Поднимая голову

      Поднимая голову вверх, девушка видит красоту ночного неба. Всегда вдохновляло на мечтание. Она уверенна точно, что уедет отсюда. Довольно опасное время. Элин всегда рассматривала все варианты сбежать с этой страны. Туда, где меньше всего гулей. Туда, где спокойнее всего. Туда, где безопасно. Поэтому она готовилась усердно и с трудом учила иностранный язык.       Она знает, что это окупиться. Ей не придется каждый раз бояться, что она может умереть. Она сможет жить достойно. Она не просто так старалась. Она ожидает выпуска из школы. Осталось несколько месяцев, и она покинет эту страну.       Проходя мимо лестнице, девушка направляется на смотровую вышку. Элин морщится от сильного ветра. Но она лучше побудет здесь, не же ли пойдет в ночное время. Она собирается не много быть тут. Надо сделать пару фотографий для последней школьной выставки.       Оставаясь в школе, девушка идет в сторону кабинета. Открывая дверь ищет рукой выключатель. Помещение озаряется светом, проходя к своему шкафчику она достает плед. Тодороки фамилия, что ничем не выделяется, только этикетка отклеивается. Она приклеивает обратно её.       Поднимает руки верх Тодороки встает и убирает плед в шкафчик. За своим столом она просматривает материал иностранной страны.       Элин быстро перебирает моргающий светофор. Маленькая победа, смеётся она про себя, хоть как-то бодрит себя перед тем страхом ночи.       Вроде ничего такого нет, но ей надо в тринадцатый район. Как на зло книга, что ей нужна была уже завтра была только тут. Она так была зла, что её задержали в школе из-за неё проступка.       Однако из-за этой дрянной девчонки, что вылила ведро грязной воды. Тодороки лично была готова придушить её. К сожалению, её успели спасти. Так как Элин была сегодня за ответственной, пришлось задержаться, чтобы проследить за тем, чтобы все убрали.       Нужно повернуть здесь, — проносит девушка, смотря карту на телефоне. Лишь бы успеть до закрытия.              «Какого хуя такое дорогое такси?» — со злостью закрывает телефон, девушка идет из книжного. Не оправдано дорогое удовольствие. Элин готова уверовать в любого бога, чтобы спокойно дойти до станции. Туда, где в принципе есть камеры. Она уверенна, что ей всего то надо добраться до транспорта.       Девушка идет быстрым шагом, потому что уверенна за ней идут не просто так. Как же она надеется, что это ее паранойя. Были бы у нее силы, она бы уже давно убежала. Идти надо еще десять минут. Немного, но и не мало. Тодороки думает, как поступить. Она поворачивает в поворот и идет еще быстрее. Шагов не слышно, но это не дает мозгу успокоиться. Чувство, что ты загнанный кролик не отпускает. Хочется пуститься в бег. Но головой девушка понимает, что если это гуль, то её в тот же момент загрызут. Так быстро, без сожаления, сломают её кости. Со сломанными ногами она точно не сможет убежать.       Оглядываясь назад, никого не видит, но и кругом ничего не видно. Главное не увидит красные глаза. В пяти метрах она замечает горящее помещение. Тело действует быстрее головы и вот Элин уже у входа в студию. Замечая глазами, что там написано про тату и про маски. Лучше у тут, чем быть съеденной.       Дверь открыта, и она очень рада. Помещение с манекенами и долго думать не приходится. Маски захватывают все внимания. Довольно интересные. Тодороки бы сказала, что для рокеров каких-то. Атрибутика готов присутствуя. Углубляясь внутрь, она видит и более женственные маски. Нежные, и даже страстные. — Интересует маска? — внезапные слова пугают до ужаса. — Ебать, — сердце упало в пятки, так что хватаешься за грудь. — Испугал? — Мужчина снимает очки. — Нет, что в… — и голос пропадает и когда Элин видит глаза что смотрят на неё. Черные белки обволакивают ярко красную радужку. Все сейчас схватит инфаркт и её съедят. Разорвут её плоть вкушая пришедшее лакомство. Явно упиваясь кровью, что будет пачкать черно-белый кафель. В глазах темнеет и мир идет кубарем. — Куда? — подымает бровь от того, как девушка падает, с маской в руке. Эпичное падение — ничего не может сказать. Даже с учетом того, что она без сознания сердце у неё бьется бешено. Как кролик в руках у человека.       Поднимая её голову к себе на ноги, брюнет подымает ей ноги. Растягивая ей воротник рубашки оценивает кожу. Мягкая и бела, словно она бумага, как будто всю кровь пропала. Слегка похлопывает по щекам. — Да уж на часах двадцать два, поесть бы, — смотря на дисплей телефона, — и что эта девушка потеряла тут?       Дыхание есть, значит жива. Она слегка морщит брови от хлопков, но пока не пришла в сознание. И забавно и нет. Владелец студи явно не так собирался проводить вечер. Легко разочарование присутствует. — Эй, сколько пальцев? — слышь голос как будто из-под воды. Девушка морщит глаза, слишком ярко. — Два? — вы дает на русском морщится, осматривая конечности что были покрашены черным лаком. Видя не понимание произносит на японском — Два — Не испугал говоришь? Думал умерла от страха — Скажите вы же человек? — вспоминая почему она упала в обморок. — А, да, — смеётся мужчина с черными волосами, — это тату на глазных яблоках. — Господи, никогда не думала, что буду радоваться неформальной внешности! — Иностранка? — помогая встать, — Странные слова говорила, как зовут? — Тодороки Элин, — кивает мужчине, — не совсем, просто только на половину японка. А вас? — Просто Ута, — осматривая девушку подмечает, глаза у неё голубые, не так часто встретишь такой цвет глаз. — хотите сделать маску? — Да, очень красивые, — искренне говорит Тодороки держа в руках довольно нежную маску, — и не могли бы вы провести меня до метро? — А что так? — Ну сами понимает, ночь и гули… — Так значит боишься гулей? Любишь запах мяты? — Да нравится. Логичнее сказать так, — кивает Элин, все также держит теплую руку. — Одинокая девушка в тринадцатом районе — очень легкая добыча. Да и что я смогу противопоставить? Даже если на меня нападет мужчина? — Заговоришь его? — будто предлагает вариант спасения Ута улыбается. — Чем же? Спрошу какое на вкус мясо? — Почему нет, интересная тема для обсуждения, — записывая в блокнот снова смотрит пристально, — вот ты никогда не думала над этим? Может быть оно действительно вкусное? — мне кажется, наше мясо как говядина, смешанная с курицей, — вспоминая учебные вырезки статей, — по крайней мере, если считать структуру. — А почему не кролик? — Может быть, но у них схожие структуры с птицей, им нужна легкость в теле, но у кроликов должны быть сильные ноги потому большая часть мышц сосредоточена в ногах. У них кстати очень мощные ноги. Что позволяет им убегать от погони… — Восхищаешься кроликами? Или ты зоолог? Какой любимый цвет? — Кролики хороши, но не всегда могут убежать, — держит голову прямо пока её измеряют, — возможно буду зоологом, может ветеринаром. Черный люблю носит, а так небесно-голубой. — Как пришла к этому решению? Почему не люди? — Проше поступить за границей, да и животные понятнее. — За границей будешь учиться? — вскидывает брови мужчина, серьга в брови поблескивает в свете ламп. — возвращаться планируешь? — Да, если все сложится останусь за границей — Если не секрет, почему? — Собственная безопасность, — чем дольше Тодороки смотрит на мужчину, тем меньше он напоминает человека, — Не понимаю, как мать смогла сюда переехать? — Не спрашивала? — Не могу, её съели, когда мне было пять лет, -разводит руками в сторону, — наверное из-за любви к отцу и интереса культуре… — А вот откуда страх такой! — как будто в бинго победил. — Ута — вы точно не психолог? — смыться девушка, — а то я как будто на сеансе. — Элин, чем лучше я буду знать тебя, тем лучше сделаю маску. — мужчина встает на против и одевает очки, — Пойдем проведу тебя до метро, не хочу чтобы такую клиентку у меня увели из-под носа. Номер телефона, чтобы я мог сообщить о готовности. — Конечно, минуту.

***

      «Элин, твоя маска готова, можешь зайти за ней!» — гласит текст сообщения в телефоне. Улыбка мелькает на лице. Но сегодня она навряд ли сможет. Девушка сегодня ждет результатов.       «Ута, не смогу прийти, очень волнуюсь насчет результатов поступила я или нет?» — печатает быстро, не ожидая ответа.       «Приходи, отпразднуем заодно ты 100% поступишь» — приходит за пять секунд, а рядом подмигивающий смайлик и салют.       Вера в неё очень воодушевляет. Хоть кто-то верит в то, что она сможет поступить. Да таковы реалии современности. Родственники против её учебы. Поэтому остается только ждать, что её примут на бюджет. Щас маленький, но есть.       Она кусает яблоко, последнее, что у неё отстаёт у неё в холодильнике. Голод сильный, что выдает её с потрохами. Урчание слышно, будто микрофон приставили к желудку. Но и тратится она не может, бюджет не позволяет. Так ещё она не знает сколько будет стоить маска. Но уж очень хочет её получить. Особенно после то как Ута её описывал и скидывал варианты эскизов.       Выходной дает возможность добраться по раньше. Тодороки не забывает школьный пропуск, чтобы сэкономить. Пальто поверх толстовки рюкзак на спину и ноги в ботинки. Закрывая дверь на два ключа, девушка спускается бегом вниз. Так же улыбаясь, когда бегала к матери.       Ута чувствует её запах. Улыбается от осознания, что нова здесь. Однако проблема в том, что он так и не определился, что же с ней сделать. Интересный человек со своей мечтой. Вроде бы хочется её съесть, но интересная. Да и Элина, доверяет ему. Такой спорный момент. Улыбка красивая и искренняя, не смотря на то что иногда в глазах мелькает страх.       Она словно кролик, что лезет к зверю. Ищет защиты, но может наткнуться и на смерть. Кролики их разводят люди, для того чтобы съесть. Однако кролики этого даже не подозревают. Страх их окутывает только, когда они попадают в людские руки. Так же с этой школьницей. Наивная, но слишком осторожная.       Все зависит от результатов. Если будут тот факт, что поступила он отпустит её. Не станет съедать. Но спиртное гуль приготовил на любой случай. Все-таки либо они отметят удачу или будет утешать. Как распределит судьба. Но чтобы так долго ожидать.       Что его держало от того, чтобы не съесть её? Он не может ответить. Отвлечь скуку возможно. Ута пересекался с ней. Нет, не специально. По крайне мере не каждый раз. Она стала для него на подобии кошки. Которую время от времени хочется гладить. А когда она специально подходит для него — это приятно. Жертва сама находит смерть — аналогия, что веселила его каждый раз. — Ута, ты тут? — фраза, что заставляет его улыбаться. Он ожидает её в шкафу. Каждый раз разные вариант напугать её. Он слышит, как она проходит к столу, проверяя тут ли хозяин студии. Материал на рабочем месте, означает он на месте.       Тогда она ставит рюкзак к столу и снимает пальто. Направляясь к шкафу, оглядывает помещение, может снова на месте маннике? Или залез в плед что на диване как она тогда испугалась. Она села и ждала, а её как взяли в капкан пушистые ткани. Машинально открывает шкаф, продолжая осматривать помещение.       Секунда и Элина стоит в шкафу, втянутой сюда сильной хваткой. Ута смотрит с улыбкой, а у девушки снова страх в глазах. Шумно выдыхает в руку мужчине. — Снова попалась, — смеётся мужчина, — и как тебя отпустить в другу страну? Ты же такая мелкая?       Тодороки лишь видит какие же у него красные глаза. Может свет так падает и ей кажется. Он как будто бы горит изнутри. Теплые руки, что её гладят её так успокаивает. Она спокойно вздыхает. Либо она привыкнет, либо её хватит удар. И тут слышится урчание желудка, причем очень громкое. Девушка прикрывает глаза. — Неожиданно, голодная? — А на лице мужчины удивление. — Нет, — снова её закладывает собственный организм, — просто не поела… — Не обедала? — спрашивает гуль, просто как предположение. — не ужинала… — Что с прошлого дня не ела? — усмехается гуль, открывая шкаф и выпускает их обоих. — Могу предложить кофе. — Да давай, — кивает, пожалуй, слишком активно, — ну почти… — Что у тебя голодовка какая-то, а я не знаю? — кокетливо вертя бедрами, как та девушка в фильме, котором они посмотрели в кинотеатре. — Диета какая-то? — Нет, банально до абсурда, — смеется с мужчины, — Не вхожу в бюджет. — Что? — Ничего… — и зачем она это сказала. — Ты хочешь сказать, что у тебя нет денег на еду? — удивление не передать словами. — Ута, все сложно, — говорит девушка, смотря за тем как мужчина готовит кофе. — А не гуль ли ты? — журит глаза, подмигивай ей. — Может ты голодаешь и хочешь меня съесть? — Из нас двоих ты больше на него похож, — отшучивается Элин. — А гули как раз похожи больше на тебя. — смотрит с ухмылкой, — они, наоборот, скрываются среди людей, и Гулям невозможно набить татуировки не забывай. — Ой, ой, тогда бы я ходила без страха по ночам, — Тодороки подходит к мужчине, желая взять кофе. — Ута, это же ты супермачо с татуировками — Убедила, держи кофе, — прихватывает щеки и сжимает в своих ладонях, — пойду тебе куплю что-нибудь, что тебе взять? — Не надо, ничего — хватая его руки, пытаясь оставить его тут. — Не глупи, Элина, — девушка не всегда видела у него серьезность намеренье. — На твое усмотрений, не могу тебя просить о чем то конкретном. — Хорошо, тогда сам придумаю, — девушка, притягивая чашку кофе к себе и отпивает до безумия вкусный кофе. — Ты пока открой свой сайт, чтобы мы узнали, что я прав. — Я рада, что веришь в меня, — Тодороки реально рада, — А ещё не знаю как прожить без твоего кофе.       Ута смотрит на упаковки, что находятся в холодильнике. Да прочитать он может, что там. Но понравится ли ей? Да какого черта он над этим думает? Она часто в его мыслях. Гуль не понимает зачем он набрал ей эту корзину. Закидывать туда бутылки с каким-то соком, булочки с разными начинками.       Элина иногда рассказывала про то как она готовила жареную говядину. Даже с его отсутствие вкуса, захотел попробовать её готовку. Давненько такого у него не было. Он замечает упаковку сыра. Он ловит странные взгляды покупателей, но мужчина привык к этому. Он видит перед собой консультанта. — Девушка, подскажите, что можно взять девушке на романтичный вечер? — А что она любит? — Много чего, — женщина смотрит на корзину в руках, — но она, судя по всему, иногда голодает, как мне кажется из-за денег. — Оу, а может ваша пара голодает из-за диеты? — Точно нет, не в её мотивах, что лучше подойдёт под красное вино? — Какое именно? — Старое кто-то подарил, сладкое что ли? — Сыр… Виноград… Мясо точно подойдет, может жареный стейк, можно говядину взять. У нас кстати отличное есть.       Гуль хмыкает и смотрит в нужный отдел. «Ну и цены…» — думает гуль и смеется с того, что, если бы Ризе бы человекам она бы разорилась. — «теперь понятно почему денег не хватает»       Он идет оплачивать покупки. Мужчина ожидает своей очереди, осматривая посетителей вокруг. Кажется, одного гуля он увидел, покупает только кофе и банки готово кофе. Либо гуль, либо кофеман? Ута подымает уголки губ, когда его просят определённую сумму.       Гуль идет с большим пакетом, этот пакет все равно весь будет предоставлен Тодороки. Она все равно примет, по крайней мере он сам его тогда донесет ей. Ута думает, что он действительно хочет сделать. Действительно он хочет её съесть? Или же она приелась ему? Как Итори, Рейджи? Элин как она зарылась в его жизнь? Нет его забавляет притворять в человека и подозревать её. Но долго ли это продлится.       Она же до жути боится гулей. Гулю, кем он сам является. С этим он ничего не может поделать. Ведь её мать пострадала от гуля. Он никак не сможет показать это, давний конфликт биологических видов, что будет всегда.       С какого момента он так часто о ней думает? Нет, Тодороки должна была остаться просто знакомой, просто клиентом              Она не могла стать чем-то большим для него. Это же пиздец.              Элин сидит как на иголках, когда приходит мужчина. В студии горит светодиодная лента, погружая комнату в неоновый голубой. Девушка даже не замечает, как пришёл Ута. Какая же она беспечная. Так ожидает что здесь в безопасности.              Ута проходит в кухонное помещение и ставит пакеты. Временно ставя весь пакет в холодильник. — Элин, ну что там? — Ута ты уже тут? — снова пугается внезапного появления. — Через час будут, эти часовые пояса убивают… — Да тот еще кошмар. — солидарен, но такова структура земли. — Можем, что-то приготовить? — Приготовить? Ты же любитель ходить по кафе… — Девушка подошла к холодильнику, — Что же ты там накупил? Только не говори, что это все мне взял? — Элин, пустяки парой бумажек больше, парой бумажек меньше в кошельке. — Я не могу… — Нет можешь, я не хочу, чтобы ты голодная не смогла убежать от опасности. — Но… — Без но, — тон который не дает оспаривать решения, — лучше вот держи будешь жарить мясо. Девушка берет протянутый пакет. Даже по весу понятно, что достаточно много. — Как пожарить? — Тодороки проходит к столешнице, доставая доску из шкафчика, вместе с тарелкой. Промывая мясо под теплой водой, оценивает, как лучше порезать. Куски действительно большие. Вроде бы говяжья вырезка, по текстуре так точно. И где он в выходной нашел открытый мясной? — На твоё усмотрение, но я люблю больше с кровью. — беря в руку отрезанный кусок — Не могу ничего обещать, — показывает язык в ответ, — я не шеф повар… Эй ты что делаешь?! — восклицает девушка, когда Ута съедает мясо сырым. — Вкусное, — действительно вкусное, Ута смотрит внимательнее, как она нарезает — не обманули… — Не делай так, мясо должно проходить термическую обработку. — Какие мы умные, — сарказм или нет, решать только выпускнице. — Так, у тебя что нет масла? — выдает девушка, когда уже осмотрела всю кухню. Масло, к сожалению, так и не было найдено, ни сливочного, ни подсолнечного. — А? Да, думаю мясо даст… — кажется этот вопрос загнал его в тупик. — Зачем портить такое мясо масло? — Скажи честно ты просто забыл, — Элин смеётся, а мужчина просто кивает, — по твоей кухни действительно можно понять, что тут готовят только кофе, а ты питаешься только доставкой.       Сковородка на плите уже раскалена и отдает жаром. Прикладывает нарезанное мясо на сковородку, девушка слышит, как оно шипит. Нарезать равными кусками была хорошая идея. Без масла она бы не смогла равномерно приготовить говядину. Спустя пары минут, кухня наполняется вкусным запахом. Живот предательски урчит, требуя еды, не смотря на литры выпитой воды и кофе.       Ута отмечает, что запах очень аппетитный. Хочется съесть это мясо, а желание съесть Элин все сильнее угасает. Нарезая для нее сыр, мужчина представил, как она будет ему в дальнейшем готовить. Останавливается от собственного потока мыслей. Нет, его заносит. Какой… готовить? Он переводит взгляд на девушку, что напевает себе под нос, переворачивая на сковородке человеческое мясо. Картина выносит мозг. Но больше вопросов возникнет если, а если бы она знала. Ута просто интересен такой вариант события. Если бы она знала все в каком ужасе бы она была? Или же она поменяла бы свой взгляд на гулей. — Что случилось? — видя, как мужчина просто стоит и не двигается. — Порезался? — Порезался? — слишком иронично слышать такое в свою сторону. — Нет, просто задумался. — О чем? — А что ты планируешь делать если не поступишь на бюджет? — Ута поворачивается полностью к выпускнице. — Придется оставаться здесь и… — она обжигает руку об край сковородки, когда переворачивает блюдо. — черт… — А сама за меня переживает, — подходит и из-за спины осматривает руку — Сильно обожглась? — Нет, просто вопрос неожиданный… — гуль тянет руку под кран с холодной водой — Не говори, что не думала об этом, — голос звучит из другого помещения, пока гуль идет за мазью, для заживления. — Думала, но в последнее время все так поменялось, — холодная вода продолжает охлаждать. — Просто такая уверенность, что все получиться не без твоих стараний. — А все-таки? — Ты что там результаты смотришь? — идея хороша, но лучше подождать и увидеть её реакцию — Пока нет, за пластырь ищу, — устало выдает, — но у меня только для татуировок. — Да не надо. Не так и болит, — выключает воду, Элина подходит к плите, также выключает мясо. Вытаскивая тот, что больше и кладет в тарелку. Оставляя свой потомится ещё, чтобы был более прожаренным.       Девушка видит в проходе Уту, который машет найденной мазью как трофеем. Он подходит и неожиданно сажает Тодороки на столешницу. — Куда?! — Тише, не хочу нагибаться, — Гуль осматривает руку. Ожог не сильный, но, если надавить — болезненно, что и показывает её мимика. — С обезболом. — Спасибо. — Поцелуй? — ожидая отрицательной реакции, но таковой не последовало. — Что? — не успевает осмыслить сказанное, как брюнет целует её ранку и следом дует -Охлаждает. — Ну что сейчас откроем вино и возьмем мясо и пойдем смотреть результаты? — Да, — произносит Элин, когда видит на часах, что результаты уже на сайте готовы, как десять минут. — Либо продуманный путь, либо как ляжет карта, да?       Сайт погружает результаты. Элина боится смотреть в экран. Поэтому отвернулась и Ута смотрит в экран. По его лицу один хрен не догадаешься. Так волнительно. Даже больше, чем писать сами вступительные. Она так надеется.       Ута смотрит с таким же ожиданием, будто он сам поступает. На его чаше весит действительно целый мир девушки. Так отчетливо слышит стук сердца у девушки. Как же она волнуется. Секунда и сайт выдает списки. Один черт он ничего не понимает, все на русском. Кто делает сайт, не указывая английскую версию? — Прогрузился, но я все равно ничего не понимаю. Ута берет бутылку вина и открывает обёртку. Вталкивая штопор, прокручивая его сильнее. Он тянет и она открывается громко. И мужчина улыбается, от ожидания. Мужчина делает глоток от вина. Итори умеет делать алкоголь, что будоражит сознание. — Сейчас сердце остановится! — выпускница поворачивается к экрану глазами еще не находит свою фамилию. Она листает страницу и видит какого-то «Терешкова В.Я» и страница заканчивается. Тело замирает. — Нет. — Что? — не слышит ответа, слишком тихо даже для него. — Я — слышит клацанье мышки, платная основа читается, девушка пролистывает и видит свою «Тодороки Э.» — прошла, но на платную.       Она смотрит и не верит ей не хватило чуть -чуть. Больно… Очень больно… — Сука, сука, сука, — роняет она слова, как будто ударила мизинец об угол.       Ута лишь наблюдает за этой агрессией и его это забавляет. Она останется тут. Гуль рад, но не признается. Он слышит, как она материт русских. В особенности Терешкову. Переходит на Скрябину. А казалась такой интеллигентной. Тодроки берет открытую бутылку и пьет из горла. Морщится, от необычного вкуса.       Однако планы действительно меняются. Он хочет её себе. Агрессия, которую она проявляет, так вдохновляет. Это нечто! Это то, чего он хочет. Казалось, если бы она была гулем, она бы пошла убивать первого попавшегося.       Она со злостью пинает балку. Манекен падает и заваливает за собой еще один. Элин выдыхает, так будто готова сжечь что-нибудь. Просто нагибается и подымает один и второй манекен. На манекене натягивая маску, что была еще не до конца доделанной. И быстро подбирая лисью маску, красного цвета. Она притягивает к своему лицу и смотрит через неё.       Улыбка такая интригующая и а взгляд полон интереса. Глаза черные как смоль так её притягивают и заставляют смотреть еще дольше. Элин готова вечность смотреть на него. Это так будто они та самая неизбежная катастрофа. — Ута, знаешь, что я действительно жалею? — Что же? — в голову уже бьет градус. — На самом деле мне так хочется быть гулем! Сука! Почему так сложно? — Интересная мысль, но почему решила, что им проще? — удивлённый вопросом девушки не знает, что ей ответить. — Да? Захотел подраться? Подрался! — она одевает маску на свою голову, чтобы не держать в руках. — Захотел — убил! — А ты так хочешь кого-то убить? — сейчас? — Да… — Можем сейчас побороться и ты выпустишь пар! — слишком активно, но подстатье настрою гуль сдвигает манекены в один угол, а стол к стенке. — Давай плед на пол стели! У обоих улыбки на лице, что они не собираться скрывать. Плед ложится на пол, обозначая ринг. Она знает, что хочет чувствовать ближе Уту. Сейчас она это осознает это больше обычного. Гуль смотрит и восхищается этим энтузиазмом. Элин реально хочет с ним драться. Ей хочется его кусать. Кусать до скрипа в зубах.       Ута подходит ближе, скидывая с себя кардиган. Татуировки действительно выделяются, она хочет осмотреть все их. Выпускница все ближе к желаемому. Гуль расставляет руки и будто говорить давай нападай.       И девушка обхватывает его руку, тянет его на себя. Поддаваясь ей, втягивает чарующий запах. Это так великолепно. Специально падает на неё, Ута все равно падает мягко. — Ты знаешь — это не больно — утверждает мужчина, когда чувствует когда зубы Элин врезаются в руку. — Ты знаешь — это серьёзно, — произносит с какой-то обидой на этот мир, — если я буду кусать со всей силы будут синяки. — Кусай, разрешаю, — ей можно, она у него особенная. — ничего не будет…       Зубы чешутся и девушка продолжает кусаться. Кожа мужчины краснеет и вновь становится такой же какой была. Ута ждет и думает, стоит ли кусать в ответ. Сможет остановиться? Он не знает. Лишь прижимает Элин к себе еще больше. Ебанулся головой об кафель на полу. Однако так плевать. Он готов сидеть так долго. Как только сможет.        Ее аромат…       Хочет запомнить его на долго. Ни духи, ни гель, не дезодорант…       А именно её запах кожи.       Втягивает его у шеи, гуль не справляется от дурмана. То ли от вина, то ли от Тодороки.       Челюсть затекает у девушки, и агрессия уже уходит на второй план       Элин дает волю азарту. Она обхватывает талию ногами. Тянет его тело в бок заваливая, как может. В толстовке безумно жарко и девушка хватает кислород ртом. Поваливая мужчину хочется быть сверху. Устроить дестрой, но вторая нога остаётся зажатой под телом.       Ута будто смертельный капкан. Крепко держит. Хотя оба прекрасно знают, что не используются вся сила. Притяжения это не так просто работает. Но они готовы принять друг друга.       Мужчина должен обеспечивать безопасность, но он — Гуль. Он тот кто может сломать кости, просто зажав руку сильнее. Ута держит её как будто она бабочка, что замертво упадет.       Она будто специально делает так? Заставляет гадать кто она? Она пытается казаться ответственной умной девочкой.       Хотела быть слишком взрослой       Но она будто бы не наигралась       Элин — что хотела быть главной       Что хотела быть важной. Для него она стала важной, той за которую он готов стоять до последнего       Ута переворачивается на спину и смотрит внимательно будто читает мысли. Он готов помочь ей. Дать что она хочет. Он не может её съесть…       Не сейчас…       Не сегодня…       Не в этом месяце…       Но Ута хочет её…       Хочет видеть восхищённое лицо Элин.       Хочет слышать её заумные речи, когда тема заходит в её круг интереса.       Видеть её заинтересованность, когда он рассказывает какую-то хуйню, что может быть хуже новостей. Или расспросы про криминал, когда темы обсуждения заканчиваются…       Когда они обсуждают вероятность вкуса блюда, если поменять какой-нибудь ингредиент…       Он видит ее голубой цвет глаз над собой. Вновь сверху. Он дает одержать победу над собой. Она улыбается: — И ты упал! Я выбираю награду! — Что хочет вор масок?              Девушка наклонилась ближе. Она смотрит на мужчину. Его глаза горят кровавым желанием. Убить обоих на поражение. Тодороки зацепляется за пирсинг у губ. Пухлая нижняя губа выгодно смотрится. И девушка припадает к ней. Холод метала чувствует странно и необычно. О какой нормальности идёт речь? Если кусают неформала, что похож на гуля.       Сколько сил нужно, чтобы не откусить язык? Ута не знает. Но он старается, чтобы не кусать её губу в ответ. Как же он этого хочет. Татуированная рука проникает под футболку. Ласково поглаживая поднимаясь выше к рёбрам.       И помещение заполняет смех. Разливается как свет от них. Задохнуться от смеха это смело. Но гуль все также продолжает. — Ута, пощади меня…       И действительно отступает. Слюна так и нарывается сдать его желания.       Они лежат без движения…       Оба осмысляют, как быть?       Он хотел съесть её, а она все также стремится быть рядом с ним.       Ута быстро встает, когда слышит урчание желудков. Не знает, чей страшнее. Он поднимает голову вверх, чтобы Элин не видела выступающие вены.       Девушка же продолжает лежать, наблюдая за тем, как брюнет берет тарелки.       Элина не знает, как объяснить свое последнее действие. Но она ни капли не жилет. Она хочет еще. Перед тем как разобраться с тем, как вернуть в реальность. Просто быть рядом и есть. Для нее это что-то домашнее. Родное, как будто вы доверяете друг другу. Ута дает ей тарелку и вилку. А сам берет еще вина. И предлагает ей. Да он знает, что по закону можно пить только с двадцати одного. Но кого это волнует? Он хочет отвлечь не удачи. — Чтобы ты делала, если бы я был Гулем? — А если бы я была гулем? — оба сидят на против друг друга и ждут кто первый даст ответ. — Ты бы находился рядом с видом, что может съесть тебя, если только захочет? — Рядом с тобой был бы, — он видит, как она смакует мясо во рту, поправляя маску на лице. — А ты бы смогла? — Интересующие вопросы, которые летают у него в голове. Уже многое время.       Он запомнил, что если. Дороги уходят от вопроса, значит. Она никак не может дать определённый ответ. Значит, ей нужно больше времени. Для раздумий. Но для Уты времени всё меньше и меньше. — Ты знаешь очень серьёзный вопрос, но… В данный момент времени, что у меня сейчас может быть… — Элин смотрит на мужчину, что как будто никогда не её не видел и готов смотреть на нее вечность. — Смогла бы, потому что моя жизнь кардинально отличается от плана, который я себе представляла.       Элин смотрит на то как у мужчины расширяются глаза. Будто он поражён ответом, будто он не думал никогда об этой её стороне. — И в данный момент времени я не представляю, что делать? — такие слова Ута не хочет слышать от девушки. Будто с нее выбивают все желание бороться за собственную жизнь. — Знаешь, действительно, чего мне не хватало, так это вот такой шуточный. Борьбы, что между нами была пять минут назад… — Да признаться честно, я бы в принципе может быть… — она так обрывисто говорит, будто вытаскивая на свет сокровенную правду. — И жила бы с гулем, если бы… Не знала, как мне быть. — Да? — голос тихий, он не хочет спугнуть — Потому что с точки моего мировоззрения, мне кажется лучше… — рядом сидит Ута, что пытается угадать её мысли. — Если и прощаться с жизнью, то хотя бы принеси какую-то пользу. — Элина… — Ведь, рано или поздно, всё равно все умирают… — да Тодороки понимает, что это нормальная статистика, многие молодые люди так могут поступить, когда понимают, что обречены. — Так хотя бы буду полезной. — От добавленной фразы легче не становиться, — смешок вырывает нервный, как искра из неисправной розетки. — Ута, а ты бы съел бы меня? — бывшая школьница откладывает пустую тарелку с его рук. Когда он успел все съесть, как будто голодным был с неделю. — Не сейчас, когда я знаю тебя — ответ, чистая правда, — не смог бы. — Господин Ута, привязался ко мне? — шутит девушка, прижимая свою руку груди мужчины, постукивая пальчиками по татуировки. — будешь скучать обо мне если меня съедят? — Кажется, тебе вина тебе много на первый раз, — переводит тему, подмечая как затуманен её взгляд. Её запах сводит его. Её руки, что вызывают такие мурашки по телу. — Будешь, — она видит его будто на сквозь. Не хочет, но признает. — Я тоже буду, если ты пропадешь с моего круга общения. Губы у тебя такие… Хочу их целовать долго и больше. — Вот мы сейчас пьяные или через чур честные? — Гуль держи в руках её лицо и хочет так же целовать. — Не знаю, — Тодороки плевать на то что она делает, поэтому двигает его ноги и садится поверх. — В первое время мне постоянно снилось, что ты меня съедаешь, представляешь? — Да? — Ну ты сам понимаешь, — девушка слегка оттягивает веко, указывая на белок, — ты же буквально выглядишь как гуль! — С этим полностью согласен, — поправляет бедра девушки на себе, — как же ты тогда смогла попросить тебя провести до метро? — Со стрессом, но после разговора я поняла, что это твой имидж. — она трогает татуировку на шее, — весь в татуировках, либо гот, либо панк. — А сейчас? — Ута, любимый, близкий человек… — Кое-что родное ты увидела в моих глазах? — произносит шепотом, подымаясь к лицу Элины. — Хоть я и пьяна, но… — она пытается прочесть мысли мужчины, но видит только чистый интерес, — Ута, как ты смотришь на секс? — В отличном качестве… — Нет, со мной? — Со мной? — лицо как будто ему показали снег в мае, — Ты этого хочешь? Ты уверенна? — Да, лучше с тобой. — Гуль видит, как сильно бьётся её сердце. Она так волнуется, но без чувства страха. — Не говори, что ты так хочешь со мной попрощаться? — смеется и гладит пытаясь унять собственное желание. — Нет, просто так у меня есть смелость…       Ута улыбается. Такой ответ его устраивает. Притягивает к девушку к себе. Он готов просто смотреть на неё вечность. Но если есть возможность он будет трогать везде. Тодороки тянется к нему. Гуль тянет верхнюю одежду. Высвобождает её голову. Открывая вид на майку на бретельках. Формы хороши. Мясистые, вкусные. Он облизывает губы.       Элин слишком аппетитная. Это как будто тот самый садизм. Вот как держать над псом кусок мяса, не давая и долю откусить. Гуль и думает по силам ли ему сдерживаться.       Поцелую сладкий, как и само вино. На этот раз Ута лезет к ней в рот. Борьба за главенство ей проиграна. Он держит руки на её бедрах. Ему мало. Прикусывает её губу и оттягивает. Вкус метала будоражит и так его возбуждает. Мужчина стянет майку и видит её гладкую кожу. Округлая грудь, что сразу попадают в его руки. На ощупь упругие, мягкие, но увесистые.       Девушка в ответ изучает его грудь. Она стягивает с него его майку. На коже красуются татуировки. Припадает к его шеи целует. Прикусывает его шею рядом с татуировками. Облизывает места укусов. Не знай, что она человек. Можно было подумать, что Элин готова его загрызть. Она признается себе, что хочет забрать все себе. Он такой свободный. Она тоже хочет быть свободной. Поступать, как только ей пожелается. Так чтобы никогда не было никакого чувства: а что подумают другие.        Ута готов ей предоставить поле для творчества. Где её никто не осудит. Наоборот, он только подержит.       Обхватывая волосы рукой, он собирает их вверх, давая Элине больше места для поцелуев — укусов. Ему даже жаль, что она не сможет ему навредить. Ута же снова притянули и целуют. — Прости, — произносит гуль, когда понимает, что переборщил, кусая девушку и кровь идет сильнее. Он укусил, немного сильнее. Как же хотел и не хотел это делать. — Ничего страшного, — тянется и целуя его еще. Ута слизывает кровь, легко вытирая с подбородка. Они ходят по краю. Такому, что тоньше чем лед в марте. Но если они провалятся, утонет только один из них. Утонет в крови.       Глаза горят кровавым желанием. Он держится, пытается перевести этот голод в желание. Член давит в ширинку. Ута тянет её джинсы.       Слышится треск одежды. Они оба заняты собой. Джинса рвется от натиска рук. — Чёрт, возьми, — звучит одновременно. Оба отвлекаются, смотря как в руках находятся часть её одежды. — Как? — произносит девушка, но тут Ута оказывается сверху. Поцелуи, оттеняемые металлом, прокладывают путь вниз. Мужчина изучает каждый миллиметр кожи. Такой приятный аромат. Одежда, что была порвана, откинута куда-то далеко от них. Тодороки плевать на это она в восторге. Её взгляд туманный. — Такая красивая, — шепчет губами в саму кожу.       Приятный слегка полный живот. Бедра, который хочется мять, как какой-то антистресс. Ута наслаждается. Среди японок не так уж часто встречаются с такой аппетитной фигурой.       «Господи, какой же она была бы вкусной.» — гуль готов уже трахнуть Элина, а после съесть её. Смакуя её мягкую плоть. Ута как буто специально себя дразнит. Это как дышать рядом с готовящимся мясом, когда тебе зашили рот. Пока перед тобой переворачивают мясо, как Тодороки сама готовила чью-то плоть. Так отменно утолив голод, что это так приятно.       Элин, притягивает к себе мужчину. Хочет полюбоваться его татуировками. Он же полностью дает ей такую возможность просто подымаясь торсом. Его накаченное тело вдохновляет.       Идеальной тело должной работы. Про таких говорят мастер свое дела. Сколько раз можно хотеть такого человека? Элин обновляет людскую похоть. Нельзя точно сказать, правильно ли она поступает. Но… Какие, к черту, но? Девушка уже пойдет совершенно другое дорогой. Так какого черта, она должна строит из себя правильного человека?       Ута поднимает девушку, обнимает и целует в шею. Пульс так и бьется. Жар такой приятный и будоражащий. Она так приятна. Гуль снова ложится спиной, давая больше простора для девушки. Он хочет знать, как она будет действовать. Элин может знать, что может встать и уйти. Может так Ута дает ей возможность сбежать.       Элина водит руками по его татуировки. Солнце черное, такое прелестное. Будто она была сделала два месяца назад. Даже интересно, кто сделал, такую прелестную. Руки тоже обиты. Она готова рассматривать их постоянно. Будто лиса, обитая змеями, как жизнь в современном мире. Руки видны, как будто показывая твой ход девочка.       Элин целует и ерзает на мужчине, дразнит как та самая лиса. Он закрывает глаза, шумно выдыхает и шумно. Показывает, что как он её хочет, опуская её бедра на свой таз. Элин тоже хочет, но почему-то оттягивает сам момент. Девушка чувствует, как его руки перетаскивает на пресс. Он обнимает одной рукой, второй же растягивает ремень на штанах. Слышен звук расстёгивающаяся молнией.       Глаза Уты до сих пор закрыты. Девушка уверена, шага назад нет. Она хочет, но боится. Элин хочет смотреть в его глаза. Хочет увидеть них спокойствие смешанное с пофигизмом. — Если хочешь, можем остановится, — произносит четко, но в голосе с надеждой. Будто он надеется, что девушка согласится прекратить.       Она рада, что он сказал это. Глаза смотрят на него. Глаза закрыты, но руки у него буду сильнее держат. Элин чувствует, как прижимаются. Ута гладит, успокаивая и так хорошо.       Мужчина продолжает действовать на тактильном ощущение. Он знает, что, если будет с открытыми глазами, не сможет устоять. Даже так она слишком аппетитна. Мазохизм — это просто то, на что подписывает себя гуль.       «Ута» — девушка выдыхает его имя. Мужчина сдерживается, чтобы не начать двигаться. Как же приятно, жар женского тела… Как же тонко они ходят. Открывая глаза, он видит её. Она прекрасна. Её линии, её глаза… Хочется их себе.       Подымаясь и опускаясь, девушка старается двигаться в такт Уты. Глаза закрыты, и она старается чувствовать все кожей. Она чувствует его пальца на клиторе. Так резко и неожиданно, но плавно и неожиданно. Он знает, что делает.       Даже если Элин сверху, процессом руководит мужчина. Но она и не против, чему свидетельствуют стоны вперемешку с его именем. Особенно, когда Ута глубоко в ней, надавливает на клитор.       Она целует, будто он самый важный. Будто он её спасение. Так словно она может его съесть, а не он — гуль. Как же приятно. Ута готов всегда наблюдать за тем, как её рот открывается с придыханием. Элина наслаждается. Игра затянется, и он готов помучить себя, пока она не оставит его.       Да… Ута решил. Лучше видеть её каждый раз. Чем вспоминать какой она была на вкус. Он любит её. Он желает, чтобы она была рядом.       «Ута…пожалуйста…» — Элин готова молить о пощади. Тело горит, словно внутри пламя. Гуль видит, что она на пределе. Впрочем, как и он сам. Он вдыхает её аромат. Поцелуй в губы переходит в новую борьбу. Отстраняясь на доли секунд для кислорода. Оба прекращают движение, пару движений пальцами заставляют дойти до конца. Стоны тонут в его губах. Ноги прибиты и встать уже нет силы. Ута проводит руками по её спине. Она тяжело дышит, мужчина готов слушать её ритм сердца. Элин так приятно осознавать, что не только она довольна.        — Это лучшее… Еще бы покусала, — в шутку говорит гуль. Прикусывая его шею, Элин смеется. Ута вместе в ответ смеется. Вытаскивает из нее член. Но никак не сдвигает её с себя. Ему нравится, как она лежит на нем. — И почему я так тянула? — устало выдыхает Тодороки и снова смотрит на него. — Поверь…- с придыханием, — Элин, для тебя, все вовремя… — Так говоришь, что могло быть что-то плохое.       Он не отвечает и целует Элин в щеку. Устало ложится на плед. Ему пофигу, что они лежат на полу его мастерской. Хочется просто полежать рядом, обнять и прижать к себе.       «Ута, а ты бы съел бы меня?» — вопрос от которого он впадает в отчаянье. Он хочет её отпустить, но как? И держать девушку около себя он постоянно не может.       Тодороки позвонили спустя три с половиной недели и сказали, что для нее доступно место в бюджетной группе. Ута смотрит на её удивленное лицо, Элины, когда на проводе звучит иностранная речь. Гуль хмурится. Рука прикрывает рот от удивления, когда так безоговорочно говорят, что кандидата съели. Девушка так и не смогла сказать ничего.       Она и рада и в замешательстве с прямолинейности. Элина не знает, как реагировать. Но смотрит на мужчину. Ута лишь смотрит. Реакция ее тела неоднозначны, но испуг присутствует.       Пульс дает понять, что она рада, но эмоции говорят другое. — Ута, я поступила, — произносит девушка, ставя телефон на тумбочку. — А что так грустно? — Я поступила в тот институт, — понимая, что придется ехать в другую страну, — там съели студента, представляешь?       Видно, что она в смятении и это дает ему надежду. Сам Ута не может дать ответа, чего желает больше. Так приятно её обнимать, вот как сейчас, вдыхать её запах волос. Просто наслаждение для него. Так вкусна, так приятна.       Нет, он понимает, как важно образование. Тем более если поступил на бюджет и не придется оплачивать учебу. Но он хочет, чтобы видеть её каждый раз. Гуль точно знает, что Элин останется там, если у неё все получится. А у Тодороки все получится. Он знает.       Элин в смятение, она так хотела этого, но сейчас? Сейчас, она поступила в токийский университет. Оказывается, есть пару актуальных профессий, на которые она смогла пройти по баллам. Она смогла пройти вступительные на маркетинг.       Она не хотела никуда уезжать. Да странно, для нее. Так как она всегда хотела убежать. Но сейчас. Может это из-за того, что почувствовала защиту. Элин чувствую безопасность в почти самом опасном районе. Это совершенно не укладывается в голове.       Ута смотрит на неё. Она же готова вечность находиться в его объятьях. — Ты так хочешь? — Честно? — кивают ей, — не знаю, так не придется платить. В чем проблема? Можешь подрабатывать у меня! — Да, что я умею? — Я готов платить бешеные деньги, за то как ты готовишь мясо. Ута, ты и так много на меня тратишь Чтобы тебе было приятно, хитрый ты заяц.       Она всегда смеётся, с этого. Элин слушает как мерно бьётся его сердце. Не уже ли у нее поменялись ценности? Она же просто хотела внимания.       Но не заметила, как пропадает в мастерской Уты. Всегда рада увидеть красные глаза, что расширяются и вновь сужает, словно хитрит.       Как же Ута рад, сначала он не понимал, почему девушка, стала так часто появляться. Но потом вспомнил каникулы. Он же сам сказал, что может хоть посилится у него. Но понимал, что вряд ли она будет воспринимать это на серьёзе.       Для Уты это будто, как будто кошка пробралась в дом и не хочет выходить. И ластится постоянно, не давая и возможности, чтобы прогнать. Гуль надеялся, что она не придёт. Однако он же и хотел, чтобы она пришла.       Он не точно не знает, но точно хочет, чтобы она была рядом. Но он не собирался подвергать ее риску.       Элин же хотелось быть рядом. Такой тактильный голод проснулся в ней. Теперь все время хотелось его касаться. Внимание хотелось на все сто процентов.       Она покусывает его, когда обнимает со спины. Его легкие стоны во время этих действий, становятся традиционным занятием.       «С огнем играешь…» — каждый раз напоминает ей. Они оба знают, что это им нравится. И каждый раз Ута хочет, чтобы она укусила его сильнее. Но навряд ли она сможет. — Элин, тебе обязательно… — хотел сказать «бросать», но остановился, — уезжать? — Я не… — Ты же можешь остаться со мной, — Ута поворачивается полностью к ней, — знаешь, я могу же оплатить тебе учебу. А если не хочешь жить с родственниками, то можешь… — Ута, это очень трогательно, но я даже еще не в списках универа. — она гладит его черные волосы, — давай лучше поедим? — Не пойму, ты либо уходишь от темы, либо глистов завела? — Глистов? Сам ты глист! — смеясь отстраняет парня, проходя на кухню. — Точно уходишь от ответа! Эй? — Все я обиделась, — в шутку роняет Элин, — теперь с тебя… мытье посуды. — Для тебя все что угодно… Гуль подходит к девушке и все равно поднимает её, сажает на столешницу. Целует в губы, глубоко и чувственно. Его. Элин должна быть только его…

***

      «Ута, у нас есть один серьезный разговор!» — пришло сообщение на телефон, мужчина поднимает бровь. Редко такие сообщения приходят. Он смотрит еще раз. Да отправила Элин.       «Где?» — быстро отвечает уже бросая работу.       «Антейку» — кафе в двадцатом районе, и он собирается за две минуты. Очки закрывают его хмурое выражение лица. Он готов промчатся как можно быстрее.       Он заходит и видит знакомые лица и смотрит помещение дальше. Наконец найдя свою Элин. Она держит в руках чашку кофе. Девушка еще не заметила его. Глаза у неё на мокром месте. Гуль слишком быстро прошел к ней, удивляя остальных. Он думает, кто её обидел. — Что случилось? — быстро присаживаясь на против девушки, он берет её за руку. — Ута — ты Гуль? — этот вопрос звучит тихо, но требовательно. — Что? — Ответь мне на вопрос, — она крепко сжимает руку мужчины. — Гуль? — С чего такой вопрос? — Он смотрит внимательно, спуская очки. — У меня повышенные Rc-клетки, — проговаривает Элин, близко к истерике. — Мне пришлось пройти тест перед универом! И мне назначили повторный через неделю! — Так? — он не понимает, как у нее такие особенности могут. — В смысле, хотела уехать из Японии? — Ута, пожалуйста, уверь меня, что это просто ошибка результатов! — Покажи результаты, — спокойным тоном просит сведения. — Элин, дай посмотреть на результаты.       Ута видит перед собой сложенный листок. Разворачивая бумагу, он действительно видит повышенные результаты. Нет. У нее в принципе не должно быть этих клеток. Так какого черта? Она точно человек. Он знает.       Она смотрит за мужчиной, когда он встал из-за стола с листком. Ута направился за барную стойку. Элин видит, как он, что-то говорит девушке. Обладательница короткой стрижки просит подождать, судя по её жестам. Потом к нему подходит она же и брюнет. Здоровается с ним. Они еще что-то говорят, к сожалению, не слышно, о чем именно       Ута ждет. Канеки смотрит на результаты. Есть варианты событий, которые могут быть связаны с повышением Rc-клеток. Но ей явно не пересаживали органы. Выносит вердикт Кен. Тоука слыша, о чем речь, тактично проводит последнего посетителя и закрывает кафе на перерыв. — Здравствуйте, я — Тоука, — произносит девушка, что в начале приносила кофе. Она очень красива и опрятна. Она вызывает доверие. — Добрый день, Элин, — машет рукой, — вы друзья Уты? — Больше знакомые. — присаживается за стол, пока мужчины разговаривают. Она замечает, что в кафе уже никого нет. Когда уже успели все исчезнуть? — Элин, скажи мне, Ута тебя заставляет тебя делать, что ты не хочешь? — взгляд серьёзный. — Нет, он прелестный мужчина. — она полностью готова ответить за правдивость. — Но к чему вопрос? — Прости за не тактичный вопрос, — устало выдыхает, — когда у тебя была менструация? — Менструация? — Должна начаться, на днях… — Точно? — Да, — доставая телефон проверяя календарь, — они, конечно, сдвинулись, из-за экстренной контрацепции. Догадка официантки подтверждается. Она кивает самой себе. — Элин, нужно будет сделать тест. — Тоука, конечно, простите, но мне нужен ответ от Уты. — Тодороки старается держать голос ровно, — Мне еще надо разобраться с проблемой и сдать тест для универа.       Голова у девушки трещит, но она хочет разобраться. Элин, честно говоря, не как примет решение. Она действительно не знает, что делать? Если Ута — Гуль? Что если он на самом деле человек? Тогда почему у неё такая фигня с анализами?       Ута подходит к столу и берёт свой телефон. Он смотрит на Элин, и быстро отсчитывать что-то. — Ута, ты ответь, уже что-нибудь? — Элин, тебе надо сделать тест… — Да вот же он! — господин, как же ее бесит вся эта ситуация. — Тест на беременность, — серьезность в голосе, не дает поводя для сомнений. — Да не неси ты чушь, я сделала контрацепцию! Они тоже гули? — не видя ни смеха, ни отрицания, Тодороки уже хочется плакать от безысходности. — Почему вы все молчите?

***

      Девушка стоит перед зеркалом, видя свои мокрые глаза. Она очень сильно боится. Не уже ли она так встряла в эту проблему?       Почему все так происходит?       Почему она тогда вообще задержалась?       А сейчас вынуждена отсчитывать секунды. Она знает, что за дверью стоит Ута.       Может быть, он так же переживает? Она не знает. Ей хочется плакать. Как она могла так попасть? Связать свое сердце с гулем? Как? Еще через пять минут она узнает, какие проблемы будут.       Нет, может для кого-то беременность не проблема. Однако не для неё. Тем более если она еще имеет ребенка от гуля. Это вообще не должно было случится? Даже опуская тот факт, что она приняла специальные лекарства. Как от Гуля? Их организмы же вообще не совместимы.       Как? Они же переспали только где-то четыре раза. Три — которые вообще то были защищённые. Только с первым они поступили не обдуманно. Но и там она приняла лекарства. Кошмар для девушки. Все-таки ей надо было пройти к гинекологу. Но голова так была забита другими задачами.       Защитник и ее давний страх в одном лице. Вот кто перед дверью стоит. Элин знает, что её ситуация безвыходная. Она очень надеется, что не беременна. Ведь если это так, то её спокойной жизни конец.       Если она беременна от Уты, то шанс выжить будет тридцать на семьдесят процентов, и то не в её сторону. Да даже на аборт не сможет пойти. Медикаментозный аборт не сможет избавить от ребенка гуля. Механический, не сделают и отправят на исследования в CCG. Да даже если оставить все как есть Элин съест её же ребенок изнутри. Просто для того, чтобы просто выжит. Элин признается, она честно в ужасе.       Девушка и не замечает, как дверь открывают. Ута стоит рядом. Может он что-то говорит, но она и не в курсе. Она в прострации и не хочет ни о чем думать. Хочет пустоту в мыслях.       Ута поворачивает тест, чтобы сразу не было видно результата. Он приобнимает Элин, за талию. Гуль прислоняется к шее, чтобы слышать пульс. От нее пахнет тревогой. Оно и понятно. Взгляд потерянный. — Элин? — он трогает и берет руку, — Ты не хочешь всего этого? Ута даже не знает, что на это она ответит. Он просто хочет, чтобы она была рядом. Но Ута не хочет, чтобы Элин, была рядом по свое воли. Как эти четыре месяца. — Ута, я не знаю, — голос у нее дрожит, кажется, еще чуть-чуть и она заплачет. — я хочу обычную студенческую жизнь. — Понимаю… — Нет, не понимаешь, — она смотрит на него через зеркало, — ходить на пары, встречаться с молодым человеком, с тобой, встречать новый год. — Ты сможешь все тоже самое делать, — гуль хочет как-нибудь успокоить её. — Я могу тебе устроить это. — Ута, ты же не всесильный, — он смотрит, так словно, может все. — вот, к примеру ты не можешь переварить человеческую еду. — Тоже мне упущение, — шепчет в затылок. — То есть ты всегда давишься моей готовкой? — Нет, это было очень вкусно… — Ута, не ври пожалуйста, — с иронии смеется, — я же в курсе по поводу вкусовых рецепторов у тебя. — Я тебе клянусь, это было самое лучшее блюдо. — Вы можете есть только людей, — хочет доказать свою правоту, не осознавая куда шагает. — Верно, но и то мясо было очень вкусно… — Нет, — она прикрывает рот рукой, — пожалуйста скажи, что ты снова шутишь.       И снова молчание, глаза лишь с интересом наблюдают за мимикой. А Элин в полном шоке. Хочет разбить голову об эту раковину. Он хочет сказать, что принес человеческое мясо подвидом говядины. А Тодороки это готовила, а потом всем готовила? — Сука, — Элин в таком шоке, что не знает даже как реагировать, — Я, блять, ела человека… — У людей такое тоже встречается, — хоть как-то пытается подбодрить, — ты же не знала… Тем более ты полностью была уверена, что это говядина. — Да, сто процентов и за тебя залетела! — Элина машет чертовым тестом, так и не посмотрев. — Конечно, из-за меня, — смеется Ута, — ты ни с кем не спала.       Ута выхватывает тестер, ожидая увидеть результаты. Две полоски. Он чувствовал это. Она будет рядом. Господи, как он обрекает её! Он и рад и нет одновременно. Какой ад творится в мозгах.       Она просто пропадет из его жизни? Проскакивает мысль, что лучше бы она изменила ему. Но он знает, что она была только с ним. Просто обнимает её. Элин, ну почему ты такая везучая? Просто постоять рядом. Чувствовать её слегка увеличенный пульс. — Возьми меня за руку, — проговаривает с шепотом, ожидая её действий. Она смотрит с надеждой.       Рука теплая и приятная на ощупь. Так же мягко он целует Элин. Проходя в комнату, он подхватывает её под колени. Страха не чувствуется, и он рад этому. Это хороший знак. Она не совсем понимает, что он собирается делать. — Знаешь у нас, есть одна традиция, — Ута садится с ней на кровать, — если мы хотим прожить с парой всю жизнь, мы отгрызаем плоть друг у друга, вот здесь, — Ута указывает на правое плече, то место, где идет переход в шею. — Зачем? — Чтобы доказать, что доверяем друг другу, — так хочется её расцеловать, в эти ее мягкие щеки, переходя на губы, шею и никогда не останавливаться. — Артерии очень близки, их можно перегрызть на раз два.       Ута, прикладывает её руку к своей шее. Его пульс бьется как бешеный. Он будто бы пробежал марафон. Кровь блещет жаром, как пламя, об которое хочется согреться. То самое которое может тебе дать тепло и сжечь. — И что ты хочешь? — Хочу, чтобы ты оставила укус, — гуль поражает ее своими словами. — Как? И зачем? — Ты носишь моего ребенка, — он кладет руку на, пока не круглый, живот и поглаживает, — и я должен показать, что у меня есть дама сердца. — Голова кругом, от тебя, то есть ты хочешь и меня так укусить? — что за романтика такая? — Тебя слабее, — он гладит руки девушки, зная, что это успокаивает. — чтобы это не было опасно. — А кольца для слабаков? — Кольца тоже обязательно будут, — его глазах блестят от азарта, когда он оголяет свою шею.