Касаться

Все началось с того самого удара в челюсть. Как только ее маленький, но уверенный кулачок впечатался в его угловатую, по-мальчишески резкую челюсть, что-то внутри них изменилось. Будто вселенная расщепилась, открыв новую ветвь времени, которая породила нечто иное между ними. Серый смешался с карамельным, и два мира, прежде идущие параллельно, пересеклись в этой точке. С тех пор их захватило непреодолимое желание касаться друг друга. Их следующее столкновение произошло в оживленном коридоре между уроками по зельеварению и прорицанию. Квиддичные тренировки должны были начаться через 15 минут, и Драко, освобожденный от занятий, пробирался сквозь толпу с метлой, умело лавируя между учениками. Гермиона шла на урок, прижимая учебники к груди. Их взгляды встретились, и в этот момент все звуки вокруг будто стихли. Они прошли в нескольких сантиметрах друг от друга, и их мизинцы едва коснулись, оставив мимолетное ощущение чужой теплой кожи. С бешено колотящимися сердцами они разошлись, но этот момент остался в их памяти. Драко заметил ее сразу, как только вошел в библиотеку. Она сидела, низко склонившись над фолиантом, настолько поглощенная книгой, что ее губы тихо шевелились, произнося строки вслух. Блондин не раздумывая направился к ее столу, повесив сумку на спинку стула, и сел напротив. Гермиона подняла глаза, наблюдая, как он раскрыл книгу и погрузился в чтение. Это был первый раз, когда они по собственной воле находились так близко друг к другу. Стол был узким, и вскоре их колени коснулись. Щекам стало тепло, но она не отодвинулась, наоборот, подсела чуть ближе, делая вид, что устраивается поудобнее. Они оставались так до самого закрытия библиотеки, пока мадам Пинс не напомнила, что пора расходиться. С тех пор их мимолетные прикосновения стали неотъемлемой частью жизни. Пройти мимо, слегка задев плечами, коснуться коленкой или ненароком погладить кудрявые волосы — все это стало их тайным языком, понятным лишь им двоим. На уроке Слизнорта ее амортенция пахла спелой вишней, свежескошенной травой и новыми кожаными перчатками для квиддича. Его зелье разложилось на запах старых пыльных книг, персикового геля для душа и запеченных яблок с корицей. Они не смотрели друг на друга, будто это может нарушить тайну, которая повисла между ними. А затем началась война. Он увидел ее лежащей на полу Малфой-Мэнора, когда его сумасшедшая тетка над издевалась ней, вырезая на руке то самое слово, которое Гермиона впервые услышала от него. Как символично. В тот момент их взгляды пересеклись. В карамельных глазах плескались обида и страх, а в серых — беспомощность и ужас. Когда она, вцепившись в Добби, аппарировала, он смотрел на нее с невыносимым сожалением, перемешанным с облегчением. В следующий раз он увидел ее на финальной битве, когда Хагрид нес тело мальчика который выжил. Она не сводила взгляда с безжизненного тела Гарри Поттера, и он не мог ее за это винить. Когда Гарри ловко спрыгнул на каменный пол, Драко понял, зачем Нарцисса передала ему палочку, и без промедления бросил ее избранному. В этот момент их взгляды встретились снова. А затем его, как и других пожирателей, бросили в Азкабан, и начались долгие суды. Все, кто носил на руке змеиное клеймо, в одно мгновение стали предателями в глазах всего магического мира. Пока не переловили большую часть предателей магической Британии, никто не задумывался о том, почему они получили эту метку — добровольно или чтобы спасти своих близких от гибели в пасти Нагайны. Не сойти с ума в холодной камере, не чувствуя ни капли магии в теле, Драко помогали воспоминания о тепле ее кожи. Когда он почти смирился с мыслью, что никогда не выйдет из тюрьмы или станет добычей дементоров, Визенгамот решил пощадить всех несовершеннолетних с меткой, чьи палочки не оставили следов смертельных заклинаний. В этот момент он мысленно вознес благодарность покойному Снейпу, который взял на себя тяжкий крест, выпустив смертельное заклинание в директора. Ему дали полгода исправительных работ на благо магической Британии в Министерстве магии, назначив его сотрудником отдела международного магического сотрудничества. Былые связи семьи Малфоев могли помочь в поимке оставшихся приверженцев того, кого теперь можно было называть, и в восстановлении дипломатических отношений с другими странами. Министерство считало, что бывшим пожирателям, пусть и ставшими ими не по своей воле, нужна социализация и работа на благо общества. Правда, само общество так не считало, и каждый день Драко встречал враждебные взгляды сотен магов и ведьм, которые искренне желали, чтобы он сгнил в Азкабане. И он мог их понять. После недели работы, во время обеденного перерыва в общей столовой, ещё одно наставление министра — чтобы бывшие пожиратели вливались в общество, обедать со всеми, Драко нашел уединенный уголок и начал раскладывать еду, которую приготовила для него Нарцисса. Несмотря на то, что у нее были несколько домовиков, получавших достойную зарплату, после войны она нашла утешение в приготовлении обедов для сына. Драко вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Подняв голову, он встретился с глазами, которые часто представлялись ему в холодной камере. Гермиона стояла с подносом напротив него, и впервые он не мог понять о чем она думает. Пришла ли она, чтобы посмотреть ему в глаза и больше никогда не удостоить его своего взгляда? Плюнуть ему в лицо за то, что он впустил пожирателей в Хогвартс или за то, что его тётка пытала её на полу в его собственном доме? Или, может быть… Додумать он не успел, потому что Гермиона поставила поднос на его стол и села напротив, не сводя с него глаз. Ее плечи были напряжены, губы поджаты, но через мгновение она мягко выдохнула и несколько раз моргнула, словно развевая последний морок. Ее маленькая ладонь протянулась через весь стол и легла рядом с его рукой. Драко надеялся, что в его глазах не слишком явно читались облегчение и надежда, но, помедлив пару секунд, он вложил свою руку в ее и нежно сжал. Это был первый раз, когда они полноценно держались за руки. Гермиона погладила его ладонь большим пальцем, и он почувствовал, что задержал дыхание, потому что она посмотрела на него с легким упреком и мягко улыбнулась. Кажется, отпускать его она не собиралась. И он решил сделать все, чтобы заслужить каждую ее улыбку и тепло ее ладоней, согревающее его холодные руки.