Полночь в Риме

Она, рабыня, всегда мечтала о путешествии, невероятных приключениях. Слыхала лишь в старинных легендах и запоминала раз за разом, когда разговор шёл про истории и слухов от мореплавателей, возвращаюшихся с дальних земель. Но, как обычной женщине Рима, ей не суждено было покидать пределы улиц города, отправляться в далёкие странствия нельзя. Жизнь Армы текла ритмично, в бесконечном повторении одних и тех же ритуалов для Богов и Богинь, в которых верил каждый римлянин. Девушка просыпалась с первыми лучами солнца и, прикрывая лицо старой одеждой, дабы хоть как-то защититься от назойливого слепящего света, вставала на каменный пол. Арма и предположить не могла, что однажды её вялотекущая скучная однообразная жизнь изменится... *** Омут поглощал Арму в разуме, но что-то её прервало... Резкий, громкий мужской и грубый голос. Это был точно он. — Рабыня, ты сейчас мне нужна. Пройди ко мне сюда. Сказал знатный. Толстый... Черные и густые волосы, за ними будто бы и не ухаживали не разу ранее. Мрачный тип. Арма, откинув все мысли прочь, подчиняясь, направляется широким шагом к мужчине. Приближаясь, девушка задевает вазу, сделанная на заказ для Доминуса. Подсказка! Доминус — владелец раба. Человек, который владеет рабами. — Мерда... Подсказка! Мерда — что-то в роде слова "ужас". Она испуганно оборачивается и видит... Ваза разбилась вдребезги. Остатки отлетают далеко от подоконника. Арма не успела среагировать, как Доминус уже возмутился: — Я не ожидал от тебя такого. Позвал и тут успела сделать гадость. Живёшь в моём доме, разбиваешь вещи, принадлежащие мне, ешь мою еду... Как ты смеешь себя так вести? Мужчина сразу же приблизился к ней. Он замахнулся рукой и ударил... Раз удар. Ещё удар. Третий удар. Четвертый. Арма сдерживала вскрики боли, если она издаст другой лишний звук, – будет лишь хуже. Она не может и мужчине перечить, Арме он вовсе не разрешал разговаривать в его доме, потому что он хозяин, он глава. — Мало? Я так понимаю, что да. В его словах не ощущались ни единого сожаление того, что он делает. Влетел ещё один удар в череп. В глазах мутнело, но она пыталась держаться. Боль впитывалась настолько сильно, что кровь забурлела в венах. — Думаю, наказал бы ещё суровее, но нет. Не в этот раз. Много времени занимает. Она уже хотела выпустить слёзы от тяжёлых ударов, но нет. И всё же, Доминус отступил на шага три от Армы. Мужчина изрядно задумался на секунд пять. — Что ж, первая, зачем же я тебя звал... Задумался он, нахмурился черную бровь. — Ты должна приготовить еды нам: детям, моей матроне и мне. После завершённого дела будешь заниматься стиркой вещей. — ... — Точно, забыл. Забыл сказать, что ты больше не ешь в этом доме. Ищи пищу, где хочешь... Хоть доедай за животинками. Арма незамедлительно покивала головой. — Перед тем, как уйти, скажи Одиссею, чтобы он убрал осколки вазы. Он должен быть во второй комнате. Услышав это, Арма поспешила найти Одиссея. *** Арма ходит по коридорам. Одиссея нигде и нет... Будто испарился. — Одиссей, проклятый всеми Богами! Чтоб тебя... Хотя, может она это зря? Зря тревожится и переживает за него? Дойдя до трёх последних комнат в доме, она должна сделать выбор: Внимание! Выбор на время. Первая комната, — неправильно; Вторая комната, — правильно; +1 авторитет. Третья комната, — вы попались матроне Доминуса! — Матрона вас запомнила. Неудача. Если попались Матроне: Рабыня вошла явно не в ту дверь. Чей-то взгляд будто бы сверлил Арму... Но чей? Она повернулась и увидела матрону, сидящую на кровати. По лицу текли слёзы. Её злобное рассмотрение тела девушки, как парализовало рабыню меж стенками. Ни двинуться, ни сказать ни единого слова... Взгляд застыл на глазах Армы. Женщина немедленно встала, якобы ничего не было. — Зачем вошла и без спроса?! Истеричный голос раздался эхом. Очень громко, наверняка хозяин услышал её... — Выйди! И живо. Не для тебя эта комната! Арма выскочила из промежутка между стенками. Если выбрали неправильный выбор: Арма зашла в почти пустую комнату. Видимо, не успели обустроить. Стоя, рабыня осматривала комнату. Взглядом она заметила столик, маленький, но наверняка в нём что-то было. — Рабыня! Девушка выскочила с комнаты мигом. Сердце бешенно стучало от испуга. Попробуйте ещё раз! Если правильный выбор: Арма не долго думая, зашла в комнату. Там был силуэт Одиссея. Мужчина сразу ментально заметил, что кто-то вошёл в комнату и обернулся на звук. — Арма! Ты действительно жива? Я-то думал уже умерла от его рук... Чуть осмотрев, он сделал вывод и проговорил шёпотом: — Что же он с тобой наделал... В некоторых местах будут синяки, наверняка дней несколько поболит. — А ты что, в лекари наметился? Арма сказала с ноткой сарказма, когда Одиссей был в недоумении. Он ещё раз осмотрел рабыню. — С тобой будто и ничего не случалось... Почему боль свою скрываешь через шутку? В его словах чувствовались сопереживания, тоска. — ... Девушка быстро поспешила сменить тему, закатив глаза. Неприятно... — Слушай, Одиссей, иди к Доминусу. Он хотел тебя видеть. — "Что же ты за такая проблема, ей Геенну..? Он тебя только что избил, а ты так себя ведёшь, как и ни в чём не бывало!" , — обозленно на Арму про себя подумал он. Сглотнув слюну, мужчина продолжил шёпотом. — Подожди! Арма, давай встретимся после того, как дела кончатся? Я тебя найду. Девушка лишь кивнула в знак одобрения и тут же следом раб испарился к хозяину. — "О Боги и Богини... Что он хочет от меня? Переживает, Одиссей может же..." Она слегка опустила голову вниз. — "Не хочется, чтобы кто-то за меня якобы и переживал. Незаслуженно..." — "Больше никаких мыслей, ибо хозяин убьёт меня, если я не сделаю работу." Голова поднялась, а Арма направилась в комнату, где располагалась кухня. *** — "Кто готовку пищи придумал..?", — подумала она, закатив глаза. Девушка Глава 1. Неважные побегушки. Она, рабыня, всегда мечтала о путешествии, невероятных приключениях. Слыхала лишь в старинных легендах и запоминала раз за разом, когда разговор шёл про истории и слухов от мореплавателей, возвращаюшихся с дальних земель. Но, как обычной женщине Рима, ей не суждено было покидать пределы улиц города, отправляться в далёкие странствия нельзя. Жизнь Армы текла ритмично, в бесконечном повторении одних и тех же ритуалов для Богов и Богинь, в которых верил каждый римлянин. Девушка просыпалась с первыми лучами солнца и, прикрывая лицо старой одеждой, дабы хоть как-то защититься от назойливого слепящего света, вставала на каменный пол. Арма и предположить не могла, что однажды её вялотекущая скучная однообразная жизнь изменится... *** Омут поглощал Арму в разуме, но что-то её прервало... Резкий, громкий мужской и грубый голос. Это был точно он. — Рабыня, ты сейчас мне нужна. Пройди ко мне сюда. Сказал знатный. Толстый... Черные и густые волосы, за ними будто бы и не ухаживали не разу ранее. Мрачный тип. Арма, откинув все мысли прочь, подчиняясь, направляется широким шагом к мужчине. Приближаясь, девушка задевает вазу, сделанная на заказ для Доминуса. Подсказка! Доминус — владелец раба. Человек, который владеет рабами. — Мерда... Подсказка! Мерда — что-то в роде слова "ужас". Она испуганно оборачивается и видит... Ваза разбилась вдребезги. Остатки отлетают далеко от подоконника. Арма не успела среагировать, как Доминус уже возмутился: — Я не ожидал от тебя такого. Позвал и тут успела сделать гадость. Живёшь в моём доме, разбиваешь вещи, принадлежащие мне, ешь мою еду... Как ты смеешь себя так вести? Мужчина сразу же приблизился к ней. Он замахнулся рукой и ударил... Раз удар. Ещё удар. Третий удар. Четвертый. Арма сдерживала вскрики боли, если она издаст другой лишний звук, – будет лишь хуже. Она не может и мужчине перечить, Арме он вовсе не разрешал разговаривать в его доме, потому что он хозяин, он глава. — Мало? Я так понимаю, что да. В его словах не ощущались ни единого сожаление того, что он делает. Влетел ещё один удар в череп. В глазах мутнело, но она пыталась держаться. Боль впитывалась настолько сильно, что кровь забурлела в венах. — Думаю, наказал бы ещё суровее, но нет. Не в этот раз. Много времени занимает. Она уже хотела выпустить слёзы от тяжёлых ударов, но нет. И всё же, Доминус отступил на шага три от Армы. Мужчина изрядно задумался на секунд пять. — Что ж, первая, зачем же я тебя звал... Задумался он, нахмурился черную бровь. — Ты должна приготовить еды нам: детям, моей матроне и мне. После завершённого дела будешь заниматься стиркой вещей. — ... — Точно, забыл. Забыл сказать, что ты больше не ешь в этом доме. Ищи пищу, где хочешь... Хоть доедай за животинками. Арма незамедлительно покивала головой. — Перед тем, как уйти, скажи Одиссею, чтобы он убрал осколки вазы. Он должен быть во второй комнате. Услышав это, Арма поспешила найти Одиссея. *** Арма ходит по коридорам. Одиссея нигде и нет... Будто испарился. — Одиссей, проклятый всеми Богами! Чтоб тебя... Хотя, может она это зря? Зря тревожится и переживает за него? Дойдя до трёх последних комнат в доме, она должна сделать выбор: первая, вторая или же третья. Арма не долго думая, зашла в третье помещение. Там был силуэт Одиссея, на которую падала тень окошка. Мужчина сразу ментально заметил, что кто-то вошёл в комнату и обернулся на звук. — Арма! Ты действительно жива? Я-то думал уже умерла от его рук... Чуть осмотрев, он сделал вывод и проговорил шёпотом: — Что же он с тобой наделал... В некоторых местах будут синяки, наверняка дней несколько поболит. — А ты что, в лекари наметился? Арма сказала с ноткой сарказма, когда Одиссей был в недоумении. Он ещё раз осмотрел рабыню. — С тобой будто и ничего не случалось... Почему боль свою скрываешь через шутку? В его словах чувствовались сопереживания, тоска. — ... Девушка быстро поспешила сменить тему, закатив глаза. Неприятно... — Слушай, Одиссей, иди к Доминусу. Он хотел тебя видеть. — "Что же ты за такая проблема, ей Геенну..? Он тебя только что избил, а ты так себя ведёшь, как и ни в чём не бывало!" , — обозленно на Арму про себя подумал он. Сглотнув слюну, мужчина продолжил шёпотом. — Подожди! Арма, давай встретимся после того, как дела кончатся? Я тебя найду. Девушка лишь кивнула в знак одобрения и тут же следом раб испарился к хозяину. — "О Боги и Богини... Что он хочет от меня? Переживает, Одиссей может же..." Она слегка опустила голову вниз. — "Не хочется, чтобы кто-то за меня якобы и переживал. Незаслуженно..." — "Больше никаких мыслей, ибо хозяин убьёт меня, если я не сделаю работу." Голова поднялась, а Арма направилась в комнату, где располагалась кухня.