Это допрос, мисс Грейнджер

Гермиона посмотрела на часы, время приближалось к послеобеденному чаепитию. Сегодня была суббота, а значит, выходной, и ведьма наслаждалась отдыхом от работы с самого утра. Она успела переделать все свои дела: убралась, доделала отчеты за предыдущую неделю, сводила Глотика на прием к магозоологу, побывала в Косом переулке и забрала свой заказ с новыми книгами. Гермиона уже подготовила наряд на сегодняшний вечер и упаковала подарок для Гарри. На свое двадцатипятилетие Гарри организовал большую вечеринку, и пришлось арендовать весь паб, чтобы уместить гостей. Джинни взяла на себя практически всю подготовку, попросив Гермиону только помочь с украшением зала. Для этого требовалось много трансфигурации, а Грейнджер была в этом лучшей. И вот оставалась пара часов до вечеринки, а Гермиона не знала, куда себя деть от безделья. Она слонялась по всей квартире, пытаясь сделать хоть что-то полезное. Есть она не собиралась, все-таки там будет банкет, да и в холодильнике было пусто. Все домашние дела были сделаны, а некоторые даже переделаны. Закончив с прической и макияжем, Гермиона взглянула на новые книги, которые лежали привлекательной нераспакованной стопкой. Она могла бы насладиться часом чтения, а потом ей останется только одеться и отправиться на праздник в Косой переулок. Плюхнувшись на диван под недовольный взгляд Живоглота, девушка вытянула ноги. Как же она устала, чувствовалось сильное напряжение во всем теле. Нужно срочно сходить на массаж в ближайший свободный выходной. Все последние месяцы она усердно работала, чтобы продвигать новые законы в Визенгамоте. Сейчас она трудилась над реформой образования, а еще следила за исполнением закона о правах оборотней. Ей сложно удавалось делегировать даже простые поручения, а что уж говорить о таких серьезных проектах, которые были ее детищем от и до. Гермионе нравилась ее работа, но вот где проходит грань между преданностью работе и трудоголизмом — она не знала. От этого страдала ее личная жизнь. Последние серьезные отношения закончились еще лет пять назад, а после них были редкие попытки свиданий и встречи, которые заканчивались сносным, а чаще неудовлетворительным сексом. У нее слишком долго не было мужчины. Наверное, после реформы образования надо походить на свидания, все-таки в перспективе ей хотелось бы выйти замуж. А для этого нужно уделять время не только работе. Хотя сегодня на дне рождения Гарри будет много людей, было ощущение, что он звал без разбору. Интересно, там будет он? Да, конечно, будет, все-таки за последний год они с Гарри стали близко дружить. Хотя он может и дежурить в этот день. Но Джинни, скорее всего, назло Гермионе заставит его прийти даже с дежурства. Соплохвост дери эту рыжую и ее внимательность. Заметила, как Гермиона чуть ли не облизывала взглядом этого блондина. Но она не собиралась отнекиваться. Любая на ее месте не смогла бы не заметить его. Высокий рост, платиновые волосы в небрежной прическе, проницательный взгляд, внушительная мускулатура, закатанные рукава рубашки и выделяющиеся вены. Конечно, она на него смотрела! Гермиона закатила глаза, вспомнив про вечные претензии подруги, что ей «надо хорошенько потрахаться». Отмахнувшись от мыслей, что ей и самой этого хочется, Гермиона решила скоротать время до вечеринки изучением своих покупок. Ведьма взяла палочку с журнального столика и отлевитировала на него стопку книг, которую забрала сегодня из «Флориш и Блоттс». Просматривая их, Гермиона нахмурилась, наткнувшись на незнакомую обложку. В ее руках была небольшая книга, выполненная в стиле классического женского любовного романа. Это настолько удивило Гермиону, что она не сразу поняла, что, видимо, ей случайно положили чужой заказ. Думая о том, кто же вообще может читать такие произведения, она решила полистать страницы. Открыв книгу в рандомном месте, Гермиона, не привыкшая упускать ни единой буквы информации, сразу же начала вчитываться в текст. Ее бросило в холодный пот, тело сковало, а глаза расширились от такого откровенного повествования. Показалось, что кто-то ворвется в комнату и застукает ее за этим постыдным занятием. Она еще никогда не читала эротических рассказов и явно была не готова к этому. Гермиона наивно считала, что там максимум пишут о сдержанных любовных лобызаниях, но не такое. Оторваться от книги она уже не могла. Читая дальше, Гермиона выровняла дыхание, но любопытство разгорелось не на шутку. Вслед за интересом пришло учащенное сердцебиение, а на некоторых словах возникали мурашки. Как только она убедилась, что ее никто не прервет, адреналин прошел. Но дальше Гермиона заметила, что ее соски напряглись и внизу живота начало закручиваться желание. Мерлин, я уже возбуждаюсь через пять минут от прочтения женского романа. Вот что значит — давно не было секса. Гермиона посмотрела на часы — у нее оставалось минут тридцать до сборов, и она могла себе позволить отвлечься. Рука девушки плавно опустилась до живота, забралась под домашнюю футболку и стала медленно поглаживать кожу. Поднимаясь вверх, она добралась до мягкой груди, нежно сжимая полушария, и Гермиона громко выдохнула. И на месте прочитанной сцены в голове стали возникать уже собственные фантазии. По непонятной ведьме причине (конечно же, понятной), на месте главного героя возник коллега Гарри, аврор Драко Малфой. Тихий стон вырвался из девичьей груди при мысли о том, как мужчина подошел бы к ней сзади и прижал к себе. Представляя на себе чужие руки, как они гладят и сжимают ее грудь, девушка начала пощипывать соски, наслаждаясь разливающимся по телу возбуждением. Приятное ощущение, захватывающее низ живота, побудило направить внимание ниже, и Гермиона, закусив губу, запустила пальцы в трусики. Интересно, какой он в постели? Наверняка такой же контролирующий и жесткий, каким выглядит. Или он нежный и внимательный любовник? В своих фантазиях она выбрала первый вариант. Отмахнувшись от мыслей, насколько это банально — тихоня засматривается на плохого парня, — она продолжила ласкать себя. Ну и пусть. Он просто в моем вкусе, и мне явно нужна разрядка. Ему бы наверняка было несложно поднять ее на руках. Она начала активнее гладить половые губы и растирать скопившуюся смазку. Гермиона водила пальцами по кончикам сосков, заставляя их твердеть. Она закусила губу от слишком интенсивных круговых движений на клиторе. Оргазм был уже на горизонте, а воображаемый мужчина таким страстным. И почему это невозможно в реальной жизни? Отдаваясь уже приближавшей встряске, она почувствовала напряжение во всем теле. Пальцы ног поджались, а губы приоткрылись. Казалось, вот-вот и наступит долгожданное освобождение. Уже не думая о приятных покалываниях, девушка ждала только финал, надеялась быстрее получить желанную разрядку. Еще немного, и… — Гермиона, пожалуйста, ты срочно нужна мне в пабе, помоги! Я не успеваю к приходу гостей, — телесный патронус в виде лошади резко появился в квартире Гермионы и прервал ее голосом Джинни. — Мерлин, Джинни! — испугалась Гермиона, она схватила палочку и вскочила с дивана. Возбуждение схлынуло молниеносно. Сердце стучало так, будто она снова вернулась в детство, когда безуспешно пыталась своровать шоколадку в магазине. Гермиона встряхнула плечами, чтобы сбросить с себя испуг. Липкое чувство страха, что тебя поймали на чем-то незаконном, все еще оставалось. Поэтому ведьма стала в спешке собираться, чтобы отвлечься от этих ощущений. Впопыхах одевшись, но убедившись в зеркале, что она выглядит достойно, Гермиона аппарировала к ближайшей точке к пабу, где будет празднование. Поправив свое закрытое, но довольно короткое платье, Гермиона взбила кудри и вошла в зал. Ей навстречу сразу же выбежала подруга. — Гермиона! Яйца Мерлина, ты здесь! Мне очень нужна твоя помощь! — по голосу Джинни было слышно, что она в панике. А это явно плохой знак. — На кухне потоп, а мне нужно украсить и подготовить зал, как назло, сотрудники совсем остолопы. Как только мы отпразднуем, я устрою этому заведению такое, мало им не покажется! Лучше никому не попадаться под гнев Джиневры Уизли. Гермиона уже жалела сотрудников паба, хоть они были и сами виноваты. — Ты же знаешь заклинание, чтобы починить трубу и убрать потоп? Я сдержала воду на кухне, чтобы она не залила зал. Но одна я не успеваю! — Джинни была на грани отчаяния. — Джинни, — Гермиона положила руки на плечи подруги и несильно сжала их, — на тебе зал, я займусь потопом на кухне. Никто из гостей даже не поймет, что случилось. — Люблю тебя, подруга, с меня коктейли на нашей следующей посиделке. След рыжей ведьмы простыл, затерявшись между столами. Гермиона отважно направилась к дверям кухни. Она чувствовала, как магия держит помещение закрытым. Обновив заклинание Джинни, Грейнджер вошла в кухню и ахнула. Вода лилась из трубы на потолке и стремительно заполняла всю поверхность пола. Пока Гермиона, пробуя несколько разных заклинаний, пыталась залатать дыру, она не заметила, как потоп поднялся до уровня коленей. Подобрав наконец нужные чары и сделав трубу цельной, девушка стала взглядом искать, куда отвести жидкость. От влажности ее прическе пришел конец. Кудри совсем растрепались, забыв, что их тщательно укладывали в аккуратные локоны. Взмахнув палочкой, Гермиона направила поток в сливное отверстие в подсобном помещении. Уровень воды стремительно убывал, и она смогла перевести дыхание. Она не знала, сколько прошло времени, наверняка гости уже начали собираться, и ей надо было ускориться. Потоп был ликвидирован, осталось только все высушить и убедиться, что нет еще поломок. Подняв палочку и уже приготовившись произнести заклинание, Гермиона обвела взглядом кухню и обнаружила, что вокруг не осталось ни следа от воды. — Джиневра отправила меня на подмогу, — раздался низкий голос за спиной. Гермиона в испуге обернулась и увидела высокого мужчину. Именно того мужчину, которого представляла не меньше получаса назад, пока ее рука была у нее в трусиках. Видимо, ее шок и удивление отразились на лице и пребывали там некоторое время. Малфой нахмурился на такую долгую обработку информации. — О, привет, — Гермиона прокашлялась. — Я уже почти со всем справилась. — Не смог остаться в стороне, — ухмылка появилась на лице Драко, но затем на ее место пришли серьезность и профессионализм. — Я применил Осушающие чары только на помещение. Надеюсь, ты не намокла? После этих слов испуг прошел, и Гермиона смогла прислушаться к ощущениям своего тела. Она явно почувствовала влагу в одном месте. Мерлин! Я даже не приняла душ и не поменяла белье! Гермиона молила богов, чтобы все ее переживания остались глубоко в душе и не были видны аврору. Она начала вставать в другую позу, пытаясь найти положение, где не будет чувствовать влагу на ластовице трусиков. Сперва она спешила на подмогу Джинни, а потом стояла по колено в воде, что и мыслей не было о своем намокшем белье. — Ты в порядке? — стало понятно, что Драко заметил ее странное поведение. — Да, все в порядке, — слишком жизнерадостно ответила Гермиона. Но, взяв себя в руки, стерла с лица глупую улыбку. — Просто перенервничала. Драко Малфой, будь он неладен, стоял напротив нее и изучал пристальным и непроницаемый взглядом. Она почувствовала себя как на допросе. Ну и что тебе надо? Я же не смогу воспользоваться палочкой, если ты будешь так пялиться! Но Гермиона была спасена. Двери впустили Джинни с ехидной улыбкой, за которую она точно поплатится. — Вы отлично работаете в команде! Спасибо, — рыжая ведьма светила зубами. — Гермиона, можешь одолжить палочку? Она мне нужна, помнишь про тот сюрприз? Хоть и звучало это как просьба, но проворные руки Джинни уже тянулись к палочке Гермионы. Да и сама Грейнджер вспомнила, что подруга предупреждала ее заранее об этом. — Конечно, Джинни, — сквозь зубы ответила Гермиона.

***

Празднование было в самом разгаре. Гермиона сидела за столиком и пыталась сконцентрироваться на беседе. Но тот факт, что она была зажата между внушительным мужским телом и стеной, никак не помогал ей собраться с мыслями. Справа от нее сидел герой ее фантазий — Драко Малфой. Он прижимался к ней твердым бедром и смеялся над шутками коллег и друзей Гарри. Этот низкий и глубокий смех заставлял ее сводить ноги. Гермиону настолько выбили из себя все события сегодняшнего дня, что она не могла участвовать в общем разговоре. Последний час она просто ловила все движения соседа за столом. Несмотря на усталость, напряжение в теле никуда не ушло. Слишком насыщенный день — неполученный оргазм, который оборвался ее испугом от патронуса, и усилия на устранение потопа бесследно не прошли. И еще этот дракклов аврор сидел рядом и даже дышал сексуально! Пил свой огневиски, опираясь сильными руками с выделяющимися венами на стол, и изредка смеялся, запрокинув голову. Красивую голову. Он пытался привлечь Гермиону к общей беседе, но это удавалось буквально на минуту, а затем ее внимание рассеивалось. И последние пять минут девушка силой заставила себя не слушать что-то там про квиддич или про Министерство. Она глубоко дышала и пыталась выкинуть Драко Малфоя из своей головы. Но это явно вызывало трудности. Наконец решив, что она смогла отогнать ненужные мысли, она вновь посмотрела на аврора. И поняла, что ошиблась. Мужчина полностью откинулся на диванчике, одна рука держала бокал огневиски на столе, а другая лежала на спинке позади Гермионы. Можно было представить, что они сидели вместе и он ее обнимал. Или просто показывал, что она с ним. Бедра Малфоя были разведены, а голова наклонилась вбок, он выслушивал явно слабые аргументы своего коллеги. Весь его вид говорил о власти. У Гермионы было не так много возможностей изучить свои предпочтения в сексе, но вот то, что ее заводит физическая сила, она знала. А этот блондин излучал ее. Гермионе казалось, что внутри нее сидела маленькая голодная сущность и трепетала, просто находясь с ним рядом. Рука Драко, лежавшая позади ее головы, задела волосы. Мурашки побежали по всему телу, дыхание участилось, и до ушей опять донесся низкий голос с хрипотцой. Это не могло так продолжаться! Гермиона резко встала, обратив на себя удивленные взгляды. — Мне надо отойти, — тихо проговорила ведьма и начала выбираться из-за стола. Протиснуться мимо Малфоя и не коснуться его было невозможно. В Дурмстранге их там чем-то особым выкармливают? Даже не обойти. Путь до туалета прошел в мыслях, каково перелезать через Малфоя. Естественно, было бы лучше задержаться в дороге и в итоге не слезать с него совсем. Потратив много времени, бессмысленно поправляя прическу перед зеркалом, Гермиона обдумывала весь сегодняшний день. Она не понимала, что с ней происходит. Для нее несвойственно такое влечение вне отношений. На самом деле, она мало к кому испытывала такое желание. Да, она влюблялась, возбуждалась, но когда был контекст романтических отношений. А с Малфоем их объединяло лишь несколько разговоров на встречах друзей, ну, может, десяток раз они обедали за одним столом в Министерстве. Но ничего, кроме вежливого общения, не было. Хотя за последний год их разговоры участились, и иногда ей казалось, что взгляд Драко проделает в ней дыру. Но чаще Гермиона думала, что наверняка он понял, что она постоянно пялится на него, и смущалась этого. Не хватало еще, чтобы он решил, что она из тех пустоголовых девиц, которые вешаются на него и не дают пройти. А так ли ты далеко от них ушла, Гермиона? Устав от своего бесконечного мыслительного анализа, она начала умывать лицо. Она и так много времени провела в туалете, не хватало еще, чтобы друзья ее потеряли. — Мерлин, ну и денек, — Гермиона провела руками по лицу и шее, наслаждаясь прохладной водой на горячей коже. Ей так и хотелось направить внимание еще ниже. Посмотрев по сторонам, девушка приняла волевое решение. Она избавится от напряжения и этого наваждения сейчас же! Убедившись, что дверь закрыта на щеколду, Гермиона закусила губу. Мерлин, она собиралась мастурбировать в общественном туалете. Ее пугало это, но и в глубине души заводило. Сомневаясь где-то минуту, она решила, что не зря же ее приняли на факультет храбрецов. Отмахиваясь от мысли, что это не храбрость, а самое настоящее отчаяние, девушка облокотилась на стену. Она грубо смяла свою грудь, представляя, как некий аврор прижимался бы к ней. Гермиона чувствовала, что ей не понадобится много времени. Напряжение настолько скопилось в теле, она не могла ждать. А представляя Драко Малфоя, она справится за несколько минут. Девушка освободила соски, сжавшиеся от возбуждения и прохладного воздуха. Было так приятно перекатывать их между пальцев и думать, как крепкое мужское тело вжимает ее в стену. Руки добрались до подола платья и начали гладить внутреннюю поверхность бедер. Ластовица уже снова была мокрой, а сами трусики спущены вниз. Пальцы нежно размазывали естественную смазку по половым губам, ускоряясь и нажимая сильнее со временем. Гермиона закусила губу, в ее фантазиях Малфой держал ее сильными руками и насаживал на свой член. Твердый и широкий в обхвате, он заполнил бы ее полностью, заставляя стенки растягиваться. Мысль, как бы он вбивался в нее, говоря хриплым голосом похвалу в ее адрес, подвела к краю. Низ живота напрягся, дыхание замерло, но ей не хватало еще немного. Воображаемому Драко было достаточно сказать «Хорошая девочка», как пульсация настигла влагалище, стенки начали сильно сжиматься. Гермиона не сдержала писк и до крови закусила губу. Это было такое мощное освобождение, что ей потребовалось время, чтобы просто прийти в себя. Грудная клетка быстро поднималась и опускалась, ноги резко ослабли, в глазах потемнело, казалось, что все системы организма отключились. Мерлин, я уже забыла, каково это… Приведя себя в порядок, Гермиона выглянула из открытой двери туалета и воровато осмотрелась. Входя в общий зал, она нахмурилась — музыка прекратилась, все переговаривались, а в стороне стояла группа авроров в форме. — Гермиона! Где ты была? — спросил подошедший Гарри. — Да я… выходила на улицу подышать, — быстро соврала Гермиона. — Что происходит? — Пара тупоголовых коллег взяла с собой в бар ценные документы и улики, — Гарри закатил глаза, — и кто-то украл их из зала. Теперь подняли всех на уши, точнее, тех, кто на службе и трезв, — хохотнул друг и немного покачнулся, что выдавало его нетрезвое состояние. — О, я уверена, что все будет хорошо. — Поттер, Грейнджер, вам надо пройти к Стивенсону, он составляет список для допросов, — низкий голос Малфоя прервал их. — Допросы? — удивленно воскликнула девушка. — Не переживай, Гермиона, — Гарри спокойно махнул рукой, — ты же была с нами за столом все время, поэтому можешь не переживать. Хотя стой… — к сожалению Гермионы, аврор Поттер не терял памяти при употреблении алкоголя. — Ты отходила на улицу как раз в это время, мне жаль, так что тебе придется идти на беседу. Краски схлынули с лица ведьмы, шестеренки в голове закрутились. Испуг, что ее «шалости» вскроются перед Авроратом, был слишком силен. — Но, Гарри, разве это обязательно? — пыталась совладать с голосом Гермиона. — Не волнуйся, они просто спросят тебя, что ты видела. Максимум возьмут воспоминания об этом вечере, да и дело с концом, — беззаботно ответил Поттер. Гарри хоть и был внимательным, но не заметил никаких переживаний на лице подруги. Но вот пристальный взгляд со стороны его коллеги говорил о том, что от Драко Малфоя ничего не скрылось.

***

Гермиона ехала в лифте и нервно поправляла юбку, которая так и норовила оголить ее бедра. Она слишком нервничала утром, собираясь на работу, и непонятным для себя образом надела самое короткое, что нашла у себя в гардеробе. Конечно, это был подарок от Джинни, сама бы девушка себе такое не позволила. Прибыв на третий уровень, Гермиона сделала глубокий вдох и выдох. Там наверняка будет вести допрос какой-нибудь стажер, которого она легко сможет заболтать. Или обвести вокруг пальца, наплести про диарею и долгое пребывание в туалете. Или просто намекнет на дружбу с Гарри. Ей точно не о чем беспокоиться. Правда ведь? Успокоив себя, Гермиона уверенной походкой направилась в сторону Аврората. Не успев пройти и пары метров, она встретила своего друга. — Гермиона, привет! Пойдем, я тебя провожу, — Гарри поприветствовал ее и повел к комнатам допроса, болтая о том, как прошел его день. Гермиона как могла держала перед Гарри беспечный вид и пыталась даже себя убедить, что все в норме. Мерлин! Ничего не в норме! Я мастурбировала в общественном туалете посреди праздника моего друга, представляя Драко Малфоя! Попрощавшись с Гарри, Гермиона попыталась взять себя в руки перед дверью, ведущей в маленькую комнату. Еще раз вспомнив свой план про увиливание, обман и даже запугивание юного стажера, которому доверят простые беседы с сотрудниками Министерства, Гермиона встряхнула волосами и с уверенностью шагнула за порог. — Мисс Грейнджер, — знакомый низкий голос Малфоя коснулся ушей. Сама же мисс Грейнджер уставилась на мощную фигуру мужчины в белой рубашке, сидящего за столом и заполняющего бумаги. Она ощутила действие магии за спиной, которая закрыла дверь. И сразу же почувствовала себя как зверек, которого загнали в угол. А хищник спокойно сидел перед ней и наблюдал. Серые глаза неотрывно следили за ней, подмечая все эмоции и малейшие жесты. — Малфой, — совладала со своим голосом Гермиона, — привет. Я думала, ты работаешь с более серьезными делами, чем допрос честных сотрудников Министерства. — Документы и улики, которые украли во время праздника Поттера, оказались слишком важными. И, к сожалению, один из тех кретинов, кто додумался взять их с собой, под моим наставничеством. Поэтому пришлось взять на себя ответственность. — М-м-м, понятно, — Гермиона отвернулась в сторону, чтобы не смотреть на эти сильные руки, которые, как назло, были с закатанными рукавами. — Ты очень… ответственный. — Не то чтобы мне хотелось работать с таким делом. Я всегда предпочитал все более сложное, не поддающееся разгадке сразу, — голос Малфоя стал как будто еще ниже на последних словах. У Гермионы на секунду возникло ощущение, что он говорил не о работе. — Так что придется мне разобраться с этим. И я узнаю про каждого, кто чем был занят в тот вечер. Гермиона сглотнула. Будь уверенной. — Не сомневаюсь. Я уверена, ты быстро раскроешь дело, — широко улыбнулась ведьма, но, встретив серьезный взгляд напротив, тоже сосредоточилась. — Итак, с чего начнем? — Здесь вопросы задаю я. Гермиона нахмурилась в ответ на грубую фразу. Переход с неформальной беседы на допрос был слишком резкий. — Мисс Грейнджер, с кем вы поддерживаете общение из сотрудников Аврората? — С Гарри, — Гермиона закатила глаза и буркнула, — остальных авроров могу только знать по имени из-за него. Хотя за последний год мы с тобой стали гораздо ближе общаться. — Опишите свой день, что вы делали тридцать первого июля с самого утра. — Мерлин, — она закатила глаза. — Сходила за покупками и к магозоологу, потом была дома и собиралась на праздник. Пришла на вечеринку раньше, так как Джинни попросила помочь с потопом. Там встретила тебя, — она стрельнула глазами на аврора. — В остальное время ты меня видел, мы сидели рядом за столом. — Видел, но не последние минут двадцать или тридцать. Ты сказала Поттеру, что была на улице. — Аа, ну да, — Гермиона изо всех сил делала спокойное лицо и пыталась не волноваться. — Стало душно, решила подышать свежим воздухом немного. — И почему тогда ты вышла со стороны туалета? — Потому что была в туалете. — Но сказала ты только про улицу, — низкий голос сочился раздражением. — После улицы пошла справить нужду в туалет. Это карается Авроратом? — Конечно, нет. Но карается намеренное предоставление ложной информации. Гермиона сглотнула. Надо менять тактику. — Малфой, скажи мне, ты правда думаешь, что мне нужны эти ваши документы или улики? Ты подозреваешь меня? — Нет, не думаю, что самая умная ведьма столетия решила влезть в криминал, — Драко сделал драматическую паузу, — но я вижу, что ты что-то скрываешь. — Скрываю поход в туалет? — бровь девушки взлетела вверх. — Грейнджер, — Малфой сложил руки на столе и смотрел прямо ей в глаза, — я умею читать язык тела и вижу, что ты врешь. Ты не очень хорошо это скрываешь, по крайней мере, для меня. Наглая ухмылка появилась на красивом мужском лице. Гермиона начала нервничать. Его фигура говорила о силе и контроле. И это раздражало. Раздражало, потому что ей так и хотелось сдаться ему. Нужно срочно уходить, пока она опять не возбудилась от своих фантазий, а эта ищейка не прознала ее слабости. — Малфой, — Гермиона встала со стула и поправила юбку, заметив, как Драко мимолетно посмотрел на ее ноги (это придало уверенности), — я знаю, что имею право не продолжать этот разговор. Это еще не официальный допрос, а беседа со свидетелем. Так что не вижу смысла разговаривать и выяснять, как и что я делала в туалете. — А что ты делала на улице? — М-м-м… Просто вышла подышать, я уже говорила. — Грейнджер, я же вижу, что ты нервничаешь. Я знаю, что ты никогда бы не нарушила закон, но тебя могли использовать или даже наложить Империус. Тебя долго не было в тот вечер. — А может, я уединилась… кое с кем… — Уединилась? — его голос неожиданно стал грубее. Посторонний человек не заметил бы этого с учетом обстановки, но Гермиона знала его, и обычно он так с ней не разговаривал. — Ну… — Гермиона поняла, что ляпнула зря. Не смогла придумать ничего лучше, как выставить себя непонятно кем. — Как будто ты сам не знаешь, для чего люди уединяются. Хотелось провалиться сквозь пол. Теперь он подумает, что она девушка легкого поведения и запирается со всеми подряд в общественных туалетах. — И с кем ты уединилась? С учетом того, что ты пришла одна, — его руки лежали поверх бумаг, пальцы держали ручку, костяшки побелели. — Я не обязана говорить. Мерлин, и что мне делать? Он расстроился из-за этого? Или показалось? — Грейнджер, слушай, это уже несмешно. Я правда пытаюсь помочь и вижу, что ты обманываешь. Но ты никак не хочешь идти навстречу и вынуждаешь меня применять меры. Угроза от Малфоя совсем не испугала. Гермиона думала только о наказании от него. Интересно, ему бы больше понравилось связать ее или отшлепать. Возбуждение начало закручиваться внизу живота. Девушка встрепенулась — не хватало еще, чтобы он догадался, как влияет на нее! Нужно срочно придумать что-нибудь и уходить. Может, все-таки прибегнуть к стратегии запугивания? Но, посмотрев на хмурящегося Малфоя, явно не склонного быть запуганным, Гермиона решила выбрать другую стратегию. Побег. Не обращая внимания на удивленный взгляд Малфоя и его слова вслед, она убежала из комнаты допроса.

***

Вечером того же дня Гермиона не могла найти себе место. Она мыла посуду по-магловски, пыталась сосредоточиться на чтении, даже учила Живоглота командам. Ничего из этого не вышло. В итоге она просто ходила по квартире в хаотичных направлениях и бубнила себе под нос. Мерлин, почему я такая идиотка? Он точно подумал, что я идиотка. Или подумал, что я доступная. Хотя он же не поверил в мою отмазку, что я с кем-то заперлась в туалете. Он считает, что я не найду, с кем уединиться в туалете? Потому что я не в его вкусе? Нет, он точно решил, что я не в себе, раз просто молча додумалась смыться. Я убежала от аврора, меня точно вызовут второй раз. Возьмут воспоминания или дадут Сыворотку правды. Малфой обо всем узнает и поднимет меня на смех. Об этом узнает весь Аврорат, а затем и Министерство. «Пророк» напишет про меня статью и меня уволят за рукоблудие. — Так, Гермиона, успокойся, никто тебя не уволит, — ведьма стала глубоко дышать, чтобы не поддаваться нарастающей тревоге. Она сама понимала, что накрутила себя до неадекватных выводов, но волнение уже было не унять. Наскоро приняв душ и сделав все свои вечерние ритуалы, Гермиона лежала и пыталась уснуть. Ближайший час прошел в раздумьях о своей карьере, неуместной симпатии и неумении скрывать собственные эмоции. Но приятнее всего было размышлять о Малфое. Все-таки он настоящий профессионал. Такой горячий. И красивый. Мысли о брутальном авроре успокоили нервы девушки и унесли в долгожданный сон. Дремота накатывала мягко, что Гермиона не замечала, как ее раздумья и фантазии переходили в сновидения.

***

Гермиона со всех ног бежала в Аврорат. Сердце стучало как у зайца. А все потому, что она получила сову. «Уважаемая Гермиона Грейнджер, Просим Вас срочно явиться в Аврорат для официального допроса по делу №515-Д. Старший аврор, Драко Малфой». Она не помнила, как прочитала записку и как добралась до Министерства. Все было как в тумане до тех пор, пока перед ней не появилась комната для допроса. Дрожащей рукой открыв дверь, она очутилась в небольшом темном пространстве, где за столом сидела внушительная фигура Малфоя. Он был в неизменной белой рубашке с закатанными рукавами, широкие плечи, голова небрежно склонена в сторону. А взгляд был направлен прямо на Гермиону. Она опять почувствовала себя загнанным в ловушку зверьком. Ситуация настолько вышла из-под контроля, что эмоции перемешались. Это так непохоже на нее, но ей никак не удавалось взять себя в руки. — Мисс Грейнджер, добро пожаловать на допрос, присаживайтесь, — низкий глубокий голос гипнотизировал и заставлял подчиняться. — Мистер Малфой, — Гермиона села напротив и старалась держаться уверенно. — Мисс Грейнджер, с кем вы были тридцать первого июля с восьми до девяти часов вечера? — аврор спрашивал безэмоционально, смотря в свои бумаги. — Я была на празднике. Мы сидели рядом с тобой за столом все время. — Уже ни с кем не обжималась в туалете? — вопрос прозвучал с ухмылкой. Молчание. Уж лучше не отвечать на провокации. — Мисс Грейнджер, что вы делали тридцать первого июля с восьми до девяти часов вечера, когда ушли из общего зала? — Я была в туалете. — Вас не было довольно долго. — У меня было несварение. Потребовалось много времени. Малфой взялся за переносицу, массивные плечи опустились с выдохом. — Грейнджер, я не пытаюсь тебя в чем-то обвинить. Но это важное дело, пропали конфиденциальные документы. Возможно, к тебе могли применить Империус. — Империус? — удивилась Гермиона. — Я бы смогла постоять за себя. — Ты ушла без палочки, и тебя не было довольно долго. Твой вид был немного неряшливый и, уж извини, ошалевший, и это наводит меня на мысль об Империусе. Так ты ответишь на мои вопросы? — Я же на них ответила. Мерлин, Гермиона, держись. — Как бы мне ни нравилось с тобой общаться, — Гермиона удивилась этим словам, — мы так и будем тратить время? Это уже официальный допрос, я могу воспользоваться Сывороткой правды или легилименцией. И это будет в рамках закона. Ты понимаешь это? Это стоит того, что ты так яростно скрываешь? — А ты знаешь, что в Сыворотке правды используются перья болтрушайки? Их популяция уменьшается. Я считаю, что Аврорату надо начать создавать этичный аналог. Эти перья еще используются в зельях, воздействующих на память. Так что не следует бездумно использовать такой ресурс, — от нервов она стала болтать обо всем подряд. Во время своей импровизированной речи она наблюдала за Малфоем. Сперва он явно удивился поворотом их разговора, затем на его лице возникла даже нежная улыбка, что было непривычно для этого довольно мрачного и всегда собранного мужчины. Гермиона настолько растерялась от его открытого проявления эмоций, что начала улыбаться широко в ответ. Может, он забудет это недоразумение и отпустит ее? Но тяжелый усталый выдох поставил все на свои места. Взглянув в серые радужки напротив, она почувствовала, как в ее сознание зашел посторонний. Карие глаза испуганно расширились, она знала, что можно повредить разум, если не быть аккуратным при легилименции. Но внутри головы ощущались мягкие касания, которые осторожно искали нужные воспоминания. Было похоже на то, как нежные руки гладят стеллажи ее памяти. Я посмотрю только тот вечер в нужное время. Его голос был в ее голове. Настолько это было странно — слышать постороннего. Но его присутствие ощущалось спокойно, на удивление доверительно. Пока Гермиона думала, как ему это удается, она почувствовала, что он уже нашел нужные воспоминания и приступает к их просмотру. Но ей ничего не оставалось делать, кроме как продолжать испуганно смотреть ему в глаза. Она просматривала свои воспоминания вместе с ним. Как наблюдала за ним за столом. Как возбудилась просто оттого, что сидела рядом, от его случайных касаний. Как представляла, как они смотрятся вместе. Воспоминания сменялись, и вот она уже в туалете с рукой между ног. Думая только о Малфое, она стимулировала клитор круговыми движениями, терзала соски. Оргазм ощущался приятно и расслабленно даже при просмотре через легилименцию. Внезапно стало пусто, и через секунду Гермиона поняла, что Драко вышел из ее воспоминаний. На его лице были явные признаки удивления. Брови красноречиво поднялись, и вопросительный взгляд серых глаз говорил сам за себя. Стало стыдно. — Кх-м… — Гермиона прокашлялась, щеки горели от смущения. Девушка встала из-за стола, смотря в пол, и поторопилась к выходу. — Я, пожалуй, пойду. — Никуда ты не пойдешь, — Малфой неизвестным образом оказался перед ней, затмевая дверь своей мощной фигурой, и взял ее за подбородок. — Почему молчала? — О чем? — голос пропал, глаза смотрели куда угодно, но не на него. — Не строй из себя глупую девочку. Тебе не идет. Гермиона молчала и продолжала уводить взгляд в сторону. — Ладно, — хмыкнул Малфой. Руками он оперся на стол, закрывая ей пути отхода с двух сторон. — Начну я. Я думал, что неинтересен тебе. Особенно в тот вечер, ты убежала. Мне казалось, тебе было неприятно мое присутствие рядом, — после паузы Драко продолжил: — Ты давно привлекла мое внимание, но я почему-то долго молчал. Твои красота, ум и доброта… — мужская рука провела по пылающей от смущения щеке. — Не могу не думать о тебе. Гермиона тяжело дышала, она и мечтать не могла о таком признании. Он был так близко, что можно дотронуться. Одно его присутствие заводило ее, а то, как выглядели руки… Мощные предплечья… Закатанные рукава всегда были ее фетишем. — Я едва сдерживаю себя рядом с тобой, — низкий голос ласкал слух. Гермиона закусила губу, глубоко вдыхая. Мерлин, это слишком быстрое развитие событий для нее. Она до сих пор не понимала, как все произошло так стремительно. Но не в ее характере стушеваться перед трудностями или красивыми аврорами. — А зачем ты сдерживаешься? — шепотом сорвалось с женских губ. Она тут же оказалась сидящей на столе, крепкие мужские ладони остались на талии жесткой хваткой. Одна рука скользнула в ее густые локоны и собрала их в кулак, а вторая сильно прижала ее несопротивляющееся тело вплотную к Малфою. Она чувствовала, как крепкие грудные мышцы поднимались и опускались от дыхания. Голова, потянутая назад за волосы, вынужденно запрокинулась, и ее губы были захвачены в поцелуй. Грубый, жесткий, как будто наказывающий ее. Его язык беспрепятственно оказался у нее во рту и изучал все в самых малейших подробностях. Он божественно целовался. Как ей нужно. Развязно, с напором, даже в поцелуе было очевидно, что он ведет. Гермиона полностью отдалась процессу. Она растворялась в нем, чувствовала себя мягкой глиной в руках скульптора. Он был везде — держал ее талию, гладил спину, сжимал шею. И наконец добравшись до груди, он несильно обхватил мягкие полушария и мял их в своих ладонях. Гермиона крепко держала его за плечи, наслаждаясь прикосновениями к твердым мышцам. Проведя рукой вверх, она захватила короткие светлые волосы в кулак и отодвинула его лицо, прекратив поцелуй. Секундно нахмурившись, Драко посмотрел ей в глаза и сразу же ухмыльнулся, как только она направила его к своей шее. Гермиона пискнула от неожиданного укуса. Но затем стон вырвался оттого, как горячий язык зализывал место укуса. — Если ты думаешь, что будешь здесь командовать, — вибрирующий голос обволакивал сознание и возбуждал, — то ты ошибаешься. Малфой резко развернул Гермиону спиной к себе и хлестко ударил по заднице. Стон сорвался с женских губ, ее руки нашли опору в столе, а ягодицы прижались к его паху. Она чувствовала твердый член под штанами и стала тереться о него, распаляя себя еще больше. — Ты ведешь себя очень плохо, — Драко полностью прижался к ней сзади, обхватив рукой спереди шею и немного сдавив. — Препятствуешь следствию, — он начал ее раздевать, но пуговицы рубашки не поддавались ему так же быстро, как их хозяйка. — Нагло врешь аврору при исполнении. — Рубашка и юбка испарились под требовательными пальцами. — Хочешь убежать. — Лифчик и трусики так же бесследно испарились, оставив соски на прохладном воздухе, которые сразу начал выкручивать Драко. Гермионе было плевать на исчезнувшую одежду — ее так возбуждала вся ситуация. Ну и мужчина рядом, конечно. Он творил с ней что-то невообразимое. Она представляла его властным и контролирующим. Но такое она бы никогда не смогла предположить, даже когда мастурбировала с мыслями о нем. Она продолжала неистового тереться о него, закусывая губу от предвкушения. Чувствуя, как его рука запутывается в ее волосах на затылке, она запрокинула голову. Наслаждаясь поцелуями в шею и плечо, она ощутила, как его правая ладонь спускается по ее животу. Пальцы добрались до половых губ, начали их гладить, оставляя клитор между ними. — Блять, ты такая мокрая, — тяжелый выдох раздался за ее спиной. — Да. Еще, еще, — требовательно стонала Гермиона, подаваясь навстречу его пальцам. Он стал тереть сильнее, одной рукой сжимая ее шею спереди и тяжело дыша ей в ухо. Его мощное и крепкое тело было позади. Соски затвердели от возбуждения. Ее прижали к столу в кабинете допроса абсолютно голую — только лишь эта мысль заставляла ее бедра и влагалище сжиматься. Она уже приближалась к разрядке, а он даже не разделся. — Мне нужно, чтобы ты был во мне, — смогла выговорить Гермиона. Ей хотелось всего и сразу. Два пальца аккуратно вошли в нее, вызвав продолжительный стон. Но этого тут же оказалось мало. Она стала сама насаживаться на них, зажмурив глаза. — Войди в меня членом, — требовательно сказала Гермиона. И тут же открыла глаза от замешательства, когда перестала чувствовать пальцы внутри себя. Ее подбородок оказался в хватке и был повернут в сторону к нему лицом. — Что я говорил насчет командования? — На ее левую ягодицу обрушился шлепок, который вызвал только стон. — Будь хорошей девочкой, — еще один шлепок в то же самое место. Девушке ничего не оставалось, только кивнуть, соглашаясь. Мужские руки нажали на поясницу, заставляя прогнуться и наклониться. Раздался щелчок пряжки, и Гермиона закусила губу в предвкушении. — Раздвинь ножки. Она сразу же подчинилась команде. Шире расставив ноги, она легла на стол, ненадолго задерживая дыхание от соприкосновения груди и холодной поверхности. Одной рукой он схватил ее за ягодицу и начал медленно погружаться. Ей пришлось опять задержать дыхание — настолько тесно его член входил в нее. Мерлин, это чувство наполненности было так долгожданно. Его размеренный темп и раздражал, и приносил сокрушительное удовольствие. Гермионе хотелось насаживаться самой, но пока ей удавалось только лежать на столе, поскуливая и принимая его внушительный член. Как только он вошел до конца, то сразу же вышел из нее полностью. Она уже собиралась развернуться и проклясть его, как он тут же оказался внутри нее. Резким темпом его член заходил и выходил на всю длину. Ее стенки расширялись от него и трепетали. Взяв одной рукой девушку за волосы, второй он опять шлепал ее по ягодице. Гермиона стонала под каждый удар. — Так и хочется наказать тебя за вранье, — его низкий голос сбился и охрип, от этого еще больше заводя ведьму. — Теперь уединяться ты можешь только со мной. Поняла? Ей казалось, что она вот-вот кончит, но он резко вышел из нее. Взял ее за бедро и закинул ногу на стол, еще больше раскрывая. И опять начал медленно входить. Драко стонал, наслаждаясь податливостью ведьмы. Срываясь на более быстрый темп, он сжал ягодицы и гладил их, иногда заходя руками на спину. Гермиона отчаянно стонала, оргазм был на горизонте. И тут мужские пальцы защипнули клитор. Она потерялась в ощущениях и радостно отдавалась приближающемуся блаженству. — Боже, да, еще немного, — Гермиона замерла, уже предчувствуя волну наслаждения. Но тут все резко закончилось. Осознавая, что этот придурок опять прекратил стимуляцию и вышел из нее прям перед ее оргазмом, она начала раздражаться. — Ай, — ведьма вскрикнула от хлесткого удара по ягодицам. Ее ослабшее тело развернули, и она посмотрела в ухмыляющиеся серые глаза напротив. Малфой положил руку ей за затылок и затянул в поцелуй. На удивление он вышел таким нежным и долгим, что всякое раздражение пропало. — Ты издеваешься надо мной, — охрипшим от стонов голосом выпалила Гермиона, оторвавшись от него. — В следующий раз сделаем по-твоему, — ответил Драко, поправляя волосы ей за ухо. Он резко поднял ее на руки, Гермионе оставалось лишь пискнуть от удивления. Обойдя стол, он опустил девушку на свой стул, лицом к себе. Она хмурилась из-за разницы в высоте и не понимала, как он предполагал взаимодействовать им дальше. Невербальным заклинанием ножки стула удлинились, и теперь она сидела напротив него. — Неплохо, — слабо улыбнулась ведьма. — Надеюсь, так малословно ты оценила мягкость сиденья, а не мои навыки. Драко раскрыл ее бедра, притягивая ближе к себе так, что Гермиона опустилась ниже в стуле. Она смотрела на него снизу и восхищалась — еще утром она и представить себе не могла, что будет наблюдать за ним под таким ракурсом. Сильные мышцы переливались под кожей, одной рукой он сжал свой член и начал гладить, пожирая ее глазами. Смотря, как он ублажает себя перед ней, Гермиона наконец смогла оценить его член — ровный и красивый, такой же, как и хозяин. Девушка соблазнительно улыбнулась и, подняв глаза наверх, встретилась с ним взглядом. Не прерывая зрительного контакта, она начала гладить свою грудь, сжимать ее и тереть соски. Малфой не выдержал, заменил ее пальцы своими и, направляя член рукой, вошел в нее, беря сразу быстрый темп. Влажные шлепки раздавались по всему кабинету — и только сейчас пронеслась мысль о Заглушающем заклинании, но задержаться в голове она не смогла. Гермиона наслаждалась мужским телом перед ней, которое покрылось испариной. Крепкие мышцы плеч, рук и живота напрягались при каждом движении и красиво выделялись от игры света. Они встретились глазами, и она сразу почувствовала его пальцы на своем самом чувствительном месте. Его взгляд завораживал, и прекращать зрительный контакт совсем не хотелось. Драко продолжал стимулировать клитор интенсивными круговыми движениями. Мерлин, она так близко. Даже если он опять все прекратит, оргазм будет не остановить. И вот знакомое покалывание в пальцах ног, и тепло начало мягко разливаться по телу. Но всю феерию прервал громкий стук. Гермиона не поняла, что происходит. Она должна была получить свой оргазм. Но она открыла глаза и увидела совсем другую картину. Еще более настойчивый стук. Гермиона посмотрела в сторону шума. Небольшая сова сидела на подоконнике и назойливо била клювом в специальный звоночек. Не чувствуя тела, она подбежала к окну и забрала письмо у птицы. Та, смерив ее недовольным взглядом, быстро упорхнула. Шестеренки в голове начали двигаться. Она была дома. Она не ходила повторно в Аврорат. Она не занималась этим безудержным и горячим сексом наяву. Гермиона нахмурилась и перевела взгляд на письмо. «Уважаемая Гермиона Грейнджер, Просим Вас срочно явиться в Аврорат для официального допроса по делу №515-Д. Старший аврор, Драко Малфой».