Спорный вопрос

      Впервые, находясь в этом доме Мукуро остался в сознании к ночи. Обстановка ко сну совершенно не располагала. Слова и поведение Хибари выходили из рамок привычного, заставляя обдумывать вечерний разговор раз за разом.

POV Мукуро

Чувства к Кее, о чем он, блять?! Буквально неделю назад, единственное что я о нем думал это то, что он сильный боец с завышенным ЧСВ. Вспыльчивый, злопамятный, до тошноты педантичный. Вроде как ненавидит меня, за проигрыш в Кокуе. Но мне казалось, что это уже скорее по привычке. Сейчас же я его ненавижу в разы сильнее. Хотел взаимности в своей ненависти?! Блять! Не нравится мне все это. Он словно одержим. Он и раньше был с прибабахом, но сейчас он словно другой человек. Хм. Может это не Кея? Надо прощупать его. Что я знаю про Хибари Кею? Любитель дисциплины, желтых канареек и хороших драк. Охуенно много информации. Ладно будем импровизировать, как всегда. А если это все же он, просто крыша подтекает? Хотя какая разница, он не он, за то что сделал в любом случае убью. Осталось выбраться. А если все таки это он, просто под воздействием чего-либо. Вонгольские чудо-гении вполне могли учудить и не уследить. Или на задании чего подхватил. Это все вполне возможно. Тогда не убивать? Покалечить и сдать вправлять мозги. В Кокуё я отделал его сильнее, чем он меня сейчас... Перевожу взгляд на пострадавшую руку. Осторожно шевелю пальцами. Отзываются болью, но все двигаются, вправил правильно. Память подбрасывает картинку как Кея бинтовал руку, а после... Он лизнул меня?! И что значило это облизывание? Унизить пытался? Нет, он точно не в себе. Еще и это "мы сами выбрали этот путь". Куда, а ад? Не понимаю... Блять, да что происходит.

Конец POV

Мысли крутились по кругу сменяя друг друга и возникая вновь. Мукуро разобрал вчерашний разговор едва ли не по буквам, но лишь окончательно запутался. Чего добивается ненавидящий его человек и ради какой цели он все это делает. Единственный вывод к которому он пришел это то, что Кея, это не Кея, так или иначе. Так за попыткой разъяснить ситуацию иллюзионист провел всю ночь. Когда утро вступило в свои полные права, Мукуро решил смыть тяжелые раздумья холодной водой. В это самое время Хибари еще отдыхал в своей комнате. Задурманенное сознание показывало ему сон. В этом сне Рокудо ушел из его объятий к другому. - Раз ты не хочешь сделать меня своим, я буду его - соблазнительно улыбаясь, Мукуро обвил руками шею хранителя дождя и впился страстным поцелуем в его губы. Кея пытался возразить, вернуть, но он был словно связан по рукам и ногам, а звуки застревали в горле. Проснувшись от кошмара Хибари еще видел как уводят его добычу. Чтобы успокоить нервы, он отправился в комнату Мукуро. Иллюзиониста там не было.

POV Мукуро

Выхожу из ванной комнаты. После умывания стало едва ли легче, сознание заторможено, голова тяжелая. Перед глазами появляется злой как черт Хибари. Какая собака его с утра уже укусила? Меня хватают за шкирку, протаскивают до дивана и швыряют на него. Кажется я приложился головой об подлокотник или из-за того что не спал ночь, на секунду темнеет в глазах. Когда картинка восстанавливается, лицо Кеи прямо напротив моего. На меня смотрят глаза безумца, раньше я не видел такого взгляда. - Задумал сбежать? - яростно выплевывает Хибари - ноги переломаю! В подтверждении своим словам, Кея выпрямляется и хватает мою ногу задирая вверх. Готовлюсь пнуть его второй конечностью, соображая куда лучше целиться. В это время Хибари вздрагивает, как от наваждения, и шепчет - перерезать сухожилия. После этого он уходит из комнаты. Пользуясь заминкой, поджимаю ноги и создаю иллюзию заменяя их на иллюзорные. Тело пронзает заряд, но ничего и не такое терпеть приходилось. Главное чтобы Хибари не тронул меня, заряд может перескочить на него и он все поймет. Кея возвращается с ножом. На его лице нет ни одной эмоции, только глаза выдают его невменяемое состояние, зрачки расширены, как под наркотой, может он принимает чего? Хибари вновь берет мою ногу, в этот раз иллюзорную, вроде не заметил. Ток хоть и не сильный, но уже начинает напрягать, закусываю губу и максимально концентрируюсь на иллюзии. Левая, надо запомнить. От резкого движения ножа по ахиллову сухожилию вздрагиваю от фантомной боли. Из пореза сочится кровь, нарочно немного. Хибари счастливо скалиться осматривая свою работу. - Пока ограничимся одной, - откладывает нож на стол, отпускает ногу и тянет руку к моей голове. Максимально отстраняюсь. Инквизитор вновь вздрагивает, счастье сменяется испугом и он вновь покидает комнату. Времени мало. Развеиваю иллюзию, хватаю нож и делаю идентичный неглубокий порез на своей ноге. Разгоняю кровь выжимая ее из ранки, чтобы было правдоподобнее. Едва успеваю вернуться в исходное положение, как входит Кея. К моему облегчению осматривать еще раз рану он не стал, просто приложил компресс для остановки крови и сделал перевязку. Завершив свою работу Хибари вновь вышел, унося аптечку. Опрокидываю голову на подушку, кажется обошлось, тело расслабляется после шоковой терапии, сознание меркнет. Резко открываю глаза, кажется все таки отключился. Сажусь, для удобства. Замечаю рядом с диваном костыли. Пиздец. Мучитель сидит напротив меня в кресле читая какие-то документы. - Ты отключился на полчаса, - информирует меня Кея, - есть хочешь? Хоть от голода сдохну от тебя ни крошки не приму. Благоразумно решаю промолчать. - Злишься? Не надо, пойми, все что я делаю для твоего блага. Хуяга. Для своего блага я расчленю тебя на тысячи кусочков, чтоб даже самый опытный патологоанатом не смог собрать этот пазл, вот только выберусь. - Ну что мне сделать, чтобы ты не злился? - Убейся об ближайшую стену - вздрагиваю от понимания, что ответил вслух. Хибари неожиданно заходится в хохоте. Он перемешается ко мне на диван и приобнимает за плечи. - Ну раз ты уже шутишь, то все не так плохо, - а затем ухо шепчет - Я же знаю как ты меня любишь.       После проводит носом от уха по шее. От ужаса по телу пробегают мурашки. - Воды! Я хочу воды, - придумываю как избавиться от нежелательного контакта с явно поехавшим Кеей. Тот пару секунд смотрит на меня удивленно, затем над чем-то смеется и уходит. Жутко, вот теперь по настоящему жутко. От оцепенения выводит стакан с водой, что протягивает мне недавно выявленный псих. Завороженно смотрю через толщу стакана на отпечатки. Мой шанс. Аккуратно, чтоб не перебить их, беру стакан. Делаю пару глотков под пристальным взглядом. Хибари стоит надо мной не уходя. - Если ты все, отдай, я отнесу на место - после пары минут гнетущей тишины просит он. Что делать, если отдам он сотрет отпечатки и я снова в пролете. Если не отдам он что-то заподозрит, но я больше не хочу здесь находится. Разбить? Осколки же он мыть не будет. Возвращаю стакан, и как бы ненароком посуда выскальзывает из рук и летит на пол. Идеально, пару маленьких сколов и большая трещина, не разбился, но и уже не пригоден. Кея поднимает стакан, и судя по звуку с кухни отправляет его в мусорное ведро. От маленького успеха даже настроение приподнялось, до желанной свободы осталось лишь рукой подать. Даже перебросился со своим тюремщиком парой фраз. Узнал что сегодня суббота. Что скоро он уйдет в Вонголу по делам и хранителю Дождя надо молиться, чтоб не попасться на глаза Кее. Интересно с чего бы? Еще то что у Хиберда брачный период, поэтому его не видно. Вот уж ценная информация. В общем то все складывается не так уж плохо. И вот Хибари ушел облачаться в свой излюбленный костюм, а я в предвкушении ждал свободы. Кея заглядывает ко мне, чтоб оповестить о своем уходе, а мое настроение уходит в отметку минус. В его руках черный пакет с мусором... После щелчка замка выходной двери мчусь на кухню. Мои подозрения оказались верны, это подтверждает новенький пакет для мусора. От разочарования хочется рвать и метать. Не поддаваясь отчаянию, провожу очередной поиск отпечатков, когда-то же мне должно повезти. Видимо не сегодня. Бросаю костыли у дивана, которые носил с собой для конспирации и устало сажусь. Что делать дальше? Хибари свихнулся. Я в плену у психа, безумие которого судя по поведению растет в геометрической прогрессии. Понаблюдав за ним днем сомнения исчезли. Сейчас он опасен как никогда. Может в Вонголе заметят? Смеюсь над своей же наивностью.