он, – Плесень он здесь нашёл. Показывай, давай, чему научился. И я показываю. Привычно – уже привычно – «открываю разум», и моему взору открываются удивительные пси-краски Фероса. Могучий и ровный зелёный водоворот силы вращается вокруг грузной, сияющей синими всполохами биотики, туши Торианина. Кое-где водовороты поменьше тут и там тянутся по всей видимой моему новому зрению части планеты, обозначая близкое присутствие к поверхности его нервных узлов-деток. Ровным бирюзовым цветом светятся погребённые под кучами битого щебня протеанские артефакты. В паре мест замечаю небольшие силовые купола странного желтовато-серого цвета. Красиво! Насколько же чётче и красочней воспринимается мир! Почему я раньше не додумался до столь простой вещи – посмотреть вокруг другими глазами? После открытия нового аспекта моего восприятия я уже и представить не мог, как обходился без него раньше. Старый корень одобрительно следит за мной, очевидно понимая всё, что я чувствую и ощущаю. – Неплохо-неплохо, – не скрывая за меня гордости, гудит он, – Чувствую, открылся прямо на полную. До самого донышка. Молодец! – Твоя наука впрок пошла, – посылаю ему скупую улыбку, – Как насчёт продолжить обучение? – А и продолжим, – усмехается он, – Вот только для начала похвастаться хочу. Я, ведь, тоже без дела не сидел. Вот, смотри. Откуда-то из недр его необъятного тела выплывает довольно приличных размеров блестящий металлический шар и зависает передо мной. – И чего? – недоумеваю я, – Шар. Металлический. Твёрдый, наверное. – Твёрдый, – подтверждает Торианин, для демонстрации прихватывая телекинезом увесистый булыжник и швыряя его в шар. Размазавшись от скорости, камень врезается в зеркальную металлическую поверхность и вспухает облачком пыли и мелких осколков, не оставив после себя ни единой царапинки. – Круто! – говорю я, – Это ж какая у него твёрдость должна быть? – Дальше смотри, – нетерпеливо прерывает меня наставник. А дальше происходит реальное чудо. Были бы у меня глаза, выпучил бы от изумления. Металл, только что без последствий испытавший нехилое такое кинетическое воздействие, начинает натурально течь, меняя форму. Вот он превратился в куб, потом в параллелепипед, в пирамиду, конус, призму и плавно возвратился к своему исходному состоянию. – Фигассе! – говорю я, – Дед, что это только что такое было? – Вот это, падаван мой юный, силовой ковкой зову я, – довольный произведённым эффектом, гудит он. – Да ладно! – говорю, – Хорош уже! Из тебя Йода, как из меня президент Зимбабве. Это что, реальная силовая ковка была? – Самая что ни на есть взаправдашняя! – торжественно заявляет он. – Жесть! Я тоже так хочу. – Погодите, детки! Дайте только срок…, – начинает он. – … Будет вам и белка, будет и свисток, – заканчиваю я, и мы весело хохочем над незамысловатой шуткой…---
– … Прошу подсказку зала, – говорю я некоторое время спустя, провалив очередную попытку «слияния с Силой». – Проси, – охотно разрешает старый хрыч, отвлекаясь от изничтожения очередного обломка Жнеца. Именно его обломки испускали тот мерзкий желтовато-серый цвет, прикрывая себя куполами скрытности от всевидящего взора Торианина. Тот, после недолгого исследования, нашёл эти порождения мрака несомненно вредными и безусловно опасными. После чего исторг из себя клон дитакура с наказом пройтись по указанным координатам и с помощью «деструктуризации» изничтожить творения извращённого разума. Сам же он за этим процессом с удовольствием наблюдал. – Прошу, – повторяю я, – Нужна подсказка. – Зал отказывает, – равнодушно отзывается Старый корень, – Плохо просишь. – Подскажи, как просить хорошо, – терпеливо говорю я. – Единение и боевое предвиденье, – получаю я немного раздражённый ответ существа, отвлекаемого от несомненно архиважных и крайне полезных занятий. – Это цена? – немного обескуражено спрашиваю я. – Больно надо! – фыркает он, – Это тебе, балбес, подсказка из зала. А теперь учись и не отвлекайся на ерунду. То есть, другими словами, свали и не мешай. Вот, ведь, пенёк трухлявый! Ну что стоило нормально объяснить? Но Торианин теперь единственный в двух галактиках древовидный джедай размером с планету, основная задача которого – выражаться как можно загадочней и напускать побольше туману. С чем он, кстати, очень неплохо справляется – как в прямом, так и переносном смысле. Единение и боевое предвиденье – что он имел в виду? Единение – это слияние разумов. Так, стоп! Слияние разумов, слияние с Силой… Кажется, теплее… А боевое предвиденье – это слияние со временем, что бы это ни значило. Однако, Плакса говорила, что это вроде работает только для органиков. Хотя откуда она в виртуале органику видела – тоже вопрос. Наставник поставил эти два умения на одну доску. Почему? Что между ними общего? Не, ерунда какая-то выходит… А если зайти с другой стороны. Что, если это намёк – жирный такой, такой же, как и… некоторые – не будем показывать пальцем. Даже два намёка. Получается, он мне прямым текстом сказал, что делать надо. Так что зря я на него бочку крошил и батон катил. Нормальный у меня учитель, хоть и вредный немного. И теперь давай разберёмся. Намёк первый: в режиме «открытого разума» «единение» работает с силой точно так же, как и с обычными разумными. Ха, кто там не верил, что Сила живая? Впрочем, это из другой оперы. Намёк второй: единение с Силой – опасно. Как там в инструкции говорится? Заставь её почувствовать себя? Ключевое слово здесь – «заставь». А когда кого-то заставляют, то можно и ответку схлопотать. И в случае с Силой ответка может быть практически любая, вплоть до смертельного исхода. Так что контроль и ещё раз контроль. И, в случае намёка на неблагоприятный исход, рвать контакт и срочно «всплывать». – Что скажешь, Анжел? – мысленно шепчу я. – Вероятность негативного сценария – 7.36%, – откликается она, – Это довольно рискованный шаг, Михаил. – Наставник рядом, вытащит если что. Да и ты подстрахуешь, – легкомысленно отмахиваюсь я, – А риск… В конце концов, кто не рискует, тот не пьёт амброзию. До меня доносится её неодобрение с лёгким привкусом веселья. Это что-то новенькое! Анжелика веселится – это достойно внесения в анналы.---
Открываюсь окружающему меня миру и моему взору предстаёт такая привычная, но не перестающая быть не менее захватывающей картина окружающих меня энергетических потоков. Подключаю «единение» и осторожно пытаюсь прицепиться к маленькому шаловливому вихрю, созданному Торианином специально для тренировки. Тот, как намыленный, стремительной зелёной змейкой легко ускользает от оков «единения», хаотично перемещается, то пропадая в одном месте и появляясь в другом, то вспухая целыми гроздями колючек, перед которыми моё умение пасует и трусливо поджимает хвост. Не сдаюсь и упрямо повторяю попытки, раз за разом терпя неудачу. Понимаю, что что-то делаю не так, но упрямая гордость заставляет снова и снова наступать на одни и те же грабли. Всё-равно я тебя поймаю, мелкий засранец!.. Могучее ментальное воздействие вышибает меня разом и из «единения», и из «открытого разума». Краски мира блёкнут, а маленький зелёный вихрь исчезает из виду – как и не было его вовсе. – Какая буква в слове «слейся» тебе непонятна, ученик? – рассерженным трансформатором гудит Старый корень. – Но ты же сам сказал…, – запальчиво начинаю я и осекаюсь, придавленный мощным ментальным посылом. – Сказал что? – вкрадчиво спрашивает он. – Единение…, – полупридушенно пищу я, сжатый тисками его воли. – Знаешь, какое главное условие применение этого умения, дубинушка ты стоеросовая? – утомлённый моей непонятливостью, спрашивает дед, выпуская меня наконец из захвата, – Добровольное согласие. Доб-ро-вольное. Где ты там вообще согласие увидел, ученик? Ты мою «лозу» не почувствовал даже краешком, а уже с путами прибежал, раздухарился. – Опять налажал? – виновато спрашиваю, признавая его правоту. – Не без того, – усмехается мой наставник и продолжает, – Ты пойми, ученик, формула эта, по познанию Силы, тысячелетиями, если не десятками тысяч лет, изобреталась, шлифовалась и до ума доводилась. В ней каждое слово как в строю на своём месте стоит – не стронешь. И изучать её надо постепенно, шаг за шагом – будто по ступенькам идешь. Это уже потом, когда изучишь всю лестницу до последней досточки, до самого ржавого гвоздика, можно и наверх запрыгивать через все ступеньки разом. А пока – шалишь! – Спасибо, учитель! – говорю я с чувством, после долгой паузы. – Не за что, – хмыкает он, – И да, чего встал? Продолжаем учёбу! Разум открой свой и Силу познай мою, падаван юный! Вот ведь тролль миллионлетний! Ему бы на-пару с Йодой в цирке на полставки выступать, а не на Феросе начальником работать.---
