сумашедшие приключения Муна в мире One piece!

С самого детства Мун ростился доброжелательным, милосердным и понимающим человеком. Он был рожден в процветающей деревне под названием "Саншайн." (Sunshine) Она была расположена на одном из островов и занимала всю территорию, но при этом остров был не так уж и огромен, при этом, его жители были довольны своей спокойной, умиротверенной жизнью... Остров был уникален, так как на нем никогда не наставала ночь, для их жителей существование луны было что то бесполезным и несущественным. Они никогда не видели луну, для них это был словно миф, который никак не получалось развеять или доказать. Все, кто уплывал за ответом на этот вопрос в море, в конце концов, не возращались и были признаны безвести пропавшими. Родители Муна были разделены в мнении насчет его воспитания. Отец кричал во весь голос что он станет сильным и смелым морпехом сражающимся со злом и защищая собственную деревню, род. Мать же, умоляла дать дитятке выбор, считала что нельзя идти против воли своего чада и давать предназначение ему, словно предмету. Как бы ни было, мнение матери по поводу воспитания не были услышены и в ранние пятнадцать лет его отправили учеником в морской дозор. Мать рыдала и захлебывалась слезами, отдавая ребенка в такую сложную сферу. "Он еще совсем мал!.." горько кричала мать при уходе Муна из родного дома, но отец наставивал на своем... Что было дальше, сейчас и узнаем. Действия выполняются спустя год с того момента, как Мун был отправлен в морской дозор. На данный момент ему шесьнадцать и несмотря на свою юность, был полноценным солдатом, хоть и низшего ранга. Свет сквозь жалюзи хрустального окна ударил в лицо Муна, словно напоминание о важности его работы. Сквозь полу-сон он слышал за дверью каюты звонкий голос своего товарища Метьюза, который на тот момент уже был опытным пехотинцем. "— Пора вставать! Бездельник." Голос Метьюза был игривым и не имел обидного позыва, в его словах читалась улыбка на его лице, это была гордость за Муна. Мун поморщился от солнечного света на своем лице и тут же принял сидячее положение, слегка отталкивая одеяло от себя, пытаясь отвернуться от желания спать. На его лице играла недовольная физиономия, хмурый взгляд двинулся в сторону двери каюты, за которой стоял Метьюз. Тыльная сторона руки Муна потерла собственные веки чтобы сбросить последние капли сонности с своего лица. "— Дай мне минуту!" Неохотно прокричал Мун и встав с кровти он оглянулся на свою каюту корабля морского дозора. Все те же деревянные стены, окружающие его. Шкаф приставленный к стене словно пленник, который обязан хранить в себе одежду Муна в время их морского путешествия, или, дегче сказать миссии. Мятая кровать на чью подушку падают привлекательно сияющие лучи солнца, как бы ты ни пытался дотронуться до них, тень вашей руки всегда закрывает лучь, не давая докоснуться до запретного плода даже кончиками пальцев. Небольшое окно с правой частью комнаты, совсем рядом с кроватью, от солнца не спрятаться даже за жалюзями. Тумбочка у кровати в которой храняться некоторые, личные вещи юного пехотинца, о которых история умалчивает. Мельком осматрев свою каюту, Мун ватными шагами подошел к шкафу и разинув его двери, он достал свою униформу. Внезапно он почувствовал легкую тревогу, что если Метьюз нуждается в помоще...А вдруг флот уже добрадся до места назначения и пришло время битвы? Навязчивые мысли скользили в потоке его мышления, от яего он чувствовал нарастающую тревогу. Спешно переодеваясь в униформу он неопрятно натянул себе на голову фуражку с надписью "Marine" Когда процесс был окончен, Мун схватил катану приставленную к стене у двери и распахнул дверь каюты, увидев самодовольное лицо Метьюза "Что-то случилось?" Восклицательно сказал Мун, с приподнятыми бровями и отдышкой от быстроты его действий, на которые его побудила тревожность. Мун — худощавый мужчина, имеющий бледную кожу от того, что еще не успел загореть на миссиях при полящем солцне, греческий нос, аккуратные тонкие губы и веснушки на щеках, вечно сонные глаза, а также тип лица "ромб.", темно карие глаза, черные и при этом гладкие волосы, они были всегда отведены в сторону, нарушая законы физики... Многие подозревают что Мун пользуется лаком для волос. Метьюз взглянув на неопрятность Муна, нежно и заботливо усмехнулся, поправляя собранные складки на его одежде. " — Еще ничего не случилось, но мы скоро прибудем к месту назначения. Если верить коммаедиру и предоставленной им информации, скоро мы доберемся до пиратов Белоуса." Метьюз — более опытный пехотинец с стажем шести лет на работе солдатом. На данный момент ему тридцать семь лет. Он обладатель грубого римского носа, тонких губ, хаотичной щетины на подбородке, прищуренных глаз и овальной формой лица. Мун облегченно вздохнул, услышал о том, что ничего котострафичного еще не произошло, его лишь волновал тот факт, что пираты белоуса довольно..сильные враги, если выражаться мягко. "— Ох, понятно...Как думаешь, мы справимся с этой миссией?" Метьюз лишь успокаивающе похлопал Муна по плечу и начал отдохить в сторону буфета, хлопая ботинками о палубу, ожидая что Мун пойдет за ним. Собственно, так и случилось, Мун побрел за Метьюзом с более спокойным выражением лица. "— Не могу сказать наверняка, Белоус серьезный противник, но с нами еще три флота, а также адмирал Кизару, ведущий нас к победе, илм же к поражению, лишь время покажет." Сказал Метьюз, сделав паузу для Муна, чтобы тот поразиышлял над этим. "— Но перед тем как идти в бой, ты должен быть сыт." Метьюз и Мун спустились в нижний корпус корабля к буфету. Мун думал над словами Метьюза, но когда дверьв буфет открылась и очаровывающий запах еды ударил в кго нос, он тотчас забыл о своих раздумьях. Увидев это, Метьюз тихо усмехнулся и зашел в буфет ведя за собой Муна. "— Сегодня у нас каша, надеюсь, тебе она нравится." С улыбкой произнес Метьюз. Мун охотно покивал и подошел к одному из столиков, замечая на его поверхности несколько тарелок с кашей. Он аккуратно сел за удлиненный стол на лавочку и взяв ложку в руку начал медленно употреблять пищу. Метьюз мягко улыбался, смотря на Муна. Он повторил за ним и начал есть. "— Нравится?" Мун энергично покивал с набитыми щеками и сглотнул. Как бы ни пытался Метьюз погворить с Муном, тот отталкивался от этого предложения. Для него разговоры за столом — невежество. Поэтому по окончанию их трапезе Метьюз наконец то смог утолить свою потребность в общении уже на палубе, опираясь о перила корабля. "— Ты знаешь что нибудь про адмирала Кизару?" поинтересовался Метьюз. Мун озадачено помахал головой и почесал затылок, чувствуя стыд за то что не имел должного представления о его способностях и личности. Метьюз покачаь головой, забавляясь невежеством Муна в этой теме "— Кизару довольно сильный адмирал за счет своего дьвольского плода. Он в каком то смысле человек-свет, такой же быстрый и неожиданный, ну, и разумеется сильный." Мун послушал Метьюза и его глаза засверкали восхищением "— Вау..с таким адмиралом до победы не долеко!" Метьюз поднял бровь и пожал плечами "— Ну, знаешь ли, я думаю что коммандиры пиратов белоуса ни капельки не отступают ему в силе." Блеск пропал в глаза Муна и он любопытно воскликнул "– Что? Тоесть, хочешь сказать что шансы не равны, даже несмотря на наше колличество и адмирала...? Тогда зачем нас отправили на миссию, понимая что мы скорее всего провалимся в ней?" Метьюз задумчиво пояесал подбородок "— В последнее время важные шишки принимают все более и более рискованные решения... К сожелению, мне кау простому пехотинцу не понятно чем они думают." Мун вздохнул и смотря на катану у своего пояся, положил руку на талию "— Пожалуйста..пообещай мне что нк умрешь." Сердце Муна раскалывалось от мысли что его товарищь столкнется с самой тетушкой-смертью. Глаза Метьюза слегка расширились, наблюдая боязнь Муна "— Эй! эй! Малыш, я не умру, мне еще жить и жить! Тебе тоже, так что не думай о плохом." Мун слегка улыбнулся и дружески приобняв за плечо Метьюза, он встал рядом с ним. "— Мы вернемся на базу морского дозора, целы и невредимы.." внутри Муна все еще царило беспокойство, но он знал, что его товарищь слов на ветер не бросает, просвет надежды появился в его глазах от мысли, что Метьюз не врал. Весь остальной день пехотинцы усердно готовились к бою с пиратами Белоуса, им тоже было нелегко от понимания, что это огромный риск. В их сердцах было что то преданное и доверенное выбору правительства. Когда на горизонте появился корабль Белоуса, а именно Моби Дик, все пехотинцы замешкались в тревоге и сомнении, они доверчли свои души удаче и ставили все на морской дозор. Корабли двух флотов шли вперед, чтобы окружить Моби Дик с двух сторон. Остальные два флота должны были окружить Моби Дик сзади и спереди, главное не облажаться... Следовательно плану, два флота проплыли вперед, еще немного и они смогут обхватить Моби Дик с двух сторон, как вдруг... Пушка на корабле Моби Дика издала кровожадный рев, снаряд полетел в левый флот морского дозора. Один из пехотинцев был в ступоре от страха, его глаза безнадежно и иронично распахнулись, когда тень огромного снаряда окружила его и... Пехотинец не успел даже произнести последнего слова в своей жизни, как вдруг снаряд ударил его в грудь и унес в каркас корабля, пробив и его. Он и не цспел почувствовать боли. Ребра издали зверский, нятяжной хруст, а затем удавилм пехотинца насмерть. Мун почувствовал как по его телу пробужали мурашки и настиг холодный пот, он понимал что ему нужно скорее идти в атаку, иначе егг ждет такая участь. Горько сглотнув он сжал кулаки и их флот встретился с носом Моби Дика. Морпехи начали перебираться на пиратский корабль, пока пираты продолжали таранить корабли пехоты, осознанно унося жизни многих людей. В тот момент Метьюз и Мун разошлись в разные стороны, в желании жить. Мун с разбега запрыгнул на перила и оттолкнувшийсь ногами он отправился в полет на палубу Моби Дика. Он удачно приземлился на палубу, слегка ударившийсь об нее при падении, но он не получил серьезных травм из за одежды и наличия опыта в этом деле. Он поспешно поднялся, и оглянулся, повсюду пираты... Крики людей и звон столкновения клинков. Мун почувствовал боль в сердце и учащенно задышал, хватаясь за сердце. "—Всегда будь на готове!" Произнес грубый, хриплый, незнакомый голос в сторону Муна. Он тут же обернулся и заметил пирата, его брови взлетели от неожиданности и он рефлекторно достал катану. Сделав шаг резкий в сторону он избежал столкновения с пиратом, тот упал на пол, но тут же поднялся, затевая битву с Муном. Мун отбился от пирата. От адреналина его руки перестали его слушаться и сделав гневный размах катаны, он нанес удар в колено. От боли пират ухватился за колено, а Мун от страха начал убегать, желая больше никогда не видеться с тем пиратом. Его сердце былось быстрее с каждым пройденным им метром, он чувствовал как в глазах размывалось изображение и организм давал сбой в ситуации, из за которой ему приходилось ставить ставку на свою жизнь. Во время его бега вдоль палубы, он видел вокруг себя сражения и краем глаза заметил знакомый силуэт... Это был Метьюз. Метьюз отважно сражался с другим пиратом, пиратом, чья сила превышала его. Псоледнее что видел Мун, это то как клинок пирата пронзает с отвратным хрустом грудь Метьюза. Его душераздерающий крик распространился словно огонь, за ним шла еще серия умоляющих криков пехотинцев. Катана выпала из руки Метьюза и убиймтвенно упала на пол, разбивая надежду Муна в жалкие клочки мусора. Тело Метьюза рухнуло, изливаясю горючей кровью, кровью которую он пролил по прихоти главных шишек. Мун ринулся к Метьюзу, тянув к гему ладонь чтобы добраться и постараться оказать ему медицинскую помощь. Мун ощутил сильный по своей голове, словно смертельный приговор. В тот момент Мун потерял сознание, не успев дотянуться на Метьюза. Веселые, пиратскик песни... Звук стучащихсч об палубу ботинок по предвестию завораживающего танца с побежой и любимой выпивкой. Трезвон пивных кружек, радостный смех... "—Я попал в рай?.." От музыки Мун медленно начал просыпаться...то что представлял себе Мун оказалось не раем, а настоящим адом. Мун был привязан к самому низу матчы. Его ужасно тошнило, он был готов в любой момент взять и отправить всю съеденную им еду наружу, но сдерживал себя. Его грудь сдавливал тонкий канат, так сильно, что он не мог спокойной вздохнуть, издав хриплый, истощенный стон, он опустил свой взгляд в пол, хватая ртом воздух чтобы не задохнуться. Он был исколечен, хотя сам не помнил чтобы так сильнотбыл ранен на поле боя. Ощущая как щекотно и обжигающе его кровь текла из ран, также впитываясь в ткань и без того грязной одежды, от этого ему хотелось как можно больше и больше выбраться. Взяв волю в кулак и собрав последние силы, он начал брыкаться, но это только усогубило ситуацию, так как боль в ранах, о которых он не знал возобновилась и его кожа натерлась об шершавую текстуру каната. Это привлекло внимание отдыхающих пиратов, они лишь усмехнулись от безпомощности Муна и продолжили свой праздник в честь победы над очередным выкрутасом морского дозора, хотя для многих это был просто повод напиться. Лишь один один пират не оставил морпеха без внимания. Встав из за стола, чьи то твердые шаги начали приближаться к юному пехотинцу. Мун слышал это и был готов поклясться о том, что это его смерть, подходит все ближе и ближе... "— Эй." Произнес чей то лояльный голос. Мун болезненно поднял голову на пирата, человек перед ним оказался командиром первой дивизии пиратов Белоуса...Марко Феникс! Мун не имел понятия кто это и лишь устало моргнул. Марко видел боль пехотинца, но решил не идти на поводу у безобидной внешностью, юный морпех мог оказаться волком в шкуре овцы. "— Назови свое имя, йой." Непринужденно сказал Марко, смотря на пехотинца сверху вниз и положив руку на бедро Мун лишь опустил вниз голову, понимая что не сможет произнести и слова, из за морального и физически, ужасного состояния. Марко поднял бровь, заметив, что парня слишком туго завязали. Он решил слегка ослабить канат, понимая что в таком состоянии юный пехотинец не сможет ничего сделажать даже если выбериться, да и катану у него забарали, ради безопастности. Мун почувствовал сильное облегчение, словно глоток холодной воды после продолжительной жажды. Он вздохнул и полу-закрытыми глазами смотря на Марко, неосознанно показывал ему свое истощение и усталость. "— Лучше? Йой." Все также непринужденно скзаал Марко, не давая надежды на нежность. Мун слегка покивал головой. Марко решил сотавить пехотинца в таком состоянии на некоторое время чтобы дать ему отдых и свободу над раздумьями. Он отошел к перилам, уперевшийсь к ним и сложив руки на мускулистой груди, он наблюдал за пехотинцем. Это продолжалось некоторое время. Мун понял *"— Я в плену."* эта мысль проплыла в бескрайнем потоке его мыслей. Пираты взяли егр только ради информации, в которой они нуждались. Двоим пиратам было поручено провести допрос над пехотинцем, чтобы вытрясти из него всю иныормацию, что он держал в своей маленькой и бестолковой голове. Вскоре, Мун услышал синхронные шаги к нему двух пиратов, Харуто и Бленхейма. Они были готовы на все, чтобы выжить из него все соки и узнать о том, что их интересовало. Мун слушал эти шаги как похоронный марш, пришедший за ним и с каждой такой секундой ему казалось что он вот-вот упадет в обморок. Харуто встал напротив пехотинца и безжалостно схватив его за подбородок подняв его вверх, чтобы тот смотрел ему в глаза, в его пиратскую, грязную душу. Мун издал жалостный стон, когда его голову приподняли вверх. На лицах Бленхейма и Харуто появились самодовольные ухмылки, допрос был начат... Марко наблюдал со стороны с интересом и неким любопытсвом, все продолжая думать над этой ситуацией. Ему казалось что пехотинец был слишком молод...Подозрительно молод для солдата. "— Я ничего не скажу!..." сдавленно крикнул Мун, давая понять что не собирается разглашать информацию, которую знает. "— Ох, значит так?" С ноткой раздражения сказал Бленхейм, но ему также нравилось давить на пехотинца в паре с Харуто. Они продолжили словесно давить на него, им казалось что он был достаточно слабым духом, чтобы долго молчать, но все оказалось иначе. "— Я ничего не скажу.." из раза в раз пираты слышали это, они поняли что задача данная им, будет выполнена не так легко как планировалось... Слыша один и тот же ответ они теряли свое терпение и в конце концов, прибегнули к рукоприкладству. "— Посмотрим, как ты заговоришь после этого.." Харуто угрожающе сжал кулаки, вены на его руках выступили, от чего сердце Муна забилось быстрее. "— У тебя есть последний шанс, скажи нам все что знаешь." Бленхейм покивал головой с зловещей улыбкой. Мун понимал что на кануне его душа, сжав челюсти, его зрачки сузились и он хрипло сказал "— Я ничего не скажу... Не для того я плыл с-сюда.. чтобы просто так вам все рассказать!" Мун нервно дышал, понимая что подписал себе смертный приговор. После этих слов кулак Харуто направил кулак в сторону живота Муна. Он закрыл глаза, понимая что сейчас произойдет... С губ Муна сорвался умоляющий и болезненный крик Муна в перемешку с скулкжным стоном. Его тошнота усилилась в два раза и он невольно опустошил свой желудок, отправив утренюю еду в перевареном виде на пол. Пиратов это не остановило, хотя от запаха они поморшились. Бленхейм посмотоел на Муна и вновь схватив его побородок грозно и твердо сказал "— У тебя есть второй шанс, расскажи все что знаешь." Мун в дрожи отказался, покачав головой, от этого пираты озлобились сильнее. "— Идиот.." сказал Харуто и с разворота ударил Муна в щеку. Юный пехотинец чувствовал освежающую в плохом смысле боль, один из его зубов выбился и сделав передышку, он выплюнул его вместе с сгустком крови. Из его рта медленно текла струя красной, жидкости. Наблюдая за этим, Марко слегка обеспокоился за здоровье пкхотинца, он понимал, что парни наверняка, перегибают палку, но попытался подавить в себе чувство жалости. Это был по прежнему солдат, и он не должен был чувствовать к нему жалости. Харуто и Бленхейм продолжали избиение юного пехотинца под предлогом выдать им заветную информацию, в которой они так нуждались, но пехотинец каждый раз давал один и тот же ответ. Мун начал чувствовать, как теряет сознание от усталости и переживаемого им стресса, но пираты не давали ему и в вздохнуть. Марко понимал что если пираты продолжат такой допрос, то в конце концов юный пехотинец просто погибнет и пираты ничего не узнают. Муна начало клонить в сон, он опустил свою голову вниз от безнадеги, Харуто это разозлило и с кривой ухмылкой он поднял руку, готовый ударить юного пехотинца чтобы пробудить его. В момент когда ладонь Харуто поднялась вверх готовая опуститься в любой момент для заветного удара, ее вдруг кто то схватил за запястье. "— Остановись, йой." Сказал Марко, крепко удерживая Харуто. Тот недовольно обернулся через плечо и поднял бровь в неудовлетворенном жесте "— Что? С чего бы?" Возмущенно сказал Харуто. Чувствуя упрямость Харуто, Марко слегка раздраженно вздохнул "— Мы собираемся извлечь из него максимум информации, так? Йой. В таком состоянии он тебе не сможет ничего сказать. Дай парню время на отдых." Харуто развернулся к Марко и нахмурившийсь воскликнул "— С каких это пор, ты защищаешь солдат морского дозора?" Марко отпустил Харуто, понимая что тот будет занят разговором с ним и не станет причинять вред пехотинцу. "— Потому что ваши методы слишкои жестокие. Посмотри на него, он всего лишь ребенок, йой." Харуто усмехнулся и сложив руки на груди "— Мне плевать ребенок это или нет, он солдат, тебе нужно принять это." Марко поднял бровь, иногда посматривая на дремлющего пехотинца. "— Безусловно, это солдат, но вы посмотрите на него. Кожа да кости, какой же он солдат? Я буду неудивлен, если он новичек в своем деле, йой." Харуто помахал головой, ощущая противоречивые эмоции, ему быдо плевать на то, был ли он опытен или нет. "— Ты так заботишься о его благополучии, не так ли? Так почему бы тебе теперь не вязать солдатам моской пехоты свитера?" Марко раздраженно, но терпиливо вздохнул. "— Пехотинец или нет, он по прежнему человек, заслуживающий к себе человеческое отношение. Твои методы слишком жестокие, понимаешь? Йой." Харуто цокнул и стиснув челюсти сказал "А что ты предлагаешь? Дать ему отдых? Нам нужно узнать все сейчас." Марко был позабавлен невежством Харуто, но все равно чувствовал неприязнь к его способам расколоть людей. "— Будь более терпелив. Лучше скройтесь с моих глаз, я буду его допрашивать." Харуто перескочил с ноги на ноги, слегка поменяв положение тела "— Один? А если он нападет на тебя?" Несмотря на то что Марко и Харуто на данный момент имели разногласия, Харуто проявлял переживание и заботу за благополучие Марко, хоть и не самым приятным способом. Марко усмехнулся, ухмылка тронула уголки его губ "— Что он мне сделает? Он, вон, еле двигается." Посмотрев на сопящего Муна, Бленхейм и Харуто убедидись в безопастности Марко, они неохотно насали уходить "— Почмотрим, сработает ли твой сказочный способ, будет интересно посмотреть на твою физиономию, когда ты поймешь что мы были правы." Сказал Бленхейм, а Харуто кивнул и добавил "— Знай, если ничего не сработает, мы будем готовы прибегнуть к нашим методам." Насмешлмво сказал тот, давая понять что на счету не только жизнь юного пкхотинца, но и правота Марко. Когда пираты наконец скрылись из виду, Марко медленно подошел к привязанному, спящему пехотинцу. Он опустился на колени, смотря на его слабое и при этом уязвимое состояние. "—Бедный ребенок..йой."