Мой генерал

      Ветер становился теплее, предвещая скорую весну. Предсказать изменения погоды было сложно — после катаклизмов сезоны сменяли друг друга в хаотичном порядке, словно законов природы больше не существовало. Нынешняя зима длилась 17 месяцев, но несмотря на столь долгий срок, привыкнуть к ней было нелегко. Солдаты, замечая подтаявшие участки снега на железной дороге, слыша отдаленное пение весенних птиц, радовались, как дети. За последнее время это были первые приятные новости. Они сделали короткий привал, чтобы перекусить и пересмотреть маршрут.              Грег продолжал хмуриться, глядя то в карты, то на термометр, то в ясное небо. Дальнейшее путешествие могло стать проблемой, ведь из транспорта у них были только снегоходы — никто не мог подумать, что они вдруг могут стать непригодными из-за внезапно наступившей весны. Лейн, заметив его необычную угрюмость, поравнялась с мужчиной и присела рядом на поваленное бревно. — Какие у нас планы? Может, рискнем завернуть в ближайшее поселение?       Следуя вдоль железной дороги, они наткнулись на неприятное препятствие: прямо посреди путей проходил глубокий разлом. Вероятно, он возник при землетрясении еще около трех лет назад. Разлом простирался дальше, чем хватало взгляда, и терялся где-то в гуще темного леса с одной стороны, а с другой — достигал поселения, которое находилось совсем неподалеку. У отряда оставалось лишь два варианта: поехать вправо вдоль разлома через лес, надеясь, что он когда-нибудь закончится, или повернуть налево, рискуя столкнуться с людьми, но сократить при этом часы, а то и дни пути. — Боюсь, у нас может не быть выхода, придется ехать через деревню. Если свернем в лес, можем разминуться с группой из «Адама», есть риск остаться без связи, и вообще… — он продолжил рассуждать вслух, — а поселение вполне может быть покинутым, думаю, еще после начала землетрясений люди должны были эвакуироваться.       Лейн кивнула, соглашаясь. Она не совсем разделяла опасений отряда по поводу чужаков, в конце концов, чем команде, состоящей в основном из тренированных солдат, да еще и с тремя бессмертными, могут угрожать простые люди? Однако держала свои мысли при себе. Не хватало еще снова испортить отношения и навлечь на себя неприятности. — Странно это все, — пробормотала она себе под нос. — Что именно? — Зачем они послали людей из «Адама» встречать нас? Неужели у них насколько много сотрудников, что можно ими вот так разбрасываться? Да и какой смысл. — Ну, у нас тяжело раненые, да и Книга сама по себе очень ценная. Боятся, видимо, что с ней что-то случится. — О вашей миссии знали все? Ну, о том, что вы должны были найти Книгу. Грег отрицательно мотнул головой. — Нет, только руководство. К чему все эти вопросы, Лейн? Тебя что-то беспокоит? — Видимо, это все от нервов. Лезут мысли в голову. *Warbeck: The Guitar Captain Corelli's Mandolin — Original Motion Picture Soundtrack Orchestra, Nick Ingman*       Лейн улыбнулась и откусила засохший батончик, старательно пережевывая. Привыкшая подозревать всех вокруг, она чувствовала себя неспокойно в последнее время, но внятного объяснения для себя не находила. В конце концов, холод и недостаток сна не лучшим образом влияют на психику. Она с тоской вспомнила гостиную с камином в поместье, горячий чай и свежую еду. Сейчас Лейн все отдала бы за сон на кровати, а не в прицепе или сидя за спиной у Анны на снегоходе. — Ну все, не сиди на холодном. Отдохни, пока есть такая возможность. У костра погрейся, —сказал он сочувственно.       Девушка кивнула и встала, стряхивая с одежды снег. Она нашла у костра Анну и, поймав ее взгляд, беззвучно шевеля губами, спросила: «Как он?». Анна покачала головой: «Так же».       Дмитрий неподвижно лежал в прицепе, укутанный одеялами. Лейн набрала в чашку теплой воды и взяла чистый платок. Вспомнила разговор с Анной: «- Он уже несколько дней так. Не приходит в себя, не ест. Это опасно? — Нет, по крайней мере не так плохо. А вот то, что он даже пить не может — очень. Черт, у меня под рукой даже капельницы нет…»       Она присела рядом с генералом, тыльной стороной ладони коснулась его лба, проверяя температуру. — Все еще жар. Ну хотя бы не замерзнешь, — вздохнула она.       Обмакнув кончик ткани в чашку с водой, поднесла ее к губам Дмитрия. Несколько капель упали на сухую, растрескавшуюся кожу, и она была готова поклясться, что его губы слегла дернулись. Девушка улыбнулась и продолжила процедуру. — Ты представляешь, снег начал таять. Тебе бы понравилось, ты наверняка давно не видел зеленую траву и деревья. Сплошная зима, сибирские морозы. Я сегодня видела грача, он пролетел прямо перед моим лицом. Приятно знать, что хоть какие-то вещи в этом мире еще идут свои чередом. Потом будут дрозды, свиристели. Я тебе их обязательно покажу. Ты знал, что я тот еще орнитолог- любитель? Она улыбнулась, оглаживая пальцем его черные брови, не в силах оторвать взгляд от его лица. — Мы нашли кое-что. На заброшенной станции. Дневник укушенного. И представь, он не заболел! По крайней мере, так мы думаем. Ты — все еще ты, иначе и быть не может. А значит, скоро очнешься и снова будешь командовать. Зыркать недовольно на всех нас, — она усмехнулась, смахивая невольно выступившую слезинку, — глаза закатывать, как ты любишь. Весь день будешь ходить мрачный и серьезный, а потом придешь ко мне и будешь шутить, и учить танцевать… Я скучаю по тебе. — Он тебя не слышит, ты в курсе? Лейн подскочила на месте — Каин подкрался абсолютно бесшумно и теперь стоял рядом, скрестив руки на груди. Он внимательно наблюдал за разворачивающейся на его глазах сценой. — Черт бы тебя… и давно ты здесь стоишь? — Не знал, что тебя птички интересуют, — сказал он, скользя непроницаемым взглядом по лицу Дмитрия, едва заметно нахмурил брови, словно пытаясь что-то понять. — Да, только вот некоторые пернатые страшно раздражают, — Лейн соскочила с прицепа в снег, и Каин машинально поддержал ее за локоть, — чего хотел? — Ты злишься? — И как это ты догадался, — она все еще была раздражена, но эмоции постепенно успокаивались, уступая холодной рассудительности. — Мне это не понятно. Я ведь ничего не сделал, чтобы тебя рассердить. Лейн заглянула в голубые, как лед, глаза и с удивлением обнаружила в них искренний интерес. — Неужели тебе совсем чужды человеческие эмоции? Ты столько лет провел на земле, а понимать нас так и не научился. Он сощурился. — Кажется, в тебе что-то изменилось, я прав? Что-то… появилось. Раньше ты была такая пустая. — Не делай вид, что знаешь меня. Ты вернулся с облета, что-то интересное нашел? Каин равнодушно пожал плечами. — Я уже все доложил Грегу. Спроси у него.       Чуть позже отряд собрался у костра и Грег, покашляв для привлечения внимания, объявил новый план. — Итак, бессмертные вернулись с патрулирования. Вот, что мы знаем: со стороны поселения нет никаких следов человека, ни дыма от костров и печей, ни тропинок. Со стороны леса в обход идти несколько сотен километров, можем потерять минимум 10 часов, а с учетом сложной местности, вдвое, а то и втрое больше. Идти там придется пешком, лес густой, снегоходы не пройдут. Выход у нас один — ехать в поселение. Если там действительно будет безопасно, сможем дождаться отряда из «Адама». Вопросы есть? — Когда выдвигаемся? — подала голос Кира. — С рассветом.

***

      Едва наутро забрезжил первый солнечный луч, они покинули место стоянки. До поселения добрались быстро — каких-то пару часов и перед ними уже возникла полузаброшенная деревня. Спешившись, они разделились на три группы и отправились на разведку, вскоре придя к выводу, что деревня полностью опустела.       Дома хоть и обветшали, но их каменные стены, построенные на совесть, стояли крепко. Лейн, Анна и Грег вышли на главную площадь. В центре располагался колодец с каменной кладкой, а вокруг возвышались небольшие постройки. Небольшая церквушка с покосившимся крестом и деревянными куполами смотрела выбитыми окнами на площадь, а рядом с ней было что-то вроде здания городской ратуши: одноэтажная постройка со множеством дверей, украшенных колоннами и лепниной, остатки которой все еще были видны там и здесь. Они наобум вошли в небольшой дом с высоким крыльцом. Дверь протяжно скрипнула и поддалась, открывая взгляду узкий коридор с лестницей, ведущей на второй этаж. Дверной проем справа вел в небольшую гостиную с маленьким камином и длинным диваном с двумя изящными креслами по углам комнаты. Внутреннее убранство комнат осталось нетронутым, будто люди покидали это место в спешке. На каминной полке стояла ваза с засохшими цветами, некоторые фоторамки на стенах были пустыми — видимо, владельцы дома забрали семейные снимки на память.       Пройдя дальше по коридору, они попали в кухню с большой каменной печью посередине. На обеденном столе стояли тарелки с заплесневелыми кусочками хлеба, а в обеих чашках рядом засохли и покрылись пылью чаинки. При взгляде на следы былой жизни на душе делалось тоскливо. Интересно, живы ли хозяева дома, и где они теперь? Может быть, уже похоронены здесь же, в промерзшей земле на заднем дворе? Где-то под потолком послышался взмах крыльев и раздалась птичья трель. Лейн подняла голову и увидела синицу, которая, сидя на кованной люстре, в ответ с любопытством наблюдала за незваными гостями. — Мы можем заночевать здесь, — Анна осматривала шкафы в поисках чего-нибудь полезного. Грег кивнул. — Дождемся остальных и расселимся в соседних домах.       Лейн поднялась по скрипучей лестнице наверх. По обе стороны от узкого коридора располагалось три двери. Толкнув первую попавшуюся, девушка вошла в небольшую спальню. Посередине стены стояла широкая кровать, застланная стеганным покрывалом, у изголовья высились белые подушки. Все выглядело так, будто хозяева должны были вернуться с минуты на минуту, и только гора снега на полу у приоткрытого окна напоминала о покинутости дома. — Выбрала себе комнату? — Анна заглянула через ее плечо. — Будем спать отдельно? — Ну, если тебе не слишком тоскливо без меня. А то смотри, я всегда тебя приючу, — она шутливо толкнула подругу в бок.       Когда все снова собрались на главной площади, было озвучено решение остаться в деревне на некоторое время. Снегоходы стали бесполезны, а идти дальше пешком было еще сложно — снег не растаял полностью, а нести по сугробам помимо поклажи еще и раненых они бы не смогли. Грег дал Ноа задание отправить весточку на базу «Адам» и предупредить их о смене плана, а пока отряд разбрелся по своим временным пристанищам.       Дмитрия перенесли в самую теплую комнату в доме на втором этаже, рядом поселилась Анна, а прямо напротив комнаты генерала расположилась Лейн. Грег решил спать на диване внизу, чтобы в случае опасности быть начеку.

***

      Казалось, жизнь понемногу возвращается в прежнее русло. Лейн снова сидела у камина с книгами, делала заметки в блокноте и насколько возможно непринужденно болтала с Анной и Грегом. Не хватало только командного голоса генерала и его строгого взгляда, который мгновенно приводил отряд в чувство. Было очевидно, что это ощущение разделял весь отряд, включая бессмертных. Оставшись без командования Дмитрия, они, казалось, стали действовать по своему усмотрению — улетали на патрулирование без предупреждения, а приказания Грега выполняли с большой неохотой. Видимо, у Дмитрия были свои методы воздействия на них — Лейн вспомнила о загадочных ампулах, содержимое которых Анна вводила в вены Анхеи. Это могло быть важно для понимания отношений с бессмертными, но сейчас казалось второстепенным на фоне более важных проблем. Да и тревожить подругу расспросами она не хотела. *Cobweb Morning — Kai Engel*       Днем они вдвоем отправились на прогулку по деревне. Анне хотелось отвлечься, а Лейн побоялась отпустить ее одну. Мокрый снег поскрипывал под тяжелыми солдатскими сапогами, там и здесь в подтаявших проплешинах виднелась брусчатка. Бредя по узким улочкам, они молча смотрели себе под ноги, не решаясь заговорить. Девушки не заметили, как улочка оборвалась и деревня осталась позади — они вышли на небольшую поляну, со всех сторон окруженную березовой рощей. — Боже мой, — восхищенно выдохнула Анна, замирая.       Кругом из-под тонкого слоя снега робко выбивались белоснежные соцветия подснежников, а в воздухе стоял сладковатый, едва уловимый аромат цветов. Девушка склонилась и нежно провела кончиками пальцев по продолговатым зеленым листьям цветка. — Galanthus platyphyllus… я думала, они уже исчезли с лица Земли, а тут… — ее лицо расплылось в улыбке. — Должно быть, это хороший знак. Хоть где-то отсутствие людей пошло на пользу.       Анна потянулась и сорвала цветок, вдохнув его аромат, протянула подруге, склонившись в шутливом реверансе. Лейн приняла его и, заложив за ухо, схватила ладонь подруги, притянула ее к себе и весело закружила по цветущей поляне в ее объятиях. Оступившись и налетев друг на друга, они упали в снег, весело хохоча. — Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг почувствовала себя такой счастливой, — проговорила Лейн, когда они наконец перестали смеяться и теперь тяжело дышали, глядя в небо. Анна нащупала ее руку и сжала в своей, внимательно глядя в ее глаза. — Я рада, что ты со мной. Мне очень этого не хватало, спасибо тебе.       Они вернулись спустя несколько часов, раскрасневшиеся от холода, смеха и бега, шли в обнимку, звонко пересмеиваясь. Войдя в дом, Лейн скинула с себя пальто и направилась прямиком в гостиную, продолжая что-то рассказывать Анне, оглядываясь на нее через плечо. Сделав несколько шагов по направлению к двери, она повернула голову и, не успев ничего понять, врезалась в широкую мужскую грудь. Теплые ладони придержали ее за плечи. Лейн подняла голову и сдавленно ахнула, букет подснежников выпал из ослабевших пальцев и рассыпался по полу. — Привет, Снежная королева, — произнес хриплый голос. — Дмитрий! — взвизгнула только что вошедшая Анна, подскочив на месте и бросившись ему на шею. Она принялась целовать его в обе щеки, совсем позабыв о приличиях.              Лейн отступила на шаг назад и прижалась спиной к перилам, тяжело дыша. В груди снова закололо, но на этот раз боль была приятная, от нее хотелось смеяться, хотелось пробежать по деревне с победным криком, упасть в поле и глубоко вдыхать чистый воздух и аромат цветов. Все эти образы смешались в ее мыслях, отчего голова приятно закружилась, и все, что она могла — это стоять, вжавшись в перила и тихо улыбаться, глядя на генерала.