Gentle/Strict

      

***

                    Сидя на подоконнике и смотря в окно, я делаю медленный выдох, кладу подбородок на собственные колени, пока по чистому стеклу окна стекают капли дождя с внешней его стороны.       Порой вечерами я задумываюсь о том, насколько сильно изменилась моя обычная жизнь с момента поступления в институт.       Казалось бы, что такого может поменять институт в жизни простой омеги? Многие подумают о том, что я учусь в каком-то очень крутом институте, куда, будучи омегой, попасть невозможно и это истинное чудо, что омега попала в него, но, к сожалению, нет.       Я учусь в довольно простом институте, а если конкретно, то обучаюсь на переводчика.       Идеальная будущая работа для омеги — декрет всё равно рабочий, засчёт работы и переводов из дома, а значит, и работу получать можно, но что же всё-таки изменил институт в моей жизни…                     

«Первый курс — полтора года назад»

                           Мой учебный год начался так же, как и у всех: ранний подъём, спешные сборы, мерзкая погода, во время которой я добиралась до института, который находится не шибко близко к моему съёмному жилью, и, конечно же, пафосная речь от куратора курса.       К моему счастью, как я и думала, в институте с таким уклоном больше омег, нежели альф, и ещё несколько бет. Весьма комфортные условия для моего обучения в течение нескольких лет до выпуска, подумалось мне тогда, но это было ровно до момента, как я попала на пару иностранного языка.       Это был третий день с начала года, я шла на пару спокойным шагом, но в какой-то момент, заходя в аудиторию, меня буквально натолкнули на того, кто шёл позади меня.       — Чёрт, прошу прощения! — произнёс тот самый неосторожный идиот, который больно спешно пытался свалить из аудитории и налетел на меня.       Только вот он не упал, а я начала падать назад! На человека, который, как и я, был ни при чём и оказался моей подушкой для приземления.       — Надо смотреть, куда несёшься, тогда и извиняться не придётся, — произнёс до холода спокойный тон позади меня, и я, выйдя из ступора, наконец-то сообразила, что меня придержали за плечи со спины, благодаря чему я и не грохнулась окончательно на стоящего позади.       Я поспешно поблагодарила незнакомца позади и сделала от него шаг, от чего тот убрал руку с моего плеча, но прежде чем я хотела взглянуть на обладателя такого прохладного тона, слишком торопящийся парнишка снова подал голос.       — Д-да, простите… — виновато произнёс тот парень, а я лишь хмуро на него глянула, а в следующий момент мне уже было всё равно.       В нос вдруг ударил приятный запах, такой не давящий и лёгкий, словно воздух после дождя, от чего я на мгновение растерялась, но всё же повернулась и увидела входящего в аудиторию темноволосого юношу. Не слишком длинные чёрные волосы, сине-серые глаза, а также заметные синяки под ними, выделяющиеся на бледном лице.       — Перед девушкой лучше извиняйся, но сейчас все по местам, пару никто не отменял, — произнёс он, и тут все опешили.       В тот день мы познакомились с нашим преподавателем иностранного языка — Леви Аккерманом, тридцатилетним мужчиной, работающим в институте уже около трёх лет.       Совсем скоро он стал настоящим ночным кошмаром для всех студентов, ведь задаёт он много, требует от студентов не меньше и гоняет по материалу так, как в армии не гоняют на марш-бросках.       Даже тот самый парнишка, сбивший меня тогда, попал под горячую руку самого жестокого, кличка от студентов, профессора института.       Кстати, того парнишку зовут Эрен, он бета, и мы с ним довольно быстро сдружились, однако в один из дней именно Йегер заложил в мою голову странное зерно размышлений.       — Элла, а как думаешь, — он сидел за партой, подперев рукой голову и скучающе смотрел на доску с новым материалом для лекции, — профессор кто по принадлежности? — спросил он настолько спокойно, что я аж поперхнулась.       — С чего такой интерес вдруг? — спросила я, изогнув бровь.       Порой этот парень конечно генерировал совершенно странные вопросы о смысле жизни и свободы человека в мире с распределениями, но это было уже чем-то ещё более странным.       — Просто интересно, он всегда такой спокойный, черт поймёшь что на уме, вот правда, — с выдохом и хмуро-задумчивым детским выражением лица произносит Йегер, а я вскидываю бровь и кидаю взгляд на идеально прибранный стол профессора, за которым тот обычно сидит, зачитывая нам лекцию или же объясняя новый материал.       — Ну, тут не спорю, — произношу, не смея спорить с очевидным фактом, а затем задумываюсь, — мне кажется… Альфа.       — Да?! — произносит он, резво придвигаясь ко мне и с горящими глазами смотря на меня, а я снова теряюсь.       — Д-да, но это лишь мое предположение, — криво улыбаюсь и мягко отодвигаю шатена от себя, на что тот, кашлянув, всё же отодвигается.       — Прости, просто я бета, и мне порой интересно, как вы друг друга отличаете, — произносит он с улыбкой и отводя взгляд, а я лишь спокойно улыбаюсь.       — Ничего, но не реагируй так резво, пугаешь, — сказала я, крутанув пальцем у виска с намеком, а затем задумчиво поднимаю взгляд в потолок.              

Мне же могло показаться?

                    После этого разговора я слишком часто стала размышлять на тему принадлежности нашего преподавателя. Многие факторы указывали на то, что он Альфа, но были и те, что опровергали.       Например то, что он слишком спокоен для альфы, но в минуты непослушания студентов выглядит опасно, поистине устрашающе, что тоже явная черта главного вторичного пола нашего мира. Но рост, профессор Аккерман невысокий, он на сантиметров десять выше меня, а я метр пятьдесят, хотя обычно Альфы высокие и даже очень… Тот же Йегер больше по росту на Альфу походит. Да и телосложение профессора тоже заставляет подозревать. Он спортивен, и это видно.       Помню реакцию девочек в аудитории, когда он из-за последней осенней духоты расстегнул ворот, который обычно утягивал идеально завязанный галстук, и закатал рукава.       И что же выходит? Даже после долгих попыток буквально вынюхать правду, я не сумела распознать явные феромоны.       Неужели беты могут пахнуть так приятно? Ну точно не омега, нет, такого не может быть точно.       — Маклер, ты слушаешь вообще? — из крайне важных размышлений меня выдернул голос непосредственно объекта моих размышлений.       Передо мной стоял крайне недовольный, что за несколько месяцев обучения я уже могла понять хоть как-то, профессор. Он сверлил меня взглядом своих глаз, и я поняла, что витала в облаках в момент, когда меня спросили относительно пройденного материала.       — Я просто… — попытка оправдаться не увенчалась успехом, так как мужчина резко поставил руку на мою парту, и я лишь испуганно ойкнула.       — «Просто» что? — он изогнул бровь, а потом свёл слегка брови, — если выполнишь то, что я тебе сказал, так и быть, забуду про твое витание в облаках. Напряги мозги и вспомни, — произносит он, и я теряюсь окончательно.       Что он сказал выполнить? Так, пройденный материал? Зачитывание текста учебника? Боже, да я совсем не помню ничего, кроме своих размышлений о его прин…       Из мыслей и панической попытки что-то припомнить меня вывело активное жестикулирование сидящего на переднем ряду Эрена, он пытался показать мне что-то, но я лишь больше запуталась, в следующий момент на моего «спасителя» перевели взгляд синих глаз, и он замер, резко побледнев. Помним, любим, скорбим. Ты был хорошим другом…       — Йегер, вы хотите что-то подсказать мисс Маклер? — произносит Аккерман ледяным тоном, а мой друг, кажется, совсем дух испустил. Я активно мотаю головой, и Эрен нехотя отворачивается.       — Простите, Сэр… — произносит он. Ничего, Эрен, я буду помнить твою попытку спасти мой зад!       — Отлично, а что до тебя, Маклер, припомнила хоть что-то? — спрашивает он, повернувшись ко мне, и мне не остаётся ничего, кроме как признать поражение.       — Нет, простите, Сэр… — произношу я негромко, а профессор хмыкает.       — Две недели будешь оставаться здесь и прорабатывать со мной весь материал заново, чтобы на зубок и все облака разлетелись из головы, — произносит он, а я вздыхаю, соглашаясь.              

***

                    Так я и оставалась, меня гоняли по материалу как солдата на спортплощадке.       Однако, на своё удивление, я довольно быстро привыкла к подобному и даже сумела сдать первый тест на высший балл за счет углубленного изучения материала. Правда тогда я еще не думала, чем в итоге кончится наше углубленное изучение.       — Знаете, Профессор, я даже благодарна, что так вышло, — говорю я, укладывая вещи в сумку после очередного занятия, пока сам Аккерман досконально прибирает свой рабочий стол. — Материал стал даваться мне куда проще, и это хороший вклад в мое будущее.       — Рад, что ты понимаешь суть этих занятий, — произносит он бесстрастно, а затем вдруг поворачивается ко мне, и я на мгновение замираю.       — Профессор? — я вскидываю бровь, а он вдруг отводит взгляд в сторону и сводит брови, словно что-то обдумывая.       — Как ты смотришь на посещение кафетерия? Со мной, — добавляет он, все же повернувшись ко мне, и я снова на мгновение замираю.       Как всегда, ничего нельзя распознать в его лице и мимике, спокойствие на уровне камня.       — Можно, но как-то неожиданно… — произношу, не скрывая недоумения. — Хотите что-то по материалу обсудить?       — Если бы хотел, обсудил бы сейчас, — говорит, фыркнув, а потом надевает пиджак и, поправляя галстук, идет на выход из аудитории. — Но для всех лучше пускай будет версия о материале…       — Поняла… — тут же говорю и поспешно иду за ним.              

Выходит, что-то личное?..

                    В тот день я узнала, что профессор Леви очень любит чай. Даже неожиданно, с такими синяками от недосыпа я была уверена в его пристрастии к кофе, но оказалось иначе. Даже тут он был не такой, каким можно было решить с первого взгляда.       Сперва мы сидели, обсуждая сорт чая, предпочтения и личную коллекцию мужчины.       Однако в следующий момент, спустя несколько минут тишины, он вдруг заявил нечто такое, что я совсем не ожидала услышать и тем более от него.       — Откашлялась? — спросил Аккерман, аккуратно постучав мне по спине, так как от столь неожиданного вопроса я подавилась поданным нам чаем.       — Д-да, кхм… — я выдохнула и сделала малый глоток чая, дабы унять першение после кашля, но затем взглянула на своего преподавателя со слегка сведенными бровями. — То, что вы спросили… Зачем вам?       — А как, по-твоему, что может еще нести в себе вопрос о наличии у тебя пары? — спросил он весьма логично и прямо. Действительно, что тут еще может быть?       — Хорошо, эм… — я попыталась усесться поудобнее, ибо занервничала. — Пары у меня нет, ну и никогда не было… Это все, что вам необходимо? — на мой вопрос Аккерман как-то нахмурился.       — Я не спрашиваю характеристики автомобиля перед покупкой и его пробег, я спрашиваю, свободна ли ты, не путай, — произнес он, фыркнув, и, откинувшись на спинку стула, выдохнул. — Глупо было так наседать на зеленую девчонку…       — Я не зеленая! — возмущенно говорю я, а потом поспешно отвожу взгляд и медленно выдыхаю. — Просто не понимаю вас…       — Не понимаешь? — он изогнул бровь, а я кивнула.       — Вы не проявляли ко мне интерес, с чего вдруг сейчас… — мою голову резко поднимают за подбородок, и я впервые вижу усмешку на губах темноволосого мужчины, пока тело от его прикосновения буквально покрывается мурашками.       — Говорю же, зеленая еще совсем, — произнес он и мягко провел пальцем по моей щеке, пока я, как заколдованная, потонула в синеве этих глаз. — Уважающий себя и в первую очередь небезразличную ему омегу Альфа никогда не зажмет ее в коридоре грязного института. Он будет наблюдать и смотреть, — хриплый выдох, от которого я и сама незаметно для себя выдохнула, — выжидая момент, когда стоит открыться…       — В-выходит, вы дождались? — произношу негромко, а мужчина вдруг снова проявляет непривычный на его лице спектр эмоций и, приподняв брови, вдруг отводит взгляд и убирает руку, от чего моя внутренняя омега готова пасть и молить вернуть руку обратно хотя бы на еще секунду.       — Нет, я, если честно… — он выдохнул и слегка нервно поправил свой идеально завязанный галстук. — Если честно, я сорвался. Не смог больше ждать…       Подобный поворот меня удивил, ведь я такого не ожидала. Профессор Аккерман и чего-то не дождался? Сорвался? Проявил свою сущность Альфы в этом нетерпении?! Боже, я точно не сплю?       — Вы хотите?.. — делаю я очередной вывод, но мужчина вдруг резко вздыхает.       — Снова про авто применить аллегорию? — произносит он, вскинув бровь и вернув свое обычное лицо отчитывающего профессора. — Я Альфа, и это, конечно, понятно, но я, в первую очередь, твой преподаватель и не собираюсь заходить дальше того, что сам себе позволил, раз уж уже сорвался, — произносит он весьма спокойным тоном и, беря чашку за верхние края, подносит к своим губам, отпивая черный чай небольшим глотком.       — То есть… — я удивленно хлопаю глазами. — Вы не собираетесь со мной…       — Ты настолько стесняешься слова «секс», что не можешь его произнести? — снова вижу нечто новое для себя на лице преподавателя.       Он усмехается, сидя за столом и подпирая голову рукой с открытым задором от моего смущения.       — Ну знаете ли! — фыркаю я, а в следующий момент выдыхаю, отводя взгляд и поджимая губы, все же собираюсь с мыслями. — Вы… Не собираетесь со мной спать?       — Нет, я не буду пока с тобой «спать», как ты выразилась, — он хмыкнул, а потом откинулся на спинку стула. — Ты моя студентка, но и нашу связь как Альфы и омеги игнорировать я не намерен, — посмотрел в сторону. — Просто с некоторыми ограничениями на время твоего обучения…       — Звучит странно, — произношу я, а потом вздыхаю и задумываюсь. — А у меня есть выбор?       — Я похож на садиста, который принуждает? — изогнул бровь.       — Как посмотреть…       — Шути, шути, Маклер, — хмыкнул он, а затем сделал глоток чая с выдохом, — но выбор у тебя есть, правда, с учетом истинности, не большой.       — Вы хотите сказать…       — Альфа ощущает это, и я знаю это с первого дня нашего столкновения, Элла, — произносит он настолько спокойным тоном, что я вновь поражаюсь.              

Как понять, что же у него на уме?

             

***

                    В тот день я попросила несколько дней подумать, на что профессор ответил положительно и даже понимающе. Кажется, он действительно серьезен в том, что не собирается принуждать меня к чему-либо…       Несколько дней я провела в нескончаемых размышлениях и раздумьях. Как быть и что решить?       Вдобавок, истинность действительно дала о себе знать ноющей болью в груди от моих сомнений, что возвращалось мне десятикратной болью, и в какой-то момент я поняла, что это боль общая.       Истинные страдают оба в случае каких-либо сомнений у одного, а значит, и профессор…       — Сэр, вы в порядке? — спросил обеспокоенный Эрен в момент, когда во время сдачи своей презентации заметил, как Леви Аккерман впервые скривился и слегка сжал ткань рубашки на своей груди, загнанно дыша.       — Д-да, не отвлекайся от презентации, Йегер, — строго произнес он, и парень нехотя вернулся к этому занятию, а я, также держась за грудину, поймала взгляд синих глаз, которые поспешно отвели в документы, и я поняла…                    

***

                    — Согласна? — он смотрел на меня будто немного удивленно, от чего я и сама удивилась и смутилась.       — Ну да, а что в этом такого? — произношу я в недоумении, может, я действительно слишком быстро все решила, и впечатление не очень получилось?       — Нет, все хорошо, — произносит профессор и, поднимаясь из-за стола, делает шаг ко мне и мягко убирает с моих глаз челку. — Просто не ожидал, что ты все же захочешь связаться со мной, все же я намного старше и в общении не шибко яркий человек, как сама знаешь.       — Вы довольно самокритичный, — я приулыбнулась, а потом слегка отвела взгляд. — Вы хороший и интересный в общении мужчина, а яркость… — я хмыкнула. — Я люблю полумрак и спокойствие.       Произнеся это, я все же подняла взгляд на своего преподавателя и удивилась, он стоял с тем же спокойным лицом, но взгляд явно был удивленный.       — Вот как… — мягкая, еле заметная улыбка на его губах запомнится мне точно навсегда, и тот мягкий, первый поцелуй в губы, который он мне подарил, тоже. — Тогда отныне ты моя пара, Элла…       — Рада слышать, профессор… — заметив хмурый взгляд, я отвела взгляд. — Леви…       — Так-то лучше.              

***

      С того момента прошло около месяца, я действительно счастлива, что сделала такой выбор и что моим истинным оказался именно этот человек. Запах свежести леса после дождя стал моим персональным успокоительным и гарантией покоя и уюта. Объятия, поцелуи и тепло темноволосого также мое истинное счастье, но…       — То есть, между вами все еще ничего не было?.. — слегка краснея и сводя брови уточнил Эрен, который видя мое раздражение с самого утра решил спросить как я и стал несчастным человеком, на которого омега в предверии течки выплеснула все свои страдания и мучения.       — Да, не было… — произношу я и страдальчески опускаю голову в руки.       — Это такая большая проблема? — произносит он непонимающе, а я резко хватаю его за воротник футболки и дергаю на себя, от чего он дёргается и с ужасом смотрит на мой злой взгляд.       — Моя течка через неделю, я подыхаю от желания, потом буду подыхать от течки и отсутствия в ней истинного. Как, сука, думаешь проблема ли это, Йегер?! — он резко поднимает руки вверх.       — Прости, прости, не подумал, я ж бета!       — Ты дебил!       Говорю я и отпустив его фыркаю. Вообще, ябы никогда не сорвалась при нем, если бы он один раз не заметил нас с Леви на свидании в кафе. Спалил, пришлось объяснять и просить не распространяться о увиденном, в следствии чего у меня появился хоть кто-то кому я могла пожаловаться на жизнь…       — Элла, а почему просто не поговорить?       — Говорила уже…       — И о течке?       — и о ней.       — А может…       — А может, а если, а как, а куда, все говорила! — произношу я с недовольством и утыкаюсь в свои руки лицом.       — Неужели все так плохо? — с явным сочувствием и легким непониманием произносит Йегер, который будучи парнем и бетой мало понимал всю плачевность моего сраннного положения.       — Эх, не бери в голову, но спасибо за поддержку, твоя попытка помочь подняла мне настроение — я приулыбнулась и потрепала друга по волосам, от чего тот сперва похлопал глазами, а потом хмыкнул.       — Ну хоть так.

***

      — Элла, что ты вытворяешь? — произносит мой дорогой альфа в момент, когда я напросившись в гости на чай, резко прижимаюсь к нему и, тем самым, оттесняю его к стене спиной.       — Пытаюсь спровоцировать тебя! — произношу я уже на грани срыва и неумело хватаясь за пуговицы рубашки в попытке расстегнуть, но в следующий момент мои руки крепко хватают за запястья и мягко сжимая, отводя от так и не растянувшейся рубашки.       — Во первых, ты скорее ковыряешь пуговицы нежели расстегиваешь — произнёс в привычной своей манере, а потом вздохнул и мягко прислонился своим лбом к моему — а во вторых, зачем тебе это, малышка?..       — Затем… — негромко говорю я, а в следующий момент не выдерживаю и резко прижимаюсь к мужчине с объятиями, на которые тот отвечает своими незамедлительно — Я не хочу… Проводить течку без тебя… — произнесла я негромко.       — Элла, зачем ты плачешь? — я сперва недоуменно взглянула на темноволосого, а потом поняла, что действительно заплакала.       — Потому что все эти границы и рамки меня бесят! — произношу ям недовольством и резко отстраняясь от мужчины, на что тот вскинул бровь, а я сцепила зубы — Раздражает. Ты такой спокойный, словно тебе и вовсе пле.!       Не успев договорить я оказываюсь прижатой к стене и подняв зажмуренный до этого взгляд замираю на месте. Взгляд полный похоти и злости, такой который я никогда прежде не видела у него смотрел на меня пронзая насквозь.       — Плевать? Ох, если бы оно было так, — он прислонился к моему уху и тяжело выдохнул на него, а я решив сделать быстрый вдох чуть не задохнулась ощутив количество появившегося фермона альфы в воздухе — я бы тогда совсем не парился и поверь, не ощущал себя помешанным… — он произнёс все на ухо хрипло и жарко, а затем опустился к шее и тяжело выдохнул опаливая кожу — твой запах заставляет лишаться разума…       — Леви… — говорю негромко и в следующий момент решаюсь и хватаю лицо мужчины в свои ладони и заставляю взглянуть на себя, глаза в глаза — Я хочу чтобы ты убрал эти границы, мы истинные и пускай нам хоть слово скажут…       –Чёрт, ну как я могу спорить со своей омегой? — он усмехнулся и прильнул к моим губам в сперва нежном, но переходящим в страсть поцелуем…

В ту ночь мы наконец-то сделали то, чего оба желали и я была самой счастливой омегой на свете.

***

«Настоящее время»

      Кажется будто это все было вчера, или и вовсе мы с Леви были вместе так давно, что я потеряла счет времени в своем счастье. Но что же если я действительно счастлива? Мой альфа, такой непонятный для всех, тот кого нельзя прочитать ни по эмоциям на лице, ни по поведению… Но в такого я влюбилась и не желаю, что судьба нас связала.       — Снова сидишь на подоконнике? — слышу я со стороны и мягко улыбаюсь, поворачиваясь и смотря на снимающего мокрое пальто мужчину. Он слегка брезгливо осматривает себя с ног до головы и в особенности грязную в следствии погоды обувь.       — Прости, пыталась тебя найти в толпе — произношу с улыбкой, а он хмыкает поспешно снимая все грязное и унося в ванную, где он как обычно ополоснуться, переоденется и только потом…       — Меня искать не надо, я сам тебя найду — подходит он уже чистый и одетый в домашнее, а я с улыбкой обвиваю ногами его пояс и улыбаюсь проводя пальчиками по чуть влажным волосам.       — Знаю, а еще знаю, что руководство института решило не наказывать тебя за наши отношения — произношу с нотами победы.       — Ха, откуда узнать успела? — вскидывает он бровь, а я усмехаюсь.       — У меня свои источники — говорю я с хитринкой, а потом обнимаю темноволосого с улыбкой — я так рада, что у тебя не будет проблем…       — Глупышка, даже если бы были мне все равно — он хмыкнул погладив меня по спине, а потом вздохнул и я вздрогнула, когда слегка грубоватые пальцы мягко, но с нажимом, провели по уже давней метке, которая отныне свидетельствует о моей принадлежности альфе.       — И все же… — я улыбаюсь как настоящая глупышка, но я счастлива, особенно пока мою шею мягко покрывают поцелуями, но…       — Кстати… — он вдруг отстранился и взглянул на меня своим обычным, рабочим взглядом и я криво улыбнулась — Ты же хорошая девочка и сделала все домашнее задание?       — Ой, хе-хе, я…       

Мой нежный альфа, который при этом мой строгий преподаватель. Что еще нужно для счастья?

      — Маклер, будешь наказана.

Кажется, все же, кое-что еще нужно…

«»FIN«»