Cookie-flavored kiss.

Просыпаться в тёплых и родных объятиях мужа на его груди — самое приятное, что может быть в этом мире по нескромному мнению Нахои. Размеренное дыхание опаляет самую макушку рыжей копны волос, а сильные руки крепко сцепленны в замок, в немой надежде не отпускать никуда. Слабо улыбаясь, бывший Кавата аккуратно приподнимает голову и тянется губами к нежной коже спящего Рана. Едва касается щеки, переходит к кончику носа и оставляет лёгкий поцелуй на сухих и потрескавшихся губах. Вставать вовсе не хочется: если бы Хоя мог, он бы лежал так вечность, смотря на то, как сладко сопит и иногда морщит лоб Ран. Улыбнувшись собственным мыслям, рыжеволосый стал медленно и плавно выбираться из рановской тюрьмы, вставать всё же надо, ведь хочется кушать и желательно утопиться в чашке кофе. Хоть и с горем пополам, но наученный опытом, он смог сделать это. Сев на край кровати, Нахоя потянулся и зевнул, прикрыв глаза лазурно-голубого цвета. Забрав в прикроватной тумбы телефон, бывший Кавата уже хотел выйти из их с Раном комнаты, но посмотрев на сброшенный на пол мягкий и пушистый, прям как облачко, плед, он усмехнулся и закинул бедную вещицу на своё законное место, укрыв им мужа. Теперь-то с чувством выполненного долга, Нахоя покинул комнату, оставляя Рана высыпаться дальше, — ведь тот слишком много работал на протяжении всей недели и поздно приходил, — в первую очередь направляясь в ванную, дабы привести себя в порядок. Рыжеволосый любит выходные за непринуждённость. Можно не торопиться, делая повседневные дела, после чего проваляться в постели всё время, смотря какие-нибудь фильмы. Хотя с учётом того, какой у каждого из них характер, без боя подушками или нелепых шуток во время готовки чего-то вкусного не обойтись. Кстати о готовке. Ведя щёткой туда-сюда по зубам в ещё сонном состоянии на машинальном уровне, Нахоя задумывается о том, что было бы неплохо приготовить вместе какую-нибудь фигню, ведь часто именно такие моменты в их жизни становятся самыми смешными и вкусными. Точно, он же недавно смотрел какой-то рецепт в интернете. В голове медленно складывается план дел на ближайшие 4 часа, пока не выспится длинноволосый, а дальше уже как пойдёт. Но то, что они будут готовить вместе — это факт, перед которым Нахоя первым делом поставит мужа.

***

Утро у Рана начинается не с кофе, а с лучезарного и громкого Нахои, что разбудил его прыжком на самый живот. — Доброе утро, мир! — Я только проснулся, а на мою жизнь уже покушаются. — хнычет хриплым голосом старший Хайтани, обречённо усмехается и утягивает улыбашку в объятия. — Чего ты такой энергичный, м? И сколько времени сейчас? — Сейчас почти два часа. Пока ты тут дрых, я уже решил, что хочу приготовить с тобой печенье, сходил в магазин и купил всё, что нужно. Варианта отказаться от этого у тебя нет. Не до конца соображающий Ран смотрит прямо в глаза напротив, параллельно налаживая контакт с миром, дабы начать понимать что он такое. Вздохнув, мужчина отпускает Нахою из объятий, и трёт глаза руками. — Солнце моё, кажется, вы немного прихуели. — Засунь свое «кажется» куда подальше и пойдём, я тебе приготовил омлет и уже кофе заварил, так что встава-а-ай. — рыжеволосый тянет Рана за край рукава кофты, заставляя выполнить просьбу. Хорошее утро. И не важно, что на часах стрелка близится к половине третьего.

***

Перед ними на столе лежат все ингредиенты, Нахоя держит в руках телефон, просматривая рецепт приготовления, а Ран закручивает волосы в неаккуратный пучок а-ля «на отъебись». — Миссия номер один: смешать масло вместе с сахаром. Тебе удобнее будет венчиком или вилкой мешать? — Хоя заглядывает в ящик с приборами, готовясь подать нужное. — Вилкой, нахуй венчик. — он забирает протянутую вилку. — Благодарочка. Улыбнувшись, бывший Кавата достал доску, нож и стал открывать плитки молочного шоколада для крошки в будущее печенье. Отломив кусочек, он протянул его Рану в немом предложении. Не став отказываться от такой щедрости, Хайтани зубами забрал вкусняшку, ведь руки были заняты перемешиванием двух ингредиентов. — Ещё раз, что нужно сделать после масла с сахаром? — Яйцо нужно. Ухмыльнувшись, Ран посмотрел на рыжего сверху вниз и противно-сладким голосом кратко сказал: — Раздевайся. Готовый к такому Хоя посмеялся, но, пригрозив ножом в руках, все же съязвил: — Сейчас кое-какая каланча лишится своих. Подняв руки вверх, мол, всё, я сдаюсь, Ран решил не рисковать, ведь выходки мужа бывают непредсказуемыми. — Всё, понял, принял. Посмеявшись с этой ситуации, они продолжили заниматься каждый своим делом.

***

— Нужна мука. — Ты просеиваешь, я мешаю. — Не, ты не мешаешь, не парься. — Ран, блять- Не успел Нахоя договорить, как до его лица дотрагиваются испачканные в муке пальцы. — Теперь ты пирожок. — Ран, сука! — ответную атаку долго ждать не пришлось, ведь дотянувшись до упаковки, Хоя сразу же кинул небольшое количество продукта в мужа, попадая в самый рот. — Я не сука, я гандон, и вообще, тьфу на тебя, — выплёвывая муку, Ран наигранно скривил лицо. — Не вкусно. — Ты не гандон, ты пидр. — Напомни, почему я сделал тебе предложение? — Ты сейчас вместо шоколада на крошку пойдёшь. С раздражённой улыбкой сквозь зубы проговаривает рыжеволосый, возвращаясь к оставшейся массе. — Не злись, крошка, твоё звание я не заберу. — Хайтани целует Нахою в самую макушку. — Ран.

***

— Какое оно… Масляное. — поглядывая на получившуюся массу, произнёс Ран. — Бля, естественно, у него основа из масла была. Тесто почти замешано, после небольшой войны и добавления замученной муки, они так же добавили соль и разрыхлитель с ванилином. — «В тесто добавьте шоколадную крошку, перемешайте и выкладывайте на застеленный пергаментом противень» — с телефона читает улыбашка, щуря глаза. — Давай оставим немного теста без крошки? Так два варианта получится. — предлагает Хайтани, заглядывая в рецепт тоже. — Да ты гений. Так они и поступили. *** За время, проведённое за готовкой, непослушные волосы Рана решили, что жизнь у него и так слишком сладкая, поэтому слабо завязанный пучок стал расплетаться, а непослушные пряди — мешать. — Да блять. В очередной раз сдувая осветлённые волосы с лица, возмущается Хайтани и прикусывает губу, бурча под нос что-то о том, что отрежет их к чертям собачьим. Руки в масле, пальцы испачканы тестом и шоколадом, так что поправить — практически невозможный вариант. Нахоя, заметивший раздражение мужа, усмехается и уходит в ванную под вопросительный взгляд Рана. — Ты куда? Кидаешь меня, да? — На Марс, блять. Конечно, нахуй ты мне нужен. — кричит откуда-то из квартиры Хоя. Скорее всего с ванной по звуку воды, догадывается длинноволосый, но не понимает, на кой хер идти туда, если раковина есть и на кухне. Возвращается бывший Кавата хоть и с мокрыми руками, но зато с повязкой для того, чтобы не мешались волосы. Ран выгибает бровь, мол, зачем, у него ведь беды такой нет. –Слышь, швабра, нагнись. Отрывавшись от раскладывания теста по пергаменту, всё так же прикусывая губу, Хайтани поворачивается в его сторону, убирает руки так, чтобы не запачкать мужа, и послушно выполняет просьбу. Улыбаясь, Нахоя ловит момент и целует Рана в губы. Затем убирает за ухо надоевшую прядь и аккуратно надевает повязку. — Лучше? — Я тебя обожаю. — Да я в курсе. *** — Как поместить этот кусочек на противень. — Да хороший вопрос, только вот ни я, ни ты — не ебём вообще. — Я придумал, что хочу сделать из него. После этих слов, минут пятнадцать ушло на махинации вокруг теста. — Нет, ну печенье в виде факушки — это мощно. — Я старался.

***

Противень в разогретой духовке, печенье готовиться, а мужья Хайтани, что успели навести порядок на кухне после своего творения, лениво целуются. Нахоя пандой повис на Хайтани, обхватив шею руками, а талию мужа — ногами. Физическая форма спокойно позволяет Рану держать своё драгоценное солнце. Целовать родные губы, чувствовать тяжесть любимого тела — лучшее. Но печенье с молоком под хороший фильм — ещё лучше.