Стремление к жизни

      — Ну, и как тебе новенький? — протянул Кенске, раскачиваясь на стуле.       — Нагиса? — переспросил Тодзи. — А что?       — Синдзи-кун с ним домой ходит, — страшным шёпотом сказал Аида.       — Ну да, ещё с Аской: они живут все вместе, — Тодзи покрутил в пальцах ручку. Он не понимал, к чему ведёт друг.       — Да я не об этом! Ты только глянь?       Кенске притянул Судзухару за плечи и повернул его голову в сторону Синдзи. Тот в этот миг улыбался новенькому, что стоял возле его парты. Они о чём-то переговаривались. Тодзи не мог разобрать посреди гомона в классе.       — Здорово, что Синдзи больше не сидит все перемены в наушниках.       — Какой же ты невнимательный, — задрал нос Кенске, лучась самодовольством. — Приглядись.       Тодзи не понимал, что должен был увидеть, по мнению друга. Синдзи наконец улыбался, и Тодзи был рад. Ему было бы неловко, если бы Икари чувствовал вину за то, что у него больше нет ноги.       С тех пор как последнего ангела победили, всё стало спокойнее. Его сестра наконец поправилась благодаря стараниям врачей из Nerv и вернулась домой. С ней привычная рутина заиграла новыми красками, даже их отец оживился. Тодзи и раньше часто навещал её, но видеть Сакуру наконец-то здоровой дорогого стоило. Хотя бы этим он был благодарен Nerv. Если цена, которую он должен был заплатить за здоровье и безопасность сестры — всего лишь его собственная нога, это было приемлемой сделкой, пусть и с дьяволом.       Синдзи тихо рассмеялся, и Судзухара мысленно отметил, что никогда не видел его таким. Всё-таки он изменился. Тодзи тоже изменился в какой-то степени. Интересно, к чему был тот сон о поезде? В нём Синдзи казался несчастным.       — Ну-у-у? — протянул Кенске, и Тодзи понял, что пялится достаточно долго.       — Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, чувак — тяжело выдохнул он, укладывая голову на парту.       — Ха-а-а? — Кенске выглядел разочарованным. — Ты безнадёжен. Ну давай я тебе разъясню, чтобы ты наконец допёр.       Сказав это, Аида наклонился к самому его уху и прошептал:       — Они встречаются.       Тодзи медленно моргнул, пока его мозг переваривал смысл сказанного, а когда до него наконец дошло, парень чуть не свалился со стула, на котором до этого раскачивался.       — Что-о-о?!       Он закашлялся и смутился, когда все в классе посмотрели на него. Он поймал удивлённый взгляд Синдзи и отвернулся.       — Да ты заливаешь, — прошипел он другу.       — Своей камерой клянусь!       — Почему ты так думаешь? — Судзухара нахмурился.       — А ты разве не видишь, какие взгляды они друг на друга бросают?       Кенске со знанием дела поправил очки. Будто в подтверждение его слов Синдзи кивнул Нагисе и в сотый раз улыбнулся. Но звонок прозвенел, и новенький, казалось, нехотя отошёл от парты Синдзи, чтобы занять место справа от него.       — Он точно гей, чувак. Ну, этот Нагиса.       Тодзи посмотрел на беловолосого парня, что подпирал ладонью подбородок, продолжая глядеть на Синдзи.       — Ну-у-у, он не сводит глаз с него.       — И Синдзи-кун тоже! Ты не думал, что всё это время он не обращал внимание на красоток вокруг себя просто потому, что они ему неинтересны? Ой…       Начавший урок учитель физики смерил их таким взглядом, что Кенске предпочёл умолкнуть до перемены.       Тодзи повернулся к Нагисе, но заметив, что новенький смотрит прямо на него, стал сверлить взглядом парту.       Ну и что это было? Что значила эта его улыбочка и смех в сощуренных глазах? Нагиса смотрел так, будто бы знал о Тодзи всё, даже то, чего он сам о себе не знает. Нагиса был жутким. И как Синдзи с ним общался?       Но если то, что говорил Кенске — правда, Судзухара был обязан серьёзно с ним поговорить. Раньше он кинулся бы дракой выяснять, что за дела, но сейчас ему было по большому счёту плевать, кто как на кого смотрит. Вот только дело касалось Синдзи. А Синдзи был его другом. Тодзи не понимал, что можно было найти в странном новеньком, но, видимо, девочки их школы были с ним не согласны. За несколько недель Нагиса успел получить приличное количество писем с изъяснениями в любви. На все, в том числе личные признания, он отвечал вежливым отказом. И пусть реакция на него была не такой бурной, как на Аску в своё время, Нагиса определённо пользовался популярностью у девочек, которые нарекли его «прекрасным принцем», что пока просто не нашёл свою истинную любовь. Что ж, видимо нашёл. Принцессу.       Пришлось приложить много усилий, чтобы сдержать рвущийся наружу смех. А что? Всё складывалось очень даже забавно. Но Тодзи пришлось немного себя осадить. Всё упиралось в то, что Нагиса был странным. Судзухара должен был убедиться, что тот не морочит наивному Синдзи голову. Тот хоть и пилотировал Евангелион, по факту спас весь мир, но оставался всё таким же мягкосердечным и в чём-то наивным. Долго Тодзи ждать не стал.       Удача повернулась к нему лицом, и уже два урока спустя удалось подловить Нагису, когда тот направлялся на крышу. Его позвали в учительскую, и он попросил Синдзи его не ждать.       Когда неторопливому парню, держащему руки в корманах, до крыши оставался один пролёт, Судзухара преградил ему путь. Нагиса вовсе не удивился, будто бы ждал этого.       — Ты хотел о чём-то поговорить?       Его голос был спокойным, но в интонации звучала замеченная ранее в глазах насмешка, что так раздражала Тодзи.       — Да. Я хотел поговорить, — отрезал он. — О Синдзи.       Брови на безмятежном лице поползли вверх, изображая удивление, хотя это больше походило на очередную хитрую улыбку.       — Синдзи? Он ждёт наверху. Ты можешь подняться и спросить всё, что хочешь.       Поначалу Тодзи вскипел от такой наглости, но разумная его сторона взяла верх, как это и случалось в последнее время.       — Не делай вид, что не понимаешь, — помотал он головой. — Я хотел поговорить с тобой.       — Только недолго, — великодушно разрешил Нагиса. — Что ты хотел узнать?       Тодзи только сейчас понял, насколько неловко будет звучать его речь, но отступать было поздно.       — Ты серьёзен насчёт Синдзи?       — Когда дело касается Синдзи, я всегда серьёзен, — усмехнулся тот и, опережая его возмущения, добавил: — Я люблю его, и это взаимно. Это то, что ты хотел узнать?       Тодзи застыл от такой бесцеремонности, но кивнул.       Нагиса попытался его обойти, но Судзухара снова его задержал.       — Погоди!       «Кто ты вообще такой и откуда взялся? И почему Синдзи?» — хотел спросить он, но что-то ему помешало.       Нагиса подождал терпеливо ещё с полминуты и предложил:       — Мы собираемся на крыше. Я, Синдзи, Аска и Рей. Хочешь к нам присоединиться?       — На обед?       Нагиса кивнул.       — Я не взял бенто… — растерялся Тодзи. Выпавшую возможность упускать было нельзя. — Погоди, я скоро буду.       Он поспешил спуститься в класс, в то время как загадочный парень повернулся к нему спиной и продолжил свой путь.       В классе к Тодзи с расспросами привязался Кенске. Пришлось брать его с собой. Когда они наконец оказались на крыше, перед ними предстала мирная картина: Синдзи и Нагиса сидели рядом, соприкасаясь коленями, Рей — поодаль, а Аска оперлась на бортик и смотрела вдаль, будто бы была непричастна этому произвольному собранию.       Первым их заметил Нагиса и приветливо помахал, Синдзи поднял взгляд, и его лицо озарилось радостью. Аска повернулась и проворчала что-то себе под нос, пока Кенске махал в ответ и начинал болтать по своему обыкновению. Тодзи лишь поднял руку в знак приветствия и кивнул Синдзи.       — Думал, ты Мэй позовёшь, — заметил Нагиса, пока они с Кенске присаживались напротив.       — Я не должна заставлять её терпеть ваше общество.       — Я догадывался, что ты собственница.       Пару секунд Рей и новенький сверлили друг друга взглядами.       «Всё же Аянами сильно изменилась», — заметил про себя Тодзи.       — Эм, хорошо, что вы пришли. Я хотел вам кое-что рассказать, — начал Синдзи. У Кенске так глаза и вспыхнули.       — Ооо! Неужели ты наконец посвятишь нас в тайны Nerv?!       — Ага, щас. Спешим и падаем, — осадила его прыткость Сорью.       — Ну, вообще об этом тоже стоит поговорить, как мне кажется, — примирительно помахал руками Синдзи.       — А он всё знает, что ли? — указал обиженный Кенске на Нагису.       — Он тоже пилот. Типа, — уголки губ Аски поползли вверх, превращая улыбку в самодовольный оскал.       — А-ага… — отвёл взгляд Синдзи. — Пятое дитя.       — Даже не сражался в Еве.       — Это его Seele отправили сюда незадолго до того, как их уничтожил ангел?       Возможно, это было лишь галлюцинацией Тодзи, но он заметил, как улыбка Нагисы на секунду померкла.       — Ты у меня спрашиваешь? Меня выписали только два месяца назад.       — А, да, прости.       — Если что-то хочешь узнать, спрашивай Синдзи и Каору, — съехидничала Аска. — Они как раз оказались в самом центре этой заварушки.       — Я могу спросить что угодно? — обрадовался Кенске.       — Можешь, но не факт, что мы сможем дать ответ, — подал голос Каору.       — Такая возможность, а я не знаю с чего начать! Ничего не знаю!       У Тодзи лишь один вопрос крутился на языке, но когда он открыл рот, чтобы его озвучить, вырвалось совершенно другое:       — А об Икари Гендо что-то известно?       Синдзи вздрогнул и опустил взгляд.       — Дурак, зачем спросил?! — окликнул его Кенске. — При смерти побывал, а чувства такта не прибавилось.       От этого у Синдзи ещё больше поникли плечи, и Тодзи уж было собирался извиниться или сказать что-то в своё оправдание, но Синдзи начал говорить:       — Я слышал, что отец… — он стал перебирать кончиками пальцев, не поднимая головы, — пытался покончить с собой. Сейчас за ним наблюдают.       Кенске посерьёзнел.       — Всё ещё не могу поверить, что тот, кто отвечал за проект спасения человечества, попытался захватить мир. Неужели Евангелионы настолько сильны? У них ведь есть ограничения.       Синдзи помотал головой, но ничего не ответил.       — Я думаю, им можно сказать.       — Каору?       Синдзи и Нагиса смотрели друг на друга, будто застыв в своей реальности. После паузы Нагиса продолжил:       — Они ведь твои друзья и пообещают не болтать направо и налево.       — Чёрт, я не могу такого обещать! — схватился Кенске за голову.       — Ну и дурак, — высокомерно хмыкнула Аска.       — Что, серьёзно не скажешь? — обиженно протянул Аида. — Мы же друзья.       — Друзья не разбалтывают тайны своих друзей, — улыбнулся Каору, и от этой на вид широкой ухмылки тянуло холодом. Тодзи, который до этого не вступал в разговор, поёжился, будто бы она предназначалась ему, а не его другу.       — Если вы правда пообещаете никому не говорить, я расскажу.       — Вообще-то мы ничем вам не обязаны! — встряла Аска. — Это международная тайна.       — Ого! — вскочил Кенске. — Синдзи, не молчи!       — Нет.       — Но вы же обещали!       — Не обещали.       Рей в это время открыла коробочку с бенто и приступила к еде, без труда игнорируя неприязненный взгляд Аски и не обращая внимания на их перепалку.       — Ладно-дадно, я обещаю! Клянусь! Никому не скажу. Я унесу ваш секрет с собой в могилу! Ты тоже, Тодзи.       — А? Да, я обещаю.       — Так прям жизнью клянёшься? — издевательски пропела Аска.       — Не цеплялся к словам!       — А с ними весело, да? — наклонился к Синдзи Каору, и тот наконец выдохнул, улыбаясь.       — Да.       Тодзи недовольно насупился, но следующие слова Синдзи выбили его из колеи.       — Захват власти с помощью Евангелионов — официальная причина. Её придумали, чтобы не шокировать людей.       — Что-о-о?!       — Не кричи. Хочешь, чтобы вся школа узнала? — Тодзи не выдержал и отвесил другу заслуженный подзатыльник.       — Ну вообще-то и правда хочу, — проворчал тот, но, поймав на себе горстку разочарованных или злых взглядов поспешил оправдаться: — Но я обещал-обещал, помню. Могила.       — На самом деле готовился куда более масштабный проект, чем простая узурпация власти. В этом был замешан не только мой отец.       Синдзи посмотрел на Каору, как бы прося того продолжить.       — Мировое правительство Seele тоже придерживались этого плана. Но сейчас опасность миновала.       — Это потому, что они были убиты? И что за план?       Вдруг Каору улыбнулся как-то по-другому и, прикрыв глаза, ответил:       — Seele были культистами. Думаешь, они могли придумать что-то путёвое, основываясь на своей вере? Но в итоге все грехи повесили на Гендо Икари, чтобы не поднимать шум. Облачение Seele означало бы создание ещё большей неразберихи. Даже сейчас, когда их не стало, вся политика в полном хаосе. Что случилось бы, если бы даже простые люди узнали, чем им грозила верхушка, обещающая всех спасти? Это подорвало бы авторитет всех руководителей и правящих партий в мире.       — Ага, — Кенске стал неожиданно серьёзным. — Это могло бы повлечь беспорядки и восстания.       — Верно. Однако ложь есть ложь. Согласитесь, неприятно чувствовать себя обманутым.       Повисло молчание. Аска снова облокотилась на перила, задумавшись о чём-то своём, Синдзи взял Каору за руку и сжал, что не ускользнуло ни от чьего внимания, но даже Кенске решил тактично промолчать. Рей доела тамагояки и приступила к рису с кусочками курицы. И вот так в самый неподходящий момент у Тодзи заурчал живот.       Ну вот, уже второй, если не третий раз за день он выставляет себя идиотом, собирая все взгляды на себе.       — Я просто проголодался, что в этом такого?       Первым прыснул Синдзи — в кулак, за ним последовали Аска и Кенске, в кои-то веки единые в своём порыве. Рей спокойно продолжила есть.       — Чё вы ржёте?       — Всё верно, нам стоит поесть. Тайны тайнами, а про обед забывать нельзя.       Нагиса открыл свою коробочку с бенто, а Аска ловко оттолкнулась от заграждения и выхватила из сумки Синдзи уже свою коробку, садясь между ним и Тодзи. Тот тоже поспешил открыть бенто.       Прозвучало itadakimasu, и все принялись за еду. Когда Тодзи с аппетитом поедал второй онигири, заботливо слепленный его сестрой, Аска оторвалась от еды, чтобы подколоть Рей, которая начала без них и сейчас села за рисование:       — Ну, как твои кулинарные успехи? Не отравилась ещё?       — Забавно это слышать от той, кто вообще не умеет готовить.       — Ха! Мисато-сан тоже не готовит.       — У Мисато особый талант. Её нельзя подпускать к плите.       — С каких пор ты стала такой язвительной?       — Всегда была.       — Вообще-то изначально я хотел поговорить о другом, — вмешался в разговор Синдзи, и да, теперь Тодзи отчётливо замечал, что Нагиса сверлит того влюблёнными глазами. Или не так. Это, скорее, был очень нежный взгляд, который он задерживал на Синдзи зачастую дольше, чем это полагалось по всем нормам приличия. Но было очевидно, что самого Синдзи это более чем устраивало.       Синдзи и Каору переглянулись.       — Раз уж так вышло, что мы все собрались вот так, я хотел кое-что сказать вам, ребята. Сказать, да… Вам двоим.       Синдзи поднял взгляд на них с Кенске, несмело улыбаясь.       — Простите, что говорю только сейчас, но на самом деле мы с Каору встречаемся. Уже достаточно давно…       — У-у-у, я был прав! — вскинул кулак в воздух Кенске.       — Что это за реакция? — тут же возмутилась Аска.       Рей чертила карандашом, то и дело поглядывая в пространство, казалось, сквозь них.       — Насколько давно? — вырвалось у Тодзи. Кенске покосился на него, недоумевая.       Видимо, его серьёзный вид встревожил Синдзи, и он стал более зажатым и нервным.       — Когда все уехали. Мне тогда было так плохо, а Каору мне помог.       — Когда приехал, да? — с интересом наклонился вперёд Аида. — На самом деле, по школе с твоего появления ходят слухи о том, что ты пилот. Эх, я ведь сомневался, а оказывается, это чистая правда.       Каору кивнул и положил руку Синдзи на плечо.       — А как ты понял, что ты гей?       Вопрос был адресован Синдзи, а задавший его Кенске стал крутить в руках камеру, примериваясь для снимка.       — Я не… — Синдзи вздохнул, когда щёлкнул затвор, выжигая на плёнке их с Каору изображение.       — Будет правильнее сказать, что Синдзи бисексуал. Ему нравятся девушки, но сейчас ему нравлюсь я.       Аска только закатила глаза.       — Да? Не знал, что такое бывает, — протянул Кенске, возясь с камерой. Пока он это делал, Тодзи поймал на себе взволнованный взгляд Синдзи.       Судзухара почесал затылок.       — Ну… это, — он будто бы разучился говорить, в самом деле. — По сравнению со всем, через что мы прошли и чего нам удалось избежать… это пустяк. Ну, что тебе нравятся не только девушки.       — Отлично сказано, дружище!       Когда Тодзи обернулся, его встретил объектив камеры.       — Ты правда так думаешь? — они встретились взглядами с Синдзи.       — Ну, вроде того, — почесал он затылок и прибавил: — Я просто считаю, ты заслуживаешь наконец быть счастливым, как никто из нас. После всего дерьма, через которое прошёл.       — Как слащаво и отвратительно, — прилетело от Аски.       — Заткнись! Я не умею красиво говорить.       — А по-моему, это очень мило, правда Синдзи?       — Я думаю… Я думаю, что все этого заслуживают.       Кенске закивал, и даже Аска не стала кривляться.       — Знаете, когда вам вот так просто сообщают, что организация, которая как бы должна была спасти мир, собиралась его ну того… Уничтожить, да? Или что-то в этом роде, такое… не так просто осознать. Я всё ещё об этом думаю, — признался Тодзи.       — Нагиса-кун, твой опекун ведь шишка из Nerv? Неужели он ничего тебе не рассказывает?       — Мы почти не общаемся. Он только Синдзи иногда что-то рассказывает. Но они обычно погружаются в воспоминания о прошлом.       — Фуюцуки-сан не особо много о своих делах рассказывает. Только вещи, которые касаются нас — бывших пилотов. У него много дел. Ему досталось звание героя, но вместе с тем много ответственности.       — Это вас должны были награждать! Вы рисковали своими жизнями! — возмутился Кенске.       — Поверь, Фуюцуки-сан очень сильно помог нам. К тому же, как Синдзи и сказал, ему сейчас приходится несладко, пока он пытается убедить ООН в том, что угроза миновала, отстоять позиции и заслуги Nerv по защите мира, а также избежать навешивания многомиллиардного долга на Японию.       — Ага. Они давят повинностью моего отца, но Фуюцуки знает, кто из ООН состоял в Seele, поэтому у него тоже есть рычаги давления.       — Да уж, ему не скучно, — откинулся назад Кенске.       — Политика, — пожал плечами Тодзи.       — Культ, мировое правительство, уничтожение Земли — больше на заговор похоже. Если бы не Синдзи это говорил, я бы не поверил.       — Не слишком ли много чести? — беззлобно фыркнула Сорью.       — Возьмём на заметку способ, — сощурился Каору. — Стоит застать врасплох человека, прежде чем говорить, что мы встречаемся.       — Мы не можем каждому выдавать настолько секретную информацию, — рассмеялся Синдзи.       — Я вообще в шоке, что вы это сделали, — Аска поднялась на ноги.       — Пора идти в класс? — Кенске наконец опустил камеру.       — Да, звонок скоро.       Они не сразу заметили, что Рей поднялась со своего места и подошла ближе.       — Кто это соизволил почтить нас своим присутствием? — задрала нос Аска.       Вместо ответа Рей протянула рисунок. Все тут же окружили её, заглядывая через плечо. На листе бумаги устроились они впятером, поедающие свои бенто. Карандашный рисунок на удивление точно передавал настроение каждого, хоть и был довольно схематичным. Все они… выглядели счастливыми. Сам Тодзи был нарисован с набитыми рисом щеками, подавшимся чуть вперёд. Железная нога под настоящей, пальцы, ухватившие кусок рыбы вместо палочек. Справа довольная Аска, слева любопытный Кенске, перед ними: Синдзи и загадочный новенький Каору, оказавшийся бывшим пилотом и парнем Синдзи. А в сущности, обычный пацан со своими закидонами. Не страннее, чем Сорью или Аянами.       — Это что, я?! Меня ещё никогда не рисовали! — фонтанировал эмоциями Кенске.       — У тебя здорово получилось, Аянами-сан.       — А-ага… Это очень красиво. Спасибо, Аянами-сан.       — Неплохо, — Аска откинула волосы назад. Кому она врала? Ей не могло не понравиться.       — Очень круто, правда. У тебя талант, — поспешил похвалить он.       Рей лишь хмыкнула, когда комплементы иссякли. Так ничего и не сказав, она вручила рисунок Синдзи и пошла к выходу с крыши, но у двери обернулась. На секунду на её лице появилась лёгкая улыбка и тут же исчезла, но, обернувшись и ловя удивление Синдзи, Тодзи понял, что ему это не привиделось.       — Не поймёшь, что у неё на уме.       — Девушки — загадочные существа. Эй! За что?       Второй подзатыльник за сегодня Кенске прилетел от Аски.       — За всё хорошее.       — Аска завязала срываться на Синдзи и ищет новую мишень, — улыбнулся Каору.       — Как же я тебя ненавижу.       — А они отлично ладят, — Кенске ткнул Тодзи локтем в бок.       — Думаю, мы смогли найти общий язык.       — Я терплю тебя только потому, что мы живём в одной квартире! Я обязательно съеду от вас.       — Тебя никто не держит. Тебе могут выдать квартиру как у Рей.       — Ещё чего! Жить в какой-то дыре?       Синдзи взял Каору за руку и тот не продолжил спор, отвлёкшись на парня рядом.       — Я люблю тебя, — прошептал Синдзи, краснея. И, конечно же, все его слышали.       — Вы ещё потрахайтесь здесь.       — Заткнись, а? — сам того не ожидая, вступился Тодзи.       — О-о-о!       — Что? — бросил он недовольный взгляд на Кенске, пока в Аске вскипела ярость.       — Ничего-ничего.       Но Синдзи не обратил на них внимания, потому что Каору приблизился, чтобы нежно коснуться его губ, а отстранившись, сказал:       — Я тоже люблю тебя, Синдзи.       — Когда свадьба? — разрушил атмосферу Кенске.       Синдзи покраснел, закрывая лицо руками. Каору обнял его и сказал что-то, отчего Синдзи стал тихо смеяться.       — Они не могут пожениться, идиот.       — Свадьбу всё равно можно устроить. Чур, я главный фотограф.       — Если ты будешь главным фотографом, то…       Кенске и Аска начали спускаться по лестнице, продолжая препираться. Тодзи обернулся на сладкую парочку и, поймав взгляд красных глаз, напустил на себя грозный вид, показывая рукой жест «слежу за тобой» и побежал догонять друзей.