Дэнни-Призрак: Мультимстители

Интерлюдия 2: Грюндель

**Кайли Гриффин**

— Мам! Мам! Сегодня у нас будет сочинение о любимой книге! Угадаешь, какую я выбрала?!       Держа в руках “Маленького принца”, я едва поспевала за мельтешащими ногами мамы, да так, что пару раз почти споткнулась и уж точно запыхалась, как на уроке физкультуры. — Ах!.. Дам подсказку... Хаа... Она на языке, который я хочу выучить!..       Однако это такая редкая возможность, что я старалась уместить, рассказать как можно больше, поделиться всем важным и незначимым. — Учить язык? Прости, милая, но у нас с папой сейчас нет денег, чтобы оплачивать языковую школу.       От ответа мамы, что не имел смысла в нашем разговоре, но имел в её избирательной к словам голове; я даже остановилась, задумавшись. — Боже, Кайли, не сейчас! Скорее давай!       Когда же мама на меня прикрикнула, я поспешила к ней. И до самых дверей академии, я молчала, пытаясь из всех сил подстроиться под её ритм, лишь бы не отстать.       Стоило же нам дойти до ворот, мама опустилась на секунду, чтобы поцеловать меня в лоб, да пожелала хорошего дня с успешной учёбой. — Мам, я-... — когда же я хотела извиниться, мама уже отошла поймать такси, спеша поскорее на работу.

.....

      Вечером, допоздна, я просидела за играми с Джеком. Сколько бы я не говорила о том, что нужно делать уроки, он меня не слушал и во всю мешал мне с моими. — Догони меня!       То дергая меня за косичку, и тотчас убегая. То швыряя мяч в лицо. Иногда мне и в самом деле было больно, и я бросалась в погоню за Джеком из злости, но даже так вскоре забывалась в игре и начинала вовсю смеяться.       Однако чем отчётливее подходила ночь, тем сосредоточеннее я становилась и тем сильнее злилась на Джека, когда он меня отвлекал. — Да никто не узнает. Мои родители вообще домашку не проверяют. — что заставило его с поучающим выражением упасть рядом, да с непониманием обратиться ко мне. — А твои что, проверяют? — Да, но... — дело было не совсем в этом. — Да ну? Прям читают и спрашивают, как училки? — до в шоке открытого рта с выпавшим зубом, Джек уставился на меня. — Нет, они просто спрашивают, сделала ли я. — Пфф!.. Так можно же сказать, что сделала, если они не проверяют. Совсем глупая что ли? — Я не глупая! Это ты, кто не делает уроки — глупый, и вырастешь бомжом! — Сама ты бомжиха!       В общем с Джеком мне не удалось сделать уроки вовремя. И когда его забрали родители, то мне пришлось сидеть допоздна, да торопиться пока не пришёл он... — Кайли...       Однако я не успела уснуть раньше. — Кайли, выходи играть...       Только услышав глубокий, слегка хриплый голос за своим окном. Я сорвалась с места, выключила на столе лампу, да бросилась под одеяло. — Кайли, я просто хочу поиграть... Я знаю, что ты тоже хочешь... Ты ведь была такой хорошей девочкой... Ты заслуживаешь веселья...       Накрыв голову не только одеялом, но и подушкой, я старалась не вслушиваться в слова голоса у меня за окном. *Скрежет стекла* — Открой же окно, Кайли... Впусти меня... Я покажу тебе очень интересную игру...       От звуков острого когтя по стеклу, я начала плакать. И делала это всё сильнее, чтобы не слышать голос и пока не обессилила до провала в сон.

.....

— Он был опять под моим окном. — пока отец своим шагом торопит меня в академию, обратилась к нему за помощью. — Кто? Твой воображаемый друг? — на что отец, лишь на секунду отвлёкся от телефона, улыбнулся мне, и вернулся в переписку. — Он мне не друг! Он хочет сделать мне плохо! — Кайли, мы живём на восьмом этаже, плохие люди не достанут до твоего окна, поверь. — Но-но!.. “Может я зря пугаюсь” — помню, что так подумала тогда.       В конце недели был праздник. Мои и родители Джека заперлись в их квартире, меня же с Джеком отправили играть в нашу.       Джек тайком взял с собой водные пистолеты, и вскоре вся квартира была покрыта брызгами. Мы так погрузились в игру, что совсем забыли о времени и о том, когда нам пора ложиться спать. — Пошли! Нам нужно ложиться! — и даже когда я тащила его в кровать. — Что? Не хочу! Давай лучше телик посмотрим... — Джек вовсю упирался.       Но даже если бы он этого не делал... — Кайли... Джек... Выходите играть...       Монстр оказался за окном гостиной, вновь стуча, да царапая по нему когтем. — Играть? Вы кто? — Я ваш друг... Джек... Кайли... — Нет, ты кто?! — взглянув на застывшую меня, Джек надулся и подошёл к окну. — Джек ты ведь так устал от этих уроков... От того, что родители больше не водят тебя на площадку... Тебе ведь хочется поиграть в баскетбол... А Кайли никогда не соглашается... Ей совсем не нравятся активные игры...       Однако стоило Джейку подойти к окну, как он застыл на месте, пока голос разлился речами, да такими, что даже его доносящийся из глубины голос звучал успокаивающе. — А я, Джек, люблю активные игры... Открой окно, мальчик... И мы будем вечно в них играть...       В этот раз, когда голос стукнул по стеклу ногтем, готова поклясться, прозвучало это как удар баскетбольного мяча. — Джек, не надо!       Когда мой единственный друг потянулся открыть окно, я хотела его остановить. Но помимо того, что стояла слишком далеко, мои ноги просто отказывались сходить с места. Поэтому я могла лишь с истерикой крикнуть в его сторону. *Скрип открывающегося окна*       Однако было уже слишком поздно, и Джек открыл окно.       Буквально в следующее мгновение, переворачивая мебель, чёрная дымка, почти что тень, ворвалась в квартиру.       Вскоре тень поднялась, и я увидела настоящего монстра. — Кто будет моим другом?       Фигура, возвышающаяся почти до потолка, одетая в чёрное, грязное и рваное пальто, с подходящей к пальто шляпой, да мордой, что зияла зелёными глазами и вытянутой нижней челюстью ниже шеи, по форме будто опущенная вниз детская погремушка. — Джек, мальчик мой...       Раскрыв бесформенную пасть с зелёными, кривыми не то зубами, не то клыками; горбясь, монстр двинулся навстречу моему другу. — Бежим, Джек!       И прежде, чем окончился мой крик, чудовище, словно тенью вытянула свою похожую на ветку руку, да поймала Джека. — Мама! Отпусти! Папа!!! — Ох... Джек нас с тобой ждёт так много игр...       Пока Джек кричал изо всех сил, чудовище лишь ухмыльнулось, да с глубоким придыханием залезло пальцами моему другу в рот. — Бгхмнм!..       Джек затряс ногами, начав задыхаться, однако монстр не собирался останавливаться, как бы сильно я не кричала на него, неспособная сойти с места.       Смогла же это сделать, лишь когда... *Треск*       Джек замер в воздухе, а его челюсть издала хруст, что оглушительным эхом прошёлся вдоль квартиры. Чудовище не остановилось, и начало тянуть челюсть вниз, словно уродуя Джека под себя.       Последнее, что я увидела — это остекленевший в слезах взгляд моего лучшего друга, что уставился прямо мне в душу. Последнее, ведь... — Кайли, где же ты?.. Нам с Джейком будет не так весело играть вдвоём...       Сбежала, да спряталась под кроватью. Я закрыла глаза и уши. Моё сбивчивое дыхание в один момент заставило всё заглохнуть. И я продолжала лежать свёрнутой калачиком под кроватью, пока... — НЕТ! ОТПУСТИ! НЕТ!!!       Пока меня не выдернули из укрытия. — Кайли?! Успокойся, Кайли!       Выдернул папа, которого я бросилась бить со всей силы своими маленькими кулаками, чувствуя ими больше боли, чем могла нанести.       В ходе моей истерики в комнату вбежала и мама, и родители Джека, которые озвучили повешенный в воздухе вопрос: — Где Джек?

.....

      Успокоившись, разумеется, я всё рассказала во всех, даже самых жутких деталях. Поначалу мой рассказ напугал всех, даже заставил маму Джека заплакать.       Однако если поначалу все посчитали, что моё воображение придумало монстра, на месте которого был обезображенный человек или оборотень, которого я просто никогда не видела раньше. Вскоре весь мой рассказ поставили под сомнение, ведь на месте, где чудовище разрывало челюсть моему лучшему другу не было найдено ни капли крови. — Он сделал Джека таким же, как он! — и мои попытки объяснить, лишь сильнее добавляли истории сомнений.       Но я знала, что я видела.       Даже если полиция, разыскивающая пропавшего ребёнка, мне не верит.       Даже если родители Джека меня ненавидят за то, что из-за моей фантазии они лишились сына.       Даже если мои родители из-за моих ночных кошмаров, да своего неверия заточили меня в психушке.       Даже если на моё совершеннолетие, единственный, кто навестил меня, был врач... И то, чтобы убедить продолжить лечение. — Я доберусь до истины, рано или поздно...