одним зимним вечером

      В моей голове туман. Кажется, я скоро перестану соображать.       Она сидит напротив меня и смеется над историей, которую рассказывает мне. Там было что-то о ее подругах, или нет… Я, честно сказать, последние минут пять не вслушивался. Мой разум был занят всем, что было вокруг нас. За окном большими хлопьями идет снег. На журнальном столике стоят пустые бокалы и бутылка, в которой еще осталось немного вина. В нашей комнате из граммофона играет музыка. Я, кстати, был удивлен, когда увидел эту вещицу в комнате.       Что за песня играет? Я не знаю, мне все равно. Однако она очень приятно звучит и расслабляет меня насовсем. Или это вино, которое я купил для нас?       Пока она рассказывает о своих буднях в университете, я смотрю в ее блестящие серые глаза. Мое сердце как будто только что облили елеем, мне было тепло и хорошо рядом с ней под эту музыку и в эту погоду. Во всех комнатах приглушенно горит свет. Я смотрю на нее, оперевшись на локоть, и в этом свете она еще прекраснее. Как я могу быть сосредоточенным на истории, когда передо мной сидит она?       Она — воплощение моего безмерного счастья. По крайней мере, в данный момент.       Я пододвигаюсь немного ближе, все так же не сводя с нее глаз. Мы оба глупо хихикаем от продолжительного зрительного контакта, и, успокоившись, она шепчет мне:       — Давай потанцуем?       — Я не умею… Я буду глупо выглядеть…       — Ну и что? — она встает и протягивает мне руку. — Давай! Такая хорошая песня!       Я беру ее за руку, и она ведет меня в центр комнаты, затем кладет свои руки на мою шею, а я свои — ей на талию. На секунду я вспомнил, как репетировал вальс на выпускной. Она подняла на меня глаза и кивнула в знак того, что начать танцевать нужно сейчас. Мы не спеша кружились под медленную и приятную мелодию, как пожилая пара на концерте эстрадного певца. Я все так же смотрел на нее, чувствуя, как вот-вот взорвусь от всех чувств и эмоций во мне. Мое сердце горело, как-то эмоджи на телефоне, и это тепло продолжало греть каждую клеточку моего тела. Я был полностью поглощен ею, я больше ничего не замечал. Я перестал вслушиваться в песню, я слышал, как бьется мое сердце, и надеялся, что ее сердце бьется в таком же ритме.       — Я очень пьян, — мой голос почти не слышно, но до нее мои слова дошли. — Разреши мне остаться у тебя.       В моменте мне показалось, что она немного поменялась в лице, явно не ожидая от меня таких слов, однако она быстро пришла в себя и с улыбкой ответила:       — Разрешаю. Только будешь спать на диване. Со мной нельзя, — и она игриво усмехнулась.       — Как пожелаешь, — умиротворенно произнес я, а затем снова углубился в свои мысли.       И снова мы устанавливаем зрительный контакт. Она смотрит на меня с легкой улыбкой, как, впрочем, и я на нее. Ее взгляд был таким глубоким и внимательным, что я ощутил, как тону в этой серой пучине, абстрагируясь от всего полностью.       Песня подходила к концу. Это означало только одно — этот момент, вернее, наш танец, не вечен. Внезапно по всему моему телу прошел электрический ток, и душа будто покинула тело.       Она поцеловала меня. Сама.       Я подумал, что умер, и уже нахожусь в раю. Но, когда она отстранилась, я вернулся с небес на землю. Я не удержался и задал самый глупый вопрос в своей жизни:       — Сколько раз ты целовалась?       Она громко рассмеялась, откинув голову назад, и я немного смутился. Я знал, что у меня горит лицо.       — Нисколько, представляешь? Это был первый раз.       — Но… Почему ты поцеловала меня? — я был в недоумении.       — Боюсь, причина покажется тебе дурацкой, — она приблизилась к моему лицу. — Мне просто захотелось поцеловать тебя, и все.       Она убрала руки с моей шеи и налила себе еще вина, а я так и стоял, не понимая, как мне «оправиться» от случившегося.       Я точно знаю, что между нами что-то произошло. И я вдруг расстроился, осознав одну не очень приятную вещь. Все, что между нами произошло, было похоже на перекур в коротком перерыве. Приятно и недолго.       Неужели все так и кончится?       Нет. Она вернулась в мои объятия с кусочком сыра в зубах, предлагая съесть его напополам, и наш перекус, как и положено, перешел в поцелуй. Она легко погладила меня по волосам, параллельно рассматривая мое лицо.       Я так счастлив с ней. Но в десять часов утра я уже выйду из ее дома. Моя ночевка здесь — одноразовая акция.