Шепот твоей любви

Забежав в какую-то забегаловку, девушка села за самый дальний столик в тёмном углу. Попытки отдышаться были тщетны. Страх оцепил её, мешая сделать вдох, в котором она так нуждалась. Он в любой момент может войти. «Нет, не может. Он не видел, куда я зашла», — остановила поток мыслей Гермиона. Миловидная официантка подошла к ней и поинтересовалась, будет ли она что-то заказывать. Попросив только воды, Грейнджер проверила мобильный. Экран не загорелся. Телефон сел. У неё нет возможности позвонить кому-либо. Но могла ли она кому-то довериться и попросить о помощи? Может, намного лучше, что у него нет шанса отследить её или застать врасплох и позвонить, тем самым найдя её, например, в тихой забегаловке? «Интересно, возможно ли отследить кого-то с помощью мобильника?», – задалась вопросом Гермиона. Она хоть и была умна, но современная техника развивалась так быстро, что она не успевала узнать о всех новшествах. В последнее время она вообще ничего не успевала узнать. Не могла. Всё из-за него. Сердце всё ещё бешено стучало даже после нескольких стаканов прохладной воды. Девушка просто не могла взять себя в руки. Сама мысль о том, что он может найти её и снова забрать себе, просто убивала. Она не хотела к нему. Не хотела, чтобы её жизнь превратилась в это. Вечные поддельные улыбки парню, который каждую ночь насилует её, наверняка думая, что ей это нравится. Она не может сказать «нет». Иначе этот… не было даже таких слов, которыми можно было описать ту ненависть, которую Грейнджер испытывает к этому человеку. Если он разозлится, может случиться, что угодно… Но он не найдет её. Просто не сможет. Сейчас она выпьет воды, восстановит дыхание и сбежит через чёрный вход. Там встретит красивого парня, который любезно поможет ей. — Мисс, вы выглядите испуганной, — обеспокоенно скажет мужчина. — Я могу вам чем-то помочь? Может, вы хотите воды? — Мне нужно уехать из города. А лучше из страны. Желательно на другой континент. Мужчина участливо подвезет её до аэропорта, а потом окажется, что у него есть небольшой бизнес. Ему срочно понадобилось в Америку, поэтому он оплатит ей билет и долетит вместе с ней до Нью-Йорка. — Это так…благородно с вашей стороны, — вытерев подступающие слёзы, прошепчет Гермиона. — Мы ведь совсем незнакомы. — Узнав вашу историю, я просто не могу не помочь. Она устроит свою жизнь в Америке. Подальше от этого урода, который считает, что она его собственность. Но это лишь мечты. Грейнджер сомневалась, что здесь вообще есть чёрный вход. А что бы там она нашла молодого человека, который оплатит ей билеты в Нью-Йорк… Это невозможно. Колокольчики на двери оповестили о новом посетителе. Вздрогнув, девушка нервно оглянулась. В забегаловку уверенными широкими шагами вошёл высокий мужчина в чёрной кожанке. Его светлые платиновые волосы выделялись на фоне этого грязного места. Несколько тонких прядок упало ему на глаза. — Давно не виделись, Кудряшка, — усмехнулся Малфой. Его ухмылка заставила девушку поёжиться. — Нет, пожалуйста, нет… — зашептала обречённо Грейнджер. Как он узнал, что она тут? Гермиона уверена, что он не видел, куда она свернула. Ему кто-то подсказал? Блять. Блять. Блять! Вскочив с грязной софы, Грейнджер направилась в сторону барной стойки. Её волосы зацепились за вешалку для одежды, из-за чего её и так небрежный пучок распался. — Ну куда ты, мы ведь не доиграли. Так ведь? — он широко улыбнулся, пожимая плечами. Старая привычка. — Кудряшка, вернись. Ты меня обижаешь, — закричал Малфой. Выражение его лица изменилось за долю секунды со спокойного и игривого на зловещее и сумасшедшее, когда она, схватив случайную бутылку, приготовилась кидать её. — Драко, — предупреждающе сказала Гермиона. Кричать, а тем более бежать, у неё больше не было сил. Она оказалась в тупике. В ловушке. Он нашёл её и теперь наиграется вдоволь. Её жизнь станет адом наяву. Или это давно так? «С того момента, как я познакомилась с ним», – чётко сказала себе Грейнджер. – «Просто тогда я не осознавала этого» — Гермиона, не переживай ты так, — произнес её отец, искренне улыбаясь. Он поставил большую коробку на кухонный стол, читая пометку на ней. «Игрушки Кудряшки» — гласила надпись на коробке. Мама дала ей это прозвище, когда её волосы только стали расти, и она заметила, что они невероятно вьются. — Ты найдешь новых друзей в новом городе, — закончил папа. Он поставил коробку с надписью «Книги Кудряшки» возле окна. — Вон, посмотри! — крикнул он. — Соседский мальчик играет один! Предложи ему дружбу, а? — Я не очень хочу… — Гермиона посмотрела в окно на мальчика со светлыми волосами и красивыми серыми глазами. Он и вправду был один. — Ребята, вы разобрали коробки, как я просила? — подойдя к ним, спросила мама. Увидев их лица, на которых читалось: «упс», женщина вмиг сделала серьёзный вид и уже начала говорить, как девочка перебила её: — Я гулять! Коробки сами разберите! Их новый сад был огромен, но нуждался в серьёзной реставрации. Гермиона очень хотела посадить здесь как можно больше ярких и красивых цветов и обязательно сделает это когда-то. Подбежав к мальчишке, играющему на дороге, она прокашлялась и начала: — Ты знал, что играть на дороге опасно? — Ты вообще кто такая?! — мальчик поднял на неё свой задиристый взгляд, но прищурился из-за палящего солнца. «У него, наверное, самые красивые глаза, которые я когда-либо видела», – подумала тогда Грейнджер и не ошиблась. Когда-то она влюбилась в эти глаза. А потом они принесли ей столько боли, что вся эта красота померкла. — Я теперь живу тут, — ответила девочка. — И я хочу, чтобы ты ушёл с дороги. — Где хочу, там и играю! Подняв бровь, Гермиона схватила пластиковую машинку, лежащую недалеко от мальчишки, и побежала в сторону дома. — Эй! Верни! С тех пор они стали самыми лучшими друзьями, которые могли доверить друг другу всё, что угодно. — Драко, почему ты тут так поздно? — выйдя на кухню выпить воды, она увидела её друга, сидевшего на крыльце. В час ночи. Его голова была низко опущена, будто он плакал. — Что случилось? — Мои родители разводятся, — проговорил парень. Он говорил так, словно у него в горле образовался огромный ком, который мешал говорить. — Что?! Боже, Драко, мне так жаль… — Нет! Не нужно жалости! — крикнул он, вскакивая с места. — Я не хочу слышать это! Тем более от тебя… Тогда она впервые увидела его агрессию. Но девушка проигнорировала тогда его вспыльчивость, Грейнджер не помешало ничего, чтобы не влюбиться в этого идиота. — Чёрт, Гермиона… Ты такая… я без ума от тебя, — растягивая слова, сказал Малфой. Он ночевал у неё из-за очередной ссоры его родителей. Только теперь он принес с собой… наркотики… Для Грейнджер было странно думать об этом. Она никогда не была тем подростком, который прогуливает уроки, выкуривая очередной косяк за школой, или тем подростком, который приходит под утро пьяным. Гермиона всегда была примером для подражания. Её родители могли положиться на неё. А Драко… он был немного проблематичным ещё с раннего детства, но когда он узнал о разводе родителей, окончательно слетел с катушек. Он стал употреблять наркотики и алкоголь, теперь у него всегда можно было найти сигарету и презервативы, несмотря на то, что за несколько месяцев до этого, они играли в детские игры, как «твистер». — Не говори глупостей, Драко, — рассмеялась Грейнджер. — Ты под… ну в общем, ты не соображаешь, что говоришь. — А вот и нет! Ты давно мне нравишься! Ты давно мне нравишься. Фраза, которая кардинально изменила её жизнь. — Драко, у меня есть парень, — промямлила девушка. Она отвернулась от Малфоя, который, лёжа на матрасе, рассматривал потолок. Кажется, он её не услышал или вообще забыл, что они говорили. В эту ночь Грейнджер не могла заснуть. Почему? Почему только сейчас он сказал ей это? Когда она зарыла эти предательские чувства у себя в душе и попыталась полюбить кого-то другого. — Гермиона! — кинув очередной камешек в окно, закричал Драко. — Чёрт, Грейнджер! Поговори уже со мной! — О чём нам с тобой говорить? — обняв себя руками, чтобы хоть немножко согреться от холодного ветра, она вышла на крыльцо. — Ты поцеловал меня! — снизив голос, упрекнула девушка. — О чём нам говорить? — Ну допустил я ошибку, — Малфой пожал плечами, а после глупо улыбнулся. — С кем не бывает? А ты уже, между прочим, меня третий день игнорируешь! — Вся школа только об этом и говорит! Это не просто пустяк, Драко! Боже, я даже не знаю, как теперь говорить с тобой! — Это всего лишь дружеский поцелуй, Кудряшка. Идём гулять? Кудряшка. Он сделал это случайно, по привычке, но… Никто не смел называть её так, особенно после смерти мамы. Воспоминания нахлынули на неё, в ушах зазвенело. Гермиона больше не слышала извинений друга. Больше не видела машину очередного ухажера Нарциссы перед домом Малфоев. Она, потеряв равновесие, упала в клумбу с недавно посаженными цветами. Что было потом? Наверное, Драко позвал кого-то и её занесли в дом. После нескольких таких припадков её отвели к психологу. У девушки не хватало сил провести там целый час, поэтому Малфой нередко помогал сбежать ей. — Думаю, отец уже волнуется, — выдыхая терпкий дым сигарет, произнесла Грейнджер. — Ничего страшного, — усмехнулся Драко и сделал то же самое. Он приблизился к ней и схватил за подбородок. Они были в какой-то заброшке, выкуривая очередную пачку сигарет, которые украл Малфой у парня матери. А может и у самой Нарциссы. Он мягко поцеловал её, как делал и в прошлые разы. Гермиона не понимала, зачем он так поступает, но против не была. — Идем, уже и правда поздно. Отец был в ярости. Ссоры, запреты и домашние аресты стали в порядке вещей в их некогда спокойной семье. Когда Джонатан понял, что всё это не работает, он принял серьёзное решение. — Да он издевается! — закричал Малфой. — Видимо. Я не знаю, что делать. — Он не может отдалить тебя от меня! Давай сбежим? — неожиданно сказал парень. Он вскочил с маленькой софы и стал расхаживать взад вперёд. — У нас есть небольшие сбережения, можем… — Драко! Ты с ума сошёл! Я не буду сбегать! — Но почему? — нахмурился Драко. — Мы сможем быть вместе, и никто не сможет помешать нам! — Это глупо! Очень-очень глупо! — Ты готова забыть меня? Нас? — Я буду тебе звонить. И она звонила. Каждую ночь выбегала тайно на кухню и звонила. Поначалу, ей даже нравилось. Было в этом что-то... романтичное? Но потом... Потом они медленно забыли друг о друге, как думала Гермиона. Он никогда не забывал её. — Гермиона, будешь чай? — Генри вошёл в кабинет с чашкой чая. Она была на стажировке в одной крупной компании и справлялась отлично. — Кофе, пожалуйста. Генри тоже стажёр, но работает он намного меньше, чем она. Пока что, он носит всем напитки и таит надежду, что скоро сможет показать свой, как он говорит, «талант». — Ты же тоже стажёр, — услышала грубый голос Грейнджер. Она посмотрела в сторону высокого накаченного мужчины. Генри уже не было. На руках мужчины красовалось десятки татуировок. Змеи, драконы, черепа. Взглянув в его глаза, Гермиона задумалась. «Где-то я их видела» Серые, словно серебро, глаза неотрывно смотрели на неё. «Да, определенно. Мы уже встречались» Потом она обратила внимание на его волосы.. Светлые, как снег. Кажется, он что-то произнес, но Грейнджер не слышит его за своими мыслями. — Извините, мы раньше нигде не встречались? Прозвучал вопрос и тогда Грейнджер озарило. Малфой. Перед ней стоял Драко Малфой. Её первый друг. Первая любовь. — Драко! — воскликнула она, даже не дождавшись ответа. — Бинго, — ухмыльнулся он. — Эта ужасная ухмылка не изменилась! — улыбнулась Гермиона. Она поверить не могла, что спустя столько лет он появился в её жизни. — Сколько же мы не виделись? Лет десять… — Двенадцать. Ты уехала из нашего города, когда тебе было шестнадцать. Малфой месяцами пытался выследить её. И когда это получилось, он явился к ней на работу. Он не случайно увидел её рано утром в кофейне, куда она всё время ходит. Не спросил у бариста, где работает эта девушка с пышными волосами, как тогда сказал. Он следил за ней. Малфой знал её личный адрес, знал её привычки и какой кофе покупает ещё задолго до того, как явился к ней на работу. — Драко, прошу, — в слезах прошептала Грейнджер. — Я сделаю всё, что ты попросишь, если пообещаешь не злиться. — Ты и так сделаешь всё, что я скажу. У тебя нет выбора, Кудряшка. Он подошёл к ней, забрав бутылку дешёвого виски. Проведя большим пальцем по её острой скуле, он смахнул слезинку. — Не плачь, Кудряшка. Всё же хорошо. — Не делай глупостей, Драко. Молю тебя. — Конечно нет, Кудряшка. Его ухмылка — последнее, что она увидела прежде, чем он ударил её этой же бутылкой виски по затылку. Чёрт. Она отключилась. *** Сколько времени прошло? Драко уже давно забыл о времени. Он наблюдал за спящей девушкой и его не волновал ни дождь за окном, ни тикающие часы на стене. Гермиона была так красива, когда спит. Словно ангел, спустившийся на землю специально для него. Но она спит неспокойно. Это он узнал тогда, когда только нашел её в этом большом городе, в который она переехала работать. Она всё время ворочается, из чего можно сделать вывод, что ей снятся кошмары. Малфой улыбнулся. «Какая же ты милая, Гермиона». С каждой секундой Драко понимал, насколько сильно влюблён. — Я так люблю тебя, Кудряшка, — прошептал он, поглаживая её щеку. — Так люблю… — Драко... Драко, что, чёрт возьми, происходит? — девушка попыталась закричать и вскочить с кровати, но ни то, ни другое у неё не получилось. Она охрипла, едва могла говорить, из-за чего была вынуждена не кричать, а лишь шептать. Её правая рука была пристегнута наручниками к кровати. Малфой подумал, что так будет безопаснее, пока она не успокоится и не поймет, что он делает это ради неё. — Драко Малфой! Отстегни мою руку! — нахмурив брови Грейнджер попыталась встать, но на это раз спокойнее. — Не нервничай, Гермиона, — он мягко улыбнулся. — Это всё для твоей безопасности. — Моей безопасности?! Не говори глупостей! — она попыталась достать до него свободной рукой. К её сожалению, он сидел слишком далеко. — Ненавижу тебя! Он всего лишь усмехнулся на эту... ложь. По другому нельзя назвать это. Гермиона любит его. Она сама говорила это. Сотни тысяч раз. Когда они курили на его веранде, когда гуляли под дождем и когда говорили по телефону в тайне от её отца. Она шептала эти три заветных слова, когда он накручивал её волосы себе на палец после секса. Она всё время говорила о том, как сильно любит его. А сейчас... Сейчас она просто зла. — Мерзавец! Отпусти меня! — Я тоже люблю тебя, Гермиона, — прошептал он, подойдя и чмокнув девушку в лоб. — Вернусь, когда успокоишься, Кудряшка.