A night worth remembering.

Когда веснушчатая девушка зашла в свою квартиру, в помещение стремительно ворвался свежий, прохладный ветер. Тихо закрыв за собой дверь, она осторожно вошла внутрь и так же осторожно поднялась вверх по лестнице. Из-за уличной темноты, cкрывающей всё вокруг, Элли была абсолютно уверена, что уже давно началась ночь — её сожительница, должно быть, спит, как и многие другие люди. Вопреки всему, это суждение оказалось ложным. Как только Габби увидела Паркер, тут же набросилась на неё, крепко-крепко обнимая, не в силах сдержать свою сияющую улыбку — единственную вещь, способную наполнить чужое сердце теплом. —Ты вернулась, наконец-таки вернулась! Я так по тебе скучала! — протараторила Новак таким образом, что сказанное больше напоминало обрывистый крик, нежели связную речь. Она была невероятно рада, что Элли спустя немалый промежуток времени всё же вернулась домой. Она знала: в этот раз её девушке пришлось задержаться на работе дольше обычного, но она не была готова к тому, что всё настолько затянется. Совсем нет. И всё то время, проведённое без неё, ощущалось как жестокая средневековая пытка. Паркер с облегчением выдохнула, когда после утомительного рабочего дня пришла пора отдаться в нежные объятия Габби. Возможно, для неё это и было то самое необходимое чудо: тёплые прикосновения возлюбленной. Веснушчатая девушка положила подбородок на плечо Новак, и на губах виднелась тень от скромной улыбки. —Да, я тоже скучала по тебе, родная. На лице Элли выступила заметная печаль, а в душе разбушевалась обеспокоенность из-за скребущего чувства вины. Ей казалось, что по причине своей усталости, она никак не могла сравниться с Габби в энергичном выражении радости. Боялась, что всё выглядит так, словно плевать она хотела на предлагаемые ей тепло и ласку. Естественно это было не так. Паркер жаждала получить заветную заботу. Просто надеялась, что её девушка и так замечает и знает это. Габби слегка наклонила голову, разглядывая лицо барменши. —Всё в порядке? Ты выглядишь уставшей. У тебя был напряжённый день? В смысле, ты, вероятно, устала от таких длинных рабочих смен. Должно быть, это до ужаса раздражает. Понятия не имею, как ты с этим справляешься, но ты у меня всё можешь. Ты такая потрясающая, трудолюбивая, умная, замечательная, классная, потрясающая... "Потрясающая". Я ведь уже говорила это, да? В любом случае, на улице очень темно, насколько долго тебя вообще задержали и почему? Неужели что-то случилось в баре? Или что-то случилось с тобой? — девушка оборвала себя, нервно хихикая. — Извини, я даже не дала тебе времени ответить на первый вопрос. Паркер улыбнулась, погладив её по щеке. —Не нужно извиняться». По правде говоря, слушать болтовню Новак было до чёртиков приятно и успокаивающе. Ёе голос звучал как мелодия, доступная только Элли. По крайней мере, именно так веснушчатая это воспринимала. — Да, тяжёлый день, — она помассировала мозолистыми ладонями своё лицо, прежде чем с небольшим шумом плюхнуться на кровать. — Думаю, мне лучше пойти и выпить чего-нибудь покрепче, чтобы почувствовать себя лучше и забыть об этой ночке. Паркер легла на спину, а Габби села рядом с ней, постепенно сокращая разделяющие их расстояние. Девушка стремительно, но рассеянно и неуклюже "оседлала" чужие бёдра, крепко обхватывая ногами угловатое тело под ней. Ранее безмятежный взгляд стал более нервным, но по-прежнему сохранял в себе некую мягкость, которая отлично смотрелась на фоне приторно-сладкой улыбки. Сердце веснушчатой чуть не выпрыгнуло из грудной клетки, когда она почувствовала тёплые ноги Новак на своей коже. Её пересохшие губы приоткрылись в безмолвном вздохе. Ощущение девушки на ней было опьяняющим и волнующим, оставлял Элли совершенно бессильной перед последующими действиями возлюблённой. —Тогда как насчет того, чтобы сделать эту ночь незабываемой? Щёки Элли приобрели розоватый оттенок, глаза значительно расширились, и девушка изо всех сил попыталась подобрать правильные под ситуацию слова. — Ха-ха, что? — наконец спросила она, всё ещё неспособная переварить, что это происходит с ней на самом деле. Обычно даже самый обыкновенный поцелуй мог с лёгкостью ввести барменшу в краску — ничто не могло подготовить её к спонтанному флирту и очарованию Габби. Слегка неуверенная, но решительная манера действий девушки была чем-то абсолютно не из мира сего. Элли не жаловалась. Лишь безмолвно предвкушала и вскипала от желания узнать, что именно имела в виду её возлюбленная под таким громким заявлением. — Это было слишком резко? Я не специалист в этом деле, — Новак смущенно рассмеялась, нетерпеливо и нервно ожидая ответа. Паркер прочистила горло. Румянец на её лице начинал постепенно сходить. "Нет, это...неоспоримо привлекательно", — хотела сказать она, но сдержалась, подобрав взамен более нейтральную фразу. — Нет, всё хорошо, совершенно нормально. Улыбаясь, темноволосая девушка наклонилась ближе, её губы коснулись губ Паркер. По позвоночнику веснушчатой будто пробежал электрический разряд в несколько десятков вольт. Габби обхватила лицо барменши одной рукой, приближая его к себе. Они сильно соприкасались, и их разделяло лишь небольшое пространство, наполненное теплом прерывистого дыхания. В воздухе витало тонкое напряжение, глаза были прямо устремлены друг на друга. —Все в порядке? — Элли не могла не заметить, что девушка застыла. Всё, кроме её глаз, казалось, двигалось, как будто она пыталась досконально изучить веснушчатую, и неумолимо беглый взгляд время от времени поглядывал на чужие шершавые губы. Новак, перестав витать в облаках, крепко зажмурилась, прежде чем снова взглянуть на Паркер. — Извини-извини. Ничего не случилось. Ты просто ну очень... очень красивая, — тихо проговорила девушка, проводя пальцами по щеке Элли. Румянец снова появился на бледном лице. Прежде чем барменша успела ответить, ну или же сказать хоть что-либо целесообразное, Габби решительно подняла её подбородок, и они вновь поцеловались. Девушка игриво укусила нижнюю губу веснушчатой, благодаря чему её язык без проблем скользнул внутрь. Паркер без проблем подчинилась, когда поцелуй стал глубже. Интенсивность момента была захватывающей. Одна из рук Новак медленно двинулась вниз — её пальцы нежно касались шеи барменши; другая же вскоре оказалась на чужом бедре, периодически сжимая его в полсилы. Темноволосая девушка поставила колено между ног веснушчатой. Та слегка задрожала от подобного прикосновения, её дыхание вырывалось быстрыми вздохами, мимолётно затихающими в поцелуе. Они отстранились на мгновение, и одышка обеих оказалась весьма кратковременной. Глаза девушек быстро встретились, и ни одна из них не осмеливалась отвести взгляд. Неспособные сопротивляться друг другу, тонкая нить слюны снова распласталась по чужим губам, когда те уверенно соприкоснулись. Элли в неловкой спешке перебирала волосы Габби, но её хватка медленно ослабевала вместе с самим телом. Тихий стон вырвался из её горла, и был мгновенно подавлен поцелуем, как и все остальные слышимые последствия от удовольствия. Темноволосая отпустила нежную хватку на шее веснушчатой, и взяла её за руку, пока их пальцы рассеянно переплетались. Элли обхватила руками талию Габби. Частичные ропоты удовлетворения, подпитывали нарастающее возбуждение возлюбленной. И снова их губы разъединились. Габби обхватила лицо миксолога, глядя на неё, как на самую известную картину. «Знаешь, тебе не обязательно останавливаться, чтобы попялиться на меня». — Элли игриво закатила глаза, немного запинаясь, всё ещё, очевидно, смущённая. Девушка улыбнулась, хихикая. «Знаю. Просто мне очень трудно перед тобой устоять». Взгляд веснушчатой значительно смягчился, и она наклонилась вперёд, нежно целуя Габби. На этот раз ощущения были мягкими, погружаясь в которые, пробуждалось желание никогда не останавливаться. Руки темноволосой обхватили талию девушки, держа её в нежных объятиях, и гладя огненного цвета волосы. Габби осторожно отстранилась, положив голову на грудь Элли. На мгновение застывший миксолог, придя в себя, уставилась на возлюбленную, издав легкий, ненавязчивый смешок. «Серьёзно? После всего этого ты просто собираешься уснуть на мне?» Девушка лишь одобрительно кивнула в ответ, слегка улыбаясь и не открывая глаз. Выдохнув, Элли положила руку на макушку Габби, пока её грудная клетка в спокойном темпе опускалась то вниз, то вверх, подражая чужим движениям. «Никаких жалоб», — веснушчатая легонько пожала плечами, гладя возлюбленную по волосам. Всё же одна жалоба-таки была, но её Элли решила оставить при себе. Единственное, что разочаровало девушку в эту ночь, так это то, что поцелуи не продолжились.