I Want It That Way

Микки обнимает меня. Обнимает сильно. Я чуствую как его слёзы тёплыми ручьями впитываются в мою рубашку. Я тоже плачу. Мои руки зарываются в его шёлковые чёрные волосы. Новый срыв, я наложил на себя руки. Почти ничего не помню, только нож в руках и крики Микки и Светланы. Потом скорую, как меня залатывали. И вот я здесь, в больнице. Я не знаю зачем я сделал это, правда не знаю. Я начал ненавидеть себя. Мне было тошно от нового себя. Как будто мои слова и действия контролирует кто-то другой, а моя душа упала в непросветную пропасть. Я упал в неё. И все дорогие мне люди, моя семья, Мик, пытались вытащить меня из неё, но я оказался безнадежён. Я не Моника, но я её сын. Я не она, но я точно, блять, такой же. Я делаю больно всем окружающим, одним боком, или другим. Я уже не знаю кто я такой, и мне тошно от всего. Мне тошно от опеки всех окружающих, такой как будто я ребёнок с синдромом дауна и мне нужен глаз-да-глаз. Мне отвратителен Микки, от того какой он стал ебаной чуствительной сиделкой. Он делает все ради меня, я знаю, но язык уже не поворачивается не то, чтобы сказать спасибо, я вообще ничего сказать не могу. Я люблю его, ужасно люблю. И всех остальных, Фиону, Карла, Дебби, всех. Но уже хочется от них скрытся и больше никогда не выходить на свет. Я с трудом вспоминаю прежнюю жизнь, беззаботную жизнь. С более-менее нормальной работой, с весёлой семьёй. И не было проблем. Не правда конечно, проблемы есть всегда, но теперь прошлые проблемы и не проблемы вообще. Я не тороплюсь, отстраняюсь от Микки. Он что-то тихо шепчет, что-то вроде "Прости меня" или "Это все я виноват". Я лишь пусто смотрю в его прекрасные, небесного оттенка глаза. Глаза его налиты кровью, истекают слезами. Он винит себя в том что я сделал. Он просит прощения пока вновь утыкается в моё исхудавшее плече. Мои губы дрожат но не издают не звука. Возле нас стоят Фиона и Лип. Они тяжело дышат, приобнявши друг друга. Они смотрят на меня, смотрят с тревогой. Они запрут меня там. Опять, в ёбаной психушке. Я не выдерживаю, опускаю взгляд. Тоже чувствую на собственных шеках мокрые слезы. Мне жаль, мне ужасно жаль. Микки отстраняется от меня, его руки дрожат на моих щеках, на лице чистый ужас. Я хочу сказать ему что люблю его, что он ни в чем не виноват, но лишь стою посреди палаты, не сдвинушись с места. Фиона подошла к нам. Фиона, моя милая Фиона. Своим ласковым голосом она повторяет моё имя. Говорит что-то ещё, но я не слышу. Я смотрю на свои запястья. Они замотаны белыми тканями, через которые немного просачивается кровь. Я ещё чуствую жжение, но так же как будто не чувствую ничего. Сестра поглаживает мою руку, говорит мне прилечь. Я повинно сажусь на кушетку, она целует меня в лоб и морщится. Не осмеливаясь и дальше смотреть на меня она отворачивается и зазывает с собой Микки и Липа. Я смотрю им вслед, когда три родные фигуры поспешно удаляются. Я продолжаю смотреть на свои руки. Что я наделал. В конце концов, я похоже как раз прям как Моника. Мне ужасно отвратительно от этой мысли. Всё время, постоянно я бился за то, чтобы другие нашли между нами различие, но как оказалось, их совсем не много. Мне трудно дышать, я прикрываю рот рукой. Боже. Я порезал себе вены. Кухонным ножом. Я лежал в углу кухни и истекал кровью прямо как она те пару лет назад. Мне страшно. Страшно от того что я могу сделать в следующий раз. Что если я побью или изрежу родных мне людей? Что если сделаю им так же больно, как сделал сегодня себе? Микки всплывает перед глазами. Моя рука на его шее. Я сжимаю своими пальцами белоснежную кожу. Он барахтается подо мной, пытается отодрать от себя мою руку, своей крошечной. От таких мыслей я вздрагиваю, ложусь в постель. Мне ужасно некомфортно. Свет больницы, бесконечный запах лекарств и антисептиков. Ко мне подошла милая доктор, задала мне пару вопросов, подала две таблетки. Мне захотелось швырнуть их прямо ей в лицо, но вместо этого, я покорно беру стакан с водой и запиваю одна за одной. После доктор предлагает отдохнуть, и говорит что вернётся завтра. Завтра. Целую ночь здесь пролежать. И никого рядом, лишь другие пациенты с полувыпавшими мозгами или в диких конвульсиях. Я слегка усмехнулся подумав об этом и закрыл глаза. * * * Удивительно, но я заснул через пару минут. Утром ко мне действительно вновь подошла доктор, познакомила с мед-сестрой и дала пару таблеток. От таблеток все выворачивает, но я заставляю себя их выпить. Мне пока не разрешают встать, но меня и не клонило даже двинутся с положения в котором я находился. Пару часов спустя приходила Дебби с Лиамом. Мои лучи солнца. Лиам играл с волосами сестры пока та говорила со мной. Мы говорили о многих вещах. Я продолжал говорить о том как сильно люблю их обоих, дотягиваясь до колен Дебби из койки или до рук Лиама. Иногда воспоминания того вечера появлялись неприятным жжением в запястьях, но лекарства помогали забытся. Уже к вечеру пришёл Микки. Принёс от Фионы поесть, объяснил что та не смогла прийти, ведь на работе. Свою припоздненость объяснил так же. Я не слушал того о чем он болтал, не прислушался не к слову. Я лишь смотрел на его прекрасное лицо. Его глаза, его дрожащие губы сложеные в нежной улыбке. Он крепко сжимал мою руку, так как будто не хотел больше отпускать. Поглаживал мою кожу большим пальцем. Вскоре и он ушёл и вновь я чувствовал тот вкус одиночества. Я все уверяю мед-сестру что мне лучше и чтобы меня скорее выпустили, но получаю в ответ что в любом случае после меня отправят в чёртову дурку. Я тихо рыдаю в подушку. Чувствую себя маленьким, потерянным ребёнком. Я теряю счёт времени, меня отправляют в психическую больницу. Микки перестал приходить, Фиона и Лип через день навещают меня. Говорят через пару недель выпустят. * * * Мне вернули телефон. Я пишу Микки, он мне отвечает. На вопросы о пропущенных посещениях, говорит что завален работой. Я не верю ему. Ему больно видеть меня таким. Ему страшно, что я таким и останусь. И я его понимаю и осуждать не собираюсь. Я хочу чтоб он отпустил меня, говорю об этом сотни раз, но он лишь насмешливо посылает меня. Я игнорирую его днями, неделями. Видимо не выдержав, Микки наконец приходит. Он изменился, сильно похудел, под глазами синяки, а глаза будто опустели. Он не спрашивает почему я не писал, видимо, сам понимал. Он все безответно целует меня, мои губы будто окаменели, так же как мои мысли. Я хочу извинится, за то что был так упрям, за то что делал, но не могу ничего из себя выдавить кроме приветствия. Проходит ещё какое-то время, мне сообщают что скоро смогу вернутся домой. Через пару дней я наконец одеваю приличную одежду и еду с манатками домой на машине очередного парня Фионы - Шона. Она о нем часто рассказывала, кажется они счастливы вместе. Если моя старшая сестра счастлива то и я за неё. * * * Дома обстановка странная. Какая-то блондинка бегает вокруг да около, заявляет что Фрэнк должен ей и своему пухлому сынишке трейлер, Дебби перекрикивается с Фионой насчёт беременности, а я только что вернулся из психушки. Весёлая у нашей семьи жизнь конечно. Но я бы выбрал такую жизнь тысяче "нормальным". Вдыхая запах родного дома, я сквозь суматоху направился по лестнице на второй этаж, а там к своей комнате. Бросив рюкзак на пол, я свалился на свой матрас. Поднимаю руки, смотрю на почти зажившие шрамы на запьястьях. Они напомнили мне выпить ежедневную дозу таблеток. После этого эпизода, я перестал отказыватся от таблеток и смывать их в унитаз. У меня с собой была бутылка с водой, так что нужды спускатся на кухню не было. Да и не очень мне хотелось туда возвращаться. Как я туда ступил, сразу мелькали воспоминания того дня. Я на полу, вокруг лужа крови, а я захлебываюсь собственными слезами. Я вздрагиваю, и пытаюсь перевести внимание на то, как достать эту гребаную бутылку так, чтоб всё из рюкзака не повыпадало. Удаётся только так, что вывалился мой телефон, который не прекращал вибрировать. Видимо мобильник подключился к интернету, и получает сообщения. Запиваю таблетки, беру в руку телефон. Я включаю его, но сил остаётся лишь на то, чтоб отбросить его с боку от себя. Клонит в сон зверски. Лекарства мгновенно откликнулись на моем состоянии. Я их ненавижу. Ненавижу, но сдаюсь. Я больше не буду делать больно ни себе, не окружающим. * * * Проснувшись, я посмотрел в окно. Там темно, и видно полную луну. Луна красивая, полная. Она напомнила мне о Микки. Я подбираю телефон, звоню ему раз, два. Ответа не следует. "Наверное спит" вздыхаю я. Думаю о том как божественно он выглядел когда мирно сопел в моей кровати. Вот здесь, где я сейчас лежу один. Он выглядел таким спокойным, милым. Насчёт последнего он бы зубы мне вырвал. От такой мысли я усмехнулся. Микки. Через сколькое он прошёл ради меня, сколько пережил. Он был со мной с самого начала. Даже не верится что этот ласковый заботливый Микки, это тот самый грязный воришка, который выбьет дурь из любого встречного. И вот нахер я ему дался? Почему же он так заботится обо мне, чего же так опекает. Тот парень, что трахал первую встречную телку, чтобы не выдать свою гомосексуальность, тот который собирался убить меня так как Менди сказала что я её обидел? Менди, боже. Моя Менди, как же я за ней скучаю. Мой близкий друг, родная душа. Каждый раз по телу пробегаются мурашки когда думаю о том где она, как она сейчас. От неё не было слышно с тех пор как свалила с этим маньяком Кеньятой в Индиану. Боюсь представить что ещё он мог сделать с ней. Каждый день я уделяю хотя бы минуту тому, чтобы пожалеть о том что не смог её убедить остаться. Я скучаю, думаю как нибудь разыскать её на просторах социальных сетей. Я прохожусь взглядом по комнате. На высокой кровати храпит Карл так и не достав порно-журнал из рук. В доме удивительно тихо. Я неторопливо приподнимаюсь с скрипящего матраса, роюсь в рюкзаке. Я нащупываю небольшой блокнот с ручкой между страниц. Прохожусь по помятым страницам пальцами. Когда мне было скучно в больнице, я занимал себя рисованием. Соседка по палате сказала что у меня талант, и я решил продолжить. В большинстве я рисовал людей, родных, знакомых. Ту же соседку, подарил рисунок на день рождения. Её звали Елена, слягла по той же причине что и я. Попытка суицида, глубоко порезала себе живот. Она выпустилась раньше меня, не знаю что было с ней после. Дойдя до пустой страницы, я замираю, думаю что должно на ней оказаться. В голову приходит только Микки. Со своими пухлими оькусанными губами и широко распахнутыми небесного цвета глазами. Что же, муза пришла ко мне. Достаю ручку, и включаю лампу на тумбочке справа от меня. Закусывая нижнюю губу, я наношу чернила на бумагу. В последнее время, я как будто слишком много думаю о Милковиче. Ну, он то напереживался со мной, с чего бы мне о нем не думать. Он как наркота в шприце вонзился ко мне в голову и не собирается выходить. Я вспоминаю его звонкий смех от моих тупых шуток, его сладкие стоны при нашем сексе которые он всегда так сильно пытается сдерживать. Та у меня бы встал сейчас же от одной мысли о нашем сексе, если не гребаные лекарства. Я впитываю все эти образы на бумаге, отчаянно вдавливая в неё чёрную ручку. Закончив, я оценил спешную работу, и бросился обратно спать. * * * Утром я нормально поздоровался с семьёй. Все были счастливы моему возвращению, даже спели какую-то нелепую песню пока я полумертво двигаясь спускался с лестницы. Оказалось что они заметили что я пришёл только тогда, когда я лёг спать. Я не виню их, у них и без меня дел полно. Мы прекрасно позавтракала, после я прогулялся с Фионой. Вдохнув свежий утренний воздух, я невольно улыбнулся. Наконец-то чертова свобода от всех этих больниц, отвратительно яркого света и криков других людей. Она мне наплела что Дебби беременна и как это ужасно. Мы шутили смеялись, и наконец я вновь почувствовал себя живым. Ещё поболтав дома с семьёй, я решил наконец пойти к Микки. Я вновь набираю Микки. В этот раз трубку подымают. Я слышу как мой парень взволновано дышит в трубку. –"Ну привет, рыжий лобок" усмехнулся он. –"Когда соизволишь заглянуть? Я тут слегка парализован." Сладкое спокойствие расплывается по телу. Я удовлетворенно вздыхаю слыша его голос, хоть и слегка обеспокоен словом "парализован". –"Че уже случилось?" усмехаюсь в мобилку я, –"Света с лестницы спустила?" –"Да нихера, сучка вообще здесь уже не живёт," бросает Микки, –"бросила на меня Евгения, вот пиздюк ща на мне дрыхнет" Я протягиваю зачарованое "ааа" быстро шагая в сторону дома Милковичей. Неужели Микки наконец сдружился с сыном? Помню как ему было отвратительно на него и смотреть, странно что тот вообще не сдал его сразу же в детдом. Я не осуждаю его за такую ненависть к Евгению, который стал результатом секса с русской шлюхой которую заказал Терри чтоб вытрахать из Микки педика, но и малец не виноват. Смешно представлять как Микки сейчас разлегся на еле живом диване с мелким Милковичем на коленях. * * * Не заметив как быстро я дошёл, я уже как минуту пялюсь на старый, пошарпаный, но уже в каком-то смысле родной дом. В миг в который я ступаю на порог, дверь со скрипом отворяется. Из-за неё выглядывает потирающий глаза Микки Милкович. –"Здаров," он полностью открывает дверь, приглашающим жестом кивает внутрь дома, "увидел тебя в окно" –"А как же Евгений?" –"Да он и сам проснулся, может во сне флешбеки с сосущей хуи Светланой всплыли" Я рассмеявшись ступаю в дом. Снимая куртку заглядываю в гостинную где малыш Евгений играется с каким-то огрызком бумаги. Я бросив куртку напол заключаю Микки в крепкие объятия, расцеловываю сухие губы, разглядываю уставшие глаза. Он улыбчиво пялится на меня в ответ. –"Я скучал" вырывается из меня. Микки молча кивает и кладёт руку на мою щеку. –"Мы с тобой недели две назад виделись чудак" смеётся он сквозь слегка поступившие слезы. –"Лан, лан, я тоже соскучился" Он скучал по мне. Скучал по нормальному мне, настоящему. Не обездвиженному куску мяса который не вылезает из постели и не чуть не убившему себя маньяку самоубийце. Во почему он скучал. –"Только никак не потрахаемся, пиздюк может на любую тумбочку напоротся, его одного не оставишь." Он закатывает глаза продолжая поглаживать мою щеку пальцами. Ну нет, я слишком долго голодал по его телу. Я заползаю руками под его свитер, опускаю губы на гладкую шею: –"А что, его нет на кого сбросить?" игриво проговариваю я в его кадык. Его руки падают на мои плечи, наши тела ещё сильнее прижимаются друг к другу. Громкое дыхание Микки ускоряется, он все же слегка отталкивает меня. –"Света съебалась хер знает куда, а я ещё новую работу не нашёл чтоб деньги на няньку спускать" Я пожимаю плечами повторя свою попытку толкая его к стене. По голубым глазам видна искра возбуждения. Микки горячо дышит глядя на бугорок в своих джинсах. Я тоже невольно пялюсь и сжимаю в своей руке его ремень. Опоминаюсь когда слышу отдаленный детский плач. –"Та блять.." выругивается Микки налаживая дыхание. Он поправляя ремень направляется к Евгению. –"Заноза в заднице" хмыкает себе под нос. Не смотря на свои слова он подбегает к малышу и сев на диван подсаживает того к себе на колено. –"Бумажку свою уронил?" Микки поддергивал ногой качая Евгения на колене. –"Спасибо хоть что за ней не полез" Второй затих пристально глядя на отца. Я все ещё стою у двери не смея сдвинутся. У Евгения были глаза Микки. Не бездонные, зелёные болота Светланы, а нежные, лазурные небеса Микки. Такая же пара больших повернулась на меня. –"Ты так и будешь в проходе стоять?" Я не могу перестать смотреть на это зрелище. Не мог я и подумать что Микки так будет ухаживать за ненавистным сынишкой. Правда у него не особо есть выбор, но выглядит это очень мило. –"Да ты у нас мамочка года," я торопливо подхожу к ним. –"успокоился в мгновенье" Я присел на колено перед ними и улыбаюсь малышу протягивая ему руку. –"Да иди ты нахуй" бросает Микки. –"Мы пиздец как сопливо сейчас выглядим" Он мотает головой и усмехается. Что-то похоже что он давно так не делал. –"И сколько это ты с ним возишься?" Он немного замялся перед тем как ответить. –"Света хотела взять его, но откуда-то объявился её муж, и она съебалась с ним" "После того что случилось" думаю я. Она хотела забрать Евгения после того что я сделал. И ушла она после этого. –"Я думал ты её муж" –"Блять ну походу был еще один. И вообще наш брак был незаконным" Пока мы разговариваем малыш расплывается в руках Микки и прикрывает глаза. Моя рука скользит на бедро Микки. –"Ну же положи его куда-небудь" Я так чертовски жажду его тела. Лекарства никак не помогли мне справится с возбуждением. –"Можно его к нам отнести, Дебби сегодня дома" Я поглаживаю ногу Микки пока он укладывает ребёнка рядом с собой на диван. После он наклоняется ко мне упираясь локтями в колени. –"Это было бы огромным счастьем" смеётся он. –"Если ты конечно заверишь меня что там не будет летающих шприцов и на него никто не сядет" Я собрался что-то сказать, но услышал глухие стуки за окном. Обернувшись я заметил что снаружи потемнело. Капли дождя медленно стекали по окну. –"Что-ж," слышу я за головой, –"у нас зонтов нет" Я оборачиваюсь встречаясь с разочарованной физиономией Микки. Он признал безвыходность положения и устало улыбается. –"Хотя раз он уснул наконец, можно его оставить в комнате Менди и использовать это время с пользой" ехидно усмехнувшись Микки подобрал малыша и встал с дивана. Я поплелся за ним. –"Ого" протягиваю я оглядывая широкую кровать Менди, идеально застеленную. Микки вскидывает брови от удивления: –"Ты че к ней в кровать ни разу не залазил?" Я прохожусь ладонью по собственному лицу. –"Не-а, и не в каком смысле" Мы присаживаемся на кровать. Микки бережно кладёт Евгения между подушками посреди кровати. После он облегчённо вздохнул оборачивается ко мне. –"Я думал она все таки смогла и тебя оприходовать" хмыкает он глядя в осыпающийся потолок. –"У тебя бы всё равно лучше получилось бы" смеюсь ему в ответ я. –"Ну пойдём проверим" ухмыляется Микки и торопливо выходя из комнаты зазывает меня рукой. * * * И вот мы в его спальне, медленно раздеваемся прижимаясь губами друг к другу грубо покусывая их. Отлипнув друг от друга мы громко и быстро дыша разглядываем друг друга. Микки приостанавливается и слегка сморщившись прикусывает нижнюю губу увидев шрамы на моих запястьях. Я тоже опускаю туда свой взгляд. –"Чёрт.." еле слышно шепчет он, –"выглядит херово" –"Всё в порядке" заверяю его я, –"Я тогда совсем с дубу рухнул" добавляю я со смешком. Он не посчитав это смешным, подходит ко мне и берет мою правую руку в свои рассматривая запястье с волнением в глазах. Блять. Надо сказать что-то. По нему видно, Микки думает что он виноват в том что произошло. Он не хотел отправлять меня в дурку, думал что настолько плохо не станет. Он не хотел терять меня, снова. Его взгляд камнем обрушился на мою душу. Приоткрыв рот он поглаживает мою руку. –"Слушай, ты правда не виноват в том что случилось" я нежно укладываю левую руку на его обнаженную талию. Микки тяжело вздыхает и утыкается носом в мое плечо не говоря ни слова. Его дрожащие руки скользят по моей спине и сжимают мои мышцы. –"Микки.." Он поднимает на меня взгляд после того как я отстраняюсь. В одних только трусах мы стоим посреди комнаты Микки и внимательно разглядываем друг друга с ног до головы. Вдруг он грубо притягивает меня за шею и подносит свои губы к моим. Бросив его на кровать я наваливаюсь сверху и расцеловываю подбородок любимого. Чувствуя как возбуждение уже как 3тий раз за день накрывает меня с головой, я спускаюсь к шее Микки, прикусываю его нежную кожу и зализываю темнеющие красные отметины. Он тихо постанывает через зубы пока я исследую его прекрасное тело своим языком. Его вздымающаяся грудь и прерывистое дыхание сводили с ума. Я нетерпеливо сдираю с него нижнее белье. Когда я дотрагиваюсь пальцами до твёрдого члена Микки, тот охает и выгибает спину до треска. Боже, он горяч. Я такую эрекцию пол года не испытывал. –"Ммхх" Милкович довольно мычит подо мной. Не медля я прикасаюсь губами к его дрожащему члену, пока мои руки расхаживаются по прессу Микки. Глаза возвращаются к его лицу. Он щурится, сильно прикусывая нижнюю губу. Бля, как же он сексуален. Все мои проблемы с менталкой и т.д. будто ветром сдуло с той минуты как я увидел его в дверях этого дома. Он в пол голоса матерится себе под нос пока я полностью насаживаюсь ртом на его пенис и принимаюсь трогать себя. Спустя некоторое время я ускоряюсь, а руки Микки сжимают ткань одеяла все сильнее. –"Йен..Блять..." он заброкидывает голову во время прошедшего током через обоих нас оргазма. Белые ленты спермы прилетают мне в лицо и на живот моего Милковича. Мне нравится как это звучит. Будто их приручают как послушных собак. Микки все ещё слегка дрожит когда я вытерев кулаком рот, нежно целую его в то же время растягивая его и подготавливая к продолжению. Не останавливая процесс он бросает: –"А хуле это ты мне решил отсосать, а не наоборот?" Микки удивленно смотрит на меня. –"Не, ну я конечно не против, но не ты ли из трех-месячного отпуска в дурке вернулся?" Я даже как-то не подумал об этом. Наверное это значит что это не так важно. –"Ничего, сейчас ты исправишь это недоразумение" Он сопровождает меня довольным стоном. * * * Мы оба просыпаемся уже утром от душераздирающих криков Евгения. Поднявшись с кровати, я поспешно пишу Фионе что со мной все в порядке и я остался у Мика. Последний, к слову, уже понёзся к сыну. –"Ах блять..." слышно из другой комнаты. Я все ещё потираю глаза чтоб прийти в себя. Скинув с себя одеяло я обнаруживаю что в доме сейчас очень холодно. Находя Микки и малыша на кухне, я заставляю то как мой парень неумело кормит своего ребёнка каким-то пюре. –"Ты ему ещё глубже в глотку ложку запихни," я смеясь протягиваю руки к Евгению, –"давай сюда" Он закатывает глаза и как можно быстрее бросает мне того на руки. –"Вот и нянька нашлась" искренно усмехается Микки слегка хлопнув по моей оголенной спине. –"Если ты ещё и простудишься, в этот раз Я с катушек съеду" и идёт в собственную спальню. Я в то время спокойно кормлю малыша. У меня хороший опыт с детьми, Фиона нередко оставляла меня с Лиамом на целый день. Не думаю что Микки вообще когда либо видел маленьких детей в своей жизни кроме этого. Я в свою очередь очень люблю детей, и малыша Евгения. Надеюсь что в будущем смогу завести ребёнка. Микки возвращается с моим свитером, и чмокнув меня в краешек губ меняет его на малыша. * * * После того как я ещё немного времени провел в доме Микки, я вернулся к себе принять таблетки. Все ушли в школу, дома на диване распласталась Фиона. –"Привет" скромно бросаю я войдя к дом. –"Оу" вздрогнула она от пробуждения, –"Привет, ты как?" Сестра приглашающим жестом хлопает по дивану рукой. Ласково улыбаясь мне, она наблюдает за тем как я присаживаюсь рядом с ней и медленно стягиваю с себя куртку. –"В порядке," Я улыбаюсь ей в ответ, –"Слушай, я тут думаю работу найти, не поможешь?" –"Да пожалуйста" пожимает она плечами, –"наша забегаловка Петси всегда открыта для тебя" Я благодарю её и ступаю в кухню. Как же все таки быстро наладилась жизнь. И это прекрасно, ведь налаженная жизнь для многих в нашем районе – лишь мечта. С этого момента я раз и навсегда обещаю себе не портить ни себе, ни другим жизнь этой чёртовой болезнью. Я буду принимать эти чёртовы лекарства, даже если они топчат мой мозг в пюре, если я их нахер ненавижу, и если все вокруг будут тщательно следить и ухаживать за мной как за пятилетним ребёнком. Может вскоре я смогу привыкнуть к ним и заживу нормальной жизнью. По крайней мере я хочу чтоб это было так.