спокойной ночи

Рука болит так сильно, что Сибе приходится применить все свое очарование, чтобы умолить Хинао сесть за руль; у нее какая-то проблема с тем, чтобы водить (не любит, говорит Хинао; скорее всего нарушает, догадывается Сиба), она ворчит немного, что он простофиля и не уследил за собой, но все же садится крутить баранку. Шаль забирается к нему на колени, чтобы подлечить больное место — Сиба уверен, что атака мелкого Сазанами, похожего на злобного терьера, сломала ему кость, причем так хорошо сломала, что он едва может ею шевелить, чтобы не морщиться и не пыхтеть, как старый дед. Это, разумеется, мысленная аллегория — услышь ее Хинао вслух, то рассмеялась бы и сказала, что он старый дед и есть. И есть в этом доля правды… По-хорошему, стоило бы сначала вылечить мальчишек, но Сиба намеренно просит Шаль подождать. Кое-как он помогает им двоим дойти до тачки: что Тихиро, что Хакури совершенно выбиты из сил, даже стоять не могут. Само собой разумеется, после того спектакля, который они устраивают. Сиба даже не знает, восхищаться ему или пугаться — он решает оставить эту мысль на попозже, когда и сам не будет мучиться от боли. Позволяет Шаль поудобней устроиться у него на коленях, обхватить руку тонкими пальчиками, и пока она радостно щебечет о мальчике, которого они с Тихиро спасли от глупой смерти, он поднимает взгляд на зеркало заднего вида. Он просит Шаль сесть к нему, чтобы не мешать им двоим. Очевидно, что мальчик Сазанами испытывает нечто сродни восхищения и лепета перед Тихиро. Это очень забавно. Забавно и то, как быстро Тихиро его принимает и доверяет, что на него обычно не похоже — он так просто к себе людей не подпустит, ну, кроме детей. Эта странная обоюдная симпатия вынуждает даже Сибу отнестись к Хакури менее подозрительно, хотя он все еще ищет по нему информацию на случай шпионажа (и ничего не находит). Мальчишки разваливаются на заднем сиденье, оба измученные и уставшие, но, главное, живые. Тихиро потрепан и измотан, но хуже всего приходится Хакури — кровь из носа у него перестает течь, но все лицо в ней вымазано, зрелище страшное. Видя это, Хинао роется в бардачке и сует ему пачку влажных салфеток. Не спрашивайте владельца машины (Сибу), зачем ему нужны такие. Ни за что не угадаете. (чтобы мыть стекла, разумеется) Тихиро хватает пачку первым. Достает одну салфетку и начинает с усердием, достойным обессиленного юноши на грани обморока, вытирать лицо Хакури, а тот только ойкает, дергается, но все равно позволяет ему вытереть себя. Потом благодарит тихонько и добавляет внезапно замученным голосом: — Я так устал… Все мы устали, думает Сиба. Но Хакури — больше всех. Он и сам это понимает; не удивляется ничуть, когда тот вдруг кренится вперед и падает на руки Тихиро, уже без сознания, что тут же его подхватывает и в панике глядит на Сибу в зеркало заднего вида, и у него опять это напугано-серьезное лицо, выглядит комично, как две не сочетающиеся совершенно вещи. — Не бзди. Он просто устал. Поспит пол денечка и будет как огурчик. — Ты уверен? — Ой, Тихиро, я сам по молодости выпендривался с магией и доводил себя до крайностей. Поверь. Если он сумел выдержать весь аукцион, то все будет в порядке. Тем более у него кровь гуще, чем у кого-либо из нас. Ну, может кроме Шаль, — та гордо хихикает. — Так что расслабься. У него просто слишком много всего произошло за день. Начиная от раскрытия таланта и заканчиваю… гм, всем остальным. Ответ не очень убеждает Тихиро, заметно по тому, как тот скептично хмурит брови, но возразить ему нечем; он просто устраивает голову Хакури у себя на коленях и прижимает к его лбу ладонь. Гладит по волосам. Ох, отходняк после такого использования духовной энергии будет жуткий, Сиба знает по себе. Тихиро тоже в курсе — всего пол месяца назад ощутил на себе и потом валялся в постели несколько дней совершенно без сил. Но ничего. Теперь им спешить особо некуда, разве что до сделки с Кагари Хиюки. Можно отдохнуть всласть. Тихиро будет полезно — он уже целый месяц без отдыха все бежит и бежит, сначала за Содзе, а потом — на аукцион. — Тебе бы тоже отдохнуть. В нормальном состоянии Тихиро бы возразил. Нашел бы повод отказаться. Но сейчас он просто кивает, и это говорит о многом. Покорным он бывает только когда все плохо, но аукцион завершен, с Кагари Хиюки… вроде бы договорились. Можно расслабиться, отвлечься. — Что будете делать дальше? — лениво интересуется рядом Хинао. Когда она проезжает на красный свет светофора, Сиба мысленно молится, чтобы ему не прислали штраф. Хотя он и так укрывает преступника от правительства, куда хуже-то? — Пока отдохнем. Потом… я свяжусь с Азами. — Что, пойдете сдаваться? Хинао намного догадливей, чем любит казаться. Когда Сиба категорично фыркает, она вытягивает губы в тонкую улыбку. — Выбей у них страховку на ремонт моего кафе. Это же их ошибка, да? Что они упустили Содзе. Вот пусть теперь все и чинят. — Хинао, родная моя, эти люди тебе не то, что не возместят ничего, начнут докапываться, почему мы с тобой один раз пили кофе. Поверь, ты не хочешь связываться с этими крысами. — Но с тобой же я работаю. — Эй! Сиба должен обидеться, но он лишь вздыхает грустно, весь из себя задетый столь жестоким сравнением. Потом откидывается в кресле назад и чуть прикрывает глаза, пока Шаль продолжает колдовать над его рукой — та перестает болеть так сильно, лишь отдается тупой болью. Хорошо, что ради этой девочки Тихиро полез в пекло… Плохо так говорить, конечно, но он слишком привык мыслить подобными величинами. Выгода и это все. Он едва не вздрагивает, когда Хинао вдруг шикает: — Смотри! И Сиба вместе с Шаль оборачиваются назад. Ну, это было ожидаемо — вымотанный в бою, Тихиро продержался не сильно дольше Хакури, и сейчас, навалившись на него сверху, засыпает таким же крепким сном. Давненько Сиба не видел его столь умиротворенным. Но сейчас все в порядке; у них есть план, есть время, чтобы отдохнуть, а еще у Тихиро появился еще один верный товарищ… Он лишь скептически хмыкает, видя, как Тихиро сжимает в руке пальцы Хакури, затем отворачивается. Замечает на себе любопытный взгляд Шаль. — Что такое? Та молчит пару мгновений, потом поднимает убийственно серьезный взгляд на Сибу и буркает: — Надеюсь, я не увижу всех этих муси-пуси между ними, мне не понравилось еще в маминых сериалах! Хинао за водительским сиденьем громко хрюкает от смеха. Сиба же мужественно сдерживает смешок, понимая, что, кажется, придется разочаровать Шаль. Видел он этих детишек, прекрасно знает, на что они способны. О, все только начинается… Шаль капризно поджимает губы. Кажется, она тоже все прекрасно понимает.