Один секрет напополам

Голова приятно тяжелела от выпитого. С непривычки, в основном: обычно Чифую не склонен употреблять алкоголь, но какая-то тоска на сердце и усталость от напряжённой недели сподвигли приобрести пару бутылок фруктового пива. Определение "какая-то тоска", упорно игнорируемое и заталкиваемое на задворки сознания в потоке насыщенных учебой и работой будней, сейчас, в притупленном спиртным мозгу, выходило на поверхность и вырисовывалось куда более отчётливо. Но даже в такой момент Чифую не хотел принимать эту мысль. Потому что ничего хорошего не выйдет. Тем не менее, руки будто сами потянулись к лежащему неподалеку телефону и открыли профиль друга в социальной сети. Хотелось рассмотреть фото черноволосого поближе, в тысячный раз отмечая, как завораживающе переливаются его локоны и как очаровательны ямочки на идеальной формы лице. Блондин, сам себе не отдавая отчёт, указательным пальцем огладил лицо Баджи на экране своего старенького смартфона. Отрицать то, что парень красив - бессмыслено. Отрицать то, что Чифую нравится не только его внешность, но и всё, что идёт в комплекте - привычки, характер, манера улыбаться, выставляя необычно крупные клычки - бессмыслено также. И все же, пока не поздно, лучше переключиться на что-то другое. Блондин открывает вторую бутылку взамен закончившейся, и, надеясь расслабить сознание ещё больше, чтобы прогнать непрошенные мысли, выпивает сразу треть. Пытается отвлечься компьютерными играми или чтением манги, но ни первое, ни второе не задерживают его внимание. Всё кажется каким-то скучным, пресным, и мозг то и дело подкидывает картинки струящихся водопадом черных волос и блестящих золотом карих глаз. Не в силах бороться с собой, Мацуно снова открывает фото профиля Баджи Кейске, и, сокрушаясь, признает очевидное - он давно уже растворился в этом человеке, говоря иными словами - влюбился. В общем-то, с первой их встречи в новом учебном году блондин понял, что не сможет выбросить образ этого самоуверенного, дерзкого и временами резковатого, но вместе с тем доброго и отзывчивого парня из своей головы. Общий язык они нашли достаточно быстро и стали лучшими друзьями. Мацуно знал, что Баджи за него горой, и Баджи мог сказать то же самое про Мацуно. Однако чем больше времени походило, тем сильнее Чифую терял себя рядом с высоким черноволосым другом. И, наконец, спустя столько времени, признался самому себе, что тот ему небезразличен. Что хотел бы не просто потрепать его за плечо при встрече, узнавая, как дела, а обнять, чувствуя его дыхание на своих губах, и спросить, сильно ли тот скучал. Они виделись сегодня, даже совсем недавно: разошлись из дома Майки, где по обыкновению тусили всей компанией после университета, около четырех или пяти часов назад, но сердце Чифую тянуло от невозможности увидеть брюнета прямо сейчас ещё раз. Да и жил тот совсем рядом, буквально рукой подать - поднимись на пару этажей и всё... Но вряд ли он поймет внезапный порыв блондина, да и вопросы возникнут, почему он пьян, и отчего тащит его непойми куда в первом часу ночи... Парень, не рассчитав силу движения немного неслушающейся руки, схватил бутылку, проверяя остаток напитка в ней. Неосторожным движением слегка опрокинул, разлил часть содержимого на смартфон - экран залагал, воспринимая попавшую влагу как касание, и начал лихорадочно распознавать расползающиеся капли за нажатия. Таким образом, на стародревней аватарке Баджи, до сих пор открытой на телефоне, очутился лайк Чифую. "Блять", - пронеслось в затуманенном сознании, - "Это выглядит стрёмно", - он заблокировал экран, чтобы вытереть его, пока тот не заглючил окончательно, и хотел было убрать злополучный лайк, но не успел этого сделать, как в личку прилетело сообщение от друга. "Чего не спишь?" Чифую ругнулся вслух, не зная, как объяснить случившееся, но Кейске и не спрашивал о фотографии. Вместе с этим по телу разлилось приятное тепло, что брюнет написал ему, несмотря на поздний час. "Сна ни в одном глазу, грусть ебучая напала", - черкнул в ответ. "Снова ты грустишь", - ответ Баджи не заставил ждать, - "Что у тебя случилось? Расскажи уже", - парень и прежде замечал меланхоличность настроения Чифую, но на все распросы прежде тот лишь отмахивался. Как сделал и в этот раз, ведь раскрывать истинную причину было, определенно опасно: не ровен час, как Баджи, узнав о нетипичных чувствах Мацуно к нему, скроется в закате, оставив парня с разбитым сердцем. Чифую злился на себя. Злился оттого, что какого-то черта он настолько привязался к Баджи. Ладно, ладно, как он признался себе только недавно - оттого, что он по уши влюбился в него. Злился, что не может избавиться от этого чувства, напрочь засевшего в его внутренностях. Что не может и намекнуть об этом, не рискуя быть отверженным. Оттого, что... Поток мыслей прервала неожиданно громкая трель дверного звонка. Блондин встрепенулся, не ожидая никого посреди ночи. Но стоило только приблизиться к двери, как с той стороны послышалось такое родное "Чифую, открывай, знаю же, что не спишь". Парень, пошатываясь, потянулся в замку, и дверь распахнулась, являя Баджи с собранными в небрежный домашний хвост волосами. - Ты так и не ответил, - констатировал вошедший, уверенно шагая в комнату хозяина квартиры. - Да ничего важного потому что, - растягивая слова непослушным языком отреагировал Чифую. На лице Кейске отобразилось удивление, подтверждаемое вздёрнутой вверх бровью. - Ты пил, - даже не вопрос, а утверждение, указывая на опустевшие бутылки на столике у кровати. Мацуно лишь безразлично пожал плечами, - И по-прежнему говоришь, что ничего важного? Ты же сам не свой последние пару месяцев. На такое замечание младший лишь присел на край кровати и устало прикрыл ладонью глаза, не желая, чтобы Кейске ненароком увидел в них грусть, адресованную ему. Брюнет устроился рядом, заставляя Чифую вздрогнуть. Прикрываться вечно бы не вышло, и Баджи осторожно отнял руку от лица друга, заглядывая в бездонные лазурно-зелёные глаза, ища в них ответ. Блондин же только мог замереть на месте, испытывая необъяснимый жар от такого близкого нахождения Баджи и от ощущения его касания на своей ладони. Мозг и тело под влиянием алкоголя разрешали себе гораздо больше, чем обычно, и в нехарактерном для себя жесте Чифую переплел их пальцы, любуясь на то, как это выглядит. "Будто бы так и должно быть", - пронеслась шальная мысль. Однако в следующую секунду он поспешил разъединить это переплетение, замечая озадаченный взгляд карих глаз. - Что это, Чифую?.. Мацуно виновато отвернулся, щеки залил румянец стыда. Что он себе позволил? Градус в крови, казалось, делал с ним непростительные вещи, и сейчас парень пожалел о своей несдержанности. - Просто, ээ-э, из-за грусти. Что-то накатило, забей, - неловко попытался оправдаться он. Но Кейске такой ответ, кажется, не устроил. С того самого момента, как пальцы Чифую обвили его ладонь, он продолжал пристально смотреть на него, пытаясь считать невербальные знаки, пытаясь понять что-то, необходимое ему, но так и не поддающееся расшифровке. - У тебя очень теплая ладонь, - самому Кейсе сказанная им фраза казалось несуразной, но он просто хотел привлечь внимание блондина, чтобы тот перестал закрываться, - Я хочу понять, отчего ты так себя чувствуешь. Друзья нужны, чтобы поддержать и помочь, верно, Чифую? Баджи вновь нашел ладонь Мацуно, притягивая того к себе и заключая в объятия - такое необычное для брюнета действие, и оттого сердце младшего непривычно кольнуло. Хотелось задержаться в этих объятиях как можно дольше, наслаждаясь ароматом парфюма Баджи от его толстовки, обхватывая того руками в ответ. В принципе, старший и не спешил отстраняться, так что зеленоглазый с удовольствием продолжал тонуть в этих объятиях. Чифую, как маленькая неуклюжая обезьянка, плотнее прижался к груди друга, словно вышеназванный зверёк обхватывая его руками за предплечья и пряча раскрасневшееся лицо в сгибе шеи старшего. Вид такого беззащитного ластящегося Мацуно заставил черноволосого расплыться в глупой улыбке. - Так кто обидел моего Чифу, м? - с шутливо-напускной грозностью допытывался он. С каждой секундой блондину становилось все труднее сдерживать себя, и это контрольное "мой Чифу"... Разбивающее бешеным ритмом ребра сердце в сочетании с разгоняющимся по венам алкоголем натолкнули его на импульсивный поступок. "Если что, объясню, что я просто был пьян и не совсем понимал, что делаю ", - придумал запасной план парень и стремительным движением накрыл губы брюнета своими. В мгновение Баджи опешил, не осознавая, как подобное могло произойти. Мацуно же, не чувствуя ответа, ощутил испуг, тут же собираясь оправдать свой порыв. - Это слу... Старший не позволил договорить, не хотел слушать что бы там ни было - притянул Чифую к себе, все же ответно впиваясь в приоткрытые губы. Мягкие, нежные, самые желанные - наконец не требовалось более притворяться безразличным, играть роль исключительно друга. Чифую, ошарашенный внезапной инициативой Кейске, распахнул глаза, являя расширенные до предела зрачки - кто бы мог подумать, что... Острые клыки Баджи неистово прикусывали нежную кожу губ блондина, оставляя за собой отдающие металлом ранки. Мацуно, все ещё не до конца осознавая свое счастье, широко мазал языком по чужим обветренным губам, проникая внутрь, не наталкиваясь ни на малейшее сопротивление - наоборот, отчаянно встречаемый гибким горячим языком брюнета. На пару секунд Чифую задумался, не сон ли это все, но теплая, идеально гладкая кожа и пульсирующие вены на шее ощущалась под пальцами более, чем реально. Баджи повалил Мацуно на кровать, успокаивающе давя своим весом сверху, и они продолжили неистово терзать друг друга до сбивчивого дыхания и хриплых вздохов. Когда последний воздух был выбит из лёгких, брюнет разомкнул их губы, смотря на ожившее заливающееся румянцем лицо друга сверху вниз. - Такой чувственный, Чифу, - довольно улыбаясь одними лишь уголками губ поговорил кареглазый. - Твой? - вспоминая недавнюю фразу заметил блондин, желая как-то прояснить ситуацию. - А ты хотел бы?.. Мацуно, от внезапности до сих пор с трудом переваривающий происходящее, лишь утвердительно кивнул головой. - Значит, мой, - как само собой разумеющееся легко заключил Баджи. - Как ты... давно? - Давно. С самого начала, пожалуй, - с нескрываемой нежностью во взгляде поговорил Кейске, припадая к оголённым из-за сбившегося свитера ключицам, одаряя их горячими влажными поцелуями. - А почему тогда?!.. - разморенный внезапно обрушившейся волной дофамина и влиянием выпитого блондин еле строил предложения, но Кейске вполне понимал его и так. - Потому же, почему и ты, - на мгновение отрываясь от выцеловывания расцветающей красным кожи Мацуно отозвался брюнет. Два придурка, мучавших себя сдерживаемыми чувствами, боявшихся быть отвергнутыми. Чифую понимающе улыбнулся, всё больше подставляясь под ласки Баджи. Тот провел большими ладонями по торсу блондина, забираясь под мешковатый свитер, кончиками пальцев обвел каждую напряжённую мышцу на теле Мацуно. - Сними, - дрожащим голосом попросил блондин, желая избавиться от разделяющей их ткани, дабы иметь возможность как можно плотнее контактировать с Кейске, - Пожалуйста. Старший не спешил исполнять просьбу, дразнил, слегка царапая молочную кожу на ребрах, оттягивал край кофты, но не избавлял от неё. Брови Чифую умоляюще сложились домиком, видно, парень распалялся стремительно, и толкнулся навстречу оседлавшему его Баджи. - Эй, эй, куда гонишь, - с иронией в голосе отреагировал тот, но свитер всё-таки снял. Он припал к оголившейся груди Мацуно, притираясь щекой, ощущая заполошное сердцебиение. Мог с уверенностью сказать, что и его сердце сейчас отбивало чечётку, настолько будоражил их контакт. Руки Чифую обхватили Кейске за пояс, пробираясь под материал толстовки с намерением стянуть её. Всего пара мгновений - и верхняя часть одежды брюнета отлетела в сторону, являя его крепкое подкачанное тело. Одним рывком тот стянул сдерживающую волосы резинку. Смолянисто-черные пряди, слегка вьющиеся на концах, плавно спадали на плечи. Грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, и Чифую без сомнения готов заявить, что и так обычно до одури привлекательный Кейске сейчас выглядел просто смертельно шикарно. - Ты невероятно красивый, - еле слышно произнес он. - Кто бы говорил, Чифую-модель-с-обложки-Мацуно. Старший вновь склонился над блондином, рассыпая черные локоны на его груди, врезался в его губы жаждущим поцелуем. Сейчас, кожа к коже, всё ощущалось ещё острее и трепетнее, чем прежде. Мацуно закинул ноги на поясницу брюнета, прижимая того к себе. Баджи ощутил недвусмысленную твердость в домашних брюках Чифую - и с точностью знал, что в его штанах ситуация обстоит абсолютно также. - Чифу, - прохрипел в поцелуй, - Ты долго хотел этого, правда? Тот промычал нечто неразборчивое, выражающее подтверждение этих слов, и качнул бедрами навстречу. Длинные пальцы Кейске сжали округлые ягодицы, срывая томный стон с припухших губ Мацуно. Старший спустился ниже, выцеловывая четко выделяющиеся ключицы и перешел к затвердевшим соскам. Слегка прикусил один, тем самым заставляя со стоном выгнуться навстречу - так было найдено особо чувствительное место младшего. Обвел языком вокруг, оставляя мокрый след, сжал пальцами второй. Всё нарастающее возбуждение мешало думать рационально, и Баджи, повинуясь инстинктам, притерся пахом к выступающему бугорку под ним. Чифую поймал руки Кейске, направляя к своим брюкам, призывая избавить его от них, и тот повиновался, в считанные секунды срывая этот элементы одежды вместе с нижним бельем с гибкого тела Мацуно. То, что предстало перед глазами, напрочь лишало возможности не то, что говорить, даже дышать - и старший замер, оторопело наблюдая обнаженного парня перед собой. Ничего сверхъестественного - сам ведь каждый вечер видел себя в зеркале, и уж естественно знал, как выглядят мужское тело без одежды - однако оторвать взгляд от Мацуно не мог. Светлая фарфоровая кожа с краснеющими на ней пятнами от укусов и поцелуев. Сильные предплечья с выделяющимися мышцами. Натренированное тело с четко очерченным прессом и выступающими тазовыми косточками. Поджарые бедра. Крепко стоящий, сочащийся смазкой член. Член, на который немедленно опускается ладонь Баджи, сжимая его у основания, заставляя его хозяина тонко проскулить. Ладонь, обернутая вокруг полового органа Чифую, с нажимом поднялась вверх, затем вновь спускаясь вниз, оголяя раскрасневшуюся головку. Повторяя движения, брюнет ощущал мучительное напряжение внизу собственного живота, отчего неистово желал перейти к куда более активным действиям, приносящим удовольствие обоим участникам процесса. Как в забытие, он сбросил свои мешающие сейчас домашние штаны, высвобождая изнывающий от отсутствия ласки член. Чифую обхватил поясницу Кейске ещё крепче, впечатывая того в себя, так что их возбужденные органы вплотную коснулись друг друга. - Я очень давно этого хотел, - на одном дыхании произнес блондин, разводя ноги шире в стороны в приглашающем движении. Кейске осторожно обвел кончиком указательного пальца колечко мышц, немного надавливая на вход. Внезапно он замедлился, неуверенно глядя на умоляющего продолжить Мацуно. - Ээм, как-то мы торопимся, что ли. Тебе не кажется? Слышать подобное от Кейске было неожиданно. От Кейске, всегда самоуверенного и идущего напролом. Но такая осторожность была приятна Чифую, ведь это значило, что длинноволосому не все равно, и он заботится о нём и их взаимоотношениях. Но Мацуно, моментально взвесив все "за" и "против", поспешил уверить: - Чёрт, Баджи-сан, гребанных полгода я влюблен в такого шикарного тебя, а ты хочешь остановиться? Серьезно? - в голосе слышалась досада. - Чифу, я и сам на пределе, и с тобой согласен... Но вдруг что-то не так пойдет, - брюнет на мгновение замялся, - Я не хотел бы, ну, причинить тебе боль. У нас нет опыта, и уверен ли ты, что готов... Милая улыбка коснулась губ блондина, в следующее мгновение сменяясь хитровато-хищной ухмылкой. - А кто сказал, что я не готов, - уголок губ коварно пополз вверх, - Открой второй ящик снизу, - указал на стоящую возле кровати тумбочку. Баджи выполнил это. Его взору явился полупустой ящик, в котором в беспорядке лежали несколько выпусков Джампа. Парень в непонимании выгнул бровь, косясь на Мацуно. - Сзади, ближе к стенке, - прозвучала подсказка. В указанном месте Баджи нашел большую темно-синюю коробку, изначально скрытую за журналами. Его разбирало любопытство, чего же такого решил показать ему Чифую... В коробке обнаружилась пара разных размеров дилдо, анальная пробка и несколько флаконов различной смазки. Находка, по правде говоря, оказалось неожиданной. - Ты, выходит, далеко не такая невинная овечка, каким кажешься, - растянул губы в улыбке старший. - Выходит, нет, - Чифую обхватил изнывающий член, выделывая развратные движения бедрами на кровати, - Знаешь, я всегда думал о тебе, когда вставлял все это в себя. Представлял, как ты входишь в меня, и будто это твой член распирает стенки изнутри. Эти игрушки так хорошо растягивают, я успел привыкнуть, - парень продолжал двигать рукой по возбужденному органу, провоцируя Кейске, - Так что, поверь, я более, чем готов. Такой наглый, бесстыдный Мацуно лишил Баджи остатков рассудительности. Из коробки тот извлёк тюбик со смазкой, блестящую упаковку презерватива и наиболее привлекшую его игрушку - силиконовые анальные бусы, с которой и планировал начать. Покрыв звенья гелем, он приставил самое маленькое к дырочке Мацуно, рукой помогая протолкнуть его. Начало было положено, и последующие звенья с лёгкостью вошли внутрь. Блондин низко простонал, и, требуя большего, раздвинул бедра ещё шире. Старший с предвкушением и похотью во взгляде вогнал игрушку до конца, вытянул назад и снова повторил, вводя до упора. - Баджи-сан, ещё!.. Чифую подался вперёд, навстречу силиконовым шарикам, и Кейске продолжал трахать зад младшего игрушкой. В это время собственный член налился до боли, и терпеть дальше становилось той ещё пыткой. Пройдясь бусами ещё несколько раз, с влажным звуком брюнет извлёк их из задницы Мацуно. Найдя брошенный рядом презерватив, подрагивающими от вожделения пальцами он попытался вскрыть упаковку, но из-за остатков геля на руках та постоянно высказывала. Тогда, соблазнительно сверкнув клыками, Баджи не церемонясь разорвал целлофан зубами, после чего раскатал латекс на покрасневшем от напряжения члене. - Я вхожу, - чуть севшим голосом предупредил он, и следом приставил головку ко входу, медленно погружаясь внутрь. Чифую, кажется, перестал дышать: от новизны ощущений, ведь настоящий секс и все, что он делал с собой прежде - вещи абсолютно разные, и от осознания, что его любимый наконец-то здесь, рядом, входит в его нутро. Горячие стенки сжали член Баджи, всё-таки Мацуно неосознанно напрягся. Чтобы помочь ему избавиться от напряжения и отвлечь от не самых приятных по началу ощущений, брюнет мягко прошёлся пальцами по животу Чифую, выше, к груди, ещё выше - взял в ладони лицо младшего, притягивая для осторожного поцелуя. Глаза цвета морской волны были широко распахнуты, и Кейске казалось, что в них он видит всю любовь и нежность, что копил всё это время Чифую. С особым трепетом брюнет оставил невесомые поцелуи в уголках его глаз, переместился к ушной раковине, обдавая её горячим дыханием и нашептывая приятные глупости, двигаясь внутри Мацуно в это время максимально медленно, чтобы тот привык и подстроился. Вскоре блондин сжал ноги на пояснице Баджи сильнее, что свидетельствовало о том, что он освоился, и можно действовать активнее. Амплитуда движений Кейске увеличилась. Пальцами он вцепился в бедра младшего. Мышцы на руках и груди брюнета напряглись, волосы немного растрепались и теперь небрежными волнами спадали вперёд. Он приоткрыл рот, выпуская приглушённые вздохи от того, как тесно и горячо его обхватывал Мацуно, как развратно он подмахивал ему навстречу, как желал полностью принять Баджи в себя. Он вошёл до упора, соприкасаясь с блондином кожей. На щеках того расцвел румянец наслаждения, блестящие бисеринки пота скатывались по вискам. Баджи толкнулся особо резко, чуть наклонившись вперёд, тем самым смещая угол, и с губ Чифую сорвался несдержанный стон наслаждения. Он обессилел. Держать глаза открытыми становилось все сложнее, и даже за опущенными веками он видел, как взрываются кометы, как разноцветными фейерверками озаряется всё вокруг. Подметив реакцию Чифую, Кейске продолжил движения в таком направлении, и разбитый удовольствием Мацуно мог лишь надрывно стонать, переходя на хрипы от того, что забывал, как возобновлять кислород в лёгких. Голова его упала набок, шея выгнулась назад - он явно не продержался бы долго. Но Баджи в стремлении подарить возлюбленному самый яркий оргазм в его жизни сменил стратегию. Он замедлился, практически полностью останавливаясь, чем вызвал недоумение Мацуно. - Что такое? - он встрепенулся, - Что-то не в порядке? - О, всё более, чем прекрасно, - успокоил старший, - И будет ещё лучше. Он коснулся органа Мацуно, одаривая его столь необходимой лаской, провел по выступающей венке вверх, после чего обхватил плотнее и направил руку вниз. Истекающая смазкой головка раскрылась. Прозрачная вязкая жидкость предэякулята скатывалась крупными каплями, и Баджи, поймав их, плавно растёр по стволу. Кейске ещё несколько раз совершил поступательные движения рукой, в это время не шевелясь внутри Чифую, дав тем самым его заднице небольшую передышку. Но и продолжать играть с готовым вот-вот излиться членом было рискованно, и Кейске сжал его у основания, создавая для Чифую невозможность кончить. Блондин вперился в лицо любимого жалобным взглядом, на что Баджи лишь хитро улыбнулся: - А сейчас будет ещё интереснее. Продолжая сдавливать основание члена Мацуно, он возобновил движения, начиная с размеренных, и постепенно ускоряя темп. Вновь найдя ту самую точку, Кейске раз за разом проезжался по ней и выбивал из груди Чифую полные наслаждения вздохи и его имя, так сладко звучавшее из уст младшего. - Я... Баа-аджи са-ан!.. Ах-х... Чифую мило хмурился, выражение его лица было настолько жалобным и просящим, что Кейске сдавленно простонал только от этого. Очевидно, каждый раз попадая по простате, пылающее чувство наслаждения прокатывалось по телу Мацуно вплоть до кончиков пальцев, и он порывисто вскидывал бедра в попытках получить ещё больше. Кейске же будто обезумел. Желая подарить и себе, и Мацуно небывалое удовольствие, он ускорился, а движения его стали куда более размашистыми, чем прежде. Кожа звонко ударялась о кожу, издавая влажные, порочные звуки, которые наполнили пространство вокруг. - Ч-чи... Чифу, люблю... Брюнет чувствовал, что узел внизу его живота затянут максимально сильно, и только высшим силам известно, насколько его ещё хватит. Кейске отпустил член Чифую, что сопровождалось протяжными скулящими звуками младшего - в сознании Баджи пронеслось, как же сильно тот терпел всё это время, как хотел кончить, но не мог из-за окольцовывающей его руки. Эта мысль превратила уже бушующий пожар внутри Кейске во взрыв сверхновой, и, очередной раз погружаясь в Мацуно, он почувствовал, как обжигающая теплота распространяется по его телу. Лишенный сил, он замедлился, когда увидел как его Чифую с раскрасневшейся шеей и щеками, его Чифую с алеющими следами укусов на груди, со сбитым дыханием и прилипшими ко лбу прядями светлых волос излился вязкой полупрозрачной спермой себе на живот сразу после него. Кейске вышел из блондина, укладываясь рядом. Сейчас даже поднять веки казалось чем-то непосильным, но помедлив пару секунд, старший справился с этой задачей. Его встретил взгляд зелено-голубых глаз, таких родных, и во взгляде этом читалось сплошное обожание. - Больше мне не о чем грустить, - начал Мацуно, - Ведь ты, наконец, со мной. О большем я и мечтать не мог. Баджи-сан, я так чертовски сильно тебя люблю. - Солнце, - Кейске притянул парня к себе, утыкаясь поцелуем ему в лоб, - Обещаю, я подарю тебе так много счастливых дней, как только смогу. Люблю тебя, Чифую, больше жизни люблю.