В канаве душевнобольных

Я предпринял попытку пошевелить своими конечностями. Невероятная удача, что они у меня в принципе имеются. К сожалению, свободно подрыгать ногами, или что там у меня нынче за отростки, не удалось. Почувствовал сопротивление. Ощущения довольно странные, будто бы нахожусь в густой однородной массе, которая вздумала нежно утопить меня в своих вязких объятьях. Как трогательно. А если серьёзно, то спасибо, не надо. Со всех сторон облепила, гадина такая противная. И ладно бы только это. Но нет! Наглая субстанция уже вовсю хозяйничает и внутри моей телесной оболочки. И как давно? Удобно там тебе? А удобно ли мне, подумала? А я подумал? Приличия ради, я ещё немного повозмущался и смирился с обществом жижи. Пусть пока себе хозяйничает на здоровье, мне тут над другим пораскинуть мозгами надо. Я планировал было перейти к занимательным размышлениям о сути своего существования, но невесть откуда взявшийся Инстинкт Самосохранения забил тревогу. А тебя то кто вообще сейчас встревать просил? поздно, дорогуш, раньше надо было высказывать все свои фи. Мы с жижей давно породнились. Мы с ней одно целое и нечего тут нам претензии предъявлять! Тема закрыта, вопрос отвечен. соизвольте отвалить. Нет, не отстаёт. Настырно требует внимания. Представляете, ещё приказывать мне вздумал. "Немедленно выбирайся, придурок", говорит. А что у нас за тон такой? С чего это сразу придурок? И вообще, что за внезапная паника? Куда выбираться? Зачем? Естественно, никаких внятных объяснений не последовало. Лишь самый гаденький из всех возможных ответов: "надо". Ну надо, так надо. Скажете, что я опять уж слишком быстро смирился? А кто я такой, чтобы перечить инстинктам? Да, кстати, кто я такой? м? Так и быть, отложим все провокационные вопросы до того момента, когда наконец удастся подышать. Так мне ещё и дышать надо? Какая же я, оказывается, проблемная форма жизни, надеюсь хоть обаятельная. Подгоняемый внезапным и совершенно неоправданным желанием выжить, пытаюсь сориентироваться в пространстве. Пришлось положиться на госпожу Интуицию. Следуя её приказам, я снова пытаюсь шевелить всем чем можно и нельзя и, кажется, меняю своё положение. Нащупываю ногами нечто похожее на дно. Отталкиваюсь от него и начинаю куда-то продвигаться. По пути я то и дело натыкаюсь на куски.. мякоти? По крайней мере, на ощупь что-то подобное, иногда похожее на более плотную кашицу, чем сама слякоть, в которой я тут барахтаюсь. Чем дальше пробираюсь, тем больше встречается злосчастной мякоти из-за которой приходится буквально прорывать себе путь. Моё почтение Интуиции. Направление оказалось верным и в конечном итоге мне удалось выволочь свою драгоценную тушку на поверхность. Родился, получается. Я тут же сплюнул дрянь, которая забилась во все доступные и не очень места. Неплохо так откашлялся, чуть не распрощавшись со внутренними органами. Я только отдышался, а эта зараза начинает утягивать меня обратно. Какая же собственница эта жижа! Не поддаваясь панике, я стал медленно продвигаться вперёд, задрав голову и хватая воздух ртом. Снова приходится расчищать пространство перед собой от ошмётков неизвестного происхождения. Когда я руками нащупал перед собой устойчивую опору в виде земли и немного прополз на животе вперёд, Самосохранение облегчённо выдохнуло и, совершенно неискренне пожелав удачи, отстало от меня. Какой же всё-таки я у себя самостоятельный! Сам себя спас, сейчас сам себя похвалю за это и продолжу задаваться вопросами. Но как следует поощрить себя хвалебными одами я не успел, ведь первым делом мой организм потребовал хорошенько проблеваться. Да без проблем. С удовольствием! Приподнявшись на локтях, я расставался с остатками чего бы то ни было. Тем временем липкая жидкость медленно стекала с моего тела, вызывая лёгкий зуд. Лишь бы не засохла и не пришлось отдирать её позже вместе с кожей. Я попытался разлепить слезящиеся глаза и как же повезло, что я не догадался открыть их раньше. Первое, что я имел честь увидеть в полуосвещённом.. месте моего захоронения? или рождения? пещере? было ещё приемлемым и более менее ожидаемым. Передо мной покоились комки слизи, вперемешку с кровью и желчью на земляном полу пещеры (пусть будет пещера, так и быть), которыми меня только что вывернуло. Слизь, кстати, ядрёного зелёного цвета, полупрозрачная и слегка светящаяся. Интересненькая. Похоже, сок какого-то ядовитого растения или вроде того. А может просто жидкость такая. Не разбираюсь. Или не помню. Одним словом - жижа. Будем и дальше придерживаться выведенного мной термина. Тут мне внезапно пришла гениальная идея. А именно быстро, жёстко и без сожалений добить свою ещё не расшевелившуюся психику (если там есть что добивать). А что, если добить с самого же начала, потом уже и жалеть нечего будет. Я решил гордо взглянуть на поверженную мной лужицу. Пусть знает какого это иметь дело с самим мной. Немного отклонив затёкший корпус вбок, я глянул назад на мерцающее болотце. Видала как я тебя! На противоположном берегу, у кромки водоёма, оказались заросли растений причудливой формы и расцветки. Чего только стоят эти светяшки-завитушки! Они ещё и шевелятся, дышат чтоли? Сразу видно, ждали моего появления, вон как разогнулись. Как же приятно получить такой радушный приём. Проморгавшись, я перевёл взгляд на саму, мерцающую оттенками зелёного, лужицу и различил на её поверхности плавающую мякоть... ага, ту самую, точнее... я прищурился. Кхм! Куски чьей-то.. надеюсь не плоти? Нет же? Я не успел рассмотреть наверняка, так как глаза снова заслезились от резкого специфического запаха. Ага, разлагающегося мяса, его самого. Обоняние, а где вы всё это время прохлаждались, спрашивается? Ничего, что я во всём этом плавал, а вы являетесь ко мне только сейчас? Да я ж измазан в этом супчике по самые уши! У меня это в ноздрях! И во рту.. и везде... и как я только сам там не расщепился и не слился в единый сгусток со всем остальным добром, что там плавает? Сколько я там переваривался и как туда попал? Сам или мне великодушно помогли? Опять вопросы, которые придётся точно так же как и все предыдущие, отложить до лучших времён. Все мысли вытесняла нарастающая боль, пульсирующая где-то в области желудка. Осознание увиденного спровоцировало очередной рвотный позыв и я не стал себе ни в чём отказывать. Я от души поизвергал из себя кровавой желчи. Глотку нещадно жгло, подступали новые приступы тошноты, а блевать скоро стало нечем. В голове пульсировала лишь одна единственная мысль: надо уползать отсюда, пока у меня изнанка с наружей местами не поменялась. Правильно, а то если завитушки не только дышать да разгибаться умеют... я тут подумал, пожалуй не стану мешать вашей трапезе, милейшие цветочки, или кто вы там. Приятного аппетита! Домучивая изнывающее от перенапряжения тело (ну я и неженка конечно), я выбрал произвольное направление и пополз вглубь пещеры. И чем дальше, тем темнее становилось, Но это не важно, главное двигаться. Просто подальше. Подальше от этого всего. Без понятия, на какое расстояние я смог себя перетащить, но я хотя бы пытался. Вскоре, я обессиленно грохнулся на прохладную землю, которая помимо того, что забилась под ногти, так ещё и как-то попала мне в рот. Её сплёвывать сил нет. Руки отказываются шевелиться, а ноги даже не планировали. Заявляют, что своё уже отработали. Что это ещё за бунт? Так дело не пойдёт! Я решил сменить тактику передвижения - завалился на бок и начал потихоньку перекатываться в сторону выхода. Надеюсь, что действительно выхода, а то не хотелось бы обнаружить там тупик и возвращаться. Я стал считать. Один переворот, вот второй уже, третий... да я хорош! спустя 7 таких издевательств над и без того изнеможённым телом, я приостановился. А потом, кажется, рассмеялся вслух. Вслух же всё-таки или нет, я сначала не особо понял. Лежал я на спине, поэтому пришлось поднапрячься и повернуть голову набок, чтобы отхаркнуть, подступившую после моего хихиканья, кровь. Земля тоже частично с ней вышла, это успех, господа. После этого я опять издал партию гортанных звуков, являвшихся очередным приступом смеха. Да, теперь точно вслух. Отчётливо слышу как надрываюсь. Это я такое своим ртом рождаю? Отлично. Уверен, я способен и на большее. Я прикрыл веки. Не знаю сколько я так провалялся, как полагаю, пребывания в состоянии отключки, во время которой мне даже не привиделось ничего дельного. Вообще ничего. А должно было? В любом случае, очнувшись, я обнаружил, что ощущаю себя просто прекрасно, если сравнивать с тем, что было до этого. Даже спазмы в желудке не помешали с первой же попытки принять сидячее положение. - Комментировать вслух могём? Ещё как могём! Так ещё и голосок мой почти прелесть! Звучный, правда с заметной хрипотцой. Но оно и понятно из-за чего, так проблеваться никому не пожелаешь. Пребывая в полнейшем восторге, я сплюнул накопившуюся кровь, а потом на всякий случай ещё раз прокашлялся, чтобы уж наверняка. Поразмыслив над тем, что делать дальше, я вдруг понял, что испытываю дикий, чтоб его, голод. Из-за него даже пришлось отогнать рвущиеся из меня шуточки про трапезу тех славных цветочков, а то бы опять пришлось блевать от воспоминаний про мякоть. Или только от голода? Кстати о воспоминаниях. Нет, сначала поесть. Например, ароматно смердящей и наверняка аппетитной мякоти! Я подавил рвотный рефлекс. Нужно срочно поесть. и никакой-то там заботливо приготовленной для меня светяшками-завитушками кашицы, юморист ты недоделанный! - А ещё было бы неплохо приодеться, негоже голым по пещерам скакать и смущать местных растений таким, я уверен, шикарным видом. А возможно и другую живность. Её наверняка можно будет съесть, так же как и эти самые растения про которые ты говоришь. Они должны быть питательными. - Ой, да подожди ты, тоже мне, зов желудка тут нашёлся. Потерпишь, куда денешься. Для начала я решил заняться процессом самопознания, осмотривая своё тело. Настолько, насколько позволяло ещё не привыкшее к полнейшей темноте зрение. Надо же знать, с каким тельцем дело имею. Две ручки, и две ножки в наличии, голова к туловищу крепится надёжно, что почти самое главное. Внезапных щупалец, хвостов, усиков, копытц и шерсти в ненужных местах пока не наблюдается. Рожки.. зарываясь пальцами в слипшиеся от жижи волосы, я тщательно прощупал свою голову. Какая досада, нет никаких рожек. Даже намёка хотя бы на одну единственную шишечку. Ну и ладно, пережить можно. Так, что ещё, кишки наружу не вываливаются, кости.. да вроде целые должны быть. Утолить голод, срочно! потом себя пощупаешь! - Имею право поразглядывать себя красивого! Пощупать уж тем более! Поесть! Побыстрее! Я мысленно посылал самого себя куда подальше пока, к своему удивлению, довольно легко поднимался на ноги. Я перекатился пару раз с носков на пятки, чтобы подольше поизмываться над негодующим желудком. Потом всё-таки направился вперёд. Равновесие я держал отменно. Вышагивал бодренько. Как будто и вовсе не меня недавно (недавно ли?) корёжило от любого неосторожного вздоха. Как-нибудь попозже узнаю, нужно ли мне всё-таки дышать или же Самосохранение наглейшим образом развело меня на телодвижения, а пока заимствую здешний воздух, раз бесплатно раздают. В проходе я заметил заманчивое свечение. Отгоняя мысли о возможности наткнуться на болото с жижей похуже, продолжил идти. Спустя некоторое время я вышел на освещённую подземную полянку. У меня почему-то стойкое ощущение того, что я нахожусь где-то именно под землёй и никак иначе. Но это не так важно, потому что знаете чем освещена полянка? Представьте себе, грибами! Огромными грибищами! И никаких жиж! Стоят такие все из себя важные, красуются всевозможными оттенками синего. Белёсыми пятнами на шляпках светят. Какие-то прямо из пола растут, некоторые на стенах пещеры расположились. Так ещё и на них самих другие грибы сидят. Мелкие грибули! Какая же милота. Я придумал, чем сейчас затыкать желудок будем! Я скуксил мордашку и стал жалобно вглядываться в надменно смотрящие на меня шляпки. - Проявите же сострадание к голодающим! Пожертвуете детишками? Кажется, они приняли меня за своего, потому снисходительно промолчали. Даже не пошевелились. Я посчитал это за положительный ответ и посрывал парочку. Недолго думая о последствиях такого перекуса (хорошо-хорошо, просто не думая), откусил шляпку одного из счастливчиков. Как только хрустнула кожурка и рот наполнил находящийся внутри сок, я сразу же почувствовал его ненавязчивый кисловато-сладкий вкус. И это. Было. Восхитительно! Одобренный мной кусок отправился прямиком в желудок. Ну что, доволен? Теперь я уже не мог остановиться. Я срывал и жевал. Жевал и глотал. Чаще сразу глотал. Даже приятное чувство сытости меня не остановило и я стал превышать дозу. Никакого положительного, как и отрицательного эффекта переедание не дало. Поэтому я особо не обратил внимания на свой внутренний призыв прекратить лишать жизни грибуль. Вдоволь налопавшись и измазав все руки и мордаху в светящемся соке, я решил временно сменить деятельность. У меня появилась гениальнейшая идея! Да, снова и да, я её реализую. Но для осуществления задумки мне сперва пришлось немного повозиться с отколупыванием засохшей мерзости. Её осталось на мне приличное количество. Отлеплял я это всё крупными пластами. К моему счастью, подсохшая пакость отлично снималась. Моя шкура осталась цела. К своим вольсьям, доходящим мне до плеч, я сначала не собирался прикасаться. Но потом меня вдруг охватили смутные сомнения. А что если мне придётся потом выдёргивать волосы с корнем? Я гневно стал вычёсывать из них катышки жижи. Завершив процедуру, я заключил, что можно приступать к реализации. Сорвав и разломив грибочек, я выдавил его сок себе на ладонь. Зачерпнув жидкость пальцем другой руки, нарисовал себе на бёдрах, руках и животе странные руны. И ещё забавные рожицы. Они то точно лишними не станут. Раз нет одежды, будут рисуночки! Светящиеся! Жаль, что некому продемонстрировать сие великолепие. Шляпоголовые вот снова молчат. Тихо одобряют. И для кого я тут стараюсь? Где безудержный восторг и ликование? Закончив с нательной живописью, я решил во что бы то ни стало найти благодарного зрителя. Я сорвал и запихнул за щёки пятерых представителей шляпных. Это про запас, мало ли в пути что-то сотрётся, а подправлять нечем. Случайно заприметив неизведанный проход прямо над одним из особо крупных грибов, я понял, что мне нужно именно туда и начал вскарабкиваться наверх. Достигнув наконец цели, подтянулся и влез в тоннель. Пришлось передвигаться ползком, так как проход этот оказался не таким широким, как я его себе представлял. И это даже для моих габаритов. А мне их пока кроме как с грибами сравнить не с чем. Где вы таких гигантов то видели? Я вот.. не помню. Проталкиваясь всё выше (тоннель то ещё и под наклоном оказался), я чувствовал лёгкое головокружение. Оно провоцировало поддавался неконтролируемым приступам смеха. Пока я полз и злобно похихикивал, а ползти по ощущениям мне придётся ещё приличное количество времени, я решил, что вот оно самое, настало то долгожданное время для провокационных вопросов. Подышали, поели и хватит, пора и чем-то действительно полезным заняться. С чего бы начать? Да хоть с моей памяти, а точнее с её отсутствия. Не будем повторяться и задаваться такими банальностями о том кто я, как я и зачем, а сразу перейдём к чему-то действительно интригующему. Число 317 например, вам о чём-нибудь говорит? а? Вот и мне пока молчит. Эти три загадочные цифры только что решили заявить о своём существовании и в наглую отказываются давать какие-либо намёки о том сакральном смысле, что они в себе несут. Надо запомнить и обязательно куда-нибудь записать. А я как знал, что грибули мне ещё пригодятся! Чтож, пока мысленно для себя три циферки отметили. Какие же ещё интересности подкинет кашица в моей черепушке. То что сейчас там творится иным словом обозвать не могу, кашица и всё тут. Заваривается пока, придётся подождать. Конечно оставаться в полном неведенье о том, что тут вообще происходит, очень волнительно и занимательно, и всё же.. А я всё ещё ползу, представляете? Мысленно болтаю с вами и ползу. Пока не знаю кто вы, но наверняка примилейшие обитатели моей больной посудины для заваривающейся кашицы. А вообще, могли бы и диалог поддержать приличия ради, не всё же мне одному тут речи свои вести. Голоса в голове на то и заводятся, чтобы выводить из себя носителя нескончаемым потоком бессмыслицы. Почему мне всё за вас и вместо вас делать приходится? Тоже ещё не растормошились? Молчите? Впрочем, можете пока и помолчать, потому что только что меня осенила одна очень важная догадка о самом себе. Я же самый что есть настоящий ценитель изысканного трёпа ни о чём. Да пред вами пустослов необыкновенный! А что это значит? Пра-а-авильно, мне невероятно повезло с таким замечательным талантом, ведь чем больше я болтаю даже в таком формате, тем выше шансы вывести себя на дельные мысли, которые натолкнут на воспоминания о чём-либо. Хорошую же я тактику избрал! Ещё не устали? Я вот устал ползти и вы потерпите. Замечаете? Вы тоже это замечаете? Мои словесные конструкции с каждым ползком становятся всё более уверенными и навороченными, а это значит что... как жаль, что вы не сможете узнать что именно, ведь я всё-таки куда-то да выполз. Придётся обозревать для вас местность, мои молчаливые наблюдатели. Итак, у нас тут... ага, так я вам и описал где нахожусь, стоя в кромешной темноте. Даже мои нательные рисунки не спасают ситуацию. Они светятся, если вы забыли. Не знаю как вы, но я вот постараюсь по возможности всё запоминать и иногда напоминать кое о чём вам, чтобы вы мне потом тоже что-нибудь важное напоминали, а то мало ли. Предлагаю вот такое сотрудничество. Уновор? Восприму ваше упрямое молчание за категорическое согласие. Зарекаюсь, когда-нибудь мне всё-таки удастся вас разболтать. А пока пройдёмся по местности остальными органами чувств. Так вот, под ногами земля. Сыренько, не особо приятно, тут и поскользнуться можно. Воздух влажный и какой-то уж слишком... тягучий чтоли? Довольно странные ощущения, которые даже для меня не поддаются описанию. С вашего позволения пройдусь вперёд, не стоять же мне тут всё время. Я нащупал прохладную стену пещеры, осторожно продвигаюсь дальше. Слышно лишь мои шлёпанья по земле в гнетущей, явно предвещающей нечто увлекательное, тишине. А ещё пованивает тухлятиной и так подозреваю, что это от меня. А я был прав! Внезапно нарастающий топот чьих-то ножек всё уверенней подкреплял во мне желание принять участие в увеселительной авантюре. Кто же там? Естественно, я пойду посмотреть поближе, какие ещё меры предосторожности? Напоминаю, Инстинкт Самосохранения меня уже давно оставил, так что извиняйте. Я просто из любопытства. Да ничего мне не будет, что за внезапная паника и попытки отговорить действовать необдуманно? Я ускорил шаг и завернул в очередной подземный проход, откуда и доносится звук бегущей толпы. Всё так же темно, но моё зрение понемногу начинает подстраиваться, давно пора бы. Я выглянул из-за стены и различил активное копошение существ. Прелестные букашечки! Целый табун. Как понимаю, ждёте описания? Я конечно вижу сейчас только силуэты, так ещё они и передвигаются плотной кучей, но всегда пожалуйста. Ради вас попытаюсь приглядеться. Не знаю из какого биома сомирья вы пролезли ко мне в голову, но если вы знаете как выглядит тля, то вам крупно повезло. Внешне, уверен, что что-то похожее, только каждая из букашек мне примерно чуть ниже колена. Я действительно настолько мелкий или тут все такие переростки? Пока я мысленно пытался сопоставить свои размеры со всем, что мне тут до этого успело повстречаться, букашечки скрылись за поворотом в другом проходе. А меня подождать не желаете? Я сорвался с места и помчался за ними, надеясь случайно не налететь на стену. Двигались они одним общим потоком и я решил влиться в этот сплочённый коллектив. Я нагнал бегущих и постарался примкнуть к ним. Но когда те заметили, что я ненавязчиво вклиниваюсь в их ряды, издали грозное шипение, тут же поотскакивали от меня в разные стороны и ускорили темп, решая оставить меня позади. Вот так вот, не приняли меня. Обидно? Да! Остановит ли это меня от новых попыток наладить дружескую связь с животинкой? Нет конечно! Я с ними ещё как пообщаюсь! Я продолжал отчаянные попытки добиться их расположения, ни одна из которых не увенчалась успехом. И тут внезапнейшим образом передо мной встал вопрос выбора. Впереди вдруг показались два тоннеля и букашки разделились. Хотят запутать меня, вынудить играть по своим правилам. Вызов принят, букашеньки! Нужно было срочно решать один из сложнейших философских вопросов: "налево или направо", пока я не успел впечататься носительницей кашки в стену. Я взвесил все "за" и "против" и сразу же повернул назад. Ведь там я услышал новый бегущий поток! Ну извините, не готов я ещё к таким серьёзным размышлениям, мне нужно ещё набраться жизненного опыта или воспоминаний о нём. Зато я сделал выводы и тепепь знаю, как наладить коммуникацию! Я долго мучился с этими несговорчивыми зверушками, решив обогнать, занять позицию лидера и повести строй. В какой-то момент мне это удалось и я отчаянно петлял с остатками букашек по ходам пещеры, направляя особо приветливых в далёкое неизвестное за собой, пару раз всё же налетая на недружелюбно настроенные стены. В итоге мы решили сделать привал, ведь букашки, которых я теперь предусмотрительно пропустил вперёд, чтобы если что вдруг помочь отстающим, начали медленнее перебирать лапками и не так сильно на меня огрызаться, скалясь клыкастыми челюстями. Вымотавшиеся, они повалились на землю. Конечно, столько носились то. Нескольких я добродушно взял на ручки, недоумевая от чего это они начали визжать и извиваться, а потом перенёс эту шипящую кучку на замеченную мной подземную полянку, где я снова повстречал странные растения, позволяющие получше рассмотреть обстановку. Те, кто не был удостоен моих дружеских объятий остались лежать на земле. Ничего, потом догонят. А вот с этими теперь то, наконец, и пообщаемся. Я заботливо уложил своих новых собеседников на мягкую травянистую поверхность и заметил в их поведении что-то неладное. Странно подёргивая лапками и всё неувереннее открывая свои пасти, они совсем перестали на меня шипеть. Ну вот. Умерли. Я отчаянно пытался их расшевелить, надеясь убедить в том, что жизнь на самом деле прекрасная штука и не стоит так доводить себя из-за каких-то незначительных мелочей. Но они мне так ничего и не ответили. Я решил, что всё-таки не стоит перечить их воле, каждый должен иметь право на смерть и я не могу их за это осуждать. А вот заняться их захорзахоронением вполне могу. Я наметил для себя подходящее местечко для трёх будущих могил и начал выдёргивать траву, а после взялся раскапывать руками землю. а когда я завершал обустройство третьей выгребной ямы, то кое-что вспомнил. Всё это время во рту у меня оставались грибули! Да как я мог об этом забыть? А вы почему не напомнили? Вытащив одного счастливчика изо рта, я задействовал его в своём новом художестве. 317 на ляшке! И вы отметьте себе, что именно на правой! Теперь точно всё запомню. Остальных я тоже выплюнул и положил неподалёку. Налюбовавшись подготовленными усыпальницами, я стал бережно укладывать в них букашек. Так. А вот и первые посетители кладбища. Кажется, я только что различил чьи-то голоса. И нет, пока что, к сожалению, не ваши, а исходящие откуда-то снаружи. Сбоку. Я резко повернулся на звук и почти было застал двух уж больно подозрительных существ, вероятно ведущих всё это время за мной слежку. Вон как дёрнулись и в укрытие своё попрятались, я даже разглядеть их хорошенько не успел. О чём же вы там шепчетесь, мне вообще-то интересно! Я подобрал с земли одного грибулю и, стараясь не создавать лишнего шума, начал стремительно подкрадываться. Мне тоже посплетничать охота, так ещё они, кажется, на общем говорить умеют. Как же им повезло обнаружить такого замечательного собеседника как я. Я резко завернул за стену пещеры, за которой так наивно скрывались от меня те существа и резко выскочил перед ними. Хотел было вежливо поприветствовать, но тут же получил чем-то в лицо. Как недружелюбно с их стороны! Я больно ударился о землю головой. Так же вся кашка взболтается! Возмутительно! Я полежал так немного, усиленно вглядываясь в закрывшиеся веки, чтобы она перестала расплескиваться и, наконец, осела на дно. После того, как я был удовлетворён результатами, открыл глаза и перевёл взгляд на обступивших меня существ... я вдруг осознал. Я всё осознал. Это же... грибные божества! Я сел и начал восторгаться ими. Вы только посмотрите на их шляпища! Как светятся то, меня аж слепит! Но тут я заметил что-то не ладное. Я сразу понял, что с одним из них тут что-то не чисто. Его шляпка проигрышно меркнет на фоне другого. Ясно. Мне всё ясно. Ясно как свечение шляпки твоего непорочного собрата. Этот подлый удар пришёлся от тебя, гнилой гриб! Я тут же встал и высказал ему всё своё накопившееся недовольство. Запомните, никогда нельзя терпеть подобное отношение к себе. Даже когда к вам обращается само божество. Нет, не так. тем более, когда к вам оно обращается. Я стал гордо отступать, желая оставить последнее слово за собой и снова упал на землю. Сколько бы ты не ронял меня, шляпоносец, возомнивший себя вершителем судеб, я продолжу вставать и идти к намеченной цели. А моя единственная цель - отпевание душ букашек и об этом я прекрасно помню, тебе не сбить меня с праведного пути. Я стал уворачиваться от атак, насмехаясь над его тщетными попытками снова прибить меня к земле. Ненадолго его хватило, он почти сразу признал своё поражение передо мной. Я торжественно предъявил его взору грибулю, которая всё ещё покоилась в моей руке. Она оказалась надкусанной! Когда он успел? Я демонстративно спрятал её себе в рот, чтобы она больше не страдала от нападок гнилово шляпника. Оставив его, я удалился выполнять свой долг. Склоняясь над могилой и всматриваясь в лежащее тельце, я начал произносить молитву за упокой одного из умерших. Надеюсь, с её помощью, он разберётся как правильно отделять свою душу от тела. Пришлось немного поимпровизировать, а то я, к сожалению, не могу вспомнить точных слов Эдуарда о том, как оно обычно делается... так... так-так-таак. Какого ещё такого Эдуарда? А вот и первый персонаж из воспоминаний объявился. Я же говорил, что тактика действенная! Надо поразмышлять над тем, кто же это такой и обязательно сопоставить все факты при которых мне удалось вспомнить имя этого загадочного дядьки. Но сначала разберёмся с душами. Внезапно на меня снизошло озарение. Да как я только мог поступить с ними подобным образом? Не ожидал от себя такой вопиющей жестокости, почему вы мне снова ничего не сказали? Я почувствовал подступающие слёзы. Как можно хоронить товарищей поотдельности? Они слишком многое прошли лапка об лапку, чтобы я смел разделять их после смерти. Со всей теплящейся во мне нежностью, я переложил их в единую братскую могилу. После этого я встал перед ней на колени и рыдая в голос начал самозабвенно провожать моих славных букашечек в мир иной. Когда я молил божеств этих земель позаботиться о схороненных в них телах, я почувствовал, что начинаю терять сознание.