Почему ты плачешь?

Кармилла чувствовала, как сердце сжимается от бессилия. Злата, их младшая дочь, плакала уже час, и ничто не могло её успокоить. Кармилла перепробовала все: песни, колыбельные, даже поцелуи. Ничего. — Что я делаю не так? — прошептала она, прижимая Злату к себе. — С Одеттой и Кларой такого никогда не было… Слезы сами собой скатились по её щекам. Кармилла всегда считала себя сильной, но перед беззащитным плачем маленькой девочки она чувствовала себя беспомощной. — Милая, ты позволишь мне успокоить ребенка? — мягко спросил Зестиал, протягивая руку. Злата, будто почувствовав его присутствие, тут же потянулась к отцу. Кармилла, не зная, что делать, дала ему свою дочь. И как по волшебству, Злата тут же затихла, прижавшись к его груди. — Я ужасная мать… — прошептала Кармилла, чувствуя, как снова накатывают слезы. — Я даже свою дочь успокоить не смогла… Зестиал прижал её к себе, касаясь её волос. — Ты замечательная мать, — прошептал он. — Просто Злата предпочитает моё успокаивающее присутствие. Кармилла засмеялась, вытирая слезы. — Это как? — спросила она. — Ты что, волшебный отец? — Да, — улыбнулся Зестиал. — Секрет в том, что я, в отличие от тебя, не боюсь выглядеть глупо, когда пою колыбельные. Он посмотрел на спящую Злату, его глаза, обычно полные строгости, стали нежными. — Ты любишь своих детей больше жизни, Кармилла, — добавил он, целуя её в лоб. — И они это чувствуют. Кармилла, успокоенная его словами, в конце концов отошла от чувства вины. Она знала, что Зестиал прав. Она любила своих детей всем сердцем, и это было самое главное. В глазах Кармиллы заблестела уверенность, и она улыбнулась Зестиалу. — Спасибо, — прошептала она. — Ты всегда знаешь, как меня успокоить.