Правильные объятия

Привычка Авантюрина заваливать себя работой так, что на сон дай Эоны хватало три часа, в определённый момент начала настораживать Веритаса. И было хорошо, если эти три часа приходились на один день, то есть на двадцать четыре системных часа – нередко бывало, что за два дня Авантюрину едва удавалось прилечь. И если в начале отношений Рацио хоть и придавал этому значение, но позволял Авантюрину самому разбираться, то спустя некоторое время и, приняв свою глубокую привязанность к менеджеру КММ, он расценил это как настоящую проблему. Его беспокойство о здоровье Авантюрина как физическом, так и ментальном, занимало все мысли и потихоньку начинало влиять на работу. − Доктор Рацио. Я вижу, что что-то гложет ваши мысли, но прошу вас, давайте всё же сосредоточимся на нашей работе. Ваша постоянная рассеянность вредит не только вам, но и мне, и госпоже Герте, и всем, кто задействован в этом проекте. Получить выговор от Скрюллума было унизительно и неприятно. Тем более, что он гордился своими способностями к концентрации на решении поставленных задач. Но у всех рано или поздно находятся свои слабости. Слабостью Веритаса стал азартный игрок, что и свою жизнь на кон ставить не стеснялся. − Возможно, − по завершении работы Скрюллум вновь обращается к Рацио, − вам стоит решить свои проблемы, прежде чем мы приступим к следующему этапу. Простите, если это покажется вам грубым. Но в первую очередь я думаю о благополучии нашего проекта. − Я вас услышал, господин Скрюллум, − Рацио не показывает своего недовольства. Нельзя сказать, что Скрюллум не прав, но всё же это задевает гордость Веритаса. Возможность поработать с обществом гениев было отличным шансом обогатиться новыми знаниями и посмотреть на организацию изнутри, а также попытаться понять причину, почему Нус не бросал на него свой взгляд. Авантюрин говорил, что Рацио это и не нужно – если Эон эрудиции не хотел признавать Веритаса, то не такой уж он эрудированный и умный. Кажется, там и вовсе глупец был. В отличие от исследований, находящихся на грани этики, а часто и переходящие её, доктор занимался по-настоящему важным делом – доносил знания до людей. Авантюрин всегда был на его стороне. К слову, этого самого Авантюрина не оказалось дома, когда Веритас вернулся в их общую квартиру. Вполне ожидаемо, учитывая, что с самого утра, чуть ли не захлебываясь в кофе, он спешно собирался, попутно рассказывая, сколько встреч и созвонов его сегодня ожидало. Ещё нужно было завершить отчёты, проверить тонну документации, и обязательно! – Авантюрин подчеркнул это несколько раз, – на обеде сходить с Топаз в магазин и помочь выбрать платье для благотворительного вечера. − Только не забудь пообедать − крикнул Рацио в спину уже уходящему Авантюрину. Он не был уверен, что его услышали, так что для контроля написал сообщение, получив в ответ улыбающийся смайлик с поднятым пальцем вверх. Рацио надеялся, что он пообедает и поужинает, если не дома, то хотя бы на работе. В ином случае ему придется подготовить презентацию на тему важности правильного питания, а Авантюрин ненавидел, когда Рацио устраивал лекции для него, да ещё и сопровождал их презентациями. Но по важности самой ближайшей была презентация о важности сна, который Авантюрин нагло игнорировал. Так же как и звонки и сообщения Веритаса прямо сейчас. Рацио знал, что скорее всего его возлюбленный отключил звук на телефоне, чтобы тот его не отвлекал, но легче от этого ему не становилось. Хорошо, что на быстром наборе всегда была Топаз. − Ага, − Рацио мог представить в голове, как Топаз интенсивно кивает головой, − он до сих пор в офисе. Последний раз я видела его у автоматов, он брал кофе, − Топаз чуть понижает голос, словно собирается рассказать какую-то тайну, – Эоны знают какой по счёту, – Рацио делает пометку в голове сделать презентацию и про вредность чрезмерного употребления кофеина. − Как думаешь, надолго он там ещё? − в голосе Рацио звучит обречённость. − Нууу, учитывая, что сегодня он выбил новый проект у Яшмы, то вполне возможно, что до завтра. С губ Рацио срывается усталый вздох. − Спасибо, Топаз. Сегодня можно было не ждать его. Рацио засыпает и просыпается в холодной постели один. Двуспальная кровать кажется ему непропорционально большой для сна одного человека. На телефоне его ждёт несколько сообщений от Авантюрина, написанные в третьем часу ночи. Веритас надеется, что ему удалось поспать хотя бы на диване в офисе, но больших надежд он не питает. Всё же знает Авантюрина не первый день. Пока Веритас собирается на работу – сегодня ему предстоит провести три лекции, а после по возможности уделить время своему проекту – он набирает Авантюрина, надеясь поймать его по видеосвязи, чтобы оценить весь масштаб ущерба. − Милый ободочек, − вместо приветствия кидает Авантюрин. Рацио закатывает глаза, как будто он в первый раз видит этот ободок и как будто не сам его подарил. Ободок с уточками был незаменимым атрибутом утренних процедур и позволял защитить волосы от случайного попадания… в целом, куда угодно. − Тебе удалось поспать? – Веритас ставит чайник и достаёт из холодильника яйца. − Нет, − Авантюрин качает головой, вещая из телефона, оставленного на столе, − слишком много работы. Столько всего надо успеть. − Возможно, − в голосе Рацио стреляют недовольные поучительные нотки, и Авантюрин сжимается, узнавая этот голос, – тебе не стоит брать столько проектов одновременно и стоит рационально распределять задачи. − Док, − Авантюрин смеётся, – ты же знаешь меня. Настоящий трудоголик. Мне только дай поработать. Рацио фыркает, разбивая яйца в сковороду. − А что ты там готовишь? – Авантюрин подносит телефон ближе к лицу, словно это поможет ему рассмотреть, что происходит по ту сторону. − Яичницу. − Я тоже хочу! − Мог бы получить, если бы ночевал сегодня дома. − Несправедливо! − Совершенно логичное последствие твоих действий. Никакой несправедливости тут нет. − Веритас, ты мог бы меня поддержать. − Я бы предпочёл, чтобы ты хорошо спал и в достаточном количестве, – Рацио перекладывает завтрак на тарелку, наливает чай в кружку и усаживается напротив телефона. − Ну, это у тебя конечно большие запросы. Авантюрин подпирает голову рукой и вяло моргает, глядя в камеру. По его внешнему виду легко понять, что не спал он уже достаточное количество времени. Круги под глазами, серая кожа, волосы в полном беспорядке. − Сколько кофе ты уже выпил за сегодня? − Фокусники не раскрывают своих секретов. − Ты не фокусник, Авантюрин. − Думаешь? Рацио вздыхает. − Я очень хотел бы видеть тебя сегодня вечером дома. Желательно в кровати. − Мммм, док, мне нравится ход твоих мыслей. − Я рад, ведь тебе нужно поспать. − Эй! Веритас обрывает связь. Авантюрин уже спит, когда Рацио возвращается домой. Ему пришлось задержаться, после последней лекции к нему выстроилась очередь из студентов, желающих задать вопросы по пройдённому материалу. Это была его любимая группа, в которой учились старательные студенты, в первую очередь заинтересованные в обучении. Не у всех были выдающиеся способности, но каждый горел учёбой и каждый всегда внимательно слушал и записывал его лекции. Конечно, Рацио это ценил и не мог отказать желающим в получении знаний или в дополнительном разъяснении непонятого материала. Стремление к знаниям было высшим благом, и Веритас, обладая способность донести это благо, не мог оставаться равнодушным. К сожалению, из-за этого он намного позже приступил к работе над проектом и возвращался домой уже затемно. Авантюрин лежал на их кровати прямо в одежде, едва сняв ботинки и уронив портфель с документами. Несколько листов выскользнуло из папок, небрежно сложенных в портфеле, и разлетелось по комнате. В конечном счете, он принёс работу и домой. Авантюрин спит крепко и не замечает движений Веритаса, когда он собирает его документы. Не замечает Авантюрин и когда Рацио раздевает его, снимая неудобную на первый взгляд офисную одежду и надевая на него пижамные штаны. Надеть рубашку гораздо сложнее, но и с этим Веритас справляется. Авантюрин всегда мерзнет во сне, поэтому оставлять его без верха недопустимо. Лицо его возлюбленного наконец расслаблено и спокойно. Все напряжённые морщинки разгладились, а бесконечная усталость сменилась безмятежностью. Рацио целует Авантюрина в лоб. − Спокойной ночи. Просыпается Веритас рано утром, когда, кажется, ещё и солнце не взошло, но это его личные ощущения – блэкаут шторы не пропускают и малейший лучик света. Будит его не будильник, будит его копошащийся Авантюрин, что сейчас прыгает на одной ноге, пытаясь натянуть штаны. − Сколько времени? – Рацио тянется к телефону, лежащему на прикроватной тумбочке. − Веритас, айш, − Авантюрин чуть не падает, но вовремя хватается за кровать, удерживая равновесие. – Прости, я разбудил тебя. − Четыре утра, ты с ума сошел? − Нет-нет. Меня зовут Авантюрин, не четыре утра. − Хватит кривляться, − Рацио садится в кровати. – Только не говори, что ты собираешь на работу. − Как ты догадался? − Авантюрин! Авантюрин закатывает глаза, садясь на край кровати, и озадаченно разглядывая носки в руках, явно из разных комплектов. − У меня много работы. Я планировал вчера поработать дома, но уснул, − в  голосе его сквозит недовольство собой. – Хорошо, что я сразу поставил будильник. Если поеду в офис сейчас, то смогу закончить то, что не успел вчера. − Авантюрин. − Может, если я начну прямо сейчас, то успею завершить большую часть проекта до обеда, и тогда мы сможем вечером выбраться поужинать? Как думаешь, стоит поехать на такси? − Авантюрин. − Я скину тебе варианты ресторанов. Мы давно вместе никуда не выбирались. Посмотришь, выберешь, что больше понравится, и я забронирую столик. Что думаешь? − Авантюрин. − Это моё имя Веритас, я рад, что тебе нравится его произносить. Настаёт очередь Веритаса закатывать глаза. − Тебе обязательно нагружать себя так на работе? Вы в КММ все так повернуты на этом, или лишь ты такой особенный? − Знаешь, у меня ответственная должность. − Твоя ответственная должность подразумевает отсутствие сна? – скептически спрашивает Рацио. − Нет, но поверь… − Я не хочу сегодня в ресторан, − перебивает его Рацио, − приходи домой вовремя и ложись спать. − Неинтересно. − Я уже подготовил презентацию. − О нет, − Авантюрин в ужасе отшатывается и чуть не падает с кровати, носки летят на пол. − У тебя есть выбор. − Это шантаж! − Это деловое предложение. − По-моему, ты подменяешь понятия. На самом деле у Веритаса не готова презентация, он использует эту маленькую ложь, чтобы убедить совершенно безответственного в отношении собственного здоровья Авантюрина прислушаться к нему. В любом случае, быстро подготовить презентацию для него не составит труда. Всё же Доктор он не просто так. Авантюрин решает испугаться его и приходит домой вовремя. Перед этим Рацио получает несколько удивлённых сообщений от Топаз. «Признавайся, что ты сделал с Авантюрином?» «Почему сейчас без пяти шесть вечера по системному времени, а он уже собирается домой???» «Отвечай! Это шантаж? Ты его отравил? Запрограммировал? Я так и знала, что время с обществом гениев не пойдёт тебе на пользу» «Кстати, ты видел моё новое платье? Авантюрин показал?» «Платье отличное. Тебе очень идёт. Я просил Авантюрина передать мои комплименты, но видимо в потоке работы он забыл» Топаз присылает ему забавный смайлик и больше не трогает. − Ты уверен, что нам нужно уже ложиться спать? Время детское. Может, кино посмотрим? Или ещё чего? Мне совсем не хочется спать. − Во сколько ты планируешь завтра вставать? − Мммм… − Авантюрин задумывается на пару секунд. – В пять? Думаю да. − Сейчас самое время. − Веритас, − он откидывается на мягкие холодные подушки – Рацио постарался, чтобы сделать постель удобной, − мне не нужно столько сна. − Для полноценного функционирования человеку необходимо от семи до девяти часов сна. − Необходимое количество сна определяется индивидуально. Невозможно математически точно определить количество часов сна для каждого конкретного человека, − парирует Авантюрин. − Какавача. Весь пыл и боевой настрой пропадет, стоит Рацио назвать настоящее имя Авантюрина. Он сдувается, словно воздушный шарик, отводит взгляд и сутулит плечи. − Что тебя так беспокоит? − О чём ты, Веритас? – устало бормочет Авантюрин. Рацио прикасается ладонью к щеке возлюбленного, нежно обнимает рукой, легким ненавязчивым движением заставляет повернуть голову к нему. − Я вижу, что тебя что-то беспокоит, Какавача. Авантюрин зажмуривает глаза. Он не сможет отказать Веритасу, когда он называет его этим именем. − Святая Гаятра, ты и правда вьешь из меня веревки. − Ну, так? – Рацио выгибает бровь, показывая, что отступать он не намерен. − Усталость – залог хорошего сна без сновидений, − пожимает плечами Авантюрин. – Так проще. − Тебе снятся кошмары? – Рацио поудобнее устраивается на подушках и притягивает голову Авантюрина себе на грудь. «Намного лучше подушки» – любит бормотать в таких случаях он. − Сейчас нет. − Я понял, что ты достаточно себя выматываешь, чтобы сны не приходили к тебе. Но вопрос был не об этом. − Вечно ты всё усложняешь, – ворчит Авантюрин. – Ну, случается и такое, − он говорит неохотно, и Рацио чуть ли не щипцами приходится вытаскивать каждое слово. – Ты же знаешь, – он делает долгую паузу, – кто я и откуда. Рацио гладит его по волосам. − Счастливая ночь – та ночь, в которой ко мне не приходит сестра. Счастливая ночь – та ночь, в которую я не вспоминаю о днях, когда я был рабом, − рука дергается к клейму на шее. − Авантюрин… − Только не надо советовать мне психолога, прошу тебя. Давай обойдемся без этого. Рацио поджимает губы. Это было бы правильным решением. Но сейчас он хотел предложить другое. − Может быть, тебе просто нужен сон в правильных объятиях. Авантюрин поднимает взгляд на него. − Это флирт? − Это деловое предложение. − А мне кажется флирт. − Попробуешь? Авантюрин тихонько смеётся. − Раз сам Доктор Рацио предлагает. Они выключают свет. Авантюрин не может поверить, что повелся на это так легко. Но так уж получалось, что Рацио был его слабым местом, а сон в его объятиях и правда выглядел заманчиво. − Я не обещаю, что это поможет. Но просыпаться от кошмара не одному, а с человеком, что крепко держит тебя в руках, намного проще. − Ты такой романтик, Веритас. Как думаешь, может до этого нам стоило потрахаться? − Спи, пожалуйста. Ожидаемо, Авантюрин просыпается ночью. Удушливый кошмар вырывает его из сна. Никакого блаженства абсолютной темноты. Вспышки перед глазами, голос сестры, натирающий ошейник, кандалы, боль от клейма. Его вытягивают за руку из пучины ужаса. Авантюрин просыпается весь в поту, потерянный, не понимающий, где он находится, день сейчас или ночь. И лишь крепкие руки Веритаса, что хватают его за талию, прижимая к себе, заставляют его вернуться в реальность. − Тише-тише, − шепчет на ухо Рацио, раскачивая их. – Всё хорошо. Я тут, ты тут. Ты в моих руках. Авантюрин хватается за руку Веритаса, сжимает до побелевших пальцев. Дыхание постепенно приходит в норму, слезы, выступившие на глазах, высыхают, а сердце перестаёт выстукивать нестройный беспокойный ритм. − Хочешь воды? − Да, − хрипит Авантюрин. Он на секунду теряется, когда руки Веритаса отпускают его, а за спиной перестаёт ощущаться его грудь. Но в следующую секунду он целует Авантюрина в макушку, и чувство покинутости пропадает. Рацио быстро возвращается со стаканом воды, поддерживая всё ещё трясущиеся руки Авантюрина. Тот пьет быстро и жадно, словно не видел воду несколько дней. − Работать до изнеможения лучше, − он откидывается на подушки и смотрит в темный потолок. − Это работа не на один день. Авантюрин кисло улыбается. − Прости. − Было лучше, чем обычно, − он поворачивается к вернувшемуся в постель Рацио. – Ты прав, что оказаться в правильных объятиях помогает. – Но всё ещё не так хорошо, как забыться в пустоте. Рацио вслепую целует Авантюрина. Попадает куда-то в глаз, вызывая хихиканье. − Будет лучше. Становится лучше. Проходят мучительные недели, месяцы, когда Авантюрин изматывает себя в кошмарах, просыпается в слезах, с дрожащими руками, но всегда рядом оказывается Веритас. Держит крепко, шепчет нежно. Со временем Авантюрин привыкает, что после пробуждения он не один, что его ждут объятия любимого человека. Наступает ночь, когда он не просыпается от кошмара. Ночь, что проходит в блаженном спокойствии, а сны его посещают только забавные кошко-создания Жуань Мей, и Рацио, что улыбается ему совсем как в реальности. У Авантюрина новый способ сбежать от кошмаров, и этот способ намного больше нравится и Веритасу и ему самому.