Там, за гранью

Где выводила лютня стихи-рулады, каркает ворон в ветвях засохших лип. С губ холодеющих рвутся слова баллады, только выходит жуткий предсмертный хрип… Было по-детски глупо так просто верить, что талисман опять защитит от зла, и забывать одно: из объятий Смерти даже любовь никого ещё не спасла. Разве так сложно было судьбе всесильной внять этой хрупкой, рвущейся вверх мечте: не умереть в жаре безнадёжно-пыльной, в дыме костров, в которых сгорают те, кто меня помнил, знал и считал достойной в строках баллад остаться живой в веках… А умереть без страха, уйти спокойной, сделав последний вздох на твоих руках. Я до конца жила, до конца боролось - но Госпожу мне не победить одной. Я теперь знаю Смерти холодный голос - тот, что веками слышишь ты за спиной; я теперь знаю цвет её глаз глубоких - словно фиалки в инеи злой зимы… Смерть выбирает сирых и одиноких. Помни: один лишь раз это были мы. Геральт, прошу: там, где-то за гранью сказки, в строках баллад ты всё же меня найди. И согревает тело последней лаской слабым теплом жемчужина на груди…