Welcome To The F*cking Hell / Добро пожаловать в ё*аный Ад

25

      Они сидели у костра. Ребята травили байки, а Гермиона с Драко пытались вызвать своих животных, но ничего не получалось.       — Давай же, попробуй разозлиться, Гермиона, — в который раз подначил её Малфой.       — Если ты не заткнёшься, то я точно приду в ярость, — прорычала Грейнджер.       — Отлично, нам это и нужно!       Он с энтузиазмом подпрыгнул и в ожидании уставился на неё. Гермиона вздохнула и зажмурилась в который раз, но это не возымело должного эффекта.       — А что насчёт тебя, Драко? — крикнул Тео, улёгшись у поваленного дерева, на котором сидели остальные. — Что должно случиться, чтобы твой хорёк показал морду?       — Испугаться до чёртиков, — хмыкнула Грейнджер.       Раздался звук выстрела, и Малфой взвизгнул, припадая к земле. Послышался гогот, и Драко поднял голову. Забини откладывал винтовку.       — Не получилось, — разочарованно произнёс он.       — Ты в своём уме?!       Малфой возмущённо поднялся и поправил свою лососёвую рубашку. Друзья смеялись над ним, называя её розовой, а он постоянно им доказывал, что они неправы. Один раз даже пришлось надеть кофточку Амбридж, чтобы они увидели разницу, но те только ещё сильнее заржали.       — У меня могло сердце отказать! — продолжал бухтеть Малфой.       — Может, это была разовая акция? — задумчиво протянула Гермиона, жуя травинку.       — Нет, уверен, они ещё покажутся. Это же мутация, она с нами до конца наших дней.       — Выпьем же за это! — Нотт передал каждому по бутылке берёзового сока.       Чёрт знает, где Теодор его раздобыл, но Драко с удовольствием опустошил ёмкость и опустился рядом с Гермионой, утыкаясь носом в её плечо. Она повернулась к нему, криво улыбнулась и потрепала по волосам. Малфой чувствовал себя на седьмом небе, он готов был быть для неё хоть котёнком, хоть верным псом, главное — рядом. Друзья кидали в них косые взгляды, но Драко было настолько плевать на это. Какая разница, что о нём подумают, если через двадцать пять дней все всё равно умрут? Какое дело до того, как ты ведёшь себя, как одеваешься и насколько раздуты твои счета? В последние дни перед концом света задумываешься о чём-то более возвышенном и величественном. О своей жизни, о поступках, которые ты совершал, о людях, которые рядом.       Малфой вспоминал, как он одиноко скитался до того, как набрёл на ту вонючую помойку, где Грейнджер его откопала, и благодарил каждый миг, проведённый с ней. Он восхищался её храбростью и силой, умением найти выход из, казалось бы, безвыходных ситуаций и отвагой. Да, шляпа распределила её на тот факультет, и Гермиона подтверждала это всеми своими действиями.       Где-то вдалеке прогремел взрыв, и взгляды устремились в небо. Пузыри аномалий стали лопаться всё чаще и чаще, пуская дрожь по земле. Пэнси задумчиво проследила за ошмётком фиолетового цвета, пролетевшего в небе.       — Зачем тебе в Хогвартс, Грейнджер? — спросила она, откидываясь на плечо Нотта, который тут же обвил свою руку вокруг её талии.       Гермиона поболтала сок в бутылке и залпом допила его. Малфой навострил уши, ему она так и не сказала о цели своего путешествия.       — Мне кажется, это правильно. Закончить всё там, где началось.       — Что именно? Армагеддон?       — Нет, — Грейнджер отставила ёмкость и, взяв Драко за руку, положила её на своё плечо, откидывая голову на него. — Моя история. В Хогвартсе. Магия, волшебники, всё это, — она обвела ладонью пространство. — Школа была местом, которое показало мне, кто я такая на самом деле, закалила, сделала меня такой, какая я есть. Там я познакомилась с Гарри и Роном, — на мгновение замолчав, Гермиона продолжила: — И с вами тоже. Чего уж греха таить, знакомство было не из приятных, но всё же…       — Кто бы мог подумать, что ты сойдёшься с Малфоем, — хмыкнул Забини.       Тори, сидевшая у него на коленях, согласно закивала и радостно захлопала в ладоши.       — О, а давайте придумаем название вашей паре!       — Это ещё зачем? — с подозрением уточнил Драко.       — Ну как же, вот Тео и Пэнс мы называем Тенси, а я и Блейз Блори, а вы будете… — она задумчиво закусила губу.       — О, я знаю! — Нотт подался вперёд. — Пёсрёк! Собака и хорёк, — загоготал он.       — Тевачка! — возмущённо выпрямилась Астория. — Это не так работает!       — Да ладно тебе, Тори, к чему вообще все эти клички? — улыбнулась Пэнси.       — Ну как хотите.       Астория недовольно поджала губы и притянула к себе автомат, продолжив покрывать его розовым лаком для ногтей.       Забини ласково погладил её по голове. Миниатюрная Астория смотрелась куклой барби в руках огромной гориллы. Драко подумал, что Блейз явно перестарался с занятиями спортом, и глянул на свои хилые мышцы. Не Аполллон, но зато у него есть Грейнджер.       У них, конечно, всё было и не раз. Когда Драко вспоминал, что именно Гермиона делала в доме, в котором они остановились по пути, у него начинало дымиться в штанах. Он закрывал глаза и видел её губы на своём члене или как он доводил её до исступления своим языком, а потом они наслаждались друг другом полночи, отказываясь останавливаться, и засыпали, обнявшись, прижимаясь так крепко, словно если между ними будет хотя бы сантиметр — мир развалится на части. Он будил её осторожными поцелуями, а Гермиона отвечала Драко не менее охотно. Они будто пытались забрать у этой жизни те крохи, которые им остались. Но часы тикали и неминуемо приближали Судный день.

20

      Глазго встретил их новым взрывом пузыря аномалий, расположенного на другом конце города. Ребята сразу направились к заправке, чтобы пополнить запасы горючего и свалить отсюда, пока не случилось беды. Они, конечно, имели при себе оружие и припасы, но у различных группировок в Шотландии могло быть кое-что помощнее винтовки и автомата. Забини рассказывал, что бойцы ИРА активизировались где-то год назад и любили кидать гранаты в проезжающие автомобили. Ему об этом рассказывал знакомый из другой банды, который лишился ноги в результате одного из таких нападений.       Пока Нотт и Блейз выкачивали оставшийся бензин из колонок, наполняя канистры, Драко и девочки обшаривали полки в придорожном магазинчике. Пэнси вытащила из пачки остатки жвачки для Тео, а Астория искала протеиновые батончики для Забини. Грейнджер остановилась у полки с краской для волос и улыбнулась.       — Выбираешь для меня новый цвет? — пошутил Драко, обнимая её сзади.       — Думаю, голубой тебе подойдёт.       — Тогда бандиты точно решат, что я нетрадиционной ориентации, — вздохнул Малфой, и Гермиона усмехнулась.       — Ты всегда можешь пригрозить им большим розовым дилдо, который носишь с собой. Почему ты его не выкинешь? У нас теперь есть нормальное оружие.       — Приятные воспоминания, — улыбнулся Драко, доставая из памяти эпизод, где выбил зубы жирному червю, который посмел прикоснуться к его Грейнджер.       — Если найдёте лак для волос, захватите с собой, — крикнула Пэнси.       Её ирокез казался погрустневшим без должной укладки, и она бесилась.       Снаружи послышался шум мотора, и друзья переглянулись. Забини и Нотт не стали бы уезжать не предупредив, значит, это были чужие. Малфой вытащил из рюкзака золотой револьвер и решительно направился к выходу.       Около пяти выкрашенных в ядрёный зелёный цвет машин окружили Блейза и Тео, стоящих с оружием в руках. Из окон авто на них были нацелены дула пистолетов. Судя по всему, главарь банды высунулся из люка в крыше внедорожника и жевал сигару. Его рыжая густая борода и котелок на голове придавали ему сходство с лепреконом-переростком.       — Их слишком много, не высовывайся, — Гермиона встала рядом с Драко и изучала противников в просвет между товарами, сваленными у витрины.       — Мы должны помочь им.       — С пятью патронами ты только их рассмешишь, — шикнула она. — Нужно придумать план получше.       Пэнси переглянулась с Асторией. Малфой нахмурился, не зная, чего от них ждать.       — Идём на крышу, быстро, — скомандовала Паркинсон.       Они, стараясь не шуметь, прошли в служебное помещение и выбрались по полуразрушенной лестнице наверх. Жаркое июльское солнце припекало и плавило битум, которым была покрыта крыша. Малфой оглядел компанию сверху, и ему в голову пришла идея.       — Что, если мы выстрелим по бензобакам их тачек?       — И тогда вся бензоколонка взорвётся к чертям собачьим, — прошипела Гермиона.       Драко судорожно думал, как найти выход из сложившейся ситуации, когда Нотт что-то крикнул главарю и поднял килт, показывая свои причиндалы.       — Ох, это попово! — выдохнула Астория.       — Дерьмово, милая, я тебе говорила, как правильно ругаться, — поправила её Пэнси.       — Он показал им писечку.       — Милая…       — Сейчас не время! — шикнула на них Грейнджер.       Главарь покраснел от злости и наставил пистолет на Теодора. Драко вспомнил кое-что и повернулся к Грейнджер.

All the Dying — Mother Mother

      — Гермиона, у тебя осталась магия!       — И ты решил, что сейчас самое подходящее время для того, чтобы умереть в муках?       — Нужно попробовать! Иначе никак, как только они выстрелят, здесь всё может взлететь на воздух!       Он уставился на неё взглядом, полным решимости. Гермиона колебалась. Всё же из неё могли выйти смертельные проклятия или что похуже. Причём хуже для неё и всех, кто рядом.       Она сглотнула, и Драко уверенно кивнул ей. Давай же, ну!       — Ты справишься, Гермиона, только ты сможешь это сделать!       Грейнджер стиснула зубы и повернулась к бандитам, которые что-то орали. Она выставила руки вперёд, зажмурилась на мгновение, сосредоточиваясь, и, выдохнув, распахнула глаза и крикнула:       — Авада Кедавра!       Из её ладоней полетели зелёные лучи. Они обволокли машины, и те засияли изумрудным цветом, поднимаясь в воздух. Бандиты завопили. Драко краем глаза заметил, что Тео и Блейз заскочили в тачку и рванули в сторону от колонки, убираясь с глаз головорезов. Он проследил направление, в котором скрылась машина, и вновь глянул на то, что творилось внизу. Автомобили начали менять форму, сжиматься и растягиваться, из них раздавались крики, полные священного ужаса, а в груди Малфоя пели ангелы, потому что Грейнджер действительно смогла.       Её лоб взмок, на нём выступили крупные капли пота, и Гермиона слегка тряслась от напряжения.       — Давай, ещё немного! — подбодрил её Драко.       Она зажмурилась и с громким криком рухнула. Малфой успел её подхватить и прижал к своей груди, обеспокоенно всматриваясь в побледневшее лицо.       Астория отбросила в сторону свой розовый автомат и опустилась рядом, обмахивая Гермиону платочком.       — Грейнджер! — Драко позвал её, но Гермиона не шевелилась. В его груди разрасталась паника. Нет, нет, нет! Что же он наделал? — Грейнджер, — жалобно проскулил он, тряся её за плечи. — Очнись, пожалуйста!       — У неё получилось! — поражённо воскликнула Пэнси, но всё внимание Малфоя было сосредоточено на любимой девушке.       — Давай же, Гермиона!       Он поднял её на руки и начал раскачивать. Нет, этого не могло произойти. Она не… Нет! Он даже думать об этом не будет!       — Гермиона! — Драко закричал, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.       Он не мог её потерять. Только не так, не сейчас, не здесь. Не на вонючей заправке, окружённой сраными бандитами. Драко прижал ухо к её груди и не услышал биения сердца.       — Гермиона!       Его трясло, руки ходили ходуном, но он отказывался выпускать Грейнджер из своих объятий. Если что, у него были пули в револьвере, пронеслась в голове мысль. Он не станет доживать последние дни без неё.       — Пожалуйста…       Он раскачивался взад-вперёд, всхлипывая, но она не открывала глаз.       — Драко… — раздался тихий голос Тори. — Драко, она…       — Нет! Нет, она не мертва!       — Драко, мне жаль, но… — Пэнси присела рядом с ним и положила руку на его плечо.       Он смахнул её ладонь и сгорбился, вжимая Гермиону в себя.       — Нет! Уйдите! Отвалите! Она не могла! Она должна дойти до сраного Хогвартса! Я обещал подарить ей единорога!       Слёзы лились из его глаз, но Грейнджер оставалась бездыханной и холодной. Завыв, словно дикий зверь, попавший в капкан, Малфой обессиленно рухнул вместе с Гермионой на горячий битум и забился в истерике. Он столько всего ей не сказал! Столько не сделал! Почему она должна была уйти именно сейчас? Когда до цели оставалось совсем ничего! Может, она бы встретила там Живоглота, целого и невредимого, и Драко бы вновь услышал её радостный смех. Или он бы нашёл для неё единорога и они вместе полакомились бы им, обсуждая, каков он на вкус. У них впереди было целых двадцать дней, которые они могли провести вместе, не отрываясь друг от друга, целуясь и занимаясь любовью. У них была целая жизнь.       Послышались гигантский вдох и хриплый кашель.       — Какого обвислого Мерлина тут происходит?       Он отнял своё мокрое лицо от груди Гермионы и не смел поверить собственным глазам. Грейнджер, посиневшая, но живая, смотрела на него с недоумением.       — Гермиона! — он бросился покрывать её поцелуями.       — Боже, Малфой, что на тебя нашло, я на секунду отключилась, — она поморщилась, вытерла губы и приняла вертикальное положение.       Драко немного отстранился и заглянул в её потемневшие глаза.       — Ты умерла.       Грейнджер замерла и в шоке уставилась на него.       — Умерла?       — Твоё сердце не билось, — выдавил он, всё ещё не отойдя от ужаса.       — Ты что, снова спятил? Я на мгновение закрыла глаза, а когда открыла, ты уже рыдал.       — Вообще-то, ты была в отключке минут десять, — встряла Паркинсон, и Драко кивнул.       — Десять минут? Вы хотите сказать, что моё сердце не билось целых десять минут? — Все трое кивнули. — Тогда, по всем законам, я должна быть мертва, — насмешливо сказала она. — Может, я превратилась в зомби?       Астория ткнула в неё пальцем.       — Не знаю, сомнительно, — протянула она задумчиво.       Драко приложил ладонь к её груди, Грейнджер возмущённо зашипела, но он не отнял руки. Стук сердца определённо ощущался.       — Она не зомби, — подтвердил он.       — Тогда я ничего не понимаю, — растерянно произнесла Гермиона и потёрла лоб. — Кстати, получилось? Что с этими лепреконами?       Пэнси ухмыльнулась и отошла в сторону.       — Сама посмотри.       Драко помог Грейнджер встать, и они глянули вниз. Там, на площадке перед заправкой, скакало пять гигантских лягушек, из тел которых торчали бородатые рыжие головы и гневно вопили. Гермиона хохотнула и, пошатнувшись, ухватилась за подставленный Малфоем локоть.       — Эффект и впрямь неожиданный, но определённо лучше, чем был у Гарри.       «Да, это вам не кролики», — подумал Драко.       Лягушки грузно прыгали и квакали, всё это смешивалось с грязной руганью бандитов.       Хлопнул люк на крыше, и наверх поднялись Тео и Блейз.       — Ну и кому мы обязаны чудесным спасением? — протянул Нотт.       Малфой тяжело выдохнул и прижал Гермиону к себе, гладя по волосам. Теперь ему точно будут сниться кошмары, в которых Грейнджер умирает у него на руках. Он закрыл глаза, пытаясь успокоить бешеный стук собственного сердца, и устало выдавил:       — Гермионе. Вы обязаны своей жизнью Гермионе.       Он посмотрел на друзей, и те переглянулись. Если бы Грейнджер погибла, спасая их, Драко бы точно пустил себе пулю в лоб.       — Так, я не понял, а что произошло? — пробасил Блейз.       — Гермиона умерла, — ответила Астория.       Парни повернулись к Грейнджер и воскликнули в один голос:       — Ты умерла?       — Да, — кивнула Гермиона. — Но я выжила.       Драко уткнулся носом в пушистые волосы Гермионы и крепко обнял её.       — Больше не умирай без меня.       — Хорошо, не буду, — покладисто сказала она и сцепила свои пальцы на его спине.       Малфой с облегчением выдохнул. Он хотел погибнуть только с ней, в её объятиях, оглядывая бескрайние просторы Шотландии с высоты Астрономической башни. И сделает всё, чтобы так и случилось.