Insomnia

Мразь. Мустанг открывает глаза и смотрит на белый потолок своей комнаты. Ярость охватывает его. Ярость до скрипа сжатых челюстей, до болезненно пульсирующих глазных яблок. Он резко поднимается на кровати – вся одежда пропитана потом – и смотрит на бледное солнечное пятно на полу. Словно на кинопленке кислотная капля, уничтожающая картинку насквозь, пятно разрастается, пятно пожирает рисунок пространства – сначала прожигает вены деревянного пола, заставляя дымиться круглые болячки досок, потом плавит бутылку из-под вина. Пятно искрится на остром осколочном крае бутылки, которая вчера была брошена в стену, где остался красный подтек, словно кого-то расстреляли в упор. Мустанг говорит себе: «Я сплю» В прихожей раздается телефонный звонок – он почему-то чересчур осязаем, будто Мустанг может его потрогать. Мустанг говорит: - Я занят. Телефонный звонок раздается снова, в этот раз будто навязчиво заглядывая ему в лицо. Следующий - дышит ему в затылок. - Я не могу говорить, - повторяет Мустанг. Но телефон все звонит и звонит и звонит и звонит – Рой безразлично пялится в проем двери, откуда видно тумбочку. Этот дом, размером буквально со спичечный коробок – неужели он все время был из стекла? Рой встает, пошатываясь, идет к телефону. Дом раскачивается вместе с ним, Мустанг держится за стены – пусть будет надежда выжить, если дом разобьется о рифы – волны здесь безумные. - Полковник, с вами все в порядке? – Лиза – Мне приехать? Мустанг молчит в трубку, не зная с чего начать - с того, что он начал бояться дверных проемов, либо с того, что его дом отправился в свободное плаванье? Или с того, что в его комнате кровавое пятно на стене? Или с того, что ему снится… Маленькая дверь внутри большой темноты. Она приближается, если поднять руку. Она открывается от одного дыхания. Внутри темно и душно. На полу сидит кто-то и громко-громко ест. Чавканье заполняет всю комнату. Только глаза привыкают к темноте, Рой хочет избавиться от них – на полу сидит мальчик, ссутулившись над трупом. Несколько ночей подряд Рой не делал шаг с места и на этом моменте прерывал свой сон, предпочтя просто сидеть и пялится в темноту комнаты, потому что знал, кого он может увидеть. А потом мальчик поворачивает голову – его подбородок лоснится от крови, в его руке кусок человеческого сердца, который он протягивает Мустангу. «Хочешь?» - говорит он одними губами. Мустанг пятится – но стены комнаты начинают съезжаться – Мустанга охватывает ужас, когда стены сами подталкивают его – тело Маеса Хьюза лежит распотрошенное, наполовину разорванное зубами. Мустанг узнает его по половине лица: вторая половина - кости черепа, где-то обглоданные, где-то с них свисают ошметки мяса. Мальчик улыбается – зубы белеют сквозь густую бордовую кровь – у него стеклянно-лиловые глаза. Он сидит над трупом как зверек, у него в крови руки почти до самых локтей. «Он вкусный» - говорит мальчик – «Я людей не люблю, но он.. вкусный». Мальчик говорит с придыханием. Он смотрит на Хьюза, на его вывернутый живот кишками наружу и погружает руки вовнутрь. Из тела начинает сочиться кровь – и ее так много, так много, что кажется, будто разлили пузырек с бордовой краской. Мальчик погружает лицо в кровь Хьюза – теперь он тоже весь в крови. Его плечи, лицо, длинные лохмы, шея, по которой он гладит себя кровавыми руками – «Он такой теплый, - шепчет мальчик – Ты только потрогай, какой же он теплый». Мальчик вытаскивает из тела Хьюза печень и с силой сжимает ее в руке. Приглушенный стон срывается с его губ. Мальчик ложится спиной на труп, закатывает глаза, будто в приступе агонии, растирая по животу остатки печени и влажную густую кровь. «Ты только потрогай, какой же он теплый, ты только потрогай, ты только потрогай» - безумный шепот заполняет голову Мустанга, тот стремительно начинает слепнуть. Мальчик пускает руку себе под скорт и ласкает себя там, вжимаясь телом в труп Хьюза. Мустанг видит, как мальчик выгибается, закатывая глаза, видно только белки… Мустанг срывается с кровати, но волны снаружи дома против него – он падает на пол ванны, его рвет прямо на кафель. Рвет без остановки, словно это он измывался над трупом Хьюза. Рой сидит во рвоте, его тело крупно дрожит, и он тяжело поднимается на ноги. Он смотрит на себя в мутное стекло зеркала. В темноте за спиной он видит его – безумную улыбку и стеклянные лиловые глаза. Тонкая струйка бордовой крови капает на кафель. Мустанг оборачивается – щелчок! – огонь разъедает стену ванной, сжирает ее, словно картонную. Воспоминания проносятся одним залпом – Мустанг сжимает телефонную трубку. - Нет, все в порядке, - говорит Рой. На другом конце провода голос похож на смятый лист бумаги, Мустанг уже не может его прочитать и медленно опускается на пол коридора от нехватки воздуха. *** - Подпишите, полковник? – Жан протягивает документ, который теперь пахнет табаком. Хавок смотрит на взъерошенного полковника Роя Мустанга и замечает, как сильно у того трясутся руки. - Вы что-то подсдали в последнее время. Рой усмехается, ставя подпись. Кажется, перо слишком скользит по бумаге, и Мустанг с силой держится за него. - Да я просто… - он поднимает красные глаза на Жана, - Мало сплю. Он смотрит на кружку с дымящимся кофе, который уже не помогает избавиться от чувства, что все предметы в комнате слишком близко и почти незаметно дышат. Жан говорит что-то про насыщенную личную жизнь, про девушек, про работу – но Мустанг перестает слышать, шум крови в ушах заглушает голос Хавока. - Полковник? – голос Жана звучит сквозь белый шум, - Полковник? Мустанг с силой заставляет себя оторвать взгляд от кружки. - Слушайте, - обеспокоенно говорит Жан, - знаете, почему я с вами? Я тоже хочу лучшего моей стране. И если вы будете так издеваться над собой, мы не сможем победить. Отдыхайте, пожалуйста, хоть иногда. Мустанг кивает и говорит ему что-то дежурное, что не остается в его памяти. Которая уже не может различить сон от реальности. Когда Жан выходит, то Рой видит помехи на стене. Поле, заросшее высокой ковылю. Низкое тяжелое небо с грозовыми тучами. Ветер. Фигура в черном. Лица не видно за волосами. Она внезапно появляется сначала на границе с лесом. Исчезает. Ветер колышет ковыль. Фигура то появляется, то исчезает, то появляется снова. Мустанг бешено мечется вокруг себя буквально волчком – он ждет удара. Фигура появляется с разных сторон, то близко, то дальше, то снова почти дышит в затылок. Вдруг фигура замирает в нескольких метрах от Мустанга. Гремит гром и со всполохом молнии рядом с фигурой появляется ящик, накрытый черной тканью. Ящик очертаниями похож на гроб. Фигура поворачивает голову – черные волосы волочатся по земле за движением. Лица не видно. Рой не может сдвинуться с места – страх охватывает его. Фигура подходит к ящику и срывает ткань – под ней оказывается военный гроб. Крышка гроба сама тяжело поднимается. Рой видит в гробу Хьюза. Только такого же, как и в жизни. Как будто Хьюз не умер, а просто лег отдохнуть. На его лице знакомая добрая полуулыбка. Фигура убирает волосы с лица – Мустанг видит его профиль. Рой чувствует такую бешенную ярость, что рот наполняется слюной. Он называет про себя его имя – Энви – и понимает, что этот сон более осязаем, чем реальность. Энви наклоняется над гробом и долго целует Хьюза в губы. Рой срывается с места – он хочет закричать, чтобы ублюдок прекратил издевательства, но голос уносит ветер. Энви отрывается от Хьюза – его губы блестят - подбирается к Мустангу на четвереньках. Он смотрит на него растерянно безумными стеклянными глазами и говорит: «Прости меня» - он падает перед Роем на колени, смотрит на него так жалобно, что Рой замирает – «Это такое наслаждение…» Его дыхание становится прерывистым, будто он вот-вот заплачет. «Это такое наслаждение – убивать людей» - Энви рыдает и хватается за штанины военной формы, Мустанг пытается вырваться - «Ты ведь должен меня понять!» - кричит Энви, срывая голос, - «Ты ведь тоже! Тоже такой, как я!» С этими словами гроб загорается, а рыдания Энви переходят в громкий безумный смех. Энви корчится на земле, повторяя: «Ты ведь тоже такой, как я, ты ведь тоже такой, как я» *** Рой распахивает глаза в полной темноте кабинета. Темнота и тишина. Он идет, покачиваясь, к окну – все уже ушли, на стоянке у Штаба ни одной машины. Снова ночь. Снова эта чертова ночь, которая раньше так нравилась полковнику - теперь стала его злейшим врагом. Ведь она позволила чудовищу, разрушившему его жизнь, чудовищу, убившему его друга, свести его с ума. Надо держаться, полковник. Надо держаться. Рой выходит из кабинета и закрывает дверь на ключ. Боковым зрением он замечает тень в конце коридора. Мустанг чувствует, словно со стороны, что лицо его исказила ярость. Мразь водится в штабе - мразь надо истребить. Он быстро оборачивается - тень вздрагивает и тут же бросается прочь. Мустанг срывается на бег. Лестница вниз, наверх, коридор - длинный и извилистый, словно кишка, - дверь, ещё дверь, снова лестница наверх и вниз. Мустанг не видит, кого проследует в этом лабиринте Штаба, только слышит гулкое шлепанье босых ног. Но он знает, что проследует мразь, которая вот уже несколько месяцев преследует его самого. В темноте искажаются предметы и тени, сознание Роя потеряло реальность окончательно и ему кажется, что здание Штаба - уроборос, все эти коридоры, углы, двери и окна - всего лишь части тела змеи, которая издевается над ним и смеется так же безумно, как и мразь, застрявшая в его голове. - Что-то вы плохо выглядите, полковник Мустанг, - лицо Кинга Брэдли какое-то слишком округлое и близкое, когда тело крохотное. Он похож на китайского болванчика. Рядом с ним стоит один из военных и улыбается гаденькой улыбкой, у него тоже огромная голова. Огромные зубы и влажные мерзкие губы. - Я просто мало сплю, - произносит полковник одними губами с удивлением услышав свой голос, такой далекий, будто кто-то крикнул с улицы. Рой не может понять, как они вдруг очутились здесь. - Так поспите, полковник Мустанг?- говорит незнакомый военный и смеется. Смеется так, что у него трясётся голова, правда, будто он и есть китайский болванчик. Кинг Бредли тоже так гаденько улыбается - губы наливаются красным - и громко начинает смеяться. Они оба смеются, разинув рты, которые становятся больше их лиц, больше его самого, заполняя собой весь коридор. Они смеются. Мустанг чувствует, что темнота хватает его за руки, за ноги, и он... Он открывает глаза в деревянном доме, где недавно спасали Лан Фан. Ярко светит солнце. Так ярко, что полковник невольно зажмуривается. Рой думает, что его отпустило - такое яркое солнце давно не снилось ему. Странной только кажется тишина - настолько абсолютная, что кажется, будто лес вымер. Рой понимает, что лежит на простом настиле, немного влажном, будто недавно здесь вымыли пол. Рой пытается приподнять голову, но она не слушается, будто это не его тело вовсе. Его не слушаются ни ноги, ни руки, будто теперь тело стало его тюрьмой. Он слышит как скрипят половицы. Он пытается опустить глаза и посмотреть на вошедшего. Но видит только босые ступни. Рой знает, кто это - в животе начинают носиться ножи. Энви садится на Роя сверху - тот понимает, что между ними нет одежды. Роем завладевает отвращение, он чувствует липкий ком в горле. Энви трется бедрами о низ его живота, издавая скотские звуки, будто течная сука. Он наклоняет свое лицо - немигающие глаза с непроходящей растянутой улыбкой - к нему и проводит языком по щеке. «Сладко», - шепчет он, - «Как же сладко». Рой пытается выбраться как может - он бешено вертит глазами, громко натужно стонет. «Тебе нравится?» - Энви наивно закусывает губу - «Да, я чувствую, что тебе нравится». Он дотрагивается до паха Роя - ножи в животе сходят с ума. Рой напрягает тело - вздуваются вены. Вдруг он слышит шевеление у самого уха. Рой скашивает глаза и видит что кролик, белый кролик с розовыми глазами, пробрался сюда и обнюхивает его. Было так странно увидеть что-то живое в этом кошмаре, что Рой на секунду забывает, о чем этот сон. «Хочешь? Сделаем это вместе?» - Энви наклоняется к Рою и шепчет ему на ухо. Роя обдает холодом. Рой чувствует как Энви вкладывает ему в руку нож. Рой бешено смотрит на сжавшую его ладонь руку, которая поднимает лезвие. «Это будет так приятно, так приятно, как тогда, в Ишваре, помнишь? Мы же сделали это вместе» - шепчет Энви. Рой успевает зажмуриться, когда его рука стремительно опускается. Он слышит только стеклянный треск кроличьего черепа. *** Пусть всем остальным кажется, что с ним все в порядке. Пусть Лиза единственная, кто понимает, что все-таки нет. Пусть даже она остановит его в конце концов. Но никто не может ощутить весь тот ужас, который происходит с ним в последние месяцы. Убить Энви - не только отомстить за Хьюза, но и освободить себя самого от бессонных ночей, от кошмара, который сидит у него в голове. Рой ненавидит себя за слабость, но он знает, что сильнее этой слабости. Он знает, что в конце концов убьет его. Ярость, в конце концов, становится сильнее боли. Рой сжигает его и сжигает - в воздухе висит запах горелой плоти - а в голове стучит только одна мысль: Ты, мразь, мне больше никогда не приснишься