место, которого нет

— Ты знаешь правила «игры», нам пора остановиться. Феликс, сморщив брови, взглянул на парня. Потом расслабился и сделал умоляющее выражение лица. — Нет. Я не поведусь на это снова. Ты сам их ввёл. Ты знаешь, что я прав. — Знаю, — с тоской произнёс Феликс. — Пожалуйста, всего пять минут побудь рядом. Обними меня, пока я буду чистить зубы, и уходи. — Я тоже этого не хочу, но правила есть правила. — Ладно-ладно, не занудничай. Вот возьму и отменю их. — Не сможешь. Ты знаешь, я говорю только то, что ты думаешь. — Да, правила помогают сохранить баланс, — Феликс вздыхает. — И почему я такой правильный. — Я помогаю тебе думать о тех обещаниях, которые ты дал себе. Я — твоя воля. — Пожалуйста, давай просто полежим. Феликс придвинулся к парню и, свернувшись калачиком прижался к его груди. Было так комфортно вот так лежать в тепле с любимым человеком. Подушки и одеяло становились в такие моменты в разы мягче. Закрываешь глаза, и ты уже не в малюсенькой квартирке Сеула, а, к примеру, в лесном домике на окраине Земли. Вы совершенно одни, а мир вокруг вас самый добрый и волшебный из всех, которые только может придумать человеческое воображение. Нет никаких проблем, нет тревоги. А самое главное — рядом Минхо. И Феликс может быть с ним столько, сколько захочет. Им нет необходимости расставаться, как в реально мире. Появляется надежда и желание жить. Проблема в том, что потом не хочется сталкиваться с реальностью. Не хочется жить в реальности. Не хочется надеяться на реальность, ведь он знает, что в реальности такого никогда не будет. Конечно, есть всегда маленький процент того, что всё-таки магическим образом все фантазии Феликса сбудутся, но он настолько мал, что в целой части числа даже не может быть единицы, не говоря о значениях выше. И, к сожалению, Ли никак не может на это повлиять. А даже если бы смог, то это было бы неправильно. Остается сделать вдох, затем выдох и открыть глаза. Реальность. Чем больше Феликс думает о ней, произносит вслух, тем противнее она становится. Наш мозг в любом случае воспринимает за настоящее всё, что видит. И даже если ты понимаешь, что в реальности этого нет — твои чувства искренны. Тогда какая разница где ты живёшь? Феликс не понимал. Он знал, что жить в реальном мире это по-взрослому, это правильно. Однако правильно — не значит счастливо. Это вообще разные слова. Ведь любой между счастьем и несчастьем выберет первое? Феликс точно бы выбрал первое. Он в принципе решил, что вместо темного туннеля, предпочитает сразу оказаться на свету. По крайней мере, он пытается. А когда не получается, он обращается к миру фантазий, создавая утопию. Встать с постели всё-таки приходится. Приходится и тащиться в ванну, чтобы почистить зубы, умыть лицо. Приходится и смотреть на свое заспанное помятое лицо. Приходится и игнорировать его вид, чтобы не уплыть в мысли о своих комплексах. Феликс не считал себя прям уродом и не имел низкую самооценку, скорее нестабильную. Ему нравились его глаза, губы, брови и нос тоже ничего. Однако совокупность всех черт смотрелась слегка… Странно? И эти веснушки, то они вроде красивые, а при другом свете смотрятся не очень. Возможно похудей Феликс, он бы нравился себе больше, но пока у него просто нет сил на любые преображения. Он с трудом заставляет себя чистить зубы со внутренней стороны, вяло двигает рукой, чистя язык. Энергии ничтожно мало. Минхо незаметно пробирается за спину Феликса и нежно обнимает. Кажется, жить становится легче, свет — ярче, губы растягиваются в улыбку. Так приятно ощущать тепло вокруг живота. Феликс любим, мил и очарователен. Рядом с Минхо он всегда себя таким ощущает. Хоть Феликс невероятно любит Ли, считает его самым красивым, талантливым и успешным, он не чувствует себя ущербно. Наоборот ему так нравится, какая их любовь равная. Видя, как Минхо любит его, Феликс наконец видит в себе ценность. Разве так бывает в реальности? Смотря на двоих счастливых улыбающихся парней в зеркале, Феликс думает о своей невероятной удаче, что он встретил и полюбил такого замечательного человека как Минхо. Ли оставляет нежный поцелуй на шеи своего парня, прощаясь. Надевает кепку, маску и выходит из квартиры. А Феликс заканчивает с чисткой зубов: выплевывает излишки вспенившийся пасты, поласкает полость рта, снова сплевывает на этот раз уже воду, наконец, промывает белую щётку и ставит её на место. Всё это так медленно. Бесконечно долго. А день вот-вот только начался. Вернее будет сказать даже не «начался», а «начинается». Всё начинается и начинается, да никак не начнётся. Холодная вода обволакивает тёплое лицо Феликса. Он слегка морщится, берёт пенку из зелёной баночки и начинает массажными движениями очищать кожу. Это приятно. Из утренней рутины он любит эту часть больше всего. Хотя, честно говоря, это в принципе единственное, что ему нравится делать за день. Снова умывает лицо холодной водой, тщательно смывая пенку и убирает полотенцем капли воды. Вздыхает и выдыхает. После умывания и дышится легче. Но приближаться к реальности желания всё ещё нет. Он идет к шкафу, светлому, сделанному под дерево. Он немного думает над своим выбором, ему хочется уверенно ощущать себя в одежде, но смотря на свой гардероб Феликс видит лишь пару вещей, которые ему нравятся. Приходится взять классические чёрные штаны и белую футболку. Добавляет к своему образу пару украшений, и он почти готов. Однако он уже немного опаздывает, а сумка в университет, как всегда, не собрана. Сколько бы он себе не обещал, он ни разу не собрал её заранее, поэтому он сейчас, как всегда, в спешке кидает всё подряд, стараясь сэкономить время. Правда даже если бы он был медленнее и чуть сосредоточеннее ничего бы не изменилось. Сознательно пропуская завтрак, Феликс наконец-то выходит из дома и спешно бежит на автобусную остановку. Живот немного тянет. Кушать всё-таки хочется. Если бы Феликс не потратил бы столько бессмысленного времени на Минхо, которое на самом деле было так необходимо ему, то у него бы было время на завтрак, но он бы всё равно не позавтракал. У него бы не было сил на завтрак. Вставать по утрам ему было очень тяжело. А простые дела вроде приготовления завтрака отнимали весь тот остаток сил, после простых ванных процедур. Осталось надеяться на автобус. Если он доедет до университета хотя бы на пару минут раньше, Феликс сможет купить себе перекус. А пока остается наслаждаться утренней прохладой, приятной тянущейся музыкой из проводных наушников и уповать на то, что всё это отвлечет от чувства голода. Немного сонных мыслей о Минхо и автобус приезжает. Феликс заходит в автобус, видит слишком знакомое лицо водителя, оплачивает проезд красной картой и садится на переднее сидение у окна — всё, как всегда. Тот же красный автобус, тот же водитель (кажется их около трёх и всех их Феликс уже успел запомнить), то же место у окна свободно, как всегда. Феликсу нравилось наблюдать за городом в движении, особенно, когда автобус проезжал по мосту. Река Хан великолепно смотрится и днём, и ночью. Но при этом весь этот путь уже надоедал. А видеть Феликсу его придётся ещё минимум два с половиной года. Звучит не так плохо, но удручает. А вот и университетская остановка, которую, как всегда, чуть не пропустил Феликс. Шагать до аудитории приходится быстро, чтобы успеть у тому моменту, как назовут имя. Благо «Л» не первая в списке и Феликс успевал прошмыгнуть внутрь без пометки «опоздавший» и сесть на «своё» место. Как всегда, лекция была достаточно интересной. Феликсу в целом нравилась своя специальность и университет тоже. Он давно мечтал сюда поступить, и его невероятно радовал тот факт, что у него получилось. А самое главное — он смог переехать. Он так хотел жить в Корее, что он даже не представлял другого сценария, планируя свою жизнь после школы. И вот он здесь. В своей мечте. Он наконец живёт как хочет и там, где хочет, учиться где хочет и на того, кого хочет. И даже чувствует себя слегка счастливым. А это уже что-то. В последние годы школы, он был сильно измотан и постоянно ссорился с родителями. Феликс испытывал радость, но редко и это всё. Переехав, он наконец смог спокойно вздохнуть. Но почему сейчас он снова чувствует себя несчастным. Даже не так. Феликс не чувствует счастливым, но и несчастным он бы себя не назвал. В последний год в его сердце нарастало чувство опустошенности и вот оно, кажется, подходит к своему пику, но он не знает откуда оно. Сейчас во время лекции он действительно отвлекается от своих переживаний, но как только он выйдет из университета пустота из его сердца начнёт вопить до звона в ушах. И он ничего не может с этим поделать. Непроизвольно себе под нос Феликс напевает грустную мелодию, находя в ней свои смыслы. Немного отвлекает о пустоты, если не забывать подпевать. Красный автобус виднеется вдалеке — значит у Феликса есть совсем немного времени отдохнуть перед работой. И если не физически, то хотя бы ментально. Вздохнуть и выдохнуть, попытаться настроить себя на работу, потому что сил вообще нет. Усталость ощущается в каждой клеточке, несмотря на то, что, казалось, бы он не так был загружен, чтобы исчерпать всю свою энергию. Феликса пугала такая пассивность. И выражение «мёртв внутри» не казалось уже таким глупым. Ли казалось, что что-то в нём действительно угасло, и он существует на режиме энергосбережения. Будто, чтобы по-настоящему жить у человека есть элементы и вот один из них вышел из строя, и теперь он живёт иначе. Феликс практически прочувствовал на себе закон бочки Либиха. Только есть загвоздка. Если одна из дощечек бочки не просто коротка, что если она полностью будет отсутствовать? Вся вода просто вытечет. Дощечка Феликса была явно как минимум сломана. А раз он ещё живёт, значит она пока на месте. Может ли случится так, что она доломается до конца? Феликс не был болен. В его жизни не происходило сильно травмирующих событий. Как бы он не пытался понять, у него не получалось. Что же с ним? Почему всё так изменилось? Это произошло не за один день, но Феликс совершенно не обращал внимания, как неожиданно для себя шёл в направлении бездны. На работе уже было полегче. Феликс сразу же начал болтать со своими коллегами. Они действительно были хорошими, и с ними было так легко и весело работать. И несмотря на своё состояние, Феликсу нравилось быть бариста. Это бы интересно и несложно. И практически не оставалось времени погружаться в свои мысли и думать об усталости. Время пролетало очень быстро. А после работы Ли чувствовал себя вдохновлённо. Шесть часов хорошей компании и хорошей музыки давали Феликсу небольшое чувство удовлетворённости. Приятная ночная прохлада радовала, после жаркого летнего дня. Можно было вдоволь надышаться по дороге домой. На половине пути ноги уже начинали болеть, обращая на себя внимание. Феликс остановился и немного размял их. До дома недалеко, но каждый шаг теперь давался тяжелее. А знакомое чувство пустоты постепенно выло громче. Пересиливая себя, Феликс продолжал идти, отмахивая надоедливые мысли о том, как ему тяжело, и как он хотел бы иметь телепорт, и что ещё шаг, и он не выдержит и просто ляжет на сухую землю, и «уснёт». Почему-то именно дорога забирала столько сил, хотя, казалось, бы он почти пришёл, но к его телу будто прилипла тяжёлая зелёная слизь, утяжеляя каждый шаг. Кажется снова отвлёкся от приятной, хоть и грустной музыки. Совсем перестал слушать. Но вот понемногу Феликс начинает чувствовать ритм и петь про себя слова песни. Tender is the night For a broken heart Who will dry your eyes When it falls apart? What makes this fragile world go 'round? Were you ever lost? Was she ever found? Somewhere in these eyes. Действует волшебно. Уже не ощущаешь себя усталым, потерянным парнем с кучей проблем. Просто поёшь и всё становится проще и радостней. Феликс даже не представляет что-то конкретное. Он также идёт по той же тропе, но при этом без груза. В такие моменты Феликс особенно чувствовал важность существования музыки. Это не просто развлечение, в целом творчество может помочь с самыми трудными ситуациями. Ментальное состояние Феликса в принципе держалось на комиксах, играх и музыке. В музыке можно найти столько эмоций. Феликса тянуло к ней. Он сам хотел бы быть создателем столь чего-то не просто прекрасного, а важного. Даже если это будет важно для одного человека. Только Феликсу почему-то не хватало смелости попытаться создать хотя бы одну, может и не очень красивую песню. У него были пару (а может «слегка» больше) заметок, но довести дело до конца он не решался. Да и времени на это совсем не было. Поэтому Феликс искренне восхищался людьми, которые боролись за свои мечты и за своё творчество; которые не побоялись такого откровения перед буквально всем миром. Феликс восхищался Минхо. Fall back into place Fall back into place. Феликс стоял перед дверью в свою квартиру. Вернулся ли он на своё место? Действительно он там, где должен быть? Самое обидное понять, что то место, в которое ты всегда хотел, тебе не подходит. Это страшно. Но Феликс действительно не знал ответа на этот вопрос. Иногда в нём просыпалось уверенность в том, что по-другому не должно было быть, и что там, где он сейчас находится это необходимо, чтобы в последствии с твёрдостью знать, где его место. Пока он был уверен только в Минхо. Рядом с ним Феликс ощущал себя на своём месте. Быстрее, быстрее. Надо как можно быстрее снять обувь, откинуть все сумки и бежать к Минхо, пока поток экзистенциальных кризисов не захватил Феликса. Он буквально прыгает в объятия Минхо. Феликс так по нему скучал, хотя они не виделись всего ничего, но для Ли это было мучением. Только прижимаясь к тёплому и мягкому Минхо, он мог почувствовать себя спокойно. Как же ему не хватает этого «спокойно». Они видятся только по ночам, иногда с утра и почти никогда днём. И в их арсенале всего пару часов прежде чем они заснут. Такие правила. Так будет лучше для самого Феликса. Но от этого всё равно болело сердце. Пару часов тоже не мало, если бы не Минхо, Феликс не представлял, как бы он жил. Ему так необходима поддержка, необходима любовь. Феликсу так было необходимо спокойствие, которое дарил Минхо. После целого дня с самим собой Феликсу нужен был другой человек, иначе бы он просто сошёл с ума из-за своих глупых мыслей. Он был уверен только в Минхо. Он мог рассказать ему что угодно, он доверял ему даже больше чем себе. А самое главное Феликс был уверен в любви Минхо. Ли даже разочек усомнится в ней себе не позволял, что не мог сказать о других людях. У него были друзья и родители (правда не в Сеуле, в Корее Феликс так и не смог обзавестись близкими людьми), и не то, что бы он не доверял им или считал их недостаточно близкими, но они никогда не могли быть такими, как Минхо. Он всегда понимал Феликса и в независимости от своих мыслей, Ли чувствовал, что его любовь не закончится, что она немного выше самой любви. Кроме себя самого, Феликс ни с кем не мог полностью расслабится, как с Минхо. Только вдыхая приятный запах порошка, исходивший от Минхо и кончиками пальцев ощущая приятную ткань толстовки, Феликс мог закрыть глаза и ни о чём не думать. Ни. О. Чём. Пока Минхо поглаживал макушку парня, Феликс ощущал как тяготы жизни буквально сползают с него. Минхо мог хотя бы немного навести порядок в голове Феликса, просто находясь рядом. — Я так тебя люблю, — мурлычет, Феликс прижимаясь сильнее к тёплой груди Минхо. — Я тоже люблю тебя, солнышко. Эти слова такие сладкие. Феликс просто тает. Минхо целует его в лоб. Губы такие тёплые, такие целебные. Минхо, как травяной чай для Феликса. Кто был из них солнцем, так это Минхо. Его теплота была необходима Феликсу. Он даже чувствовал, что их отношения неравноценны. Феликс не нужен был Минхо. Он и так бы прекрасно жил. А вот Феликс, может конечно и не умер бы без Минхо, но точно его жизнь была бы гораздо тяжелее и его состояние наверняка было хуже. Феликс бы сам себя довёл до ручки. И только Минхо не заставлял хрупкий мир Феликса продолжать вращаться. — Феликс, — начал Минхо. — Ммм..? — Нам надо это прекратить, — серьёзно продолжает Минхо. — Ты решил сказать это прямо после слов о любви? — Знаешь же, что это никак не влияет на мою любовь, но эти отношения ненормальны. Ты и сам это знаешь, — Минхо выдыхает тёплый воздух на волосы Феликса. — Сколько раз мы это откладывали. Сколько раз ты это откладывал? — Тебе напомнить? Я придумал правила. Я решу, когда будет конец. — Тебе нужно решиться. Чем дольше ты со мной, тем дальше себя закапываешь. — Минхо, — Феликс поднимается и смотрим прямо в глаза парню. — Может это и оправдание, но я чувствую, что не справлюсь без тебя сейчас. Правда, я не могу. Только не сейчас. — Ты должен научится справляться сам, — строго говорит Минхо. — Разве я не справляюсь? Я справляюсь с помощью тебя, — с улыбкой говорит Феликс, ведь он знает, что Минхо не бросит его. Никогда. Это может сделать только Феликс. — Ты понимаешь о чём я. Однажды… Феликс затыкает его поцелуем. — Однажды будет однажды. Феликс снова целует. Берёт в руки лицо Минхо и глубоко целует, чтобы у того пропало любое желание продолжать говорить. Минхо приходится опереться на руки, чтобы не упасть под давлением Феликса. Ли же аккуратно садится на бёдра парня, не разрывая поцелуй. Феликс любит их поцелуи с Минхо. Любит возникающий жар на губах. Любит розоватые щёки Минхо. Любит взъерошенные волосы парня и неряшливый вид после. Любит одновременно целовать и обнимать. И любит быть ведущим — регулировать весь процесс. Сердце Феликса начинает биться сильнее. Минхо такой притягательный, что от него невозможно оторваться. Как бы Феликс не хотел, он не отлипал от влажных губ старшего. Ему хотелось максимально продлить приятное ощущение по всему тело. Феликс не знал как описать это чувство, может это была любовь. Или наслаждение любовью. Это чувство сопровождалось мягким волнением, страстным желанием и бесконечной теплотой. Что-то сравни оргазму, но будто даже приятнее. Феликс бы всё отдал лишь бы его продлить. Ли медленно разрывает поцелуй и смотрит на Минхо, легонько касается кончиком своего носа его щеки. Потом целует лоб, нос, шею. Поцелуи мягкие и лёгкие. Феликс показывает всю нежность своих чувств. Ещё немного целует лицо, а затем контрольный поцелуй в губы. Хочется и его растянуть, но силы постепенно покидают Феликса. Хочется спать. Ли удобно устраивается в объятиях мягкой голубой толстовке Минхо и закрывает глаза. Так уютно и тепло, словно Феликс в комнате из тысячи подушек и одеял. Засыпается очень легко. На утро Феликс просыпается один. Вставать, как всегда, тяжело, но сегодня он кажется даже немного выспался. По дороге на остановку Феликс обдумывает слова Минхо. Наверное, стоит давно это прекратить. Вообще не стоило начинать. Но сейчас от этого трудно избавится. Феликс всегда считал себя склонным зависимостям, и к счастью у него не было проблем с алкоголем или курением, но была проблема с Минхо. Он и был главной зависимостью Феликса. И, конечно, он понимал, что от любой зависимость надо избавляться. Как он может это сделать? Ему слишком плохо. Для начала ему бы понять, что вообще с ним происходит. Феликс не мог обратиться за помощью, даже рассказать близким. Он даже не знал почему. Он просто молчал и всё. И только Минхо он мог рассказать всё, что у него было на душе. Минхо даже не надо было ничего рассказывать, он и так всё понимал. Ведь у Феликса были проблемы с формулировками своих чувств. Может однажды его жизнь перестанет быть круговоротом проблем и у него будет время понять, что с ним. А пока он будет рядом с Минхо. Пока Феликс чувствует, что его место рядом с Ли Минхо. Даже если этого места не существует. Феликс подходит к баннеру на остановке, на котором изображён «Lee Know» со своим новым концертом в Сеуле. Феликс легко прикасается к изображению. — Я так бы хотел с тобой познакомиться. Даже если ты не такой, как я думаю, я хотел бы тебя узнать. Хотя, наверное, это было бы странно. Прости, если поступаю с тобой нечестно. Но, кроме тебя, больше некому вытирать мне слёзы.              The end