В мерцании светил

Мне стало нравиться молчать,

Так проще быть самим собою,

Я ухожу рассвет встречать,

Чтоб насладиться тишиною.

Снег был везде. Он покрыл каждый сантиметр улицы, окрасил весь путь белым цветом и бил мелкими снежинками по лицу, заставляя морщиться. Ветер был холодный. Ладони обдувало сквозь варежки, пальцы ног давно не чувствовались, как и щеки. Остановиться в этом затхлом, полуразрушенном здании было хорошей идеей ровно до того момента, как все не легли спать, укутавшись в холодные спальники, которые должны были спасти от холода. Должны были, но совсем не спасали, ведь разбитые окна обдували комнату ледяным потоком воздуха, попутно покрывая подоконник толстым слоем снега. В помещении было тихо. Уже как час назад все легли спать, Анна тихо сопела по соседству, Грег беспокойно ворочался. Казалось, только Лэйн катастрофически не хватало воздуха из-за чего сон никак не приходил. Тихо, чтобы никого не разбудить, она выбралась из спальника, обулась и накинула теплую куртку, чтобы выйти на улицу. Деревянная дверь глухо скрипнула, со свистом впуская ветер, но уже через секунду девушка её закрыла с другой стороны. На улице было темно. В метрах десяти от здания стояли снегоходы, около них спиной к Лэйн сидел Пилеон. Его массивные бордовые крылья выглядели крайне пугающе в такой обстановке, сам он смотрел в гущу леса, болтая ногой. Что он мог делать всю ночь? Прежде чем Лэйн успела озвучить вопрос, послышался хриплый кашель откуда-то сверху. Мелкая россыпь мурашек пробежали по её спине, стоило только подумать, что Каин сейчас там, на крыше. Они не разговаривали почти четыре дня, хотя, скорее, он просто игнорировал её существование. На общих сборах он предпочитал стоять поодаль от них и спиной к Лэйн, чтобы не было шанса на зрительный контакт. Он упрямо делал вид, что её не существует, и она бы соврала, если сказала, что такое поведение не обижало. Быстро, пока не передумала, Лэйн обошла здание и нашла сомнительную, полусгнившую лестницу, ведущую на крышу. Руки вцепились в ледяную тетиву, ноги осторожно переступали ржавые ступени, которые ужасно поскрипывали. Схватившись за карниз, она наконец оказалась на крыше. При свете луны были видны разрушенные части, мусор в углах и массивные белые крылья, которые растянулись по грязному полу. Каин сидел, облокотившись о широкую трубу, будто совсем не замечал чужого присутствия. Хотя, скорее, он сразу понял кто посягнул в его пространство, поэтому не удосужил гостя хотя бы взглядом. Тихо шагая в его сторону, Лэйн сильнее запахнулась в куртку и присела в паре метров от ангела. Его глаза были закрыты, лицо не выражало никаких эмоций, но она точно знала - Каин не спит. Как в их первую встречу. -Что ты здесь делаешь? Лэйн чувствовала себя странно, когда сидела перед ангелом и ожидала ответа. Будто за эти четыре дня они стали совсем чужими. В чём была её вина? Почему Каин избегал её так, будто она предала его, их дружбу? Даже сейчас он не открывал глаза, будто всем видом показывая, что не намерен обращать на неё внимания, словно он закроет глаза и Лэйн не окажется рядом с ним. -Почему игнорируешь? Он её раздражал. Возможно, даже больше, чем Кира. Ей Лэйн никогда не доверяла и не станет, а вот Каину хотелось верить. Он был другим, отличался от всего отряда, был сам по себе и не бегал за Дмитрием. Каин следовал за своими интересами и в нем Лэйн увидела нечто похожее на себя. После падения в полёте она пообещала, что не подпустит ангела и ближе, чем на десять метров, но невидимые нити тянули к нему, молили дать шанс. Каин тогда попросил прощения и пообещал, что такого не повторится, а Лэйн хотелось верить ему. Поэтому, когда в нужный момент он снова исчез, она чувствовала полное опустошение. Каин, которому она доверилась, будто плевать хотел на неё. Каждое его слово стоило умножать на сто и делить на ноль, но Лэйн не смогла. Или не хотела. Поэтому сидела на крыше как полная дура и ожидала хоть какой-то реакции от бессмертного. И дождалась. -Уходи, Лэйн. Ровный голос ангела разрезал тишину ночи. Он так и сидел, закрыв глаза. -Почему игнорируешь? - Лэйн сказала громче, четче, чтобы Каин понял. Она спрашивает не только про этот момент, а в целом. -Потому что не хочу видеть. Ответ не заставил долго ждать. Глаза Каина загорелись красным, брови нахмурились, а голос стал грубым, холодным. Он впервые за эти дни смотрел прямо в глаза Лэйн, ожидая, что она встанет и уйдет, но нет. Только не сейчас, когда он сказал больше двух слов. -С чего это вдруг? -Прекращай и уходи. Губы бессмертного скривились, весь вид указывал на нежелание общения с ней, но Лэйн не привыкла уходить без ответов. Она узнает в чем причина и только после этого подумает, почему из-за его слов сердце сжалось в болезненном импульсе. -Ты ведешь себя слишком странно, даже для самого себя. Каин лишь закатил глаза и повернул голову в другую сторону, чтобы не смотреть на неё. Хотя, если бы он и правда не хотел этого разговора, давно бы улетел. Как и делал прежде. -Пару дней назад не отходил от моей кровати, а сейчас не хочешь видеть? -Да. Он быстро встал и уже раскрыл крылья, намереваясь улететь, но Лэйн вдруг поплохело от осознания, что после этого разговора потеряет что-то гораздо большее, чем просто сомнительного приятеля из отряда. Стоит им добраться до «Адама», как Каин затеряется и может покинуть отряд, а этого она не хотела. Не сможет продолжить спокойно жить, зная, что их последний разговор оборвался даже не начавшись. Поэтому она взяла снова всё в свои руки. -Снова оставишь меня, когда так нужен? Эти слова вышли такими отчаянными, будто ещё немного и она заплачет. А Лэйн не плачет, она вообще не испытывает никаких эмоций, но рядом с Каином что-то предательски ломается. Ранее неизведанные чувства наполняют тело, заставляя идти на такие действия, как это. Зато Каин остановился, стоило только услышать эти слова. В темноте удалось разглядеть, как его грудь тяжело опустилась, словно одно нахождение рядом с Лэйн было сродни пыткам. От этого стало неприятно, обидно. -Вот именно, Лэйн. Он резко повернулся в её сторону, а его глаза снова горели красным. В нем бушевали эмоции, от прежнего безразличия не осталось и следа. -Я бросал тебя каждый раз. В полёте, в библиотеке. Каин приближался, медленно ступая по каким-то осколкам, которые хрустели под ботинками. -И чуть не убил в подземелье. Лэйн нервно сглотнула, когда он оказался в шаге от неё, смотрел горящими глазами и источал злобу. Только одного не могла понять, кто и зачем ему рассказал, что она по собственной глупости побежала успокаивать его в ипостаси Серафима. -От кого узнал? - ангел громко фыркнул. -Неважно. Жаль не от тебя. Они стояли на расстоянии полуметра, смотрели глаза в глаза и не могли даже отойти. Четыре дня друг без друга оказались мукой, но ни один не произнесет этого вслух. -Ты обещал быть рядом. -О какой моей защите может идти речь? Тебя надо защищать от меня. Хоть Каин и пытался, но ему не получилось скрыть, с каким трудом ему дались эти слова. Его глаза перестали гореть, теперь они источали боль, пусть он и держал эмоции при себе. -Я сама виновата. Дмитрий предупреждал, что ты не узнаешь никого, но я глупо понадеялась, что… Лэйн резко остановила себя. Она сказала слишком много и стояла слишком близко к горячему тела Каина. Он подошел ещё ближе и уже с вызовом смотрел ей в глаза. -Почему ты не побоялась меня, Лэйн? -его теплое дыхание вызвало очередной поток мурашек по спине. -Подумала, что могу что-то значить для тебя, - он сильно зажмурился, как будто слова доставили физическую боль, - И поэтому ты не навредишь мне. Последние слова были сказаны так тихо, казалось, холодный ветер уволок их с собой, но Каин прислонился лбом ко лбу Лэйн, все ещё жмурясь и с силой сжимая челюсть. Лэйн закрыла глаза, опасаясь разрушить столь хрупкий момент. Каин никогда не был так близко. И эта близость была не только физической. Лэйн чувствовала, что что-то меняется, Каин прижимался к ней так, будто боялся отпустить, не хотел, чтобы этот момент прекращался. И этот ангел не был похож на заносчивого и язвительного бессмертного, каким был весь месяц, сейчас он впервые показался настоящим. Большая теплая ладонь легла на шею Лэйн, отправляя мелкие импульсы тока по всему её телу. -Лэйн, я боюсь тебя потерять. Она резко открыла глаза, не веря в услышанное. Сердце билось так громко, так быстро и что-то внутри сжалось от интонации, с которой он произнес это. Точно так же отчаянно она говорила десять минут назад, когда желала, чтобы он не уходил. Его глаза всё ещё были закрыты, белоснежная челка щекотала скулы, а губы были сжаты до побеления. Она никогда не видела напуганного Каина, но сейчас он и вправду выглядел встревоженно. Словно по наитию, Лэйн положила ладони на его плечи, ощущая крайнее напряжение его мышц. Он едва заметно вздрогнул, когда почувствовал осторожные движения рук от плеч к шее и тяжело сглотнул. Впервые за всю жизнь она чувствовала, что действует правильно. Не так, как надо, а так, как хотелось. Ей хотелось прижиматься к Каину, хотелось проводить время и видеть каждый день и если раньше Лэйн сомневалась, нужна ли бессмертному её дружба, то сейчас поняла, что ему нужно нечто большее. Вторая ладонь Каина прижалась к талии, согревая теплом участок на куртке, а правой он медленно очерчивал линию челюсти. Они стояли так уже несколько минут и Лэйн поняла, что после признания Каина, она ничего не хочет больше, чем прижаться к нему сильнее. Сама от себя не ожидая, она поцеловала ангела. Теплые и сухие губы Каина были неподвижны несколько долгих секунд, но потом он притянул Лэйн ближе, прижимая её тело к себе и закрыл их своими крыльями, чтобы никакой ветер не протиснулся между ними. Этот поцелуй не вышел кротким, неуверенным, а наоборот. Они оба желали этого давно, поэтому жадно сминали податливые губы. Язык Каина коснулся языка Лэйн и оба возбужденно прижались друг к другу, сокращая расстояние до нуля. Он начал целовать щеку, плавно опускаясь к прохладной шее, одаривая кожу горячими и влажными поцелуями, от которых колени Лэйн предательски подкашивались. Она млела от его мягких губ, от его сильных рук, которые держали за талию и не давали упасть от переизбытка эмоций. Каин слегка прикусил мочку уха и томно произнес: -Останови меня. От одного его возбужденного голоса она не сдержалась и застонала, потому что то, с каким тоном он это произнес, стало едва ли не самым прекрасным звуком, который она слышала в своей жизни. -Каин… Лэйн успела услышать, как громко он выдохнул, стоило только услышать как она произнесла его имя. Оно утонуло в стоне и было произнесено с придыханием, что даже она не признала свой голос. Ангел снова поцеловал Лэйн, уже более трепетно, спокойно. Провел языком по нижней губе девушки, прикусил её и слегка оттянул, снова сдерживая стон. Ещё минуту они стояли прижавшись лбом ко лбу, пока Каин не заговорил. -В следующий раз, Лэйн. Не хочу, чтобы ты заболела на холоде. Она хотела было возразить, но будто очнулась. Тепло стало из-за белых крыльев, которые не пропускали ветер, теплых рук ангела и если бы они продолжили, её бы обязательно знобило на утро. И пока она желала Каина здесь и сейчас, он думал наперед, что заставило сердце, которое и без того билось в сумасшедшем ритме, колотиться ещё быстрее. Лэйн обняла его за шею, уткнулась носом в ключицу бессмертного, вдыхая его неповторимый запах. -Пообещай, что будешь рядом, - шепотом, чтобы не разрушить этот миг. -Теперь точно. Каин прижался губами в макушку и закрыл глаза, запоминания этот момент и ощущения самой первой и такой долгожданной близости. Сейчас не было никакого апокалипсиса, отродий и книги, поэтому они не торопились отпустить друг друга. Всё это появится завтра и послезавтра. У них не будет много времени, чтобы стоять вот так, но теперь есть причины бороться за тот мир, в котором в свободное время, они будут друг у друга.

Мне стало нравиться смотреть

Как дождь стирает эхо звуков,

Как ночь боится умереть,

И просит взять ее за руку.

Мне стало нравиться любить,

Так просто, сняв чужие маски,

В прошедший день порвалась нить,

Я разучился верить в сказки.

Мне стало нравиться прощать,

Но я боюсь подставить щеку,

Господь устал нас защищать,

Он нас забыл, он стал жестоким.