Судьба, написанная небесами

      — Свет... Иди за светом... Познай свой свет... Сколько раз я еще услышу это слово? Почему они все на нем так помешаны? А в аду что? Тьма? Познай свою тьму? — ангел усмехается, натягивая кеды на ноги. После долгого сна пальцы плохо его слушались и шнурки не шнуровались от слова «совсем». — Черт, сраные кеды!              Уже через секунду ангел испуганно оглядывается, проверяя, не подслушивает ли его кто-то или что-то, но рядом никого не было. Да и вообще было тихо, даже слишком. Может после девяти начинается комендантский час? Из-под земли вылазят злобные монстры или злые демоны? От этих мыслей становилось лишь интереснее и ангел переступил порог дома, оказываясь на улице. Вокруг и правда никого не было. Днем тут и места свободного почти не было, а сейчас все испарились. Куда?              Хоши сделал неуверенный шаг в сторону узкой улочки, отходящей от площади новичков. По бокам неширокой тропинки, выложенной из камня, располагались аккуратные домики. И вот здесь они уже были не только белыми, но и других пастельных оттенков. Больше лидировали бежевые, ореховые и что-то приближенное к молочному шоколаду. Признаться честно, это выглядело куда лучше, чем те вылизанные домики, которые он видел до этого. Здесь чувствовалась жизнь. Характер жильца выражался не только цветом, но и оформлением дворика. У кого-то красивые кусты с серебристой листвой и яркими цветами, а у кого-то один почтовый ящик, стоящий одиноко у ворот.              — Интересненько... — прошептал новоиспеченный ангел, рассматривая каждый домик.              Улица казалась бесконечной, а ноги уже заметно уставали. Вдали показалась лавочка и Сунён рванул к ней, чтобы скорее сесть на неё. Та громко проскрипела, будто возмутившись, что её покой нарушили и Хоши еще раз оглянулся, убедившись, что никого рядом нет.              — Ладно, — сказал он полушепотом и завалился на спинку лавочки. — похоже, я действительно здесь... и Рай реально существует.              Он поднял взгляд и заметил небольшую арку между домами, ведущую в ещё более узкую улицу. Оттуда исходило едва заметное сияние, приглашающее его пройти дальше, но Сунён упорно игнорировал это, даже не сразу замечая еле слышную мелодию. Парень прикрыл глаза, наконец-то прислушиваясь к почти мёртвой тишине, но услышал её. Музыка. Попсовый мотив, который звучал из какого-то двора. Не послышалось ли? Неужели здесь тоже слушают музыку, а не только хор ангелов. Именно музыка заставила его вскочить на ноги и начать резко оглядываться, чтобы найти источник её звучания. Ноги сами его несли по направлению к музыке и он нашёл. Двор был окружен живой изгородью из невысоких кустов, а во дворе был ангел. Ангел и небольшая колонка, которую Квон и услышал.              Ангел не обратил на него внимания, даже не заметил. Он танцевал. Медленно вырисовывая движения, запоминая их и повторяя снова и снова. Было ощущение, что музыка проникла в его тело и тело отразило её обратно. Хоши замер, почти задержав дыхание. Его взгляд скользил по движениям ангела, отмечая каждую деталь: изгиб кистей, баланс на носках, точность разворотов, лёгкость прыжков. Он невольно начал сравнивать это с тем, что создавал сам.              — Вау... — восхищенно протянул Хоши и заметил как плечи ангела дернулись в испуге. Только сейчас Квон понял, что неприлично долго пялился на него, нарушая личное пространство и тихо ойкнул, когда музыка оборвалась. Их взгляды встретились. Щеки залились краской смущения и Хоши заметил, что не только у него. Они стояли так пару секунд, смотря в глаза друг друга и вдруг оба разразились тихим смехом, почти одновременно, не в силах удержаться.              — Привет! — подходя ближе, поприветствовал его красивый ангел и, в знак уважения, поклонился. — Я Мун Джунхви, а ты? — спросил Джун, взгляд всё ещё чуть застенчивый, но уверенный.              — Привет! Я Квон Сунён... — выдавил Хоши, ощущая, как его сердце бьётся чуть быстрее. — Ну... Хоши тоже можно.              Джун кивнул и чуть съежился от легкого ветерка, поджав белые крылья к спине.              — Рад познакомиться, Хоши. — его губы растянулись в милой улыбке и Хоши даже немного залип. — Ты, наверное, новенький?              — Да, новенький. Пару часов назад меня закинуло сюда. — в его голосе чувствуется легкое раздражение, которое заставляет Джуна рассмеяться.              — Кажется я тебя понимаю. Меня когда-то точно также «закинули» сюда. Повезло тем, кто тут с самого рождения. Они хотя бы знают для чего тут живут и у них есть родители.              Хоши понимающе кивает, шагнув к нему ближе, наконец-то чувствуя кого-то «своего». Того, кто может его понять, понять его чувства.              — Не хочешь прогуляться? Думаю нам есть о чём поговорить. — первым предлагает Джун и Хоши сразу же кивает, словно увидев в нем идола. Ему безумно хотелось узнать его лучше, было ощущение, что именно Джунхви ответит на все его вопросы.              Ангел расправляет крылья и с их помощью перепрыгивает изгородь, приземляясь в шаге от новенького. Хоши делает шаг назад и раскрывает рот в восхищении. Джун это замечает и тихо усмехается.              — Что? Всё еще дико от ангелов?              — Немного... А как ты понял, что я новенький?              — Твои крылья... — Джун неловко чешет затылок и смотрит на пустую спину блондина, а тот глухо ударяет себя по лбу.              — Точно! Прости! — парень смеется, прикрывшись ладонью. — Ладно, пошли уже куда-нибудь. — и оба двинулись в ту сторону, откуда и пришел Хоши.              Джун шел молча, лишь иногда кидая заинтересованный взгляд на блондина, а именно на то, как в темноте сверкают его любопытные глазки. Когда-то пару лет назад Джун и сам таким был. Здесь совсем другая атмосфера, глобально отличающаяся от той, что на Земле. А учитывая, что жил он в Сеуле, привыкнуть к маленьким домикам оказалось не так уж и просто. Не хватало высоких зданий, шума машин, которые умудрялись проезжать даже по улицам Мёндона. Не хватало музыки, которая звучала из каждой колонки и наполняла улицы жизнью. Здесь спокойно и, честно говоря, местами скучно. Не хватает суеты. А встретить тут земных оказалось непростой задачей. Не всем земным суждено здесь оказаться и Джун сам не понимал за какие такие заслуги он заслужил место в Раю, но лишь молча смирился, ведь лучше хоть что-то, чем ничего.              Спустя несколько минут они вышли к площади, к самому её центру с огромным фонтаном, журчание которого уже было слышно издалека. Не сговариваясь, ангелы двинулись к нему и сели на край, наблюдая за отражением фонтанной воды на белых стенах невысоких зданий.              — Знаешь, — первым подал голос Хоши, подковыривая носочком кед лежащий камешек. — я, когда увидел твой танец, подумал «Вау! Где он такому научился?». Клянусь, это просто... Вау.              — Спасибо. — ангел искренне засмеялся, опустив голову. — Приятно слышать. Получается ты что-то понимаешь в этом?              — Можно и так сказать. На Земле я был хореографом.              — Ого! — брови Джуна дрогнули, застыв в удивлении. — Прям самым настоящим?              — Да... Не хочу конечно хвастаться, но я ставил хореографии для многих айдолов. — смущенно говорит Хоши, покусывая нижнюю губу и замечает удивление на лице Муна.              — Это... круто. Я ведь и сам был айдолом, до того как попал сюда. Состоял в группе на протяжении шести лет.              — Ладно, ты круче. — тут же сдается Квон и в шутку отмахивается ладонью.              — Ни в коем случае!              Джун искренне смеется, толкнувшись плечом и касается колена новенького пальцами.              — Быть хореографом куда круче, чем айдолом. Устроишь мне мастер-класс? Я бы хотел получить урок от профессионала. Уверен мой уровень танца не сравнится с твоим.              — Может быть. — Хоши улыбается, сверкнув глазками. — С тобой комфортно... Я думал, все здесь... Даже не могу подобрать слов.              — Идеальные? Нет. Не все. Если честно, ты ещё успеешь устать от всех. Это только начало. Земные ангелы отличаются. Мы более живые, отличаемся характерами. Они не привыкли ярко выражать эмоции, как мы. — Джун вздохнул, зачесывая волосы назад. — Где-то придётся подстраиваться, чтобы сильно не выделяться. Есть и исключения, но их также мало, как и нас. Да, Сунён, тут скучно. Привыкай. Ты же тоже с Сеула, да?              — Да, — тихо сказал он. — этот город красивый, идеальный, но с тобой рядом он будто становится живым.              Джун рассмеялся.              — Считай это маленькой победой земных над ангельским совершенством.              Хоши рассмеялся в ответ, и на миг между ними повисла лёгкая, естественная атмосфера. Без ангельских правил, без строгости Рая, просто два «земных», которые случайно встретились в новом мире и уже начинают понимать друг друга с полуслова. И в этом мгновении Хоши впервые ощутил, что его новая жизнь может быть не только светлой и совершенной, но и живой, настоящей, полной эмоций и смеха.              — Эй, Джун... — напряженно прошептал блондин, напрягая лопатки, в которых внезапно появилось покалывание. Сначала оно было едва заметным, как легкий ветерок, но постепенно начало ощущаться сильнее. — Я, кажется, чувствую что-то странное между лопаток. Неприятно.              — О, — ангел отклонился назад, чтобы рассмотреть спину Квона и аккуратно коснулся лопаток кончиками пальцев. — походу крылья начинают пробуждаться... Быстро однако. Я их почувствовал только через неделю, может две.       — Меня это уже напрягает.              — Не парься, это же ещё лучше. Быстрее начнешь летать!              — Да, наверное...              — Кстати, кого тебе поставили в учителя?              — Риана, — Хоши заметил как искривилось лицо Джуна и хихикнул в ладонь. — ну что? Что-то не так?              — Не знаю, как тебе сказать, но такого зануду надо ещё поискать. — ангел искренне засмеялся. — Ты ещё поймешь, о чем я, но знай, что эта зануда тебе спокойной жизни не даст. Будешь знать все правила наизусть.              

***

      

      Хоши лениво жует яблоко, развалившись на кровати и тупо уставившись в потолок. Голова кипела от навалившейся на него новой информации. Мозг не успевал всё переваривать и теперь, в тишине, всё свалилось на него огромной кучей. Рай. Ангелы. Демоны. Риан и Джун. Огрызок яблока падает на грудь и ангел понимает, что уже начинает засыпать. Медленно поднимается с кровати и кидает огрызок в урну, после чего тщательно чистит зубы, умывается и вновь возвращается в спальню.              — Как же я устал... Боженька, за что ты так со мной? — недовольно мычит ангел, стягивая с ног джинсы. — Слишком много информации для первого дня... Стоп. — замирает, напрягаясь всем телом. — Боженька? А ты меня сейчас слышишь? Мы же, вроде как, сейчас в одном измерении, да?              Сунён замер, прислушиваясь к тишине, но ответа Боженьки услышать так и не удалось.              — Ладно, глупо было ожидать, что ты ответишь.              Квон заваливается на кровать, накрывая голые ноги одеялом, и прикрывает уставшие глаза. Прижимает голову к подушке, позволяя мыслям медленно уплывать, но в комнате раздается резкий, почти оглушающий взмах крыльев. Хоши вскочил с кровати, сердце застучало так сильно, будто сейчас выпрыгнет и с губ сорвался крик испуга. Он инстинктивно схватил подушку, выставляя её как оружие, и услышал смешок.              — Ну давай, нападай, ангелок. — насмешливо произнёс знакомый низкий голос, заставляя Хоши застыть в ступоре.              В углу комнаты стоял демон. Он выглядел, как и всегда, спокойным, но его глаза сверкали игрой азарта и хитрости.              — Вону? — выдохнул он, не веря своим глазам. — Что... Что ты здесь делаешь?              — Ты думал, что так легко уйдешь от меня? — демон усмехнулся, явно наслаждаясь моментом. — Я пришел посмотреть, как ты тут справляешься в этом райском месте.              — Тебе нельзя здесь находиться и ты знаешь об этом. — Хоши сильнее сжал подушку, также сильно, как сжалось его сердце. Между лопаток вновь свело, но теперь чуть больнее, чем до этого. Кажется, его крылья реагировали на эмоции и готовы были вырваться прям сейчас, но было рано.              — О как? И кто тебе это сказал? Зануда Риан? Или твой земной дружок Джун? — глаза демона сверкнули в полумраке и Вону сделал стремительный выпад в сторону ангела, расправляя крылья в полную мощь.              Хоши инстинктивно отскочил назад, тихо взвизгнув, как напуганный котёнок, и запульнул подушку прямо в демона. Та падает с глухим стуком об пол.              — Ауч... Квон Сунён! — чуть ли не рычит Чон, еле сдерживая смех и хватает подушку, пуляя её в отправителя. Хоши успевает увернуться и хватает уже другую подушку. — Как ты посмел кинуть подушку в великого демона династии Чон? Не стыдно, ангелок?              — Если честно, не особо. — нагло усмехается Квон и, угрожающе, делает замах подушкой. — А тебе не стыдно ночью врываться в спальню невинного ангела?              — Мне? Ни в коем случае. — его глаза сверкали интересом и насмешкой. Он, одним движением пальца, выхватывает подушку из рук ангела, удерживая её в воздухе и расплывается в хитрой улыбке. Забавно наблюдать за беспомощностью ангела.              — Погоди... Откуда ты знаешь о Риане и Джуне? Ты что, следил за мной? Так это был ты?              Вону делает легкий, почти невесомый толчок крылом в грудь ангела и тот теряет равновесие, распластавшись на мягкой кровати. Подушка, которая до этого висела в воздухе, падает ровно на его голову и ангел чувствует, что ему отомстили. Откидывая подушку с лица, он не ожидает увидеть демона прямо над собой. Сердце замирает, когда тяжелое дыхание проходится по его лицу.              — Может быть и я,.. а может быть и нет... — шепчет Чон, заглядывая в удивленные глазки ангела под ним. — А что? Тебе есть, что скрывать?              Блондин тяжело взглатывает, проходясь кончиком языка по сухим губам и ловит заинтересованный взгляд демона. Признаться честно, картина не для слабонервных. Настолько, что в моменте ангел чувствует себя слабонервным.              — Нет… а может быть и да… — в его манере отвечает Квон и рвано выдыхает в сухие, потрескавшиеся, губы демона.              — Дразнить меня вздумал, ангелок?              — Ни в коем случае.              — Значит флиртуешь?              — Я?              Вону усмехается, уголок его губ лениво ползёт вверх, и он чуть наклоняет голову, разглядывая смущенное лицо ангела.              — Ты покраснел.              Хоши тут же хмурится, рефлекторно отворачивая лицо в сторону, но поздно, ведь демон уже всё заметил. Конечно же заметил.              — Это… это из-за тебя. — бурчит он, слишком поспешно, пытаясь оправдаться, но лишь больше смущается.              — М-м? — Вону опускается чуть ниже, сокращая между ними, и без того опасное, расстояние. — Значит, всё-таки из-за меня. — его взгляд скользит по лицу ангела, задерживается на пухлых губах и вновь поднимается к сверкающим глазам.              — Не льсти себе. — Квон тихо фыркает, но голос предательски срывается, выдавая его куда сильнее, чем хотелось бы.              — Уже поздно, ангелок. — усмехается Вону. — Ты сам всё за меня сделал.              Он медленно поднимает руку, пальцами почти невесомо касается подбородка Хоши, заставляя его снова посмотреть на себя. Сунён замирает, ощущая, как внутри неприятно сжимается что-то тёплое и совершенно неконтролируемое, и с усилием отводит взгляд.              — Боишься меня? Зануда Риан уже всё рассказал о демонах?              — Я не боюсь.              — Правда? — Вону хмыкает, наклоняясь ещё ближе, так, что их дыхание смешивается.              — Тогда почему ты каждый раз замираешь, когда я так рядом?              Пауза тянется слишком долго. Слишком ощутимо.              — А может… — демон едва заметно улыбается. — тебе это нравится?              Хоши резко втягивает воздух, сердце неприятно сбивается с ритма, и он сжимает пальцами ткань простыни.              — Ты слишком много о себе думаешь!              — Возможно. — легко соглашается Вону и медленно заваливается на кровать, закидывая одну руку за голову. В комнате повисает тишина, странная и чуть натянутая. Слышится только немного сбитое дыхание ангела и легкое постукивание пальцев Вону по изголовью кровати. Однако тишина длилась недолго.              Демон резко приподнимается на локтях, впиваясь взглядом в Сунёна и уголки его губ ползут вверх.              — У тебя есть что-нибудь покушать? Я проголодался.              — Ты серьёзно, Чон Вону? Вас там в аду не кормят или что? — окинув демона недовольным взглядом, с чуть надутыми губами, ругается ангел, но всё же с кровати встает. Вону встает следом и, как голодный кот, плетется совсем рядом, чуть ли не путаясь в ногах.              — Кормят. Просто хочу, чтобы за мной поухаживал ты.              Ангел замирает у порога кухни и медленно разворачивается к нему на пятках, хмуря брови.              — Я вот не пойму, ты головой ударился? На Земле ты был менее придурковатым, чем сейчас.              — Айщ! — со свистом протягивает Вону, ребром ладони впечатываясь в лоб Сунёна. — Если ты мне сейчас не приготовишь что-нибудь вкусное — я пущу тебя на фарш для демонов. Так что вставай к плите и готовь, хозяюшка.              Спорить больше с ним не хочется, однако, ангел кидает на него еще один недовольный взгляд, выражая в нем всё скопившееся недовольство и встает к плите. Готовить что-то замудренное тоже не особо хочется и рамён на ночь звучит не так уж и плохо. Сунён ставит на плиту небольшую кастрюльку, наполненную водой и накрывает крышкой. Взгляд сам уходит в сторону демона, который развалился на небольшом, но мягком, диване и уставился в окно. Придушить бы его и вышвырнуть из дома, да вот только неизвестно, что он ему сделает в отместку. Рисковать не хочется. Фаршем становиться тоже. Из мыслей выводит голос Чона, когда Хоши начинает шуршать упаковкой рамёна.              — Я не просил рамён. — лениво произнёс Вону, наблюдая за тем, как Хоши шуршит упаковкой.              — А что ты просил?              — Мясо. Желательно говядину.              Хоши медленно поворачивает голову в его сторону, замирая с пачкой рамёна в руках, и несколько секунд просто молча смотрит, пытаясь понять, насколько тот сейчас серьёзен.              — Ты… — он прищуривается, раздражённо сжимая упаковку в руках, что аж лапша хрустит. — Ты вообще в своём уме?              — Более чем. — Вону лениво переводит на него взгляд, не меняя расслабленной позы, словно разговор идёт о чём-то само собой разумеющемся. — Я хочу нормальную еду.              — Это нормальная еда! — Хоши трясёт пачкой рамёна, возмущённо вскидывая брови. — И ты будешь есть то, что я тебе дам.              — Я демон, а не бездомный. — спокойно парирует тот, чуть приподнимая подбородок. — У меня есть свои стандарты.              — А, да? — Квон хмыкает, резко отворачиваясь обратно к плите. — Тогда иди в свой ад и ешь там свою говядину. А я поем вкусный рамён.              — М-м… — тянет Вону, медленно поднимаясь с дивана. — Получается, ты отказываешься заботиться о своем дорогом госте?              — Ты не гость!              — Тогда тем более. — он делает несколько шагов вперёд, оказываясь почти у него за спиной, и чуть наклоняется. — У тебя нет оснований, чтобы мне отказывать.              Хоши замирает, чувствуя его присутствие слишком близко, и с грохотом ставит кастрюлю на плиту.              — Отойди.              — Почему это? — тихо, почти лениво шепчет демон.              — Потому что ты бесишь. — сквозь зубы отвечает ангел, даже не оборачиваясь.              — Это я уже слышал. Давай что-нибудь новенькое. — Вону усмехается, и в следующую секунду его пальцы легко цепляют край футболки Сунёна, едва ощутимо потянув его на себя. Хоши резко разворачивается, чуть ли не врезаясь в него, и упирается ладонями в его грудь, отталкивая. — Но, несмотря на то, что я тебя бешу, ты всё равно встал для меня готовить.              — Потому что иначе ты не отстанешь! К тому же, не хочу быть фаршем.              — Тоже верно. — спокойно соглашается демон с усмешкой, так и не двигаясь с места.              — Я тебя сейчас реально убью. — тихо произносит Хоши, глядя прямо ему в глаза. Ещё чуть-чуть и его левый глаз начнет дергаться.              — Попробуй. — так же тихо отвечает Вону, и в его взгляде снова появляется тот самый азарт, который так сильно не любит Хоши. — Но сначала… — он кивает в сторону плиты. — рамён всё-таки довари. А там уже посмотрим насколько я наемся. Если останусь голодным, то ты станешь моим десертом.              Вону возвращается обратно на диван, лениво опускаясь на него. Он закидывает руку на спинку и не спеша окидывает взглядом ангела с ног до головы. Глаза, с хитрым прищуром, цепляются за кое-что интересное, что он почему-то не заметил сразу, хотя это заметно бросается в глаза. Демон усмехается в кулак и затихает, так и не отрывая взгляда. Хоши, занятый рамёном, сначала не обращает внимания на его усмешку, но затем чувствует его взгляд буквально кожей и недовольно морщится, тяжело вздыхая.              — Что на этот раз? — бросает он, даже не оборачиваясь.              — Ничего. — тянет Вону, но в голосе уже скользит откровенная насмешка. — Просто задумался малость… — мужчина чуть наклоняет голову, прищурившись сильнее, как хищник, заметивший что-то забавное. — Вот скажи, ты всегда так гостей встречаешь?              Хоши хмурится и всё-таки оборачивается, раздражённо вскидывая взгляд на демона.              — В смысле?              Вону молчит пару секунд, медленно, демонстративно опуская взгляд ниже, и уголок его губ ползёт вверх.              — В одной футболке.              Квон застывает, смотря на демона своим самым хмурым взглядом, пока до его головушки медленно доходит смысл сказанного. Брови ползут вверх, когда ангел опускает взгляд на свои голые ноги.              — Твою мать…              Он тут же хватает край футболки, инстинктивно пытаясь натянуть её ниже, хотя это совершенно не помогает.              — Ты мог не пялиться на меня?              — Мог. — спокойно соглашается Вону. — Но не стал.              — Извращенец! — Хоши вспыхивает, резко отворачиваясь обратно к плите, но теперь движения становятся дёргаными и неровными. Кончики ушей предательски краснеют, что конечно же не уходит от внимания демона, который растягивает губы в довольной улыбке.              — Я демон. — лениво поправляет тот. — Это часть моей прекрасной профессии.              — Это не профессия!              — Ну не знаю... — Вону устраивается поудобнее, подпирая голову рукой и продолжая откровенно рассматривать его спину. Как бы сильно демон не старался, но взгляд автоматически спускался ниже на выглядывающие из под футболки ягодицы и бедра, которые выглядели в меру подкаченными, но в то же время очень мягкими.              — Кстати…              Хоши замирает, уже заранее чувствуя, что сейчас будет хуже. Демон за словом в карман не полезет и это, пожалуй, временами раздражало больше всего.              — Тебе идёт.              — Заткнись.              — Нет, правда. — в голосе слышится лёгкий смешок. — Я бы сказал очень… невинно.              — Я сейчас кастрюлю в тебя кину. — сквозь зубы цедит ангел, сжимая половник так, будто это опасное оружие.              — М-м… — Вону довольно щурится. — В одной футболке и с угрозами. Мне начинает нравиться этот рай.              Хоши шумно выдыхает, пытаясь сосредоточиться на кипящей воде, но уши предательски горят. И хуже всего — он точно знает, что демон это прекрасно видит.              Наконец-то рамён готов, и Хоши с тихим стуком ставит кастрюлю на деревянную доску на столе, вместе с ней сбрасывая всё накопившееся раздражение. Пар поднимается вверх, заполняя кухню запахом специй. Он быстро хватает палочки и ложку и почти впихивает их в руки демона, даже не глядя на него.              — Ешь.              — Как мило. — тянет он, чуть наклоняя голову. — Ты всё-таки заботишься обо мне.              — Я лишь забочусь о том, чтобы ты заткнулся. — сухо отвечает Хоши, не отводя от него напряжённого взгляда.              — Почти одно и то же. — невозмутимо отвечает Вону и, наконец, берёт лапшу, медленно поднимая её палочками. Хоши не отводит взгляда, внимательно следя за каждой его реакцией, будто от этого зависит что-то важное. Демон медленно пробует лапшу, будто специально действуя на нервы, а Сунён лишь ближе двигается. Чон даже замирает на секунду, с подозрением смотря на ангела и в голове проносится мысль: «Он либо добавил яд, либо харкнул, пока я не видел.»              — Ну?              — Жить буду.              — Жаль.              Ангел тяжело вздыхает, откинувшись на спинку стула и переводит взгляд на вид за окном. Даже несмотря на то, что уже была глубокая ночь, на улице всё равно было относительно светло. На самом деле это было даже удивительно, потому что в отличие от Сеула, здесь не было фонарей и ярких вывесок, которые освещали город.              Хоши на мгновение задерживает взгляд, невольно вспоминая как иногда было тяжело уснуть под постоянный шум города, который в моментах становился громче, а особенно, если это был какой-нибудь праздник. Долго снимать квартиру на улице Мёндона не получилось, так как для Сунёна хотелось более спокойной обстановки и он съехал в тихий район, именно там и арендовал студию для танцев, которая в будущем стала пользоваться популярностью у подростков.              Иногда мимо окон пролетали светлячки, но и они не освещали улицу так хорошо, лишь оставляли за собой мягкое свечение.              — О чём задумался? — в голосе Вону не звучит насмешка, лишь легкий интерес.              Хоши не отвечает сразу. Он чуть сжимает губы, будто раздумывая, стоит ли вообще что-то говорить, и только потом тихо выдыхает.              — Неважно.              Вону на секунду задерживает на нём взгляд, пытаясь уловить то, что тот не сказал, и медленно откладывает палочки.              — Врёшь.              Хоши хмыкает, не поворачиваясь.              — Ты слишком много о себе думаешь, если считаешь, что я буду с тобой чем-то делиться.              — Я этого и не говорил. — спокойно отзывается демон. — Просто заметил.              Пауза ненадолго затягивается. Хоши всё ещё смотрит в окно, но мысли уже не там — они цепляются за прошлое, за шум, за движение, за ощущение жизни, к которому он привык.              — Скучаешь? — вдруг спрашивает Вону, уже тише.              — Нет. — отвечает он почти сразу, но в голосе нет прежней уверенности. Вону едва заметно усмехается, но на этот раз без колкости.              — Угу.              Хоши всё-таки переводит на него взгляд, нахмурившись.              — Что «угу»?              — Ничего. — он пожимает плечами и снова берёт палочки, как будто разговор его больше не интересует.              — Мне не нравится здесь.              — Мне тоже у вас не нравится.              — Эй! — на губах проскальзывает улыбка, которую Хоши тут же прячет. — Ну так вали обратно в свой любимый Ад, раз тебе здесь не нравится.              — Не хочу.              Демон допивает бульон и протягивает Сунёну пустую тарелку, довольно улыбнувшись. Квон закатывает глаза и забирает тарелку из его рук, чтобы сразу помыть её.              — Наелся?              — Нет, — лениво тянет Вону, откидываясь на спинку дивана и закидывая руку за голову. — хочу десерт.              Хоши фыркает, включая воду и даже не оборачиваясь.              — Твои бёдра выглядят очень даже аппетитно.              — Фу! — Хоши резко оборачивается, морщась так, будто только что услышал что-то максимально отвратительное, и тут же хватает полотенце, вытирая руки чуть резче, чем нужно. — Ты вообще умеешь фильтровать свою речь?              Вону усмехается, даже не пытаясь скрыть удовольствие от его реакции.              — А что? — невинно тянет он. — Я просто высказал свои мысли. Имеешь что-то против честности?              — Тогда держи их при себе! — Хоши швыряет полотенце обратно на стол и делает шаг в его сторону, сверкая глазами от возмущения. — Я не хочу знать, что творится в твоей голове и какие у тебя там пошлые мысли. Ты отвратительный!              — Зато честный.              Вону тихо хмыкает, поднимаясь с дивана и медленно сокращая между ними расстояние. Когда губы демона касаются его уха, это ощущается слишком резко. Слишком близко. Непозволительно близко.              Лёгкое, почти невесомое прикосновение щекочет кожу, заставляя по спине пробежать короткую, неконтролируемую дрожь. Хоши сжимает пальцы сильнее, чем нужно, инстинктивно замирая, будто любое движение сейчас только усугубит ситуацию. Дыхание сбивается и он чувствует его у своей кожи, и от этого внутри всё сжимается ещё сильнее.              — Проводишь меня? Мне нужно идти. — шепчет демон, опаляя горячим дыханием покрасневшее ушко ангела. Сунён не сразу понимает смысл сказанного и прикусывает нижнюю губу, рвано выдыхая. Мысли запаздывают, путаются, и на секунду остаётся только это странное состояние, в котором он не уверен ни в себе, ни в том, что должен сделать.              — А сам дорогу не найдёшь? — выходит тише, чем он хотел, и голос всё ещё немного хрипит.              «Боже, Квон Сунён ты позорище...»              — Найду. — так же тихо отвечает Чон. — Но с тобой то интереснее.              Хоши сжимает челюсть, пытаясь вернуть себе хоть какую-то каплю собственного достоинства, и отводит взгляд, будто это может хоть немного снизить напряжение между ними.              — Ты невозможен.              — Знаю.              Хоши выдыхает медленно, с усилием, и наконец делает шаг назад, разрывая эту дистанцию, которая стала слишком опасной, хотя ощущение чужого тепла никуда не исчезает сразу.              — Пошли уже. — бурчит он, не глядя на него.              

***

             Тонкая полоска солнечного света пробивается сквозь плотно задернутые шторы, совсем медленно подбираясь к закрытым глазам ангела. За окном щебечут птицы, складываясь в легкую, ненавязчивую утреннюю мелодию. Светлые волосы спутались, разметавшись по мягкой подушке, а прохладный ветерок, просачивающийся с улицы, касается обнаженных рук, не прикрытых теплым одеялом.              Вчера, после ухода Вону, он почти сразу завалился на кровать и провалился в сон. Всё, что произошло за день, навалилось на него слишком резко и в слишком большом количестве, так что только стоило его тяжелой голове коснуться подушки, как его сразу же вырубило.              Свет подбирается всё ближе, почти касается длинных ресниц, но не успевает, потому что по двери начинают настойчиво стучать. Сунён вздрагивает, морщится, не открывая глаз, и протяжно мычит, в мыслях надеясь, что ему просто показалось. Но стук повторяется намного громче и ещё настойчивее, поэтому приходится вырваться из плена теплой кровати.              С трудом выбравшись из-под одеяла, не открывая глаз, Хоши тянется руками к потолку и снова мычит, слыша, как хрустят позвонки. Пол под ногами кажется холоднее, чем ожидалось, и каждый шаг вниз по лестнице даётся с большим усилием.              — Да иду я, иду... — раздраженно фырчит Хоши, когда раздается очередной стук и зарывается пятернёй в спутанные волосы, зачесывая их назад, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Он же всё-таки ангел, что автоматически ему говорит о том, что выглядеть он должен опрятно. Хотя бы первый месяц, а дальше как пойдет.              Щелчок замка громко прорезает утреннюю тишину и дверь с резким скрипом открывается, чуть ли не слетая с петель.              — Доброе утро, Квон Сунён!              — Доброе... Риан. — голос выходит слишком хриплым и все ещё слишком сонным. Он поднимает взгляд, медленно фокусируясь на стоящем перед ним ангелом и, с заметным усилием, натягивает на отекшее лицо подобие улыбке, что выходит уж слишком неправдоподобно.              — Время видел? У нас уже должно идти занятие.              — Да, точно... прости. — наконец опомнившись отвечает Хоши и стыдливо прячет глаза под челкой.              — На первый раз прощаю, а теперь иди собирайся. Я тебя в гостиной подожду.              — Ага...              Хоши медленно ведет за ним взглядом, наблюдая, как ангел спокойно проходит в его дом и усаживается на диван, даже особо не осматриваясь, будто бывал тут каждый день. В его руках каким-то образом оказывается чашка свежезаваренного кофе, которая моментально наполняет зал терпким ароматом. Ангел вдыхает его аромат и делает мелкий глоток, причмокнув полными губами.              — Вкуснотища...              Хоши смотрит на эту картину чуть дольше, чем нужно, ощущая себя чужим в собственном новом доме и рвано выдыхает.              Через полчаса новоиспеченный ангел спускается вниз уже собранный. Волосы уложены кое-как, но хотя бы не торчат в разные стороны, а на лице все еще читается остаточная сонливость, благодаря утренним отекам. Он на секунду задерживается на лестнице, запутавшись в собственных рукавах толстовки и кидает торопливое.              — Я готов.              Дорога проходит почти в тишине. Изредка встречаются ангелы, видимо сейчас все заняты работой или еще чем-то чего пока что не познал Сунён. Прохладный утренний воздух окончательно выбивает из Квона остатки сонливости и ноги наконец-то начинают его слушаться. Когда они проходят через калитку парка в груди становится чуть легче обычного. Свежий воздух приятно наполняет легкие, заставляя носом втянуть его побольше. Риан выбирает место подальше от тропинок, среди густых деревьев, в небольшом теньке и опускается на мягкую, никем не тронутую, траву. Хоши повторяет за ним, продолжая от любопытства озираться по сторонам.              — Магия — это не то, что ты вытворяешь руками, и не то, что ты произносишь. — наконец говорит Риан, задумчиво рассматривая деревья. — Это больше относится к твоему состоянию. А именно умение почувствовать то, что уже есть вокруг тебя.              Хоши молчит, пытаясь уловить смысл сказанного, однако слова Риана расплывчаты и пока что не имеют никакого для него смысла.              — Если честно, звучит как какая-то мотивационная речь из дешевого фильма.              Риан едва заметно улыбается, смахнув черную прядь волос с лица.              — Потому что ты пытаешься понять меня головой, а нужно совсем иначе. Вот закрой глаза.              Хоши фыркает, но ничего не говорит, лишь молча закрывает глаза. Он проводит пальцами по стеблям травы, чувствуя их прохладу и легкую влажность.              — И что дальше?              — Ничего. Тебе всего лишь нужно перестать себе мешать.              И сначала это кажется бессмысленным. В голове все ещё крутятся обрывки мыслей, раздражение и легкая сонливость. Но постепенно, очень медленно, ощущения вдруг меняются. Звуки становятся громче, а мысли затихают. Они все ещё присутствуют, но теперь в меньшем количестве. Он чуть хмурится, не до конца понимая, что именно сейчас происходит, но не открывает глаза.              — Чувствуешь? — тихо спрашивает Риан, но Квон не отвечает, потому что впервые за всё это время ему кажется, что, возможно да.              Трава между пальцев ощущается иначе, а порывы ветра чувствуются неравномерными, где-то более ощутимо, а где-то вообще не чувствуются. Даже звуки меняются, щебет птиц больше не сливается в общий фон, а распадается на отдельные, различимые переливы.              Сунён чуть сильнее сжимает пальцы в траве, инстинктивно пытаясь за что-то зацепиться, и ощущение тут же усиливается.              — Не цепляйся. — тихо говорит Риан, легонько касаясь ладоней ангела, чтобы он их расслабил. — Ты опять пытаешься контролировать.              — Я ничего не делаю.              — Да, но думаешь, что должен.              Хоши медленно выдыхает ртом и расслабляет пальцы.              — Это и есть магия что ли?              — Не совсем. Это лишь её основа.              — О... — он всё-таки открывает глаза, смотрит на свои ладони, ожидая заметить изменения, но замечает лишь новый заусенец на большом пальце. Пальцы автоматически тянутся его подковырнуть, но Риан перехватывает его ладони.              — А теперь попробуй свои чувства материализовать.              Хоши закрывает глаза, но не сразу, сначала вновь смотрит на свои ладони и медленно опускает веки, погружаясь в темноту. Сначала ничего не происходит, а затем мысли возвращаются, цепляются одна за другую. Всплывают обрывки вчерашнего дня. Рай. Риан. Джунхви. Чон Вону. Всё это невероятно сбивает и Сунён хмурит брови.              — Не спеши. Расслабься и дыши ровно.              Голос Риана, на удивление, успокаивает. Ангел делает медленный вдох, затем ещё один, позволяя воздуху наполнить легкие. Тело постепенно расслабляется, плечи опускаются и мысли начинают отступать, теряя четкость. Он вновь возвращается к ощущениям. И снова к странному присутствию, которое вовсе не имеет формы, но ощущается каждой частичкой тела.              В этот раз Хоши не цепляется за него, а лишь замечает и остаётся рядом. Осторожно шевелит пальцами, совсем обычно, но с каждой секундой ощущает как на кончиках пальцев собирается какая-то энергия. Странные ощущение, напоминает касание прохладной воды, а иногда касание снежинок, которые тут же тают на пальцах. Трава под его ладонями чуть колышется, слишком слабо, но все равно заметно. На губах Риана появляется маленькая улыбка. Мелкое покалывание появляется в ладонях и Хоши открывает глаза, замечая улыбку ангела напротив.              — Молодец.              — Получилось? — Хоши подскакивает с места, хлопая ресницами в удивлении и видит кивок Риана. — Правда? Офигеть! Круто...              — Давай теперь попробуем кое— что... — Риан берет свой блокнот и вырывает из него листок. Кладет его перед ангелом. — Попробуй его смять.              Сунён переводит на него взгляд, затем снова на лист, не совсем понимая, что от него хотят. Всё, что было до этого никак не сравнится с поставленной задачей сейчас. Сейчас было конкретное задание и Хоши даже на секунду струсил, но ладонь к листу всё же поднёс. И, вау, абсолютно ничего.              Ангел хмурится, пытаясь вернуть то самое состояние, но вместо этого в голову сразу лезут мысли. Как это должно работать? Что именно я делаю не так? А как я раньше это сделал? Он выдыхает и снова пробует сосредоточиться, однако незнание играет свою роль. Внутри растет напряжение.              — Ну... давай же... — почти беззвучно выдыхает он, сам не замечая, как начинает давить сильнее, будто от этого что-то изменится, однако лист как лежал, так и лежит. Кажется, будь у него волшебная палочка, было бы проще.              Хоши сжимает губы, напрягается сильнее, буквально прожигая дыру в этом несчастном листе бумаги, пытаясь его подчинить силой одной только злости и, в этот момент, по губе скользит что-то теплое.              — У тебя кровь. — спокойно подмечает Риан.              Хоши замирает и проводит тыльной стороной ладони под носом, размазав каплю крови и через секунду усмехается.              — Прикинь, я, походу, Одиннадцать из очень странных дел.              — Кто?              — А... Точно. Ты же не шаришь в этой теме. Неважно.              Напряжение немного спадает и ангел вновь фокусируется на бумаге, но в этот раз не давит на него и не пытается заставить. Вспоминает, как чувствовалась энергия в кончиках пальцев и наконец, позволяет этому ощущению вернуться. Дыхание выравнивается и напряжение в мышцах спадает на нет. Остается только внимание. Лист перед глазами перестает быть просто листом и он снова ощущает пространство вокруг, воздух, движение и тонкую связь, которую он пытался уловить, но та ускользала от него.              Хоши едва заметно шевелит пальцами, когда вновь чувствует энергию на кончиках и резко сжимает ладонь в кулак.              И листок сминается.