Must be funny

      Грег правда любит Джейд. Просто очаровательная женщина. Безусловно его любимая родственница. Но у него, конечно, не было свободного времени, чтобы навещать еë. Уж точно не после того, как Великобритания вышла из Европейского союза – ебанные консерваторы опять всë портят – и путешествовать во Францию стало сложнее. Кроме того, работы за год меньше не становилось, да и сестре тоже было чем заняться. Вот так и прошло уже много лет.       Вот поэтому, когда она наконец-то получила паспорт, краткосрочную Визу и всю эту херню, они сразу запланировали встречу. Она подзабыла английский, а он французский. Она над ним подшучивала из-за этого, потому что опять же, она самая, блять, лучшая. Все последние три дня он проводил с ней, они навëрствывали упущенное, смотрели их любимые комедии ("Священный Грааль" и "Жизнь — это долгая спокойная река" были их самыми любимыми с тех времён, когда они, будучи подростками, валялись на матрасе в гостевой комнате дома их деда и смотрели фильмы до рассвета). Конечно, он не мог не работать в эти дни, но, к счастью, никаких экстренных вызовов не было. А ещё он предупредил всех, что если хоть кто-то посмеет его побеспокоить, то он даст им самое худшее дело, что сможет найти.       Ещё один любимый факт Грега о Джейд – это то, что она почти не затрагивала тему его жены и развода, но и не смотрела жалобно на него, как на бедного одинокого мужчину средних лет, коим он и являлся. Она иногда шутила об этом, но не слишком грубо, конечно. Ей всегда больше нравилось дразнить его за его влюблённости в настоящих людей или в "воображаемых", например, в различных актёров. – Да ладно тебе! Признай это уже! – Ты проецируешь свои чувства на меня. – Неа. – Ага. – Ой, заткнись, если я думаю, что Идрис Эльба горяч, то это не значит, что я не объективна, но, объективно, ты так на него смотришь, будто... – Если ты договоришь это предложение, ты будешь оплачивать счëт.       Она засмеялась, точно так же, как и смеялась в тринадцать лет. Да, решил Грег с улыбкой на лице, это была самая лучшая неделя, и ни что еë не испортит, даже если время придётся сократить (дай бог не придётся).       Они вместе вышли из ресторана, где в итоге платила она, потому что Грег уже знал, когда стóит, а когда не стóит "сражаться". Они направлялись к ближайшей автобусной остановке ( Я не буду ездить на Лондонском метро, если могу этого избежать, Греги, ни за что.), когда произошло самое ужасное, что только могло произойти.       Они встретились с одним из самых любимых людей Грега.       "Ну хотя бы это был не его брат," –успокаивал себя он. Шерлок был тем ещё болваном, а ещё очень любил блистать своим интеллектом. Майкрофт хотя бы умел быть вежливым. И смешным. И умным. И придурком, но в лучшем, мать его, смысле, с этим его сухим сарказмом. И красивым, если б вы спросили Грега, но это не важно.. А ещё важно, ведь в этом и заключается проблема. Понимаете, он бы не прочь пересечься с Майкрофтом в любой другой день. Проблема в том, что рядом с ним стоит ещё одна из самых любимых его людей, а она знала его хорошо.       Быть, блять, не может, что она не заметит его чувства к нему.       Так что Грег заметно скривился, когда увидел Майкрофта, а потом ещё раз, потому что понял, что он это сделал, и теперь политик подумает, что он не рад его видеть. Или, даже хуже, поймёт почему. – Грегори, здравствуй.       Джейд резко развернулась и посмотрела на него, потом кинула взгляд на говорящего, и снова на него. – Ты его знаешь? – Грег в ответ кивнул. – Привет, Майкрофт. Это Джейд. – Я предполагаю родственник, не так ли? – Ну конечно, он понял. Она, в ответ на вопрос, лишь кивнула. – Да, я его сестра. Приятно познакомиться, эм.. Майкрофт. – Взаимно, – ответил он, и, разумеется, он хорошо знает французский. У него чуть более слышимый акцент, чем у Грега, но это лишь придавало очарования (и уморительной аристократичности, вне зависимости от языка). Джейд, в свою очередь, рассмеялась, но не язвительно, а, скорее, радостно. – Так как вы познакомились с "Грегори"? – он уже мог расслышать в её голосе вопрошающие и заинтригованные нотки. – Боюсь, это довольно долгая история, в основном связанная с моим братом и... – Работой? – угадала она. Майкрофт в ответ улыбнулся. – Конечно. – Что ж, я был рад с тобой повидаться, Майкрофт, – прервал их Грегори, чувствуя нарастающую опасность. – Но я уверен, что ты очень занят, а я не хотел бы тебя задерживать. – Я очень признателен за это. Думаю, мы можем наверстать упущенное в следующий раз, да? – Непременно. Я тебе напишу.       Джейд следила за их разговором в блаженном молчании. По крайней мере, пока что. Даже после того, как они обменялись любезностями в который раз и попрощались, она молчала. Несмотря на это, Грег не расслаблялся. Он знал, что это лишь затишье перед бурей.       В итоге дни шли своим чередом, а тема всë не поднималась, и он расслабился. Возможно, он и не так плохо умел скрывать свои чувства.       Плохо, конечно. Но поймёт он это гораздо позже. Сейчас они стояли у участка, где она присоединилась к нему после его смены, чтобы пойти вместе поужинать. Она была одета как обычно: синие джинсы, прочные ботинки и простенькая футболка; она курила сигарету и сразу затушила её, когда он подошёл. – Прости. – Не волнуйся, я не против, – она нахмурилась в ответ. – Ты сам-то ведь не начал снова? – Нет-нет, обещаю. – Вот и хорошо, это дерьмовая привычка.       Он достал телефон, дабы проверить часы открытия ресторана, пока Джейд отвлечëнно смотрела куда-то за него. – Хей, Грег? Помнишь одним летом был мальчишка по соседству? Рыжий такой? – он замер. По еë тону сразу было понятно, к чему она ведёт. – Джейд. Пожалуйста. Нет. – Как его там звали... Наил? – Иаил? – поправил её он, потому что он всë ещё помнил. Конечно он помнил. – Ну, так вот, тебе он та-а-ак сильно нравился, – с этим он даже не собирался спорить. – Почему мы сейчас обсуждаем то, что было десятки лет назад? – Ой, не знаю... Наверное просто пришло в голову то лето. У его мамы была очень вкусная выпечка... Может, мне просто захотелось отведать шоколадного фондана.       Грег подозрительно на неë глянул. Он не сомневался в том, что она способна проводить сомнительные параллели между вещами, но и не верил, что она не станет его скоро дразнить. И в самом деле, следующие её слова заставили его напрячься. – Так вот, Майкрофт- – Нет, мы не будем говорить о моей ужасно позорной влюблённости в Майкрофта Холмса, – Джейд разразилась смехом. – Да расслабься. Я просто спрашиваю. Он, видимо, крутой чел, – Грег был удивлён, насколько тёплым оказался еë голос. – Да? – Да. Ну, он явно, эм.. Как сказать nanti? – Чëртов аристократ*, – пошутил он, слегка расслабившись. – Прости, стоило уточнить. Я имею ввиду, как будет это слово на английском, а не что ты, Грег Лестрейд, об этом думаешь.       Послышался очередной смешок. Грег уж хотел было отпарировать ей, когда вдруг осознал, что он знает этот звук. И этот звук раздался позади него. – О нет... – Джейд хватило приличия хотя бы казаться виноватой. – Прости, не могла ничего с собой поделать. – Не особо-то ты поделала что-то хорошее, – теперь она выглядела ещё более виноватой. – Ты больше не моя любимая родственница. – Ох, Грегори, прошу, – подал наконец-то голос Майкрофт, и теперь Грег не мог больше игнорировать мужчину, поэтому он развернулся со страдальческим выражением на лице. Политик стоял прямо позади него. – Ты едва можешь винить свою сестру за мои собственные проступки. Мне не стоило подслушивать. – Справедливо. Тебе и вправду не стоило. Возможно, чуть позже я на тебя буду злиться за это, если не умру до этого от стыда. – Я беру на себя всю вину, хотя не думаю, что когда-либо смогу заставить себя об этом пожалеть.       Стоп, что? – Что?       Грег посмотрел на Майкрофта, в этот раз именно посмотрел. Посмотрел на его руки, которые он будто не знал куда деть от волнения, хоть и пытался это осторожно скрыть; на его тёплый взгляд, на выражения лица, которое когда-то уже видел: например тогда, когда Шерлок терпимо относился к нему или прощал за что-то. И он знал, что означает этот взгляд. Взгляд полный надежды. – Ну, я думал... Я был бы не против пригласить тебя на ужин. Это, если ты, конечно, не против, что я "чëртов аристократ", – Грег в ответ захохотал. – Это я тебе тоже прощаю. Это важная часть твоего очарования.       За ними раздалось покашливание, и лишь тогда он понял, что он, наклонившись ближе к Майкрофту, смотрел на него с таким благоговением, что это было уже довольно позорно. Он резко развернулся. Его любимая родственница смотрела на него с ухмылкой. – Я так, блять, и знала.