Об одной приставучей песне

- ...пристала же, - невнятно пробубнил под нос Антон. Это всё, что удалось распознать. Арсений любопытно отвлёкся от страниц паршивого чтива, которое едва ли развлекало его в затянувшийся перерыв. Что угодно будет интереснее, поэтому он спросил: - Кто пристала? Антон растерянно поднял глаза. Нахмурился. Видимо, бубнёж был не настолько сознательный, поэтому Арсений решил помочь нейронам в его голове встретиться чуть быстрее: - Ты пробубнил: "что-то там пристала же". - А, - понимание со следами облегчения разгладили мимику Антона, и он даже дёрнул губами. Почти в ухмылке. Почти. - Да песня, говорю, пристала, два дня в голове крутится. - Что за песня? Антон показательно дёрнул плечами. - Понятия не имею, не могу вспомнить. Что-то очень знакомое, но... Никак. - Когда ко мне привязывается какая-нибудь песня, мне помогает несколько раз специально переслушать её. И она перестаёт донимать. Если вспомнишь, попробуй. - Спасибо за совет. Но у меня не срабатывает такое. Потом вообще не избавлюсь. Дёрнув бровями, Арсений слегка запрокинул голову и произнёс почти надменно: - Наше дело - предложить... - и сразу скинул с себя этот образ, улыбаясь. Антон усмехнулся в ответ уже отчётливо. И без улыбки понятно: играется не всерьёз, тут публики нет. Они втроём сидели в зоне отдыха - только Позов где-то не здесь. А Серёжа даже не реагировал на них. Это так, сбить спесь, взбодриться в этом коротком разговоре. Арсений сразу вернулся к чтиву, а Антон - к телефону. На экране - результаты его поисков. Или скорее их отсутствие. Он хотел хотя бы вспомнить, что за мелодия его мучает. Как не пытался Антон вспомнить хотя бы одно слово из текста, они как назло сливались в сгусток мычания под ритмичный бас. Антон тяжело выдохнул. Ответ казался таким очевидным... Он снова поднял глаза от телефона. Арсений сидел прямо перед ним. Двигал глазами по печатным словам и ничем не выдавал их эмоциональную подоплёку. Вдруг глаза его резко посмотрели в ответ. Правый подмигнул. И они вернулись обратно. Антон фыркнул. Показушник. Но взгляд отвёл. Мало ли, что ещё дураку в голову придёт. Антон посмотрел обратно в телефон и мысленно повторил неугомонную мелодию. Что-то очевидное и простое. Крутится на краю сознания и дразнит, и дразнит... Точно. Фрагменты из аудио сигналов выстроились в нечто созвучное и породили визуальную картину. Кажется, Антон вспомнил исполнителей. Название группы вбил кириллицей, в надежде, что поисковик его поймёт. И поисковик понял. Промотав список песен, Антон включил ту, что казалась по названию самой подходящей. В наушниках раздалась ленивая распевка под резковатые гитары и вот оно: Каждый сантиметр, каждый край... Антон поставил на паузу. Мозг истошно ликовал, услышав столь манящую композицию. А сам Антон удовлетворительно выдохнул. Самое сложное он сделал - вспомнил. Вопреки своему отказу от совета, Антон послушал свою злосчастную песню. Приятная она, что уж там. И приставучая. Стоило потерять бдительность, и мозг заставлял отрывками напевать её почти вслух. Никто внимания не обращал. Дело артистское - что-то да мурлыкать вполголоса. Одно такси на два адреса было привычным делом и зачастую удобным. Им с Арсением и по пути, и сподручнее. В салоне воняло машинным освежителем - неудачный способ скрыть прокуренный запах. Но не большая катастрофа. Главное не уснуть по дороге. Ещё не ночь, поэтому их застала пробка. Глаза шумели и слезились. Кофеиновые допинги уже вымылись из крови. По радио тихо-тихо сменялись песни прошедших лет. Антон сидел, подперев голову рукой. Желание уснуть уже обнимало его со всех сторон. В соседней полосе громко раздались машинные гудки. За ней подхватились ещё три. Немного взбодрило. Антон потянулся всеми возможными мышцами, насколько позволяло пространство машины. Мышцы отозвались приятным ощущением. Но легче не стало. Оценив столпотворение машин за окном, он повернул голову в сторону Арсения. Тот откинул голову на подголовник. Заметив движение, повернул голову к Антону. Обмен сожалением по манящему сну прошёл без слов, только парой мимических движений. Антон отвернулся, чтобы вернуться головой на кулак, но его застиг вопрос: - Ты вспомнил, что за песня к тебе пристала? Антона в секунду коротнуло. Первый импульс: Соври. Второй: Признайся. Каждый породил вопросов больше, чем предыдущий. Незаметно выдохнув беспочвенное волнение, Антон ответил: - Нет, так и не вспомнил. Арсений цокнул: - Жаль. - А что? - Любопытно. Разговор закончился. Такси двинулось. Свет фонарей потёк по салону. По усталому лицу, по сонным глазам. Антон упрекнул себя мысленно: уже в который раз, а всё как в первый - взгляд не отвести. Как бы он ни сопротивлялся, на песню Антон подсел. И как-то прицепилась она прочно. Хотя не то, чтобы текст какой-то глубокий, простой совершенно. И мелодия не очень замысловатая, и вообще песня короткая. Но пристала. Спета как-то чувственно. Что-то да затрагивала, чтоб её. Да и не проблема это, пройдёт, наивно верил Антон. Пока не обнаружил себя сырой ночью в электричке на подъезде к Питеру. Он даже помнил, зачем едет, доехал до нужного адреса и в домофон позвонил. И понял, что пора заканчивать. На недовольное "Кто?" из динамика он не ответил. Нажал кнопку сброса и поторопился вернуться домой. Песня была удалена из телефона полностью. От помутнения остались отголоски мелодии, что вырывались в машинальное мурлыканье, и ненасытная тоска наедине с собой. Как следствие, нарастающая бессонница и тучи дыма под потолком. А потом весь день то бессилие, то раздражение. Всё это оказалось всем заметно. Ему желали отдыхать побольше, высыпаться, как следует, или тактично промалчивали, мол, а кому сейчас легко. Он честно пытался. Только зудело всё сильнее. Единственная надежда на приближающийся тур. В дороге круто укачивало, может, удастся выспаться. Сообщение от Арсения поздним вечером удивило. "Пустишь погреться?" За окном прилично хлестал дождь последние полчаса. За это время он должен был уже на полпути быть дома. Видимо, что-то сорвалось. Антон не изверг, поэтому ответил: "Пущу." И на всякий случай включил чайник. Арсений заявился взъерошенный и промокший по колено. И явно не в духе. Но ни за что в этом не признался бы, поэтому улыбался. Почти искренне. Антон выдал ему домашние штаны, забрал промокшие и отправил на кухню навести то, чем тот захочет согреться. - А ты что будешь? - громко спросил Арсений с кухни. Убедившись, что арсовы штаны лежат на батарее всеми мокрыми местами, Антон подошёл к кухне, чтобы не повышать голос. Арсений увлечённо наводил себе кофе. Самому ему ничего не хотелось. На столе появилась выпечка и сахарное печенье. Явно не пусторукий гость постарался. Рядом с Арсением стояла пустая кружка и ждала решения Антона. - Я буду чай, - всё-таки решился он. Арсений кивнул и потянулся к шкафчику, в который составил кофе и вытащил чай. Когда они сели за стол, Антон спросил самое очевидное, лишь бы любопытство удовлетворить: - Почему ты не уехал? - Из-за дождя пробки такие, что на последний рейс я не успел. - Тебе постелить? - Нет, я в отеле переночую, - наигранно беспечно ответил Арсений. - А почему сразу в отель не поехал? - не упустил шанса подколоть, спросил Антон. Арсений ни насколько не растерялся, дёрнул плечом. - Захотелось компании что ли. Мало того, что промокший, так ещё и одинокий. Как-то это...фе. Антон фыркнул. - Оставайся. Дождь не утихает, - снова промокнешь. Арсений поморщился: - Ну, как-то это... - Как? - Я навязался, получается. - Да, - усмехнулся Антон. - Именно навязался. Арсений вздохнул, собираясь сказать и замер, передумав. Улыбнулся. Прилично отпил из кружки. Антон взялся за печенье, лишь бы отвлечься от этих полутонов в каждом движении тела и лица. Можно голову сломать, размышляя, наиграно это всё или такой он и есть. Тишина затянулась в поедании слоек и что-то скребущее стихло. Как будто так и нужно, как будто всё естественно... - Позволишь мне обнаглеть? - подал голос Арсений, разрушая атмосферу. Антон широко раскрыл глаза, подняв брови. - Каким это образом? - Покажу тебе фокус. - И вперёд разрешения, поднялся. Попросил: - Не оборачивайся. - И ушёл за спину Антона. Он слегка напрягся. Раздалось шуршание на подокиннике. Затем знакомым сигналом блютуз-колонка оповестила о включении. Антон рефлекторно дёрнулся в намерении обернуться. Арсова рука остановила его, и тихий голос произнёс: - Я сейчас с трёх попыток угадаю, что за песня к тебе тогда пристала. Антон беспокойно повёл плечом вместе с лежащей на нём рукой и не нашёлся ответом. Отказ прозвучал бы глупо, и вдруг азарт взыгрался. А вдруг угадает?.. Не дождавшись ответа, Арсений руку убрал и продолжил производить манипуляции за его спиной. Антон с волнением ждал услышать ту самую песню. А с другой стороны: с какой стати? Каким бы загадочным Арсений себя не позиционировал, залезать в чужую голову он точно не умел. Антон усмехнулся, сбивая с себя неуместное волнение, и потянулся за кружкой, чтобы занять руки. И застыл. Из колонки разнеслась та самая. Ленивая распевка, резковатые гитары... Арсений облокотился на стул Антона. Каждый сантиметр, каждый край души и тела, Всё, что пожелаешь - выбирай... Антон неосознанно затаил дыхание. В голове крутилось: "Как? Как? Как?". Но вот Арсений подал голос, перебив панику Антона: - Её ты постоянно мурлыкаешь? Он, действительно, просто догадался? Я, как мальчик, попадаю в плен твоих флюидов... Стараясь не подать вида, Антон нервно сглотнул и как можно непринуждённее ответил: - Да, похоже, она. Над головой раздался довольный смешок и давление на спинку стула ослабло. Арсений взял свой телефон, поставил песню на паузу. Вернулся на своё место. - Я тебе скину её. Мгновение, и телефон Антона оповестил о новом сообщении. Занятно. Каждый раз Арсений способен выкинуть что-то эдакое, доводя до ступора. Антон готов был поверить, что Арсений в самом деле залез к нему в голову и вытащил из закоулков эту чертову песню. А всё оказалось намного проще. Даже разочаровывающе. Но выглядел Арсений довольным собой. - Спасибо. - Антон взялся за свой телефон, чтобы заполнить чем-то руки и оттянуть момент. В диалоге с Арсением его, в самом деле, встретила та самая песня. Потыкав бесцельно в приложение, Антон обречённо отложил телефон. Резко навалилась обречённая усталость. Захотелось уползти в комнату вот прямо сейчас и запереться от всего и вся. - Так ты останешься? - стратегически уточнил Антон, надеясь, что проницательность Арсения сработает в нужном русле. Но вопреки его чаяниям Арсений едва заметно приосанился и разрушил намерение Антона на тактичное отступление: - Боюсь, что тогда произойдёт нечто непоправимое. Такое заявление отозвалось толчком под рёбрами Антона, и азарт прокатился волной по венам. Оценив отблеск ожидания в хитром взгляде, Антон возразил: - Меняй. Эта бессовестная полуулыбка, мелькнула полутенью в глазах Арсения. И Антон поверил, что весь он - воплощение Лукавого. В подтверждение, Арсений подался слегка вперёд и негромко ответил: - Надеюсь, что тогда произойдёт нечто непоправимое. Чёрта с два он не уехал домой по случайному стечению обстоятельств, подумал Антон. 17.04.24