Неисправность

Седьмое апреля. Прошла всего неделя с начала нового учебного года, но Изуку уже устал так, словно пропахал год без остановки. Естественно, в этом постаралась и компания хулиганов, его одноклассников, которые не оставляли парня в покое даже на один денек. Шел урок математики, очень важного предмета для старшеклассников, ведь это — экзаменационный предмет. Мидория сидел в дальнем углу класса за своей партой, как обычно, активно черкая ручкой болтовню учителя и все алгебраические вычисления, выведенные на доске. Изуку сложно давалась математика, поэтому весь напор он направлял именно на этот предмет, занимаясь с репетитором по 2 часа в неделю. Но до конца сконцентрироваться на занятии в данный момент он не мог, ведь даже затылком он ощущает этот взгляд: янтарные глаза глядят в самую душу и заставляют парнишку немного поежиться. Бакуго же, в свою очередь, сегодня был особенно задумчивым и даже не тронул Мидорию утром. Разумеется, это вопрос времени, ведь Кацки не оставляет своих "звездочек" без новой порции унижений и надругательств.Он сидел позади Изуку, время от времени направляя хмурые взгляды на его затылок, но в основном глядел в окно, ведь до урока ему дела нет, он итак отлично учился. Кацки недовольно устремил взор на небо, на улице шел дождь: слякоть, сырость и мрак из-за отсутствия солнечного света, — все это отталкивало блондина, он ненавидел дождь. В такие дни ему не хотелось абсолютно ничего, кроме как поскорее вернуться домой в уют и комфорт. Тут светловолосому наскучило и он перевел взгляд с окна на спину Мидории: пристально разглядев его, Кацки заметил, что на шее парня были синяки и полоса, проходящяя вдоль шеи, будто следы от веревки. Бакуго хмыкнул, находя этот факт забавным. "Деку серьёзно пытался повеситься? Вот умора" — пронеслось в мыслях Кацки. * * * Громко прозвучал звонок, сигнализирующий об окончании занятия. Все ученики быстро вскочили со своих мест, компаниями направляясь по домам. Изуку так же собрал свои вещи, собираясь выйти из класса, но тут ему перегородила путь чья-то рука, закрыв дверной проем: это был Бакуго. Мидория пошатнулся и сделал два шага назад от одноклассника, потупив взгляд в пол: — Деку, тебе нормально хоть? Ни привета, ни ответа — Кацки ухмыльнулся, медленно подходя к Изуку и заставляя его попятиться к стене класса. — Каччан... Эм, да, прости — голос Мидории дрогнул и он сжал трясущиеся руки в кулаки. Этот вид забавлял Кацки еще больше, его одурманивало чувство страха учеников перед ним. Он лишь усмехнулся, положив руки на плечи Изуку: — Тупой Деку, нахрен мне твои извинения? Ладно, неважно, — он убрал руки с его плеч, сев на край парты напротив, — теперь отвечай на мои вопросы, понял? — Изуку лишь кивнул, пытаясь унять чувство тревоги, которое буквально разрывало его грудь. — След на твоей шее — это след от петли, верно? — блондин смотрел пронзительно и прямо в глаза напротив. Парнишка же опешил от вопроса, ощутив, что не может ответить, ведь да, это была неудачная попытка суицида. Собрав все силы, он лишь тихо выдавил "да", оставшись и дальше молчать, глядя в пол. В классе повисло напряжённое молчание, никто из двоих не собирался прерывать его. Один сверлил взглядом парнишку, а второй — сверлил пол. И да, если бы у него была какая-нибудь причуда, пол бы давно уже провалился под взглядом его глаз. Наконец Кацки не выдержал и встал с поверхности парты, снова подойдя к Мидории, но уже в более веселом настроении. Он схватил его за воротник, швырнув через весь класс и начал уверенно подходить к уже лежащему Изуку. Мидория перевернулся два раза и в конечном счете упал на живот. Он быстро попытался подняться, но ему не дали: он снова ощутил на своей шее грубые, шероховатые ладони, а самое главное — сильные пальцы. Кацки приблизил парня к своему лицу, нависнув сверху. Их взгляды встретились: в одной паре глаз читалось превосходство и веселье, а во второй — страх и неуверенность. Изуку положил ладони на запястья Бакуго, пытаясь вырваться. Но как бы тот ни старался, у него не выходило, настоль сильной была хватка его одноклассника. — Деку, ты сдохнуть хочешь? — то была не угроза, а серьезный вопрос, — нахуй тебе петля? — он ухмыльнулся, проведя пальцем по щеке Мидории и заставив его вздрогнуть. — Ты когда перестанешь вести себя как испуганная жертва, м? — Кацки очень нравилось чувствовать свое превосходство и закреплять за собой позицию "лидера" и "всесильного". — Нет... В общем, это все с—сложно... — его голос дрогнул, ведь он нервничал, — можно я пойду? — Нет! Ну нихуя себе какой наглый, а? — Кацки начинал раздражаться, усиливая хватку на шее парня, — если так хочешь уйти, то прыгай в окно. Давай, блять. Заодно переродишься и, возможно, в следующей жизни получишь причуду, Дерьмодеку. — парень усмехнулся, отпустив воротник Изуку. — Ладно, блять, все веселье своей тупой мордой мне испортил, — он перекинул сумку через плечо, направляясь на выход из класса.— Чтоб глаза мне не мозолил, я ясно выражаюсь? — Да, понял, — Изуку кивнул, дожидаясь, пока Бакуго уйдёт. Когда тот скрылся из виду, Мидория облегченно выдохнул, приложив ладонь к груди: сердце билось бешено и сильно. По скорости сердцебиения Изуку, наверное, даже обогнал скорость разгона гепарда. Подождав пару минут, брюнет тоже вышел из класса и заметил, что в коридорах никого нет и очень тихо. Закат озарил стенки заведения, наполняя пространство оранжево — розовым освещением. Парень изумился такому прекрасному виду и постоял так несколько минут.Так как уже вечер, Изуку наконец решил пойти домой, выходя за территорию школы. В это время Кацки шёл по улице один, витая в мыслях: он все чаще думал об Изуку. Это полный абсурд. Он и этот задрот? Казалось бы, мысли так мысли, ничего такого, с кем не бывает? Но нет, эти мысли окутывали его с головы до ног, будто он повяз в чем-то вязком и упругом. Он думал о чертах лица Мидории, находя их привлекательными и... Милыми? Нет. Бакуго не хотел верить, что он так подумал об Изуку. Он же парень, да и Деку тоже. Это все бред. Кацки яростно отгонял эти мысли. Ну ладно, он пытался, старался что есть мочи, но ничего хорошего из этого не выходило. Дойдя до парка, он сел на одну из скамеек. Блондин швырнул сумку и, вальяжно расшевшись, откинул голову назад, вздохнув. Ему нравилась тишина парка, он часто бывал здесь после уроков, отдыхая от суматохи и городского шума. И тут снова всплыли мысли о брюнете. Ну почему он вечно врывается в его личное пространство, давая о себе знать? Сжав кулаки, он направил весь свой поток мыслей на отдых в парке. Посидев минут так десять, он взглянул на наручные часы — время полшестого вечера. Встав с лавочки, Кацки направился домой. Так как сейчас весна, еще не так темно, как, например, осенью или зимой. Все ещё было светло: солнце село за горизонт, но продолжало освещать улицы приятным оранжево — розовым оттенком. От утреннего дождя не осталось и следа, что не могло не радовать. Бакуго находил этот закат красивым и приятным. С его образом "хулигана" не вязалось то, что он очень любил искусство. Разумеется, об этом никто не знал и знать не должен, кроме самого блондина. Пройдя весь путь в раздумьях, он не заметил, как дошел до калитки своего дома. Войдя внутрь, он проделал всю вечернюю рутину, а именно: уборка, уроки, душ и ужин, и решил, что уже пора спать, так как время — поздний вечер. Блондин направился в свою комнату и рухнул на кровать, ощутив тепло мягкой постели. Положив голову на подушку, он закрыл глаза и выдохнул, ощущая усталость. Накрывшись одеялом, он провалился в сон, крепко уснув.