Глаза друг напротив друга

Один день в университете начался для Влада как обычно, но вскоре всё изменилось, когда на одной из пар вошёл преподаватель и заметив Соколовского, который задолжал проект, ведь все остальные уже всё сделали. Владу досталась одна из самых сложных тем, и, едва взглянув на задание, он понял, что это невозможно выполнить за такой короткий промежуток времени: — Это шутка, да? - с нервным смешком спросил Влад, поднимаясь с места и подходя к преподавателю. — Я вас уверяю, работа вполне выполнима, - холодно ответил преподаватель, даже не посмотрев на него. — Выполнима? - возмутился брюнет, — Это нереально! Мне нужно больше времени. Один день - это просто смешно! — Вы тратите время на споры, а могли бы уже начать работать, - отрезал преподаватель, давая понять, что разговор окончен. Влад почувствовал, как отчаяние накатывает на него. Он вернулся на своё место, пытаясь придумать хоть какой-то план действий, но ничего в голову не приходило. Оставив все попытки спорить, он опустил голову на руки и начал перебирать мысли. "Как успеть? Это же невозможно!" Через несколько минут он услышал тихий голос рядом: — Препод тебя совсем закрутил, да? Влад поднял голову и увидел перед собой парня, которого раньше почти не замечал. Парень с яркими голубыми волосами стоял рядом и смотрел на него с лёгкой улыбкой. Влад смутился, пытаясь вспомнить, видел ли он этого человека раньше, но его лицо не вызывало в памяти каких-либо ярких воспоминаний: — Я Ким Антон, - продолжил парень, протягивая руку, — Видел, что ты спорил с преподом. Соколовский вяло пожал его руку и вздохнул: — Да, это просто ужас. Мне нужно больше времени. Один день - это нереально. Антон присел рядом, словно они были давно знакомы, и задумчиво посмотрел на задание Влада: — Слушай, я неплохо разбираюсь в этой теме. Если хочешь, можем сделать это вместе. Работы до чёрта, но вдвоём будет проще. Влад был удивлён таким предложением. Он никогда не общался с Антоном раньше и, если честно, даже не замечал его в группе. Он всегда казался каким-то незаметным на фоне остальных. Но теперь, когда Антон предложил помощь, Влад ощутил небольшую надежду: — Ты серьёзно? - спросил Влад, всё ещё сомневаясь, — Ты хочешь помочь мне? — Конечно, - кивнул Антон, — Мне несложно, да и, честно говоря, я сам не в восторге от этого задания, когда сейчас прочитал его. Мы можем встретиться вечером и поработать над ним вместе. Влад задумался, но его вариант был очевиден. Он не хотел пропустить задание, а времени у него и вправду не было. Антон выглядел уверенным и дружелюбным, и у Влада не было другого выхода, кроме как принять его предложение: — Ладно, договорились, - наконец сказал Влад, слегка улыбнувшись, — Встретимся вечером, так что, давай обменяемся номерами и я тебе всё напишу.

***

Настал вечер, и Влад, сидя на диване с ноутбуком, старался хотя бы немного продвинуться в задании, но мысли путались. Он почти сдался, когда раздался стук в дверь. Это заставило его вздрогнуть. "Наверное, Антон", - подумал он, вставая и направляясь к двери. Открыв, он увидел перед собой Антона с папкой в руках. Парень с ярко-голубые волосами, которые, по мнению Влада, бросались в глаза сильнее, чем что-либо. Брюнет не мог поверить, что тот, кого он едва знал, а только иногда замечал из-за насмешек одногруппников над его внешностью, предложил помощь.: — Привет, - сказал Антон с лёгкой улыбкой, — Надеюсь, не слишком рано? — Нет, в самый раз, - ответил Влад, пропуская его в квартиру. Антон вошёл, осмотревшись вокруг. Квартира была небольшой, но уютной, без излишних деталей. Всё выглядело просто и функционально, как и полагалось для жилья студента: — Ты один живёшь? - спросил Антон, немного удивлённый тишиной в квартире. — Да, переехал от родителей, как только поступил, - ответил Соколовский, пытаясь заглушить неловкость, которая всегда возникает при первых встречах, — Снимал квартиру с другом, но он уехал в другой город, так что теперь я тут один. Антон кивнул, сев на стул у обеденного стола: — Понимаю. Я тоже хотел бы пожить один, но пока не могу, - Антон на мгновение задумался, избегая лишних подробностей, и переключился на другую тему, — Ну, давай посмотрим, что у нас тут по заданию. Влад сел рядом, открывая свои бумаги. Однако всё равно не мог выбросить из головы вопрос, который мучил его с самого момента, как Антон предложил помощь: — Ты... - Влад замялся, не зная, как правильно сформулировать вопрос, — Ты ведь знаешь, что некоторые из наших смеются над тобой из-за твоих волос? Почему ты решил помочь мне? Антон слегка улыбнулся, его взгляд стал чуть мягче, но всё равно сохранял спокойствие: — Да, знаю, - спокойно ответил он, как будто это не имело для него никакого значения, — Я привык к этому. Вопрос не в том, как ты выглядишь, а в том, как ты сам себя чувствуешь. Мне всё равно, что говорят остальные. И вообще, волосы - это просто волосы. Они не определяют меня как человека. Он помолчал несколько секунд, а затем добавил: — А помочь тебе я предложил, потому что, знаешь, бывает такое... Просто не хочется, чтобы кто-то оставался один на один с проблемами, если можешь хоть немного облегчить ему жизнь. Влад почувствовал облегчение от его слов. Антон оказался совсем не таким, как он ожидал - спокойным, уверенным в себе человеком, который не поддаётся чужому мнению: — Спасибо, - сказал Влад, и это "спасибо" было искренним, — Я, честно говоря, никогда особо не вмешивался в то, что происходит вокруг. Типа, каждый делает, что хочет, как хочет выглядеть. Дело каждого. Антон кивнул: — Именно. У всех свои причуды, и это нормально, - парень слегка улыбнулся, — Ладно, давай приступим. Времени не так уж и много.

***

Они начали погружаться в работу, хотя сразу стало ясно, что Влад, несмотря на все усилия, был в полном замешательстве. Он то и дело останавливался, долго смотрел на экран ноутбука, а потом спрашивал что-то, что, казалось, должно было быть очевидным: — Подожди, - Влад потёр висок, — Это вот сюда вставлять или... подожди, это же не так? - он сбился на полуслове, осознав, что очередной раз не понял задания. Антон, сидя рядом, не мог сдержать лёгкую улыбку. Он терпеливо помогал, указывая на ошибки и объясняя сложные моменты. Его спокойствие и уверенность удивляли Влада всё больше с каждым разом: — Да нет, Соколовский, это всё не туда, - с лёгкой насмешкой сказал Антон, присматриваясь к тому, что делал Влад, — Слушай, я понимаю, что этот проект - не самый простой, но как ты вообще собирался его сдать один, если даже половину терминов не понимаешь? Влад поморщился, чувствуя, как его гордость немного пошатнулась, но он не обиделся. Даже наоборот, от этого в нём проснулся соревновательный дух: — Ну да, я не гений, как некоторые тут, - поддел он в ответ, — Но знаешь, Тох, не все могут жить с учебниками вместо подушки. Голубоволосый усмехнулся, наклонившись ближе к ноутбуку Влада: — Ну, может, и не могут. Но если б ты хотя бы одну ночь нормально учил, вместо того чтобы пытаться всё сделать в последний момент, у тебя было бы меньше проблем. Влад хмыкнул, осознавая, что спорить было бессмысленно. Ким был прав. Он часто откладывал всё на последний момент, надеясь на чудо, но в этот раз судьба в виде Антона явно решила ему помочь: — Окей, понял, - сказал Влад, сдаваясь, — Как там дальше-то? Антон снова начал объяснять, но на этот раз с лёгкой иронией в голосе: — Ну вот, смотри... это вот сюда, это сюда, а теперь попробуй сам, - он шутливо отстранился, показывая, что ждёт результата, — Давай, Соколовский, прояви свою смекалку. Влад, напрягаясь, начал делать всё по инструкции, чувствуя на себе взгляд Антона. Его пальцы набирали текст на клавиатуре, но то и дело замирали, когда он сомневался. Антон бросал на него быстрые взгляды, но не торопился вмешиваться. Ему было любопытно, как парень справится: — Так, подожди, - снова остановился Влад, — Что за фигня... А, чёрт, снова не то! Голубоволосый хмыкнул, подтолкнув его плечом: — В следующий раз просто доверься мне с самого начала. Я тебя спасу. — Спаситель, блин, - пробормотал брюнет, но его раздражение было больше наигранным, чем настоящим. На самом деле, ему стало намного легче работать в такой обстановке. Не было напряжения, как с другими одногруппниками, которые только и ждали, когда кто-то оступится. С Антоном всё было иначе - проще, легче. Они продолжали работать, но между ними постепенно начал возникать диалог. Шутки, лёгкие подкалывания, но всё это не переходило границы: — Как ты вообще столько всего знаешь? - спросил Влад спустя какое-то время, откинувшись на спинку стула, — Серьёзно, ты будто из другой лиги. Антон только усмехнулся: — Да ладно тебе. Просто иногда нужно не лениться, вот и всё. Честно говоря, я думал, ты меня вообще не заметишь, когда предложил помощь. Ты же такой "звезда" в группе. Влад поднял брови: — Звезда? Это с чего вдруг? — Ну, знаешь... - Антон сделал жест рукой, как бы описывая Влада, — С друзьями, своими компаниями, девчонки всегда вокруг тебя вьются. Я просто в стороне стоял. Влад немного смутился, услышав это. Он никогда не задумывался о том, что юноша так на него смотрел: — Да ладно тебе, это всё ерунда. Мне кажется, у тебя тоже хватает поклонников, - он кивнул на Антона, добавив с усмешкой: — Да и волосы твои уж точно внимания не лишены. Парень усмехнулся, покачав головой: — Ну да, вот только внимание не всегда такое, как хотелось бы. Они оба рассмеялись, и в этот момент Влад осознал, что Антон не такой, каким он казался на первый взгляд. За этой яркой внешностью скрывался человек с глубоким внутренним миром и тонким чувством юмора. И чем дольше они работали вместе, тем больше Влад ощущал, что их диалог стал каким-то более естественным, непринуждённым. Антон то и дело подшучивал над Владом, когда тот начинал снова что-то путать или не мог вспомнить простой термин, но это были добрые, лёгкие шутки, без злости или унижения. Влад, в свою очередь, стал отвечать ему в том же тоне, их пикировки превратились в весёлую игру. Соколовский сидел, сосредоточенно смотря на экран ноутбука, пытаясь в очередной раз не запутаться в сложной схеме, которую Антон только что объяснил. Он мельком посмотрел на своего нового напарника и вдруг поймал себя на том, что разглядывает его лицо. Ещё раньше Влад заметил необычный цвет глаз Антона, но только теперь его внимание задержалось на этом дольше. Один из глаз Кима был глубокого голубого цвета, а в другом - правом Влад заметил яркое карее пятно. Эта гетерохромия делала взгляд Антона каким-то особенным, живым и выделяющимся: — У тебя глаза... Необычные, - сказал Влад, внезапно перебив рабочий процесс. Он наклонился ближе, чтобы лучше рассмотреть. Антон поднял взгляд и замер, чуть смущённо улыбнувшись: — Гетерохромия, - спокойно ответил он, словно заранее знал, что этот вопрос рано или поздно возникнет, — В правом глазу у меня пятно карего цвета. Ничего особенного. — Ничего особенного? - переспросил брюнет с лёгким удивлением, — Ты серьёзно? Это же... Круто выглядит. Антон чуть опустил взгляд, явно не привыкший к такому вниманию, и начал машинально крутить в руках ручку. Он уже давно перестал обращать внимание на свою особенность, но, видимо, теперь это снова оказалось в центре внимания: — Раньше я думал, что это странно, - признался Антон, чуть покачав головой, — Когда был младше, меня это даже смущало. Я как-то хотел скрывать это, носить линзы, чтобы оба глаза были одинаковыми. Но потом... Ну, я привык. На самом деле, когда со временем смирился, понял, что это даже красиво. Влад не мог поверить, что Антон когда-то считал это некрасивым. Он снова посмотрел ему в глаза, пытаясь понять, что могло бы быть плохого в этой особенности: — Как ты вообще мог считать это некрасивым? - с удивлением спросил он, продолжая всматриваться в взгляд Антона, — Это, наоборот, делает тебя... Не знаю, уникальным. Ким чуть усмехнулся, видя искренность в словах Соколовского. Эта незначительная черта вдруг стала темой их разговора, которая неожиданно сблизила их ещё больше: — Спасибо, - тихо ответил Антон, откинувшись на спинку стула и бросив быстрый взгляд на ноутбук, — Не думал, что ты заметишь. Многие вообще не обращают внимания. — Ну, не знаю, - протянул Влад, — Это просто... Привлекло внимание. Твои глаза... Красивые. Антон лишь улыбнулся в ответ, и на мгновение между ними повисло лёгкое, но приятное молчание. Теперь разговоры шли ещё легче, а между шутками и пояснениями Влад время от времени продолжал бросать взгляд на Антона, удивляясь тому, как что-то настолько незначительное вначале вдруг стало таким важным и примечательным. Влад снова пытался сосредоточиться на работе, но мысль не давала ему покоя. Он ещё раз бросил взгляд на Антона и его яркие голубые волосы. Это был смелый выбор, и брюнет долго не мог понять, что подтолкнуло его нового друга к такому решению. Наконец, он не выдержал: — Слушай, а почему ты, всё-таки, с голубыми волосами? - спросил Влад, стараясь сделать вопрос звучащим легко, но в его голосе всё равно чувствовалось неподдельное любопытство, — Просто... Обычно такое делают люди с другими, ну, наклонностями. А ты не похож на таких. Антон напрягся на мгновение, и Влад сразу заметил, как его лицо изменилось, будто всё веселье и расслабленность от их совместной работы внезапно испарились. Голубоволосый перестал стучать ручкой по столу, и в комнате повисла напряжённая пауза: — "Таких"? - переспросил Ким, подняв на парня серьёзный взгляд, — Каких именно? Влад понял, что вопрос оказался не таким безобидным, как он предполагал, и, возможно, затронул что-то личное. Но он продолжил, пытаясь объяснить свою мысль: — Ну, ты понимаешь... - брюнет начал осторожно подбирать слова, — Обычно такие яркие цвета выбирают люди... Ну, скажем так, с определённой ориентацией. А ты... Ну, ты ведь не такой, да? Антон откинулся на спинку стула, глубоко вздохнув, и на мгновение закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Этот разговор был слишком знакомым, и ему всегда приходилось решать, как на это реагировать. Он открыл глаза и, глядя прямо на Влада, ответил с заметной холодностью: — А если я «такой», то что? Ты перестанешь со мной общаться? - спросил он тихо, но в его голосе слышалась острая нотка. Влад замялся. Он не ожидал такого поворота. Вопрос Антона сбил его с толку: — Нет, наверное, не знаю... - ответил он, начиная чувствовать себя неловко, — Я не это имел в виду. Просто... не знаю, всегда думал, что такие вещи о чём-то говорят. Антон некоторое время молчал, пытаясь переварить слова Влада. Он понимал, что его друг, возможно, просто не понимал до конца всей ситуации, но этот разговор всё равно заставил его чувствовать себя неуютно: — Знаешь, - Антон медленно проговорил, стараясь сдержать эмоции, — Я покрасил волосы не потому, что хотел показать что-то о своей ориентации. Это просто способ самовыражения. Мне нравится, как выглядит голубой цвет, нравится выделяться. Это моя индивидуальность, а не какой-то символ, - он сделал паузу, а затем добавил: — А ты почему-то решил, что если человек делает что-то необычное, это обязательно значит что-то большее. Может, тебе стоит просто принять это как факт и не пытаться искать скрытые смыслы? Влад почувствовал, что задел Кима больше, чем предполагал. Ему вдруг стало неловко за своё предположение, за эту попытку навязать стереотипы на человека, которого он едва начал узнавать: — Прости, если обидел, - сказал он, явно смущённый, — Просто... я не привык к таким вещам. Не знаю, как к этому относиться. Голубоволосый посмотрел на него немного мягче и вздохнул. — Ладно, - сказал он, немного расслабляясь, — Просто в следующий раз... Подумай, прежде чем говорить такие вещи. Не все с этим легко справляются. Соколовский кивнул. Он понял, что Антон прав. Этот разговор заставил его задуматься о том, как он воспринимает людей и насколько глубоко в него сидят стереотипы, о которых он даже не подозревал.

***

После того как напряжение между ними немного спало, Влад и Антон снова вернулись к проекту. Они продолжали работать, хотя оба чувствовали, что разговор прервался на неприятной ноте. Но постепенно тишина начала заполняться случайными комментариями, шуточками и новыми темами для разговора: — Слушай, - неожиданно произнёс Влад, не отрываясь от работы, — Я видел у тебя в профиле, что ты играешь на гитаре. Это правда или просто для вида? Ким слегка улыбнулся, вспомнив свой профиль в соцсетях, где действительно было несколько фотографий с гитарой: — Правда, - ответил он, прокручивая ручку в руке, — Играю уже несколько лет. Начинал с акустики, а потом перешёл на электрогитару. — Серьёзно? - удивился Влад, отложив карандаш, — Я тоже на гитаре играю. Правда, больше для себя, без серьёзных амбиций. Не думал, что у нас может быть что-то общее. Антон усмехнулся: — Ну, видишь, оказывается, у нас не только группа проектов общая, но и хобби. Влад улыбнулся: — А что играешь хоть? Ким задумался: — Ну, в духе Evanescence, Three Days Grace, Nightwish, - перечислил Антон, думая, что его музыкальные вкусы могут показаться Владу слишком мрачными. Брюнет неожиданно оживился: — Да ты шутишь? Я тоже "Nightwish" обожаю! У меня плейлист под завязку ими забит. Ты какие альбомы больше всего у них любишь? Антон с радостью поддержал тему, забыв на мгновение о проекте: — "Once" - это мой фаворит, без сомнения. Тяжёлый, но мелодичный. А у тебя? Влад с энтузиазмом кивнул: — Да, "Once" крутой. Но я ещё люблю "Century Child" - немного более мрачный, но такой же эпичный. И знаешь, если говорить о похожем звучании, я ещё в детстве залипал по Linkin Park и Nickelback. Честно говоря, эти группы здорово дополняли мой плейлист, когда хотелось чего-то более агрессивного. Ким усмехнулся, вспоминая школьные годы: — Linkin Park - классика. Я под них вообще рос. И да, они определённо крутые, особенно их старые альбомы, вроде "Hybrid Theory" и "Meteora". Как раз недавно переслушивал. Соколовский кивнул, а затем, делая ещё одну заметку по проекту, добавил: — Слушай, а ты писал что-то своё в этом стиле? Ну, на гитаре? Антон на мгновение задумался и кивнул: — Да, бывало. Но больше для себя. Что-то вроде смеси Evanescence с Three Days Grace, если так можно выразиться. Получается что-то мрачное, но с мелодией, знаешь, таким резонансом в душе. Влад усмехнулся: — Звучит сильно. А я вот писал что-то похожее на Nickelback и Linkin Park, но больше в плане агрессии. Знаешь, как их быстрые, ритмичные треки. Правда, не показывал никому. Ну, кроме себя самого в зеркале. Антон засмеялся: — Ты не один такой. У меня то же самое. Иногда что-то запишешь, а потом сидишь и думаешь: "Ну, это чисто для меня". Работа над проектом продвигалась быстрее, но разговоры о музыке только усиливали их взаимное понимание. Антон иногда подшучивал над Владом, когда тот начинал тупить или забывал важные детали: — Ну что, гитарист? Кажется, у нас тут небольшой перебор нот, не находишь? - смеялся Антон, указывая на ошибку в проекте. Влад не обижался, а лишь подыгрывал: — Ну, прости. Не всем же быть такими умниками, как ты! Может, это у тебя мозг из-за гетерохромии лучше работает. Антон засмеялся: — Может, и так. Но это точно не влияет на мою память, если тебе интересно. — Может, как-нибудь сыграем что-то вместе? - неожиданно задал вопрос брюнет. Антон улыбнулся, почувствовав, как между ними появляется настоящее понимание: — Почему бы и нет. Будет интересно. Они снова на короткое время погрузились в работу, заполняя последние пробелы в проекте. Однако теперь между ними уже не было той неловкости и напряжения, что в начале. Разговор перетёк в более дружеское русло, и тема гитары стала связующим звеном: — Кстати, - вдруг спросил Влад, прищурившись, — Раз мы узнали, что оба пишем музыку... Может, к следующему какому-то проекту придумаем свой саундтрек? Голубоволосый рассмеялся, но не отверг идею: — О, было бы прикольно. Но тогда тебе придётся выучить пару моих аккордов. — Легко, - сказал Влад, улыбнувшись. — Договорились тогда! - с воодушевлением отозвался Ким. Проектная работа уже почти подходила к концу, и время прошло незаметно. Они всё больше погружались в диалог, отвлекаясь от сложностей задачи, и, в конце концов, заметили, что всё практически готово: — Похоже, почти закончили, - сказал Влад, закрывая свой ноутбук и с облегчением откидываясь на спинку стула, — Честно, я не думал, что за один вечер реально справиться. Спасибо, что вытащил меня, а то я бы точно завалил этот проект. Антон махнул рукой: — Да брось, ты бы и сам справился. Просто подтолкнуть чуть-чуть надо было. Влад посмотрел на Антона с благодарностью: — Нет, правда. Ты здорово выручил. Антон слегка смутился, но в душе ему было приятно, что его помощь была действительно нужна: — Ладно, тогда, может, сыграем что-нибудь в следующий раз? - предложил Влад, — У нас, вроде, и время найдётся теперь. Антон кивнул с лёгкой улыбкой: — Звучит как план. Так, незаметно для обоих, их совместная работа превратилась в начало дружбы.

***

Влад лежал на диване в своей комнате, устремив взгляд в белый потолок. Тишина окружала его, и время словно замедлилось. В голове крутились мысли о прошлом, о тех временах, когда они с Антоном весело проводили время, обсуждали музыку, делали проект, шутили и подшучивали друг над другом. Тогда всё было так просто. Но теперь они не общались. Ссора словно разрезала их связь на две части. Каждый раз, когда Влад думал об этом, он пытался убедить себя, что поступил правильно, но это не приносило облегчения. Пустота, которая оставалась после Антона, только росла. Соколовский вздохнул, перевернулся на бок и взял телефон со стола. Пальцы автоматически нашли чат с Кимом. Диалог давно замер на одном месте, без новых сообщений, словно и дружба замерла в пустоте. Влад пролистал последние сообщения, воспоминания нахлынули - их шутки, обсуждения музыки, идеи для репетиций. Он невольно почувствовал укол в груди. Брюнет задумался, стоит ли написать. Пальцы нервно скользили по экрану. Он начал набирать короткое сообщение, потом стирал. В его голове звучали миллионы вопросов, но ни один не хотел быть озвучен. «Как ты?» Он написал это, но тут же стёр. Ему казалось, что слишком много произошло, чтобы вот так просто спросить. Он набрал ещё одно: «Может, поговорим?» - и снова удалил. Страх и гордость мешали ему нажать на кнопку отправки. Что если Ким вообще не захочет его видеть? Может, всё уже разрушено навсегда? Снова устремив взгляд в потолок, парень осознал, как сильно он скучает. Он не ожидал, что когда-то почувствует такое. Воспоминания о тех днях, когда они вместе репетировали, обсуждали любимые группы, играли, как парень впустил к себе пожить - пришли и остались с ним, затопив его сознание. Телефон продолжал лежать в его руке, но сообщение так и осталось ненаписанным. Влад вздохнул, закрыл чат и положил телефон обратно на стол. Казалось, что пропасть между ним и Антоном стала ещё глубже, а он снова упустил шанс что-то изменить. Соколовский продолжал лежать на диване, погружённый в свои мысли, и не мог отделаться от одной навязчивой мысли - как сильно изменился Антон. То, что раньше выглядело как пустяковая деталь, теперь казалось символом глубоких перемен. Антон перекрасил волосы. Впечатляющие голубые локоны, которые Влад когда-то видел как часть истинного «Я» Кима, теперь стали чуждыми. Вместо них теперь был светлый блонд, который вызывал у Влада смешанные чувства. Это было больше, чем просто изменение внешности; это было, словно Антон полностью стер свой прежний образ. Влад вспомнил, как они с Антоном обсуждали музыку, как Антон самокритично относился к своему внешнему виду, особенно к гетерохромии в глазах. Тот парень, который когда-то самоуверенно носил свои голубые волосы, теперь казался таким далёким. Он изменился не только внешне, но и, кажется, внутренне. Словно потерял часть себя, ту, что делала его особенным и близким для Влада. Эти мысли болезненно жгли его изнутри. Юноша не мог понять, как человек, с которым он так много делил, мог так измениться. Его характер тоже, казалось, стал более замкнутым и отстранённым. Даже в те редкие моменты, когда они пересекались, Антон выглядел будто совершенно чужим человеком. Брюнет чувствовал, что теперь они два разных мира, и это осознание давило на него, как груз. Вспомнив ту ссору и гневные слова, Влад теперь не мог не чувствовать вину. Изменения, которые произошли с Антоном, казались следствием их конфликта. И тот факт, что он сам не сделал шаг вперёд, чтобы исправить ситуацию, только усугублял его внутренние муки. Влад вздохнул, погружаясь в свои ощущения и раздумья. Он понимал, что несмотря на все эти перемены, воспоминания о тех днях, когда они были ближе, не отпускают его. А изменённый Антон, как бы он ни выглядел, оставался частичкой его жизни, частичкой, которую он не мог забыть и не мог отмахнуться. Его мысли снова и снова возвращались к вопросу, который не давал ему покоя: что же больнее - когда сам скучаешь по кому-то, или когда кто-то скучает по тебе? Этот вопрос терзал его, заставляя чувствовать себя ещё более беспомощным. Он вспомнил последние репетиции, когда сознательно избегал общения с Кимом, игнорировал его и посылал только холодные взгляды. Влад понимал, что такое поведение было ответом на собственные внутренние переживания и гнев, но теперь это казалось ему ошибочным. Теперь, когда он оставался один, он осознал, что изолировал Антона, лишив его поддержки и общения в тот момент, когда тот, возможно, больше всего в этом нуждался. Соколовский задался вопросом, не был ли он настолько поглощён собственными чувствами, что не заметил, как это могло повлиять на Антона. На репетициях он был сосредоточен на своей боли и не хотел поддаваться своим эмоциям, но теперь, когда прошло время, он начал осознавать, что нанесённый им вред был гораздо более глубоким, чем он предполагал. Он подумал, каково это - скучать по человеку, который когда-то был важен, и каково это - знать, что ты сам причинил боль и создал дистанцию, которую теперь трудно заполнить. Он начинал понимать, что и его собственные чувства, и чувства Антона заслуживали внимания и уважения. И сейчас, когда он видел, как изменился его друг, ему было ещё труднее справляться с последствиями своих поступков. Влад всё ещё не знал, как поступить и как исправить ситуацию. Он понимал, что игнорирование и холод были ошибочными шагами, но как теперь восстановить связь, которая была нарушена? Этот вопрос оставался без ответа, но один вывод был очевиден: ему нужно было каким-то образом преодолеть свою гордость и попытаться наладить контакт, чтобы понять, что же теперь делать и как можно исправить свои ошибки. Влад снова взял в руки телефон, колеблясь между сомнением и желанием. Он набрал сообщение: «Антон, я скучаю, а вот ты по мне?» Но не дождавшись ответа, он тут же удалил его. Отправить это сообщение казалось слишком страшным и уязвимым шагом. Он продолжал размышлять о том, как изменился Антон. Соколовский стал задаваться вопросом о своей собственной личности и о том, что чувствует сам. Он начал размышлять о том, способен ли он полюбить не только людей вокруг, но и самого себя, и как это может относиться к его пониманию своего пола и ориентации. Он чувствовал, что его чувства к Антону не были ясны, и это мучило его. Ему было сложно понять, можно ли влюбиться в кого-то, если сам не уверен, как именно он видит себя. Вопросы о том, насколько его чувства реальны и насколько он готов принять их, становились всё более настойчивыми. Влад продолжал искать ответы внутри себя, понимая, что перед ним стоит сложная задача - разобраться в своих собственных эмоциях и отношениях с окружающими. Брюнет резко остановился на этом мысли, как будто его осенило. Он задумался, смог бы он полюбить Кима не просто как друга, а что-то большее. Этот вопрос заставил его сердце забиться быстрее и наполнил его ум бурей эмоций. Раньше, когда они вместе работали над проектом и сближались, как дальше протекала их дружба Влад никогда не рассматривал свои чувства к Антону как нечто большее, чем дружба. Но сейчас, когда он видит, как Антон изменился, как стал замкнутым и отчуждённым, Влад начал сомневаться в своей собственной восприятии. Может быть, он действительно чувствовал что-то большее, чем просто дружеские привязанности? Может быть, его гнев и обиды были связаны с тем, что он был не готов принять свои собственные чувства? Этот вопрос снова и снова прокручивался в его голове, заставляя его чувствовать внутреннюю борьбу и путаницу. Влад замер, осознавая, что его гнев и злоба могли быть не просто реакцией на ситуацию, но также и ревностью. Он начал понимать, что за его обидой и холодом к Киму, мог скрываться глубинный страх и зависть. Когда он увидел Антона с новым парнем, что там был не он, это могло вызвать у брюнета не только обиду, но и чувство ревности. Антон, который раньше был близким другом, теперь оказался человеком, который по-другому воспринимал мир и себя. И Соколовский, возможно, был вынужден признать, что его настоящие чувства к Антону могли быть более сложными, чем просто дружба. Теперь, размышляя об этом, Соколовский чувствовал внутреннюю борьбу. Он злился на себя за то, что не мог справиться с собственными эмоциями и что они могли оказаться основанием для его жестоких слов и поведения. Понимание ревности, что он мог скрывать от самого себя, добавило ещё больше смятения и сложных чувств. Влад снова погрузился в раздумья, чувствуя, как его внутренний мир переворачивается. Он всегда встречался с девушками, ухаживал за ними, менял их как перчатки, не задумываясь о серьезных отношениях. Это было его привычным поведением, заложенным в нём, и он никогда не сомневался в своей ориентации. Но теперь, когда он столкнулся с Кимом и этой ситуацией, Влад начал осознавать, что возможно, всё это время что-то было не так. Парень никогда не задумывался о том, что его интерес к Антону может быть чем-то большим, чем просто дружба. Он привык мыслить в рамках традиционных отношений, и не представлял себе ничего иного. Но сейчас, размышляя над своей реакцией, Соколовский вдруг заметил, что возможно, он всегда избегал глубинных чувств и настоящей близости, предпочитая поверхностные знакомства. Почему он никогда не думал об этом раньше? Почему идея о том, что он мог бы иметь чувства к парню, казалась ему далекой и чуждой? Влад начал понимать, что его собственные убеждения и привычки могли скрывать от него настоящие чувства. Возможно, это было его внутреннее сопротивление, его страх перед чем-то новым и непознанным. Брюнет снова взял телефон в руки, чувствуя, как внутренние эмоции рвутся наружу. Он начал писать сообщение, но не смог решиться на отправку: «Почему всё так?» Он сразу же стер это сообщение, внутренне буря от непонимания. Затем он попытался ещё раз: «Ты так изменился из-за меня?» Но и это послание исчезло, оставив лишь чувство неуверенности. Он попробовал ещё раз: «Где тот Антон, которого я знал?» Снова стер, не находя в этом утешения. Влад попытался понять, что же происходит с ним: «Я так отреагировал на самом деле из-за ревности.» Но и это сообщение исчезло из его чата. Наконец, он написал: «Может я вообще тебя люблю, но не так, как думал.» И снова стер, оставив чат в телефоне пустым. Его внутренние вопросы и чувства остались не озвученными, теряясь в круговороте собственных сомнений и страха.

***

Влад сдался. Его рука с телефоном безвольно свисала с дивана, а кисть другой руки прикрыла его глаза, пытаясь скрыть внутреннюю борьбу. Он продолжал лежать, не находя утешения ни в своих мыслях, ни в собственных чувствах. Грусть и неуверенность переполняли его, и сердце бешено колотилось, словно пытаясь вырваться наружу. Ему было трудно понять, что именно он чувствует, и почему эти чувства так мучают его. Брюнет ощущал, как эмоциональная боль смешивается с гневом и разочарованием, оставляя его в полном смятении. Он не знал, как справиться с этим внутренним хаосом, и, закрыв глаза, позволил себе поглотиться этим бурлящим потоком эмоций, который унес его далеко от понимания и ясности. — Больнее скучать или знать, что скучают по тебе? - шепчет тихо Соколовский сам себе, — Люблю ли я тебя как друга или теперь осознаю, что я такой же, как и ты, только боюсь признать это?