Любовь с запинкой

Пей Су отложил документ, положил бумажку к остальным и, потянув руки, встал из-за стола. Ещё раз устаканив все листы с кандидатами на вакансии в компании, он отправился в соседний кабинет. У самой двери с табличкой «Начальник отдела кадров Пей Мин» он остановился. Даже рука, занесённая для того, чтобы постучать перед входом, замерла. Из-за двери слышались тихие шепотки мужского и женского голосов. И если Пей Су знал, кому принадлежал мужской, то вот женский он слышал впервые, что, собственно, его не особо удивило. Решив не отвлекать людей внутри, он развернулся, однако не успел пройти и трёх шагов, как дверь открылась. За ней вальяжно стоял его дядя, улыбка которого была ярче вечерних фонарей за окном. Кстати о фонарях. Те и правда бросались в глаза, ведь свет в кабинете начальника отдела кадров не горел. Из-за приоткрытой двери создавалась щёлка света, и теперь смутно можно было увидеть спину женщины, отвернувшейся, чтобы застегнуть белую блузку. — Пей Су, ты чего-то хотел? Уже так поздно, а ты ещё в компании. — Пей Мин на мгновение глянул за спину, после чего вернул взгляд к своему племяннику, поправляя при этом волосы. Пей Су же много не думал о только что увиденном. Он не впервой лицезрел нечто подобное, и потому лишь протянул стопку бумаг. — Зд-здесь просмотрен-ен-енные кандидаты. — Со спокойным лицом проговорил Пей Су, протягивая стопку. — Нужна лишь-лишь ваша пе-пе-печать. Пей Мин, все также стоя в дверях, взял кипу бумаг. Пока он одним глазом просматривал документы, за его спиной послышались несколько цокающий звуков — девушка надела каблук. Один. Потому что до другого ей пришлось пройти чуть ли не весь кабинет. И только напялив второй, звук цокота от каблуков стал размеренным. — Угу, я поставлю завтра. — Мужчина не особо внимательно просматривал документы. И все же, дойдя до последнего листочка, он нахмурился. — Почему тут только мужчины? Разве не было женщин-кандидатов? Пей Су глянул за спину дяде, а после вернул взгляд обратно. — Ст-стопка с-с-с кандидатками леж-лежит у вас в кабинете. Видимо вспомнив, что такой расклад дел был инициативой его самого, Пей Мин понимающе кивнул. — Ладно, иди домой. Уже поздно. Не забудь зонт, за окном дождь идёт. Кинув несколько прощальных фраз, Пей Мин со стопкой бумаг закрыл за собой дверь, вновь вернувшись к даме в кабинете. Пей Су же, не задерживаясь, зашёл на своё место, захватил вещи и вышел из компании. Как и говорил его дядя, на улице лил дождь. Он был не силён, но все же противно моросил. Прохожие, мрачно опустив головы к земле, быстро шагали под зонтами. Пей Су, раскрыв свой, также присоединился к потоку прохожих, желая как можно быстрее оказаться в метро. Он обычно катался на метро и редко когда шёл пешком. Исключением становились те дни, когда его дядя не решал по-джентельменски подвезти какую-нибудь сотрудницу их компании. Правда, такие услуги Пей Мин предоставлял каждой не более трёх раз, после чего менял пассажирку на новую спутницу. На их фоне Пей Су можно было назвать даже особенным, ведь на работу, что ни странно, дядя брал с собой племянника практически постоянно. Да и в компании чаще всего он ходил именно к нему. Пей Су иногда удивлялся, насколько сильно может отличаться Пей Мин во время работы и после неё. Днём этот мужчина наставлял своего помощника, учил племянника, да и своими делами не брезговал заниматься. Хотя помнилось Пей Су, что отчёты, запрашиваемые Лин Вэнь — заместителем директора компании «Небеса» Цзюнь У — его дядя делал только после того, как выпивал несколько таблеток от болей в голове. И никакие уговоры давней подруги закончить отчёты поскорее не работали. Пей Мин никогда не пытался — если только в самом начале их знакомства — соблазнить Лин Вэнь, чтобы получить поблажки. Она, можно сказать, была одной из исключений, с кем Пей Мин имел долгие дружеские отношения. Другим его другом в компании был Ши Уду — глава финансового отдела. Вместе с ними двумя Пей Мин иногда проводил незанятые женщинами выходные. На работе же он был примерным начальником отдела кадров, работающим на этой должности уже многие годы подряд. А вот под вечер его дядя менялся. Работа сразу уходила на задний план, а в приоритетах оказывалась «помощь» какой-нибудь сотруднице. Нельзя было сказать, что из-за этого репутация Пей Мина в компании не блистала чистотой, однако и плохого о нем мало кто мог сказать. Разве только младший брат Ши Уду, Ши Цинсюань, который иногда приходил победокурить перед братом в интересных нарядах. В любом случае, Пей Мин был из тех, кто умел работать и кто умел правильно наставлять. Пей Су же хорошо выполнял свои обязанности и хорошо обучался. Именно это дало возможность дяде утроить племянника поближе к себе и помочь тому укрепиться в компании. И хотя были некоторые недовольные таким открытым кумовством, они не могли в лицо ничего сказать ни одному из Пеев, ведь Пей Су неплохо справлялся с любыми поручениями и частенько засиживался допоздна. Вот и сейчас он под ночь шёл к метро. Дождь, к несчастью, бил под углом, и Пей Су приходилось сильно наклонять зонтик перед собой, чтобы хотя бы лицо спасти от намокания. Неожиданно он столкнулся с человеком. Они оба отскочили, и зонт накренился в бок, открыв мороси путь к лицу. — Простите, простите. — Голос принадлежал девушке, которая уже начала раскланиваться в извинениях. Вернув над собой зонт, а также поделившись кусочком с девушкой, Пей Су молча выставил перед собой руку, показав, что все в порядке. Слабый свет от фонаря неподалёку мягко освещал её худоватую фигуру. Волосы, собранные в две густые косы, еле отливали синеватым светом. Они выглядели практически чёрными, но капли дождя добавляли ярких бликов, и они блестели так же, как глаза девушки. Девушка выглядела как часть этой ночи, словно она заменяла луну в этот дождливый вечер. Смотреть на неё было приятно, и приятнее, когда она смотрела в ответ: из-за невысокого роста она, смотря исподлобья, напоминала промокшего котёнка. Девушка же пару раз моргнула, ещё раз склонила голову и протянула ему глянцевую промокшую бумажку небольшого размера. — Это… Не хотите заглянуть в караоке-бар? — Слова прозвучали неуверенно, а к концу и вовсе сошли до шёпота. Она исподлобья посмотрела на поджатые губы Пей Су, который ещё ни звука не произнёс перед ней, и тут же со стыдом склонила голову. — Простите, я не хотела вас задеть. Возможно, не услышав ответа Пей Су, девушка решила, что тот немой, и тогда её необдуманные слова могли показаться грубыми. Однако мужчина её не поправил, ещё раз покачав ладонью в знак того, что всё было нормально. Она притянула бумажку обратно. Хоть на улице было темновато, а фонарь стоял не слишком близко, чтобы можно было рассмотреть лицо, Пей Су понял, что та была смущена. Он несколько раз сжал руку, чтобы привлечь её внимание, а после все же взял бумажку, успокаивающе улыбнувшись. Девушка, хоть и не ярко, но улыбнулась в ответ — Днём в этом же здании открыто кафе, так что если хотите, можете зайти днём. — Она попыталась исправить собственную ошибку. И, вытянув руку, указала на противоположную сторону дороги, где горела вывеска караоке. — Оно совсем тут близко. Пей Су, поднявшись взглядом по руке, увидел, что на девушке была надета кофта с короткими рукавами, а сверху был короткий полупрозрачный дождевик, не спасавший её ноги от влаги. Показав направление, девушка подставила под морось ещё и голую кисть руки. Почему-то это его смутило, и он немного пододвинул зонт ближе к собеседнице. Не то, чтобы летним вечером было особенно прохладно, но в данный сезон — сезон дождей — ходить в одной кофте под дождевиком было неразумно. Тем более дело шло к ночи, и юным девушкам и вовсе не стояло появляться на улице в это время суток. Пей Су мог понять, что его собеседница лишь подрабатывала раздачей листовок у метро, но в голове крутились мысли, что в столь поздний час людей было не особо много, и что стоило раздавать бумажки днём. Тем более так безопаснее. Пей Мин многому научил Пей Су. Заменив рано погибших родителей племянника, он, фактически, являлся ему отцом. И отношение к людям, хоть лишь и частично, было воспитано дядей. Именно поэтому молодой человек сейчас думал, что девушке стоило бы позвонить знакомым и попросить их сопроводить её до дома. — Простите, вы ещё что-то от меня хотите? — Пара тёмных ярких глазок вывели Пей Су из задумчивости. Тот слегка тряхнул головой, смахивая наваждение. — Я ещё чем-то могу вам помочь? Пей Су поджал губы, поняв, как глупо сейчас выглядел. И, молча указав на листовки, потянулся за второй рекламкой. — А, вы хотели взять ещё? — На лице расцвела улыбка. — Спасибо вам, приятного вечера. Поклонившись ещё раз в благодарность, девушка отошла с пути Пей Су. И тот наконец вспомнил, что шёл домой и вообще-то спешил укрыться от дождя в метро. Теперь же, простояв минут 5 под моросью, закрывая при этом зонтом девушку, он промок насквозь. Пей Су вздрогнул, после чего, поклонившись девушке на прощание, нырнул в переход. Обычно в метро он просматривал ленту новостей, которые накопились за его рабочий день. Но сегодня он так и не достал телефона из кармана пальто, все время оставаясь в задумчивости. Рука в кармане мяла пару бумажек.

***

Закрыв дверь, Пей Су быстро снял с себя влажное пальто. Телефон он положил в карман брюк, а вот флаер караоке собрался выбросить. И все же, пройдя на кухню, он так и не открыл дверцу мусорки, оставив рекламу лежать на столе. Больше он мыслями не возвращался ни к этой бумажке, ни к той девушке, посвятив себя готовке ужина. Готовить он умел весьма и весьма не плохо: не редко ужинать ему приходилось одному. Не смотря на то, что Пей Мин, когда его 7-летний племянник попал к нему под опеку, все же перестал пропадать ночами, он возвращался к ребёнку чуть заполночь. Всё же большинство свиданий Пей Мина проходили после работы. Пей Су заглянул в холодильник, раздумывая о том, чтобы приготовить на скорую руку. Продуктов в холодильнике было немного, но что-то лёгкое получилось бы. Достав пару яиц и упаковку говядины, Пей Су решил поужинать лапшой. Он выложил продукты на стол, и одно яйцо скатилось к лежащим вдалеке рекламным флаерам. На листовках с одной стороны изображался бар в красном неоновом освещении, по центру которого стояло два микрофона, а на обратной стороне — то же помещение, но в дневном свете. Однако при свете дня это кафе казалось очень уютным, с какой-то светлой домашней атмосферой. Стол в центре композиции был накрыт обилием блюд, среди которых больше всего выделялась тарелка с парочкой маньтоу. Одна из маньтоу была разрезана и раскрывала начинку зрителю — кунжутную пасту. Контраст черной пасты и белого теста напомнил Пей Су сверкающие глаза девушки, давшей ему эту рекламку. Пей Су сглотнул. Он очень давно не ел домашней выпечки и немного скучал по вкусу тёплого теста, сладкой начинке. Пей Су не помнил, готовили ли его родители домашние булочки, когда он был совсем малышом, но вот Пей Мин не готовил. Он и не особо любил сладкое, поэтому плохо знал, насколько отличается тепло домашней выпечки от тех магазинных конфет, которые покупал своим многочисленным любовницам. Пей Су готовил лапшу с чувством горечи. Хотя ему казалось, что он должен был уже привыкнуть, но всё же проводить вечера одному в большой квартире дяди, было очень одиноко. Из-за своих особенностей он так и не смог завести друзей ни в университете, ни на работе, поэтому и выходные он проводил один. Всё, что его спасало — книги, которые он читал, да фильмы, которые иногда смотрел. Сев за стол, Пей Су вздохнул и взял в руки палочки. Сочный кусочек говядины и нежная лапша, по которой стекал желток, должны были перебить неприятное настроение, но словно лишь подсолило рану. Лапша быстрого приготовления и несколько добавок к ней, вот он — символ одинокой жизни. Пей Су, жуя, поднял взгляд на рекламки на столе. «Может сходить на выходных в это кафе?» — промелькнула мысль в его голове. Обдумывая её некоторое время, Пей Су успел доесть лапшу и, помыв за собой посуду, пошёл спать. Завтра наступит такой же рабочий день, который вряд ли чем-то будет отличаться от всех предыдущих.